Книги по тегу «предательство»: ""
На юбилей их свадьбы он подарил ей измену.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
- Игорь, - томно, растягивая слова, подваливает к моему Игорю дева... Роскошная, цветущая дева писаной красоты, - может, потанцуем?
Стою, обтекаю и пялюсь, как моя «половинка», прижав к себе роскошность «чистой красоты», легко покачивается в ритмах обволакивающего танца и что-то шепчет красотке на ушко.
- Это кто? И почему она обращается просто по имени к начальнику отдела? Это у вас так принято?
- Это Олеся.
- Олеся? Это ответ на мои вопросы?
- Что тебя интересует? Это Олеся. Она новенькая в моём отделе. Интересует что-нибудь ещё?
- В общем-то, да! С каких пор, ты – просто «Игорь»? И почему она держится с тобой... вот так?
Чувствую себя старой бабкой, которая всех вокруг априори осуждает, постоянно ворчит, брюзжит и цепляется к мелочам.
Но это не мелочь! Это... Мне больно! Игорь! Мне очень больно!!!
А ещё стыдно! Потому что все всё видят! Все всё прекрасно понимают! И, в первую очередь, о твоём неожиданном отношении ко мне, прекрасно всё понимает и намеренно пользуется Она!
Стою, обтекаю и пялюсь, как моя «половинка», прижав к себе роскошность «чистой красоты», легко покачивается в ритмах обволакивающего танца и что-то шепчет красотке на ушко.
- Это кто? И почему она обращается просто по имени к начальнику отдела? Это у вас так принято?
- Это Олеся.
- Олеся? Это ответ на мои вопросы?
- Что тебя интересует? Это Олеся. Она новенькая в моём отделе. Интересует что-нибудь ещё?
- В общем-то, да! С каких пор, ты – просто «Игорь»? И почему она держится с тобой... вот так?
Чувствую себя старой бабкой, которая всех вокруг априори осуждает, постоянно ворчит, брюзжит и цепляется к мелочам.
Но это не мелочь! Это... Мне больно! Игорь! Мне очень больно!!!
А ещё стыдно! Потому что все всё видят! Все всё прекрасно понимают! И, в первую очередь, о твоём неожиданном отношении ко мне, прекрасно всё понимает и намеренно пользуется Она!
В мире, где красота и послушание ценятся выше всего, деспот-манипулятор ищет идеальную жертву. И находит её в лице студентки первого курса медицинского института. Девушка с божественным голосом, чья судьба кажется предопределенной, становится женой и домохозяйкой, оставляя позади мечты о карьере и образовании.
Но жизнь полна неожиданностей. Спустя несколько лет, она случайно открывает страшную тайну своего мужа. Разочарованная и преданная, она оказывается на улице зимой. Но это не конец её истории, а лишь начало нового пути.
Уехав в другой город, девушка начинает новую жизнь. Пройдя через множество испытаний, она становится популярной певицей, завоевывая сердца миллионов. Её голос, который когда-то был подавлен, теперь звучит громко и уверенно, вдохновляя всех, кто её слышит.
Книга затрагивает важные социальные темы
Но жизнь полна неожиданностей. Спустя несколько лет, она случайно открывает страшную тайну своего мужа. Разочарованная и преданная, она оказывается на улице зимой. Но это не конец её истории, а лишь начало нового пути.
Уехав в другой город, девушка начинает новую жизнь. Пройдя через множество испытаний, она становится популярной певицей, завоевывая сердца миллионов. Её голос, который когда-то был подавлен, теперь звучит громко и уверенно, вдохновляя всех, кто её слышит.
Книга затрагивает важные социальные темы
– Мама! Стой, не ходи туда! Не нужно!
Маруся преграждает мне путь, становится передо мной.
– Дочка! Ты что?! Что происходит?! Почему ты не даешь мне пройти?!
– Мама! Не нужно! Пойдем отсюда! Пойдем!
Маруся цепляет меня за руку, высокая, хваткая, она уже на пять сантиметров выше меня в росте.
– Не поняла! Почему не пускаешь?!
Смотрю в полные слез глаза дочери, а затем до меня доходит, что дверь в нашу супружескую спальню открыта… и… я замечаю алое белье у входа… не мое!
В шоке отодвигаю дочь, иду, будто магнитом тянет к этой тряпке, что валяется у двери, и спустя мгновение я толкаю дверь в спальню и замираю в шоке, когда застаю мужа с другой…
А еще спустя мгновение девица поворачивает ко мне лицо, и мой мир разрывается на части…
Маруся преграждает мне путь, становится передо мной.
– Дочка! Ты что?! Что происходит?! Почему ты не даешь мне пройти?!
