Книги по тегу «предательство»: ""
— Ты зачем писал ей по ночам?
— Марина, тише. Никита спит.
— Она дочь моей сестры, Олег. Ты её на руках маленькую держал.
— Ей уже восемнадцать. И ты всё неправильно поняла.
Сестра лежала в больнице и попросила отвезти её дочь в Питер на поступление. Мой муж сам вызвался помочь. Я решила поехать с ними и взять сына: заодно погуляем, покажем ребёнку Петергоф, проведём несколько дней семьёй.
Только уже в отеле я заметила, как Олег смотрит на Леру. Не как на племянницу. Не как на ребёнка нашей семьи.
А потом увидела сообщение: Удаляй всё. Марина подозревает.
И поняла: эта поездка закончится не поступлением Леры. Она закончится правдой, после которой наша семья уже не вернётся домой прежней.
— Марина, тише. Никита спит.
— Она дочь моей сестры, Олег. Ты её на руках маленькую держал.
— Ей уже восемнадцать. И ты всё неправильно поняла.
Сестра лежала в больнице и попросила отвезти её дочь в Питер на поступление. Мой муж сам вызвался помочь. Я решила поехать с ними и взять сына: заодно погуляем, покажем ребёнку Петергоф, проведём несколько дней семьёй.
Только уже в отеле я заметила, как Олег смотрит на Леру. Не как на племянницу. Не как на ребёнка нашей семьи.
А потом увидела сообщение: Удаляй всё. Марина подозревает.
И поняла: эта поездка закончится не поступлением Леры. Она закончится правдой, после которой наша семья уже не вернётся домой прежней.
– Андрей, я все эти годы жертвовала собой ради семьи, детей, ради тебя. Я делала все…
– Тебя об этом никто не просил, – холодно отрезает муж, – может быть стоило не идти на жертвы, а вести себя достойно?
– Ты несправедлив.
– Жизнь, вообще несправедлива, Маша. Собирай свои вещи и чтобы к обеду твоих вещей не было в моем доме, можешь пожить в моей старой квартире, а дальше решим.
– А дети…
– Дети остануться в этом доме. Или ты думаешь они захотят жить с такой матерью как ты?
Я три года знаю про все измены моего мужа.
У него вторая семья, у него любовница, которой я дала деньги, чтобы защитить репутацию мужа.
Я пожертвовала всем, ради спасения нашей семьи, а он все равно решил, что я его недостойна.
– Тебя об этом никто не просил, – холодно отрезает муж, – может быть стоило не идти на жертвы, а вести себя достойно?
– Ты несправедлив.
– Жизнь, вообще несправедлива, Маша. Собирай свои вещи и чтобы к обеду твоих вещей не было в моем доме, можешь пожить в моей старой квартире, а дальше решим.
– А дети…
– Дети остануться в этом доме. Или ты думаешь они захотят жить с такой матерью как ты?
Я три года знаю про все измены моего мужа.
У него вторая семья, у него любовница, которой я дала деньги, чтобы защитить репутацию мужа.
Я пожертвовала всем, ради спасения нашей семьи, а он все равно решил, что я его недостойна.
— У меня будет ребёнок, Марина. От другой женщины.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно. Софья уже на седьмом месяце.
— А я? Я кто тогда?
— Моя жена. Поэтому будешь молчать и вести себя достойно.
— Ты хочешь, чтобы я приняла ребёнка твоей любовницы?
— Ты не смогла родить мне сама. Значит, хотя бы терпи.
Я думала, после этих слов уже больнее быть не может. Но ошиблась. В тот же день я узнала, что сама беременна. Только муж мне не поверил. Назвал лгуньей, обвинил в попытке удержать его и оставил одну за городом.
Он ещё не знал, что на этой дороге меня подберёт мужчина, которого он давно считает врагом. И что теперь я больше не буду удобной женой генерала, которая молчит и терпит.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно. Софья уже на седьмом месяце.
— А я? Я кто тогда?
— Моя жена. Поэтому будешь молчать и вести себя достойно.
— Ты хочешь, чтобы я приняла ребёнка твоей любовницы?
— Ты не смогла родить мне сама. Значит, хотя бы терпи.
Я думала, после этих слов уже больнее быть не может. Но ошиблась. В тот же день я узнала, что сама беременна. Только муж мне не поверил. Назвал лгуньей, обвинил в попытке удержать его и оставил одну за городом.
Он ещё не знал, что на этой дороге меня подберёт мужчина, которого он давно считает врагом. И что теперь я больше не буду удобной женой генерала, которая молчит и терпит.
Меня бросили перед всем Советом драконьих родов.
Муж объявил, что наш брак больше не нужен его дому, а в качестве «щедрого» отступного отдал мне старое Бюро для отвергнутых невест — пыльную контору с насмешливым названием, куда давно никто не приходит за справедливостью.
Он думал, что унизил меня.
Но Каэль Ардан не знал главного: без печати Бюро ни один дракон высокого рода не имеет права взять новую жену.
