Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Я старая и толстая женщина под 40, да еще и в разводе! Дети выросли, а я решила жить работой, но тут вмешалась судьба. На свой день рождения я купила билет в Дубай и попала в круговорот событий, познакомившись с горячим шейхом.
❤️❤️❤️
Дорогие, у меня новинка! Добавляйте книгу в библиотеку, пишите теплые комментарии и ставьте звездочки!
❤️❤️❤️
Дорогие, у меня новинка! Добавляйте книгу в библиотеку, пишите теплые комментарии и ставьте звездочки!
– Я. Тебя. Люблю, – с паузами чеканит муж.
– Хочешь сказать, это не ты был на видео с той девкой?
– Нет. Это именно я. Но давай без истерик. Я во всем разберусь.
У меня была идеальная семья, любящий муж, маленький сын, у каждого свое дело.
Но на дне рождении мужа выяснилось, что он мне изменил. И этот позор видели все гости.
Я не могу простить, и наши пути расходятся, но совсем из моей жизни муж уходить не собирается.
Он пытается доказать мне ложь.
– Хочешь сказать, это не ты был на видео с той девкой?
– Нет. Это именно я. Но давай без истерик. Я во всем разберусь.
У меня была идеальная семья, любящий муж, маленький сын, у каждого свое дело.
Но на дне рождении мужа выяснилось, что он мне изменил. И этот позор видели все гости.
Я не могу простить, и наши пути расходятся, но совсем из моей жизни муж уходить не собирается.
Он пытается доказать мне ложь.
— Не брала мамочка у грымзы бусики. Они все врут. И ты должен найти настоящих преступников, — говорит девочка.
— Значит, должен? — я давлюсь смешком, но пытаюсь сохранять суровое выражение лица. Вот же заноза.
— Да, — кивает серьезно.
— Становится все интереснее. Уже чувствую, что будут проблемы.
— Не бойся, — заявляет Варюша. — Я тебе помогу.
— Чем же?
Не первый год в полиции. Десятки раскрытых преступлений. Допросы самых отбитых жуликов. И все это не подготовило меня к этому допросу с пристрастием от занозы с бантом.
— Я грымзе на платье томатную пасту вылила. Ох, как она кричала, — мелкая закрывает уши ладошками и зажмуривается. — Ты ведь спасешь мою маму? Ты ведь самый главный и сильный, — и ресничками хлоп, хлоп.
Разве я могу отказать ребенку? Вот только я не знал, что Варина мама это моя бывшая. Эх, Лиза Карамелькина, ну во что же ты вляпалась? И почему твоя дочь так сильно похожа на меня?
— Значит, должен? — я давлюсь смешком, но пытаюсь сохранять суровое выражение лица. Вот же заноза.
— Да, — кивает серьезно.
— Становится все интереснее. Уже чувствую, что будут проблемы.
— Не бойся, — заявляет Варюша. — Я тебе помогу.
— Чем же?
Не первый год в полиции. Десятки раскрытых преступлений. Допросы самых отбитых жуликов. И все это не подготовило меня к этому допросу с пристрастием от занозы с бантом.
— Я грымзе на платье томатную пасту вылила. Ох, как она кричала, — мелкая закрывает уши ладошками и зажмуривается. — Ты ведь спасешь мою маму? Ты ведь самый главный и сильный, — и ресничками хлоп, хлоп.
Разве я могу отказать ребенку? Вот только я не знал, что Варина мама это моя бывшая. Эх, Лиза Карамелькина, ну во что же ты вляпалась? И почему твоя дочь так сильно похожа на меня?
Вы верите, что можно влюбиться в соседского мальчишку, который младше на семь лет? Вот и я не верила. Пока не встретила ранней весной.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
- Елена, я вас не отпускал! Немедленно вернитесь!
- Зачем? Чтоб слушать необоснованные обвинения? Вы же, Яромир Михайлович, уверены, что только вы всегда правы, - с вызовом бросила я своему боссу. - Даже тогда, когда неправы.
- Что за отвратительный характер! Почему я должен терпеть его!
- Можете не терпеть. Хотите, чтоб я написала заявление по собственному? Не дождётесь, - я не выдержала и показала боссу всем известную конфигурацию.
Державин, похоже, такого точно не ожидал.
Босс задохнулся от ярости, сжимая кулаки и рыкнул что-то невразумительное.
Мы сверлили друг друга взглядами - воздух искрился. Никто не хотел уступать...
Неуязвимый, бесстрастный и выдержанный впервые показал, что и он имеет слабые места. Я их найду! Это только самое начало.
