Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Дверь открывается и первыми заходят родители жениха.
Вижу знакомые лица за секунду до того, как мой мозг успевает соединить картинку со смыслом.
Они спокойно улыбаются, как на каждом семейном ужине, которых у нас были сотни.
— Извините за опоздание, — говорит Александр Петрович, пожимая руку моему отцу. — Пробки, чёрт бы их побрал.
— Ничего страшного, — отвечает папа.
В шоке смотрю на маму, а она хитро улыбается.
Внутри меня всё рушится от осознания происходящего.
Нет. Нет, нет, нет.
Только не он.
— Карина, — раздаётся голос у меня за спиной.
Оборачиваюсь с опаской, хотя итак знаю кто там.
Матвей стоит в дверях с лёгкой усмешкой.
Он знал! Точно знал!
— Суворов, — выдыхаю нервно. — Ты?
— Я, — он делает шаг в комнату. — А ты кого ждала, Аля?
Не верю в происходящее, потому что это не могло случиться. Мои родители не могли так со мной поступить. Они знают, как я его ненавижу.
— Поздравляю, дети, — мама поднимает бокал. — Мы так рады, что вы наконец будете вместе.

— Карина, — муж встаёт с кресла, довольный собой. — Это Алиса. Наш новый креативный директор. Будущее агентства.
Три пары глаза с интересом осматривают друг друга. Алиса смотрит на меня, я на Алису, а мой муж ей в декольте.
— И, — Ярослав делает паузу, — моя новая женщина.
— Что ты сказал?
— Я решил не скрывать, Карина. Хватит игр. Тебе нужно это принять. Две женщины: одна на работе, другая дома. Меня это устраивает.
— Что, прости?
— Тебя стало трудно любить, — он разводит руками, и в этом жесте вся его подлость. — То голова болит, то спина. Ты не молодеешь, Карина. Смотрю на тебя вечером — халат, крем этот твой на лице, бигуди. А я хочу любви. Как раньше. Адреналина хочу!
И тут я смеюсь. Громко, зло, до слёз.
— Адреналина? — я вытираю уголок глаза. — Разве твой остеохондроз выдержит двух женщин, Ярик?
— На работе выдержит, — цедит он.
— А дома?
— Львица в постели у меня уже есть. А дома будешь ты — моя верная кобылка-жена!

Он - избалованный мажор, который играючи влюбляет в себя девчонок и разбивает их сердца.
Она - та, кто решает его проучить, действуя его же методами.
Два непримиримых врага при свидетелях клянутся, что будут ненавидеть друг друга до тех пор, пока бьются их сердца!
Но смогут ли они сдержать свою клятву, если в дело вступают чувства...

- Лучше ниже опусти руки, можешь даже немного сжать своего любимчика. Не стесняйся, милая моя! - шепчу на ушко своей красавице, медленно танцуя ее к столу.
- Красин, ты в своем уме?! Мы с тобой в рабочем кабинете. Люди могут войти, услышать, - шипит, запыхавшаяся рыжуля.
Поворачиваю Ольгу спиной. Крепко прижимаю. Резко задираю узкую юбку. Вот это награда, моя чертовка в чулочках. В одно движение срываю дурацкие стринги.
- Оля, ты такая мокрая, прямо течешь. Ну, как тут удержаться. Нет, не могу отказать нам обоим в этом удовольствии. Милая, я очень давно об этом мечтал, а тут такой случай…
- Красин, ты наглый самоуверенный тип. Мерзавец! И как часто ты на своём рабочем столе баб раскладываешь? Гаденыш, ох, ох, - шипит со стоном моя змеюка, пока я точку её сокровенную растираю.

От осознания происходящего у меня земля уходит из под ног. Это не может быть он...
– Анастасия Николаевна, очнитесь, – медсестра тормошит меня за плечо.
– Этого не может быть, нет, – отказываюсь верить в произошедшее.
Ещё вчера мы с заведующим горячо спорили о тяжёлом пациенте, а сегодня Колмогоров сам попал в автокатастрофу. И счёт идёт на минуты.
Закрываю мокрое от слёз лицо руками.
Ведь сейчас я – единственный свободный врач в отделении. И мне придётся сделать всё ради того, чтобы спасти моего начальника.
Не только начальника, но и любимого. Гениального нейрохирурга, который научил меня всему, что знает сам.
Руки дрожат. Если я не справлюсь?! В голове всплывает образ Колмогорова и его последние слова, которые он сказал мне.
«Ты будешь отличным нейрохирургом, Яхонтова».
По щеке бежит слеза, а руки сами по себе сжимаются в кулаки.
Я смогу.
Я спасу тебя, моя любовь.
– Сестра! Готовьте операционную!

