Книги по тегу «предательство»: ""

Я поставила чашку на стол и медленно подошла ближе, останавливаясь напротив него.
– Нам нужно поговорить, – сказала я.
Он замер, но не сразу повернулся, будто заранее знал, что этот момент наступит, но надеялся его оттянуть.
– О чём? – спросил он, не глядя на меня.
– О том, что происходит.
– Что ты хочешь услышать? – спросил он.
– Правду, – сказала я.
Он отвёл взгляд, провёл рукой по лицу, вздохнул.
– А если она тебе не понравится?
– Она мне уже не нравится, – ответила я.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли лёгкости.
– У тебя есть другая? – спросила я прямо.
Он закрыл глаза на секунду, будто устал даже от самого вопроса.
– Это… сложно.
Я нервно усмехнулась.
– Нет. Это очень просто. Да или нет.
– Да, – сказал он наконец.

Три дня в деревне... Константин, мой муж, сказал: «Съезди к родителям, расслабься наконец».
Возвращаюсь домой и в коридоре чувствую запах…
Не наш. Не мой, не Костин терпкий, к которому я привыкла настолько, что перестала замечать. Это что-то сладкое, приторное, с нотками ванили и каких-то цветов.
Я иду на кухню.
Два бокала. На столе, возле окна…
Я набираю номер Кости. Гудки. Один, второй, третий. Пожалуйста, не бери трубку. Пожалуйста, пусть всё это окажется глупым недоразумением.
– Надь! Привет! – голос бодрый, весёлый даже. – Как съездила?

— Как тебя только муж терпит?
— С трудом. Регулярно посещает психолога.
— А у окулиста он часто бывает? — босс окидывает взглядом мой канареечного цвета наряд, намекая, что от яркости можно ослепнуть.
— Я же молчу, что вам нравится ходить в черном, будто кто-то умер.
Босс резко тормозит. Я влетаю ему в спину. Главное, чтобы он не отправил меня обратно в Питер в багажном отделении.
— Мужу сочувствую. Женщина должна угождать мужчине.
Бурчу себе под нос:
— То-то вас больше недели никто не выдерживает.
— Что ты сказала?
— Я говорю — жарко! Сейчас самое вредное солнце.

Нет у меня никакого мужа. Два месяца назад нас с ним развели. А все из-за его любовницы. Между нами встряла моя лучшая подруга. Викторию не остановило даже то, что мы с мужем годами пытались завести ребенка, а у нее самой есть четырехлетний малыш. Так что угождать мужчине — последнее, чем я планирую заниматься. Кто бы мог подумать, что нас с моим ненавистным боссом на курорте ждет такое…

В уютном кафе «У перекрёстка», где аромат свежесваренного кофе смешивается с шёпотом доверительных разговоров, пересекаются судьбы, страхи и надежды. Здесь, за привычным столиком у окна, Аня и Паша строили планы, смеялись и верили: их любовь — навсегда. Но однажды тень подозрений легла между ними, и привычный мир начал рассыпаться на осколки.

Аня, терзаемая сомнениями, пытается разглядеть правду в обрывках фраз и случайных взглядах. Паша, загнанный в угол проблемами с бизнесом, боится признаться в слабости, боясь потерять самое дорогое. А между ними — Света, чьи мотивы скрыты за маской заботы, и чьи слова, как острые камни, ранят доверие.

…Моя подруга сидит на диване в накинутой на плечи рубашке моего мужа.
Я не кричу.
Вместо этого во мне что-то похожее на очень глубокую тишину. Как когда ныряешь в воду и звуки вдруг кончаются.
***
Лифт ещё здесь – я нажимаю кнопку, слышу за спиной шаги, быстрые, и прежде, чем двери успевают открыться, его рука ложится на моё плечо.
– Подожди, – голос другой: жёсткий, почти сердитый. – Кать, ты не можешь вот так просто уйти. Нам нужно поговорить. Вернись!
Я смотрю на его руку на своём плече.
Потом смотрю на него.
Босой. В коридоре.
– Да пошёл ты, – говорю я и, скидывая его руку, захожу в лифт…

Что делать, если твой немолодой муж изменяет тебе с молодой любовницей? Правильный ответ: оставить его дома с тремя детьми, а самой отправиться в путешествие.

