Книги по тегу «подчинение»: ""
Меня зовут Вера. У меня есть лаборатория и диссертация. Нет мужчины, нет интима, нет надежды, что что-то изменится.
А потом мне предложили контракт. Лабораторный модуль «Агат-9» — моя мечта. Плата — четырнадцать дней с двумя мужчинами. Саша и Максим. Друзья. Соперники. Доминанты. Они не подчиняются друг другу — подчиняться буду я.
Утро — Саша. Он кормит меня с рук, шепчет «хорошая девочка» и даёт такое тепло, от которого хочется кричать.
Вечер — Максим. Он не прикасается без разрешения, но заставляет просить. Холодный, как лезвие.
Правило одно: никаких чувств.
Я думала, что смогу. Я ошибалась.
Потому что когда ты между двух огней — ты сгораешь. Или находишь себя.
А потом мне предложили контракт. Лабораторный модуль «Агат-9» — моя мечта. Плата — четырнадцать дней с двумя мужчинами. Саша и Максим. Друзья. Соперники. Доминанты. Они не подчиняются друг другу — подчиняться буду я.
Утро — Саша. Он кормит меня с рук, шепчет «хорошая девочка» и даёт такое тепло, от которого хочется кричать.
Вечер — Максим. Он не прикасается без разрешения, но заставляет просить. Холодный, как лезвие.
Правило одно: никаких чувств.
Я думала, что смогу. Я ошибалась.
Потому что когда ты между двух огней — ты сгораешь. Или находишь себя.
Жизнь порой настолько безжалостна, что в ней нет места добру, состраданию и сопереживанию.
Главной героине, к сожалению, удостоилось прочувствовать всю жестокость этого мира. Каталина была наивна в своих планах на светлое будущее, что не сразу осознала свою ошибку.
Любовь хоть и правит миром, но она тоже имеет разные облики..
Главной героине, к сожалению, удостоилось прочувствовать всю жестокость этого мира. Каталина была наивна в своих планах на светлое будущее, что не сразу осознала свою ошибку.
Любовь хоть и правит миром, но она тоже имеет разные облики..
Я думала, что самая большая проблема в моей жизни — нищета, пока не задолжала трём мажорам из элитного клуба. Но им не нужны мои извинения. Им нужно было мое подчинение.
Я боялась их до немоты, но свой главный страх я обнаружила позже, когда поняла, что сама перестала хотеть, чтобы эта игра заканчивалась.
От автора: Будет горячо и откровенно🔥
Я боялась их до немоты, но свой главный страх я обнаружила позже, когда поняла, что сама перестала хотеть, чтобы эта игра заканчивалась.
От автора: Будет горячо и откровенно🔥
Я работала до изнеможения, чтобы забыть, как бывший муж выпотрошил мою душу досуха и выбросил, словно бракованную вещь, не способную родить ему ребёнка.
Пока однажды ночью меня не вызвали к себе боссы, после чего моя жизнь раскололась на «до» и «после».
Меня обвинили в том, чего я не совершала, и поставили перед выбором, из которого нет выхода: стать игрушкой в руках троих мужчин или быть уничтоженной.
Я выбрала первое, надеясь, что смогу выжить. Но тогда я ещё не знала, что из этой клетки не выходят прежними.
Пока однажды ночью меня не вызвали к себе боссы, после чего моя жизнь раскололась на «до» и «после».
Меня обвинили в том, чего я не совершала, и поставили перед выбором, из которого нет выхода: стать игрушкой в руках троих мужчин или быть уничтоженной.
Я выбрала первое, надеясь, что смогу выжить. Но тогда я ещё не знала, что из этой клетки не выходят прежними.
Отец потерял семейный бизнес. Он проиграл всё - дом, компанию и меня.
Единственный, кто может спасти мою семью от улицы - это Лев, адвокат, который не проигрывает. Ему не нужны деньги. Ему нужна власть. Над моим телом, над моим страхом, над каждой клеткой, которая смела думать, что мир справедлив.
Он называет это сделкой. Год. Полное подчинение. Без права сказать «нет», без права сбежать и даже без права закрыть глаза, когда он входит в меня. Потому что смотреть в его ледяные серые глаза — это единственное условие, которое он не прописывал в договоре, но которое больнее всего.
Я бывшая гимнастка. Меня учили терпеть боль и выполнять команды. Но Лев не тренер. Он адвокат, который собирает чужие жизни по кусочкам и разводит семьи для удовольствия. Он будет ломать меня не резко, а по сантиметру: взглядом, голосом, молчанием. А я буду улыбаться, когда внутри всё переворачивается, потому что, чёрт возьми, я не знаю, когда моё тело перестанет откликаться на его прикосновения.
Петля затяги
Единственный, кто может спасти мою семью от улицы - это Лев, адвокат, который не проигрывает. Ему не нужны деньги. Ему нужна власть. Над моим телом, над моим страхом, над каждой клеткой, которая смела думать, что мир справедлив.