Я думала, что провела жаркую ночь со своим парнем, а оказалось, что это был мой сводный, но такой желанный брат.
Он все подстроил, и теперь я хочу его ещё сильнее, хоть и понимаю, что это все неправильно.

– Зачем ты это сделал?
– Потому что ты очень сладкая девочка, и для нас нет запретов.
– Замолчи! – несдержанно выдыхаю я и сдаюсь.

Мы встретились в поезде, когда я ехала на собственный девичник, и до последнего не знала, кто этот таинственный, но такой горячий незнакомец.

– Малышка, ты сводишь с ума, – рычит он, и сильные пальцы жестче сжимают талию. – Ты попала. Знаешь это?
– Да, – выдыхаю я.

Я утонула в темном омуте его глаз и позволила себе крышесносную ночь в его объятиях.
А на празднике мой жених знакомит меня со своим отцом, но я в шоке: Это тот самый порочный мужчина с поезда...

— Я беременна, — Вика смотрит мне прямо в глаза, и в ее взгляде нет ни капли стыда. — Семь недель. Ребенок от Германа.
Мир останавливается. Это просто невозможно. Герман не мог. Мы же семья. Мы же...
— Ты... что? — выдавливаю я из себя.
— Ты не ослышалась, — Вика достает телефон, что-то листает в нем. — Я беременна от твоего мужа. И прежде чем ты начнешь истерику, давай расставим все точки над «и». Герман всегда любил меня. Мы росли вместе, он был влюблен в меня еще подростком, но я уехала в другой город. А он не стал ждать и женился на тебе.
Каждое слово — удар. Я чувствую, как внутри что-то рушится.
— Ты врешь, — шепчу я, сжимая руки в кулаки под столом. — Зачем ты это придумала?
— Не вру, — Вика протягивает мне телефон. — Он сам мне все рассказал. Сказал, что женился на тебе, потому что ты была удобным вариантом. Хорошая работница, покладистая, не скандальная, но любил он всегда меня.
Значит, все эти годы он не любил меня, а терпел. Использовал.

Света подписала контракт с закрытым поселком Аварин, не читая мелкий шрифт. Теперь её сосед оборотень с жёлтыми глазами, пациенты вампиры, а по ночам в лесу воют совсем не обычные волки. Дамир Горский узнал в ней свою истинную пару, но сопротивляется: она ведь человек, а у него уже есть невеста, ведьма Мира, дочь самого главы города. Света не ищет любви, она просто хочет отработать три месяца и уехать. Но волк не умеет ждать. А Мира не умеет проигрывать. Кто выживет, когда ведьма объявит войну?

— Так что с договором?
— Договора не будет.
Я беру планшет, безжалостно стираю все заполненные поля и нажимаю «Удалить файл».
Улыбка медленно сползает с лица Алисы.
— То есть как это? — она картинно хмурится. — Вы отказываете клиенту?
— Именно.
— Вы не можете. Знаете, сколько у меня подписчиков? Один пост в социальной сети и вы вылетите с работы.
— Хорошо, — я равнодушно пожимаю плечами, хотя внутри меня все кровоточит и рвется на части. — Вам ведь не нужно гендер-пати, Алиса. Вы пришли сюда не за этим.
Она замолкает, оценивающе скользит по мне взглядом и брезгливо кривит накрашенные губы, сбрасывая маску милой беременяшки.
— Конечно, не нужно, — фыркает она, убирая телефон в брендовую сумочку. — Господи, неужели ты думала, что я доверю организацию праздника моего сына тебе? Я просто хотела своими глазами увидеть ту, с кем Арс не может развестись из жалости.

Пять лет безуспешных попыток, годы бесполезной терапии, и вот я узнаю, что у мужа беременная любовница.