– Мама! Не нужно! Пойдем отсюда! Пойдем!
Маруся цепляет меня за руку, высокая, хваткая, она уже на пять сантиметров выше меня в росте.
– Не поняла! Почему не пускаешь?!
Смотрю в полные слез глаза дочери, а затем до меня доходит, что дверь в нашу супружескую спальню открыта… и… я замечаю алое белье у входа… не мое!
В шоке отодвигаю дочь, иду, будто магнитом тянет к этой тряпке, что валяется у двери, и спустя мгновение я толкаю дверь в спальню и замираю в шоке, когда застаю мужа с другой…
А еще спустя мгновение девица поворачивает ко мне лицо, и мой мир разрывается на части…
Но на экране горело уведомление о сообщении. Номер был незнакомый.
Я нахмурилась, но сообщение открыла.
«Сидишь ждёшь его, дура? А он со мной».
Сначала я даже не поняла смысла слов. Мозг словно отказался складывать буквы в осмысленное предложение. Я перечитала снова. Потом ещё раз. И только тогда меня пронзило осознание.
Сообщение не заканчивалось только словами. Внизу висел прикреплённый файл – фотография.
Я боялась нажать и посмотреть. Но пальцы жили отдельно от головы. Я всё равно коснулась экрана.
И, кажется, мой прежний мир начал превращаться в пепел. Пока я стеклянным взглядом смотрела на снимок, телефон снова дрогнул в руке. Новое сообщение.
Там был адрес. Всего лишь несколько строчек – название гостиницы, этаж и номер комнаты.
И я, как чертова мазохистка, поехала туда, чтоб убедиться…
Я нахмурилась, но сообщение открыла.
«Сидишь ждёшь его, дура? А он со мной».
Сначала я даже не поняла смысла слов. Мозг словно отказался складывать буквы в осмысленное предложение. Я перечитала снова. Потом ещё раз. И только тогда меня пронзило осознание.
Сообщение не заканчивалось только словами. Внизу висел прикреплённый файл – фотография.
Я боялась нажать и посмотреть. Но пальцы жили отдельно от головы. Я всё равно коснулась экрана.
И, кажется, мой прежний мир начал превращаться в пепел. Пока я стеклянным взглядом смотрела на снимок, телефон снова дрогнул в руке. Новое сообщение.
Там был адрес. Всего лишь несколько строчек – название гостиницы, этаж и номер комнаты.
И я, как чертова мазохистка, поехала туда, чтоб убедиться…
Анна сняла туфли, почему-то автоматически, по привычке, хотя сейчас это было совершенно неважно, и медленно двинулась к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагалась спальня.
Каждая ступенька скрипела под её ногами, но музыка заглушала звуки. Анна поднималась, и с каждым шагом внутри неё росло ощущение нереальности происходящего. Это не может быть правдой. Это какое-то недоразумение. Сейчас она поднимется, и там будет совершенно невинное объяснение: Лера зашла... зачем? Попросить что-то? Вернуть книгу? Да, точно, она брала у них книгу, может, принесла. А Дмитрий пригласил её подождать, пока он... что? Что он мог делать в спальне с включённой музыкой в это время?
Дверь спальни была приоткрыта. Анна подошла совсем близко, положила руку на холодную ручку и толкнула дверь.
Время остановилось.
На их кровати, на белоснежном постельном белье…
Каждая ступенька скрипела под её ногами, но музыка заглушала звуки. Анна поднималась, и с каждым шагом внутри неё росло ощущение нереальности происходящего. Это не может быть правдой. Это какое-то недоразумение. Сейчас она поднимется, и там будет совершенно невинное объяснение: Лера зашла... зачем? Попросить что-то? Вернуть книгу? Да, точно, она брала у них книгу, может, принесла. А Дмитрий пригласил её подождать, пока он... что? Что он мог делать в спальне с включённой музыкой в это время?
Дверь спальни была приоткрыта. Анна подошла совсем близко, положила руку на холодную ручку и толкнула дверь.
Время остановилось.
На их кровати, на белоснежном постельном белье…
— Нет, это он купил любовнице, — говорю, и чувствую, как рот заполняет горький вкус.
— Да с чего ты взяла? — голос моей лучшей подруги Насти еле шелестит.
Тогда я ещё не знала, что Настя и есть та самая любовница моего «идеального» мужа. Он обещал мне счастливую жизнь, большой дом и детей, а сам такое со мной сделал, такое...
Но я научилась готовить не только десерты. Я приготовила и месть — с таким же сладким и обжигающим вкусом, как карамель. И я из обманутой жены превратилась в женщину, которая сама создаёт свою жизнь.