Держись, Державин, я тебе не по зубам!
- Зачем? Чтоб слушать необоснованные обвинения? Вы же, Яромир Михайлович, уверены, что только вы всегда правы, - с вызовом бросила я своему боссу. - Даже тогда, когда неправы.
- Что за отвратительный характер! Почему я должен терпеть его!
- Можете не терпеть. Хотите, чтоб я написала заявление по собственному? Не дождётесь, - я не выдержала и показала боссу всем известную конфигурацию.
Державин, похоже, такого точно не ожидал.
Босс задохнулся от ярости, сжимая кулаки и рыкнул что-то невразумительное.
Мы сверлили друг друга взглядами - воздух искрился. Никто не хотел уступать...
Неуязвимый, бесстрастный и выдержанный впервые показал, что и он имеет слабые места. Я их найду! Это только самое начало.
Держись, Державин, я тебе не по зубам!
– У твоего мужа отношения.
Сестра словно обрушивает на меня ушат ледяной воды, и я во все глаза смотрю на Риту.
– Ты шутишь сейчас?! Какие такие отношения?!
Пожимает плечами и смотрит на меня с вызовом, испепеляет взглядом.
– У него любовница уже полгода. Так понятно?!
Сестра явно теряет терпение и бросает в меня слова, словно ядовитые дротики.
– Ты что такое говоришь?! Ты-то откуда знаешь? И откуда такое четкое «полгода»?! – сыплю вопросами на нервах, а сама буквально замираю, когда слышу страшный ответ:
– Я знаю. Сестра. Уж прости. Но у Ильи отношения со мной. Уже полгода.
Мне кажется, что где-то ударяет молнией и громом одновременно.
– Что?! – шепчу едва слышно.
– Это еще не все, - продолжает сестра добивая, - Я беременна. Беременна от твоего мужа, а ты… ты должна его отпустить и дать шанс нам с Ильей быть счастливыми, ты-то бесплодна и никогда не сможешь родить…
Сестра словно обрушивает на меня ушат ледяной воды, и я во все глаза смотрю на Риту.
– Ты шутишь сейчас?! Какие такие отношения?!
Пожимает плечами и смотрит на меня с вызовом, испепеляет взглядом.
– У него любовница уже полгода. Так понятно?!
Сестра явно теряет терпение и бросает в меня слова, словно ядовитые дротики.
– Ты что такое говоришь?! Ты-то откуда знаешь? И откуда такое четкое «полгода»?! – сыплю вопросами на нервах, а сама буквально замираю, когда слышу страшный ответ:
– Я знаю. Сестра. Уж прости. Но у Ильи отношения со мной. Уже полгода.
Мне кажется, что где-то ударяет молнией и громом одновременно.
– Что?! – шепчу едва слышно.
– Это еще не все, - продолжает сестра добивая, - Я беременна. Беременна от твоего мужа, а ты… ты должна его отпустить и дать шанс нам с Ильей быть счастливыми, ты-то бесплодна и никогда не сможешь родить…
- Кто она, Тим? – спрашиваю мужа, когда он просит прочесть переписку в его телефоне.
- Она не должна была сегодня писать, - вот и весь ответ.
- Это все, что ты можешь сказать? Она не должна была сегодня писать? – с губ срывается крик отчаяния. – Как ты мог сказать ей, что ненавидишь детей? Почему ты мне изменяешь?
- Свет, сделай одолжение, не голоси, - он отмахивается от меня и демонстративно потирает переносицу. – Она дает мне то, чего не можешь дать мне ты, покой. Мне нужен дом, а не зверинец, милая. Пожалуй, нам нужен развод.
Он захотел развод, ему надоел зверинец. Я отпустила его, успела даже забыть. Но два года спустя он появляется вновь, чтобы разрушить меня до конца. Вот только…
- Она не должна была сегодня писать, - вот и весь ответ.
- Это все, что ты можешь сказать? Она не должна была сегодня писать? – с губ срывается крик отчаяния. – Как ты мог сказать ей, что ненавидишь детей? Почему ты мне изменяешь?
- Свет, сделай одолжение, не голоси, - он отмахивается от меня и демонстративно потирает переносицу. – Она дает мне то, чего не можешь дать мне ты, покой. Мне нужен дом, а не зверинец, милая. Пожалуй, нам нужен развод.
Он захотел развод, ему надоел зверинец. Я отпустила его, успела даже забыть. Но два года спустя он появляется вновь, чтобы разрушить меня до конца. Вот только…
— Послушай, Анна. Нам нужно кое-что прояснить. То, что ты видела вчера...
— Твою любовницу? — я удивилась собственному спокойствию.
