Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
В уютном кафе «У перекрёстка», где аромат свежесваренного кофе смешивается с шёпотом доверительных разговоров, пересекаются судьбы, страхи и надежды. Здесь, за привычным столиком у окна, Аня и Паша строили планы, смеялись и верили: их любовь — навсегда. Но однажды тень подозрений легла между ними, и привычный мир начал рассыпаться на осколки.
Аня, терзаемая сомнениями, пытается разглядеть правду в обрывках фраз и случайных взглядах. Паша, загнанный в угол проблемами с бизнесом, боится признаться в слабости, боясь потерять самое дорогое. А между ними — Света, чьи мотивы скрыты за маской заботы, и чьи слова, как острые камни, ранят доверие.
Аня, терзаемая сомнениями, пытается разглядеть правду в обрывках фраз и случайных взглядах. Паша, загнанный в угол проблемами с бизнесом, боится признаться в слабости, боясь потерять самое дорогое. А между ними — Света, чьи мотивы скрыты за маской заботы, и чьи слова, как острые камни, ранят доверие.
— Ты опоздал, Роман. На семь лет.
Смотрю в потухшие глаза своей бывшей, которую когда-то так любил. Которая предала меня, исчезла без следа и скрывала от меня ребенка. Сына.
Мальчика с лучистыми глазами, который сейчас спит в захудалой квартире, где Вероника выживает последние семь лет.
Я привез их сюда после того, как случайно сбил незнакомого мальчика на машине. Он катался на ватрушке в парке.
Глаза как у меня, и сам моя копия.
Никаких тестов ДНК не нужно. Это мой сын.
И я понимаю, что они нужны мне. Оба.
Но всё, что она делает, это только прогоняет меня:
— Разговор окончен. Ты выполнил свой благородный порыв — отвез нас в травмпункт, а потом привез домой. Теперь уходи. И забудь дорогу сюда. Навсегда.
Ее слова заставляют злость подняться из самых глубин.
— Нет, — говорю я тихо, но так, чтобы она услышала.
Она замирает испуганно.
— Уходи. Тебе здесь не рады.
— Я не спрашиваю, рады ли мне, — в голосе появляется сталь. — У нас есть сын. И нам придется договориться.
Смотрю в потухшие глаза своей бывшей, которую когда-то так любил. Которая предала меня, исчезла без следа и скрывала от меня ребенка. Сына.
Мальчика с лучистыми глазами, который сейчас спит в захудалой квартире, где Вероника выживает последние семь лет.
Я привез их сюда после того, как случайно сбил незнакомого мальчика на машине. Он катался на ватрушке в парке.
Глаза как у меня, и сам моя копия.
Никаких тестов ДНК не нужно. Это мой сын.
И я понимаю, что они нужны мне. Оба.
Но всё, что она делает, это только прогоняет меня:
— Разговор окончен. Ты выполнил свой благородный порыв — отвез нас в травмпункт, а потом привез домой. Теперь уходи. И забудь дорогу сюда. Навсегда.
Ее слова заставляют злость подняться из самых глубин.
— Нет, — говорю я тихо, но так, чтобы она услышала.
Она замирает испуганно.
— Уходи. Тебе здесь не рады.
— Я не спрашиваю, рады ли мне, — в голосе появляется сталь. — У нас есть сын. И нам придется договориться.
В атмосфере уютного кафе «У перекрёстка», где звон чашек сплетается с шёпотом гостей, а воздух пропитан ароматом свежесваренного кофе и малиновых пирожных, разворачивается история о лжи, искренности и цене настоящих чувств.
Люба, официантка с открытым сердцем, оказывается втянута в чужую игру: Артём, обаятельный и нерешительный, предлагает ей сыграть роль своей невесты — всего на один вечер, «ради благой цели». Он верит, что этот спектакль заставит Лизу, его настоящую возлюбленную, осознать свои чувства. Но для Любы притворство — как кислота: оно разъедает душу и стирает границы между правдой и вымыслом.