Теперь у меня в руках архивы забытых брачных договоров, жалобы женщин, которых вычеркнули из жизни одной подписью, и печать, способная остановить самый выгодный союз драконьих родов.
Мой бывший хочет жениться снова.
Его новая невеста уверена, что победила.
А Совет старших драконов уже понял: я нашла оружие, которое они сами вложили мне в руки.
Они называли нас отвергнутыми.
Теперь без нас ни один дракон не получит своё счастье.
Муж объявил, что наш брак больше не нужен его дому, а в качестве «щедрого» отступного отдал мне старое Бюро для отвергнутых невест — пыльную контору с насмешливым названием, куда давно никто не приходит за справедливостью.
Он думал, что унизил меня.
Но Каэль Ардан не знал главного: без печати Бюро ни один дракон высокого рода не имеет права взять новую жену.
Теперь у меня в руках архивы забытых брачных договоров, жалобы женщин, которых вычеркнули из жизни одной подписью, и печать, способная остановить самый выгодный союз драконьих родов.
Мой бывший хочет жениться снова.
Его новая невеста уверена, что победила.
А Совет старших драконов уже понял: я нашла оружие, которое они сами вложили мне в руки.
Они называли нас отвергнутыми.
Теперь без нас ни один дракон не получит своё счастье.
❤️🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️🤍❤️
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
- Лея, - он обхватывает меня сзади, прижимаясь к моей спине. - Ни слова.
Матвеев подталкивает меня к огромной кровати и медленно тянет вниз язычок на изумрудном платье. Ткань соскальзывает, падает к ногам. Меня бьёт дрожь. Жар по телу.
- Ложись, - приказывает он.
Глаза гипнотизируют. Слова подчиняют. Я не сопротивляюсь. Сажусь на край и откидываюсь на подушки, сжимая ладонями прохладные простыни. Гордей стоит надо мной, не спеша снимает пиджак, развязывает и стягивает темно-синий галстук.
- Руки.
Я хочу его. Боюсь его. Шелк обвивает запястья. Матвеев притягивает их к изголовью, крепко завязывая узел.
- Какая ты… - шепчет. - Пугливая.
***
Гордей делает рваный вдох.
- Не хочешь признаться? Сейчас, пока еще есть шанс?
- Нет, - мой голос срывается.
Я люблю его до дрожи, но между нами пропасть.
- А мне вот очень интересно... Кто ты на самом деле? Лея, бывшая учительница и моя ассистентка? Или Лея расчётливая сука, которая спит за деньги?
- Я... не понимаю
Матвеев подталкивает меня к огромной кровати и медленно тянет вниз язычок на изумрудном платье. Ткань соскальзывает, падает к ногам. Меня бьёт дрожь. Жар по телу.
- Ложись, - приказывает он.
Глаза гипнотизируют. Слова подчиняют. Я не сопротивляюсь. Сажусь на край и откидываюсь на подушки, сжимая ладонями прохладные простыни. Гордей стоит надо мной, не спеша снимает пиджак, развязывает и стягивает темно-синий галстук.
- Руки.
Я хочу его. Боюсь его. Шелк обвивает запястья. Матвеев притягивает их к изголовью, крепко завязывая узел.
- Какая ты… - шепчет. - Пугливая.
***
Гордей делает рваный вдох.
- Не хочешь признаться? Сейчас, пока еще есть шанс?
- Нет, - мой голос срывается.
Я люблю его до дрожи, но между нами пропасть.
- А мне вот очень интересно... Кто ты на самом деле? Лея, бывшая учительница и моя ассистентка? Или Лея расчётливая сука, которая спит за деньги?
- Я... не понимаю
Муж привёл любовницу в наш дом.
Не в ресторан. Не в чужую квартиру. Не “поговорить”.
В наш дом. С чемоданом.
Сергей стоял у камина так спокойно, будто уже всё решил за меня: кому достанется спальня, кто останется хозяйкой кухни, где будут жить дети и почему я должна “уйти достойно”.
— Подпишешь документы, Ирина. Дом останется мне. Не усложняй.
Он был уверен, что после двадцати трёх лет брака я промолчу. Что я испугаюсь суда, чужих разговоров, слёз детей и молодой Алисы, которая уже примеряла мою жизнь как новое платье.
Но Сергей забыл одну вещь.
Этот дом строился не только на его деньгах. Его успех начинался не только с его фамилии. А женщина, которую он решил выставить за дверь, слишком долго молчала не потому, что была слабой.
Просто она слишком долго любила.
Теперь бывший хочет дом.
Любовница хочет моё место.
Дети хотят правду.
А рядом появляется мужчина, который впервые не требует от меня быть удобной.
Но прежде чем выбрать новую любовь, мне придётся
Не в ресторан. Не в чужую квартиру. Не “поговорить”.
В наш дом. С чемоданом.
Сергей стоял у камина так спокойно, будто уже всё решил за меня: кому достанется спальня, кто останется хозяйкой кухни, где будут жить дети и почему я должна “уйти достойно”.
— Подпишешь документы, Ирина. Дом останется мне. Не усложняй.