— Олеся не любовница. Она перспективный специалист, работает со мной над новым проектом.
— И поэтому ты не пришёл домой ночевать? — спросила я, глядя мужу прямо в глаза.
— Она из Москвы. Я показывал ей город, — он сделал паузу. — Но дело не в этом. Дело в тебе, Анна.
— Во мне?
— Да. Посмотри на себя, — он обвёл меня взглядом, как товар на витрине. — Как я могу появляться с тобой в обществе? Мне с тобой стыдно, понимаешь? Знаешь, почему я до сих пор с тобой? Из жалости. Мне тебя жалко, Анна. Кому ты нужна кроме меня? Сорок три года, никаких перспектив, увядающая внешность...
— Мы можем развестись, — сказала я ровным голосом.
— Не смеши меня, — насмешливо бросил муж, — ты существуешь только благодаря мне. Без меня ты никто…
— Твою любовницу? — я удивилась собственному спокойствию.
— Олеся не любовница. Она перспективный специалист, работает со мной над новым проектом.
— И поэтому ты не пришёл домой ночевать? — спросила я, глядя мужу прямо в глаза.
— Она из Москвы. Я показывал ей город, — он сделал паузу. — Но дело не в этом. Дело в тебе, Анна.
— Во мне?
— Да. Посмотри на себя, — он обвёл меня взглядом, как товар на витрине. — Как я могу появляться с тобой в обществе? Мне с тобой стыдно, понимаешь? Знаешь, почему я до сих пор с тобой? Из жалости. Мне тебя жалко, Анна. Кому ты нужна кроме меня? Сорок три года, никаких перспектив, увядающая внешность...
— Мы можем развестись, — сказала я ровным голосом.
— Не смеши меня, — насмешливо бросил муж, — ты существуешь только благодаря мне. Без меня ты никто…
— Тебе нужно немного размяться, и подготовиться к основной тренировке, — шепчет на ухо Адам.
— Маленькая, не переживай, ты получишь удовольствие, — Ник кладёт руки мне на бёдра и медленно скользит вверх.
"Тюлень" – так теперь называет меня муж. "Белочка" – шепчет красавчик в полумраке раздевалки...
Я знала, что мой брак трещит по швам, но не ожидала, что попытка вернуть страсть обернётся унижением. Взбитые сливки, шёлковые простыни и откровенное кино – всё напрасно. Но обида – мощный двигатель. Фитнес-зал, купленный абонемент и... знакомство с двумя мужчинами, которые покажут, что моя жизнь может быть другой…
— Маленькая, не переживай, ты получишь удовольствие, — Ник кладёт руки мне на бёдра и медленно скользит вверх.
"Тюлень" – так теперь называет меня муж. "Белочка" – шепчет красавчик в полумраке раздевалки...
Я знала, что мой брак трещит по швам, но не ожидала, что попытка вернуть страсть обернётся унижением. Взбитые сливки, шёлковые простыни и откровенное кино – всё напрасно. Но обида – мощный двигатель. Фитнес-зал, купленный абонемент и... знакомство с двумя мужчинами, которые покажут, что моя жизнь может быть другой…
Я толкнула неплотно закрытую дверь и замерла. На кровати лицом ко мне верхом на Эдике скакала эффектная брюнетка. Красная помада, дерзкая стрижка, маленькая подпрыгивающая грудь и прикрытые длинными ресницами глаза.
Через несколько секунд ресницы поднялись, и незнакомка увидела стоящую в дверях меня. Она вскрикнула и тут же слетела с Эдика, подхватывая тонкое одеяло и им прикрываясь. Растерянный Эдик сел на кровати.
– Мадлен, что происходит? – спросил он недовольно, проследил за взглядом брюнетки и увидел меня. Его глаза округлились, а губы задрожали. – Катя? Ты ведь должна быть на работе…
– А ты… На занятиях французским… Так вот что у тебя за занятия? Прости, только сейчас поняла, какой именно язык ты имел в виду…
Через несколько секунд ресницы поднялись, и незнакомка увидела стоящую в дверях меня. Она вскрикнула и тут же слетела с Эдика, подхватывая тонкое одеяло и им прикрываясь. Растерянный Эдик сел на кровати.
– Мадлен, что происходит? – спросил он недовольно, проследил за взглядом брюнетки и увидел меня. Его глаза округлились, а губы задрожали. – Катя? Ты ведь должна быть на работе…
– А ты… На занятиях французским… Так вот что у тебя за занятия? Прости, только сейчас поняла, какой именно язык ты имел в виду…
Выберите полку для книги