Люба, официантка с открытым сердцем, оказывается втянута в чужую игру: Артём, обаятельный и нерешительный, предлагает ей сыграть роль своей невесты — всего на один вечер, «ради благой цели». Он верит, что этот спектакль заставит Лизу, его настоящую возлюбленную, осознать свои чувства. Но для Любы притворство — как кислота: оно разъедает душу и стирает границы между правдой и вымыслом.
Казалось, у Анны есть всё: любящий муж, двое замечательных детей и жизнь, о которой многие только мечтают. Десять лет счастливого брака с Фань Сяо Дэном — знаменитым актёром и режиссёром — казались прочным фундаментом, который невозможно разрушить.
Но одно признание — и её идеальный мир рушится.
— Дэн, что-то случилось?
Муж молчал. Его плечи были напряжены, дыхание прерывистое. Казалось, он держит в себе бурю, готовую вырваться наружу.
— Мне вчера прислали сообщение, что ты изменяешь мне… — слова сорвались с моих губ, прежде чем я успела остановить себя. — Я подумала, что это какой-то дурной розыгрыш…
— Это не розыгрыш, Аня, — сказал он тихо, отвернувшись к окну. Я видела, как каждый вдох дается ему с трудом.
Он сделал паузу, а потом просто ушёл, оставив меня одну с холодной пустотой.
— Я хочу побыть один. Мне нужно подумать.
Я осталась стоять на месте, и мир вокруг казался чужим и немым. В груди сжималось предчувствие боли, и я поняла, что больше ничего не будет прежним.
Но одно признание — и её идеальный мир рушится.
— Дэн, что-то случилось?
Муж молчал. Его плечи были напряжены, дыхание прерывистое. Казалось, он держит в себе бурю, готовую вырваться наружу.
— Мне вчера прислали сообщение, что ты изменяешь мне… — слова сорвались с моих губ, прежде чем я успела остановить себя. — Я подумала, что это какой-то дурной розыгрыш…
— Это не розыгрыш, Аня, — сказал он тихо, отвернувшись к окну. Я видела, как каждый вдох дается ему с трудом.
Он сделал паузу, а потом просто ушёл, оставив меня одну с холодной пустотой.
— Я хочу побыть один. Мне нужно подумать.
Я осталась стоять на месте, и мир вокруг казался чужим и немым. В груди сжималось предчувствие боли, и я поняла, что больше ничего не будет прежним.
— Настя, что вы здесь делаете? Почему не позвонили? — спокойно спрашивает муж, будто ничего не произошло.
Я молчу, глядя на его мятую рубашку, криво застёгнутые брюки, следы чужих рук. В воздухе стоит сладкий, приторный запах чужих духов — запах предательства.
— Это всё, что ты скажешь?! — голос дрожит. — После того, как я только что застала тебя с другой в нашей постели?!
Он холоден:
— Хватит кричать. Что случилось? Почему приехали без предупреждения?
— Случилось то, что я ухожу от тебя, Петя. Мы разводимся!
Он молчит, потом произносит ровно:
— Не истери. Мы просто с ней переспали — такое бывает. Никакого развода не будет. Ничего страшного не произошло. Я мужчина, ты должна это понимать.
— Нет, Петя! Ты изменил мне. Я беру дочь, и мы уходим!
— Никуда Ева не уйдёт. И ты тоже, — он делает шаг ближе. — Тебе нужно просто поспать. Завтра поговорим спокойно.
Муж решил отобрать у меня нашу дочь после того, как я решила уйти и подала на развод из-за его измен.
Я молчу, глядя на его мятую рубашку, криво застёгнутые брюки, следы чужих рук. В воздухе стоит сладкий, приторный запах чужих духов — запах предательства.
— Это всё, что ты скажешь?! — голос дрожит. — После того, как я только что застала тебя с другой в нашей постели?!
Он холоден:
— Хватит кричать. Что случилось? Почему приехали без предупреждения?