Он был уверен, что после двадцати трёх лет брака я промолчу. Что я испугаюсь суда, чужих разговоров, слёз детей и молодой Алисы, которая уже примеряла мою жизнь как новое платье.
Но Сергей забыл одну вещь.
Этот дом строился не только на его деньгах. Его успех начинался не только с его фамилии. А женщина, которую он решил выставить за дверь, слишком долго молчала не потому, что была слабой.
Просто она слишком долго любила.
Теперь бывший хочет дом.
Любовница хочет моё место.
Дети хотят правду.
А рядом появляется мужчина, который впервые не требует от меня быть удобной.
Но прежде чем выбрать новую любовь, мне придётся
Я заметила Дениса почти сразу. Он выходил из ресторана.
Сначала внутри всё радостно дернулось – чисто автоматически. Настолько привычной стала мысль, что рядом с ним мне хорошо.
Хотела уже перейти дорогу и окликнуть его.
Но потом из ресторана вышла она. И почему-то я сразу поняла – это та самая Оля, которая писала моему мужу.
Не знаю как. Просто поняла.
Она подошла к Денису слишком близко. У меня внутри всё оборвалось. А потом Оля приподнялась на носках и поцеловала его.
И в тот момент мне стало по-настоящему больно.
Наш брак был договорным, выгодным нам двоим. Но… оказывается можно полюбить и фиктивного мужа… И это была моя главная ошибка.
Сначала внутри всё радостно дернулось – чисто автоматически. Настолько привычной стала мысль, что рядом с ним мне хорошо.
Хотела уже перейти дорогу и окликнуть его.
Но потом из ресторана вышла она. И почему-то я сразу поняла – это та самая Оля, которая писала моему мужу.
Не знаю как. Просто поняла.
Она подошла к Денису слишком близко. У меня внутри всё оборвалось. А потом Оля приподнялась на носках и поцеловала его.
И в тот момент мне стало по-настоящему больно.
Наш брак был договорным, выгодным нам двоим. Но… оказывается можно полюбить и фиктивного мужа… И это была моя главная ошибка.
Марья ждала своего жениха Ивана, тот должен был вернуться с похода на нечисть, что развелась на границе с Тридевятым царством.
Обещал вернуться, да свадебку сыграть.
Марья-искусница приданого нашила, да не только себе. Все деревенские жители шли к ней с поклоном. Поговаривали, Марья силой обладает и вещи из-под ее рук выходят заговоренные на удачу и на здоровье, а молодых ведет к любви и достатку.
Вот только вернулся Иван сам не свой, прогнал Марью, обвинил в том, что не дождалась его, с другим была.
Вся деревня отвернулась от Марьюшки, а Иван на другой жениться собрался.
Не выдержало девичье сердечко, и решила Марья попытать счастья в другой деревне, подальше от любимого и его новой невесты.
Обещал вернуться, да свадебку сыграть.
Марья-искусница приданого нашила, да не только себе. Все деревенские жители шли к ней с поклоном. Поговаривали, Марья силой обладает и вещи из-под ее рук выходят заговоренные на удачу и на здоровье, а молодых ведет к любви и достатку.
Вот только вернулся Иван сам не свой, прогнал Марью, обвинил в том, что не дождалась его, с другим была.
Вся деревня отвернулась от Марьюшки, а Иван на другой жениться собрался.
Не выдержало девичье сердечко, и решила Марья попытать счастья в другой деревне, подальше от любимого и его новой невесты.
— Конечно же, я не могла пропустить столь знаменательное событие. Моя лучшая подружка выходит замуж за человека, которого я очень любила. От которого хотела детей. Такого красивого и мужественного Валерия, умеющего нравится женщинам, — голос ее был мелодичен и до безобразия спокоен.
— Эми, зачем? — смог глухо выдать Валерий и глаза его подозрительно заблестели влагой. Посерел заметно, относительно белоснежной рубашки.
Сродни отчаяния сквозило во взгляде. Не отболело еще, не прошло. Видеть бывшую девушку, все равно, что смотреть на сварку… Красиво, но больно. В ее голубых глазах такая же агония, будто смотришь на свою собственную боль в зеркало.
Два глубоко раненых человека, которые ломают все вокруг.
Валерий решил забыться, связавшись в по уши в него влюбленную Даночку.
Эмилия где-то долго пропадала, исчезнув со всех радаров, после скандала на девичнике.
— Эми, зачем? — смог глухо выдать Валерий и глаза его подозрительно заблестели влагой. Посерел заметно, относительно белоснежной рубашки.
Сродни отчаяния сквозило во взгляде. Не отболело еще, не прошло. Видеть бывшую девушку, все равно, что смотреть на сварку… Красиво, но больно. В ее голубых глазах такая же агония, будто смотришь на свою собственную боль в зеркало.
Два глубоко раненых человека, которые ломают все вокруг.
Валерий решил забыться, связавшись в по уши в него влюбленную Даночку.
Эмилия где-то долго пропадала, исчезнув со всех радаров, после скандала на девичнике.
Выберите полку для книги