– И куда ты собралась? – предатель скрещивает руки на груди и укоризненно смотрит на мой чемодан.
– Не твоё собачье дело, – цежу сквозь зубы. – Пропусти.
– Не пропущу, Ира! Ты никуда не поедешь. Не посмеешь, – нагло усмехается мне в лицо Егор.
– Ещё как посмею! Если ты думаешь, что я твоя ручная обезьянка, то глубоко ошибаешься. Отошёл в сторону! – рявкаю так громко, что стены в квартире начинают дрожать.
– Гульнуть решила без меня в отпуске? По мужикам шляться, да? Если ты выйдешь сейчас из квартиры, то я больше тебя сюда не впущу. Я тебе запрещаю.
– Своей Лизке будешь запрещать, предатель!

– Лиза – не любовница, а моя любимая женщина. Ну, наконец-то я сказал это. Аж легче стало, – театрально закатывает глаза мой благоверный. – И не делай такое лицо, Валя.


– Валя? Кошмар… Имя-то какое, старушечье, – хихикает мерзавка. – Мне она представилась Тиной.

– Не понимаю… Все это – розыгрыш? – всхлипываю я. – Ваня, Маша, а вы что же… Знали все? – перевожу взгляд на детей.


– Мам, хватит уже играть в счастливую семью, – деловито складывает на груди руки дочь. – Или ты всерьез думала, что папа ездит в командировки? Ха-ха! Или в спортзал записался, чтобы подлечить больную спину? Или седину закрашивает, чтобы тебе понравиться?

Да, я именно так и думала… Дура…

Пока муж не привел в мою фотостудию беременную любовницу и наших детей…

— Знаешь, Варь, мне все это надоело, — голос мужа звучит глухо, как будто и не его вовсе. — Я устал.
— О чем ты, Глеб?! — испуганно спрашиваю я. На его лице и в самом деле царит усталость. Отстраненность. Отчужденность. Это не тот Глеб, которого я знаю и люблю.
Это… Другой.
— Неужели это все из-за твоей мамы? Ты правда веришь ей?!
— Да! — с его губ срывается грубый рык, и я в ужасе отшатываюсь. Он подходит к полке, достает чемодан и с непоколебимым видом бросает его перед моими ногами. — Собирай свои вещи и проваливай.
***
Благодаря козням свекрови, муж безжалостно выгнал меня из дома, не дав шанса объясниться и даже не зная о том, что вместе со мной выгоняет своего будущего ребёнка. И я ушла, не желая что-то доказывать.
Спустя два года судьба сталкивает нас вновь, где я — медсестра, а он — мой пациент, балансирующий на грани жизни и смерти. Теперь я должна спасти мужчину, который однажды меня уничтожил.
И он все ещё не знает о сыне.

— Кто она? Кто эта блондинка, которая выскочила из нашей бани голая, и... сорвала с тебя полотенце, повалив в снег?!
Двадцать лет брака. Я хотела устроить мужу незабываемое новоселье в доме нашей мечты, который мы строили вместе десять лет, вложив столько сил, денег, каждую свободную минуту.
Но, оказывается, меня там не ждали.
Моё место было занято другой...
Давид проводит руками по волосам и холодно отвечает:
— Зачем ты только приехала? Ты не должна была это видеть. Ты всё испортила.
Слёзы текут по щекам.
Боже как больно. Как же мне больно! Внутри всё горит, как в аду!
— Лариса... Мы просто решили попариться в бане. Просто поговорить о том, что было между нами когда-то.
— Лариса? Это её именем ты назвал меня прошлой ночью?
Неловкая пауза и тяжёлый вздох:
— Она — женщина из моего прошлого. Я пытался её забыть, но не смог. А теперь она внезапно вернулась... Диана, ты должна меня понять, я просто не смог устоять. И я хочу переписать на нее наш дом. Прости...

— Мы же с тобой всем всегда делились, — сестра, которую я застала со своим мужем, довольно улыбается.
— Но не мужчинами!
— Он не будь ханжой, — Света закатывает глаза.
Перевожу взгляд на мужа, который как ни в чем не бывало ест бутерброд:
— Чего тебе не хватало?
— Твоя сестра предложила "сделать подарок" на мой день рождения, и я не нашел повода отказаться, — Олег не чувствует себя виноватым.
— То есть то, что ты женат, — не повод? — в груди холодеет. — Мы с тобой женаты три года, Олег. Три года. Уже это ничего не стоит?
— Любовь живет три года, слышала поговорку? — хмыкает муж. — У всего есть свой срок давности,
— Срок давности... У брака?
— Соня, ты должна понимать, что люди меняются. Тем более, я поторопился с женитьбой. Ты была такой правильной, такой недотрогой, вот мне и хотелось тебя заполучить. Прямо свербило. А когда заполучил… — пожимает плечами. — Даже самая желанная вещь, которая уже твоя, рано или поздно становится обычной.