— Случилось то, что я ухожу от тебя, Петя. Мы разводимся!
Он молчит, потом произносит ровно:
— Не истери. Мы просто с ней переспали — такое бывает. Никакого развода не будет. Ничего страшного не произошло. Я мужчина, ты должна это понимать.
— Нет, Петя! Ты изменил мне. Я беру дочь, и мы уходим!
— Никуда Ева не уйдёт. И ты тоже, — он делает шаг ближе. — Тебе нужно просто поспать. Завтра поговорим спокойно.
Муж решил отобрать у меня нашу дочь после того, как я решила уйти и подала на развод из-за его измен.
- А где ужин? Я весь день вкалываю, чтобы вас содержать, а вечером даже поесть нормально не могу? – возмущается муж.
- Игорь, ты забыл, у меня гипс.
- У тебя же не руки сломаны, а нога. Вполне могла чего-нибудь приготовить!
Как же так получается… Пока вертелась белкой в колесе, была хорошей женой. Но едва вышла из строя – муж сразу озлобился, я его раздражаю…
А дальше ещё хуже. Короткое сообщение от сына, вернувшегося из школы, вдребезги разбивает привычный мир:
«Мам, дома кто-то есть. Чужая тётя ужасно стонет. Я спрятался в шкафу, мне страшно»…
- Игорь, ты забыл, у меня гипс.
- У тебя же не руки сломаны, а нога. Вполне могла чего-нибудь приготовить!
Как же так получается… Пока вертелась белкой в колесе, была хорошей женой. Но едва вышла из строя – муж сразу озлобился, я его раздражаю…
А дальше ещё хуже. Короткое сообщение от сына, вернувшегося из школы, вдребезги разбивает привычный мир:
«Мам, дома кто-то есть. Чужая тётя ужасно стонет. Я спрятался в шкафу, мне страшно»…
Маркетолог продаёт всё, кроме себя. Заключает с конкурентом-миллиардером договор: один публичный поцелуй за +5% к продажам. Но когда контракт начинает исполняться буквально, она понимает: её сердце — единственный KPI, который нельзя измерить. Можно только потерять. А он смотрит так, будто готов скупить все её страхи и оставить себе только желание. Честно, жарко до мурашек, напряжение до разрыва — не оторваться.
Он вне закона. Беглец, который идет по следу той, что стала спасением. Почему она так нужна? Почему ее аромат кажется близким?
Его предали, подставили, объявили преступником и лишили памяти. Но один запах заставил очнуться и осознать себя. Девушка…
Надо бы разобраться, но враги следуют по пятам. Добраться до красотки, но… Любовь для него вне закона!
Его предали, подставили, объявили преступником и лишили памяти. Но один запах заставил очнуться и осознать себя. Девушка…
Надо бы разобраться, но враги следуют по пятам. Добраться до красотки, но… Любовь для него вне закона!
🧡💜🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡💜🧡
— Это твоя… дочь? — спрашивает он, и воздух вокруг становится густым и липким.
Да. Моя. И твоя. Но я никогда не скажу этого вслух.
Смотрю в его глаза — стальные, требовательные, полные боли, которую он сам не признаёт.
Он думает, что я украла у него право выбора.
Он не знает, что шесть лет назад у меня его тоже не было.
— Это твоя… дочь? — спрашивает он, и воздух вокруг становится густым и липким.
Да. Моя. И твоя. Но я никогда не скажу этого вслух.
Смотрю в его глаза — стальные, требовательные, полные боли, которую он сам не признаёт.
Он думает, что я украла у него право выбора.
Он не знает, что шесть лет назад у меня его тоже не было.
Когда циничный миллионер, скрывающийся от кредиторов под видом повара в дешевой столовой, встречает ту, чей обед он чуть не вылил в помойку, его план «не влюбляться до самой смерти» трещит по швам — особенно когда она требует, чтобы он научил её искусству соблазнения ради мести бывшему мужу.
Выберите полку для книги