Он называет это сделкой. Год. Полное подчинение. Без права сказать «нет», без права сбежать и даже без права закрыть глаза, когда он входит в меня. Потому что смотреть в его ледяные серые глаза — это единственное условие, которое он не прописывал в договоре, но которое больнее всего.
Я бывшая гимнастка. Меня учили терпеть боль и выполнять команды. Но Лев не тренер. Он адвокат, который собирает чужие жизни по кусочкам и разводит семьи для удовольствия. Он будет ломать меня не резко, а по сантиметру: взглядом, голосом, молчанием. А я буду улыбаться, когда внутри всё переворачивается, потому что, чёрт возьми, я не знаю, когда моё тело перестанет откликаться на его прикосновения.
Петля затяги
Стася откинулась на подушки, но сон не шёл к ней. Я чувствовал это — её дыхание оставалось прерывистым, взгляд блуждал. И вдруг…
— Макс… — её голос прозвучал хрипло, непривычно. — Возьми меня…
Моё сердце пропустило удар. Волк внутри вскинулся, клыки непроизвольно удлинились. Разум цеплялся за остатки самоконтроля, но Стася не дала мне времени на раздумья.
— Макс… — её голос прозвучал хрипло, непривычно. — Возьми меня…
Моё сердце пропустило удар. Волк внутри вскинулся, клыки непроизвольно удлинились. Разум цеплялся за остатки самоконтроля, но Стася не дала мне времени на раздумья.
Обычное утро Полины заканчивается падением на лестнице и травмой колена. В травмпункте её принимают двое врачей, которые назначают длительную реабилитацию на дому — с осмотрами, фиксацией и полным контролем. Она подписывает бумаги, почти не читая. И совершает большую ошибку…
Продолжение романа научу покорности... Дети выросли до первого выбора и скоро красная луна ... Новое испытание...
Они были идеальной парой. Пока она не вошла в их жизнь.
Ян и Лера – из тех, кого называют «созданными друг для друга». Школьная дружба, переросшая в первую любовь. Казалось, ничто не сможет разрушить их счастье.
Но в их мир врывается Та, кто не признаёт правил. Она не просто хочет завладеть Яном – она хочет сломать его, перекроить по своему желанию, стереть всё, что было до неё. Она играет с человеческими душами, как с шахматными фигурами, и каждый её ход – это удар, после которого ничто уже не будет по-прежнему.
Она соблазняет телом и волей. Она подчиняет силой и загадкой. Она не отбирает – она забирает, оставляя после себя только пепел...
Ян и Лера – из тех, кого называют «созданными друг для друга». Школьная дружба, переросшая в первую любовь. Казалось, ничто не сможет разрушить их счастье.
Но в их мир врывается Та, кто не признаёт правил. Она не просто хочет завладеть Яном – она хочет сломать его, перекроить по своему желанию, стереть всё, что было до неё. Она играет с человеческими душами, как с шахматными фигурами, и каждый её ход – это удар, после которого ничто уже не будет по-прежнему.
Она соблазняет телом и волей. Она подчиняет силой и загадкой. Она не отбирает – она забирает, оставляя после себя только пепел...
Рамиль медленно отталкивается от косяка и делает шаг в комнату, перекрывая мне путь.
— Я ведь ясно предупреждал тебя, Камила, — произносит он спокойно.
Не сводя с меня взгляда, он закрывает дверь и поворачивает ключ. Щелчок замка звучит как выстрел.
Сердце колотится. Я нервно усмехаюсь.
— Очень оригинально, Рамиль.
Оттолкнувшись от стойки, иду к двери.
— И что дальше? Запрёте меня здесь? Вы мне вообще никто. Я уже давно не ребёнок, которого можно напугать суровым взглядом.
Хватаюсь за ручку и несколько раз дёргаю её. Безрезультатно. Замок заперт.
Я оборачиваюсь и прижимаюсь спиной к двери. Во рту пересохло.
Рамиль медленно расстёгивает ремень. В тишине отчётливо звякает металлическая пряжка.
— Свою спесь дома оставишь, Камила. Правила нарушила ты сама. А теперь наступает ответственность.
— Я ведь ясно предупреждал тебя, Камила, — произносит он спокойно.
Не сводя с меня взгляда, он закрывает дверь и поворачивает ключ. Щелчок замка звучит как выстрел.
Сердце колотится. Я нервно усмехаюсь.
— Очень оригинально, Рамиль.
Оттолкнувшись от стойки, иду к двери.
— И что дальше? Запрёте меня здесь? Вы мне вообще никто. Я уже давно не ребёнок, которого можно напугать суровым взглядом.
Хватаюсь за ручку и несколько раз дёргаю её. Безрезультатно. Замок заперт.
Я оборачиваюсь и прижимаюсь спиной к двери. Во рту пересохло.
Рамиль медленно расстёгивает ремень. В тишине отчётливо звякает металлическая пряжка.
— Свою спесь дома оставишь, Камила. Правила нарушила ты сама. А теперь наступает ответственность.
Выберите полку для книги