— Да с чего ты взяла? — голос моей лучшей подруги Насти еле шелестит.
Тогда я ещё не знала, что Настя и есть та самая любовница моего «идеального» мужа. Он обещал мне счастливую жизнь, большой дом и детей, а сам такое со мной сделал, такое...
Но я научилась готовить не только десерты. Я приготовила и месть — с таким же сладким и обжигающим вкусом, как карамель. И я из обманутой жены превратилась в женщину, которая сама создаёт свою жизнь.
Чёрт бы всё это побрал! Вот почему у такого мерзавца не могло оказаться какой-нибудь стервозной, злющей, противной, толстой и никчёмной жены?
— Я… — Алёна рвано выдохнула. — Я думаю, что это всё не моё. — сдалась она. — Как одноразовая акция, как опыт… Ну, ладно, почему бы и нет? Но ты планы особо не строй. Я бы хотела на выходных уже уехать.
— Куда? — Яся непонимающе моргнула.
— Домой.
— Но… — Хомова смутилась. Несмотря на то что они с Алёной нашли общий язык, говорить о личном было ещё неловко. — Ты же… ты к жениху сюда приехала. Разве нет?
«Ага, к жениху. Чего уж там. Сразу к мужу. К твоему.» — забилось в мыслях у Алёны.
— Я… — Алёна рвано выдохнула. — Я думаю, что это всё не моё. — сдалась она. — Как одноразовая акция, как опыт… Ну, ладно, почему бы и нет? Но ты планы особо не строй. Я бы хотела на выходных уже уехать.
— Куда? — Яся непонимающе моргнула.
— Домой.
— Но… — Хомова смутилась. Несмотря на то что они с Алёной нашли общий язык, говорить о личном было ещё неловко. — Ты же… ты к жениху сюда приехала. Разве нет?
«Ага, к жениху. Чего уж там. Сразу к мужу. К твоему.» — забилось в мыслях у Алёны.
– Знаешь, что отличает настоящую женщину от кухарки? - толкает моего жениха сестра в дверь, за которой стою я.
– И что же? - Валид расслабленно выдыхает. Он не сопротивляется ей. Наоборот. Охотно подыгрывает.
– Что хочу, то и беру, - томно шепчет. - Захотела, и ты приполз ко мне.
– Привычка. Трудно отказаться от десерта, - подтверждает жених.
– Тогда не будем терять время.
Они его никогда не теряли. Учились вместе за границей. А я ждала своего жениха и верила сестре. Обоим верила.
Сестра должна скоро взять фамилию Горного Князя. Но она не все предусмотрела.
Альтернативный Кавказ
– И что же? - Валид расслабленно выдыхает. Он не сопротивляется ей. Наоборот. Охотно подыгрывает.
– Что хочу, то и беру, - томно шепчет. - Захотела, и ты приполз ко мне.
– Привычка. Трудно отказаться от десерта, - подтверждает жених.
– Тогда не будем терять время.
Они его никогда не теряли. Учились вместе за границей. А я ждала своего жениха и верила сестре. Обоим верила.
Сестра должна скоро взять фамилию Горного Князя. Но она не все предусмотрела.
Альтернативный Кавказ
Меня предали и продали. Еще вчера я была успешной женщиной, счастливой женой и матерью, а сейчас, босая и оборванная, поставлена на колени перед похитителем.
- Ты слишком много возомнила о себе, Нина, - презрительно бросает он. – Из-за тебя я потерял отца. Ты ответишь за все, наглая выскочка.
- Муж найдет меня! Он вас уничтожит! - выкрикиваю я.
- Это исключено. Его уже сбили со следа. А тебя обнулили.
Я нашел ее в пустыне. Полуживую, в изорванной грязной одежде. Спас от смерти и присвоил себе, не задумываясь о последствиях. Эта женщина стала моим счастьем и моим наказанием, моим наваждением и болезнью. Моей единственной любовью. Не могу ее отпустить. Она моя. Навсегда. Я так решил. И слово мое – закон.
- Ты слишком много возомнила о себе, Нина, - презрительно бросает он. – Из-за тебя я потерял отца. Ты ответишь за все, наглая выскочка.
- Муж найдет меня! Он вас уничтожит! - выкрикиваю я.
- Это исключено. Его уже сбили со следа. А тебя обнулили.
Я нашел ее в пустыне. Полуживую, в изорванной грязной одежде. Спас от смерти и присвоил себе, не задумываясь о последствиях. Эта женщина стала моим счастьем и моим наказанием, моим наваждением и болезнью. Моей единственной любовью. Не могу ее отпустить. Она моя. Навсегда. Я так решил. И слово мое – закон.
Выберите полку для книги