Подборка книг по тегу: "принуждение"
Чтобы родить здорового ребенка Мелиссе нужен оборотень. Она сделает все возможное, чтобы осуществить свою мечту - стать матерью. Даже, если придется похитить медведя... Ее жертвой станет Дмитрий Бурый. Оборотень одиночка.
Дмитрию же придется показать зарвавшейся самке, что так с самцами себя не ведут...
Дмитрию же придется показать зарвавшейся самке, что так с самцами себя не ведут...
Начало нашей эры. Корабль инопланетян-хищников потерпел крушение. Они попали в плен и вынуждены развлекать граждан античного Рима как гладиаторы. На них обращают внимание красавицы-римлянки. Но что сулит девушкам эта встреча?
Меня зовут Александра и я совершила одну ошибку, позволила ему войти в мою жизнь. Демон, что явился из тьмы и сделал меня своей. Я попыталась бросить ему вызов, решив доказать, что еще могу принадлежать себе.
Как же я ошибалась.
Он не прощает не послушания. Его ревность не человеческое чувство. И его наказание, это одновременно боль и наслаждение, от которого сходишь с ума.
Эта история о том, как я стала пленницей собственных желаний и о цене, которую приходится платить, когда твоим хозяином становится демон.
Готовы ли вы узнать, на что это похоже-быть вещью и игрушкой, чьи удовольствия становятся твоим единственным адом и раем?
Самостоятельный рассказ.
Как же я ошибалась.
Он не прощает не послушания. Его ревность не человеческое чувство. И его наказание, это одновременно боль и наслаждение, от которого сходишь с ума.
Эта история о том, как я стала пленницей собственных желаний и о цене, которую приходится платить, когда твоим хозяином становится демон.
Готовы ли вы узнать, на что это похоже-быть вещью и игрушкой, чьи удовольствия становятся твоим единственным адом и раем?
Самостоятельный рассказ.
— Вы удивили нас, Марго. — снимая пиджак улыбнулся Алексей. — Даже больше, чем мы ожидали.
— Это… хорошо? — мой голос дрогнул.
Дмитрий подошёл ближе, мимолетно коснувшись пальцами моей руки.
— Очень. Настолько, что мы хотим предложить вам… новую роль.
Мое сердце билось так громко, что, казалось, они могли услышать.
— Какую? — еле слышно прошептала я.
— Ту, для которой ты создана Марго… — Алексей упал в кресло напротив, медленно снял часы и положил их с металлическим стуком на столик.
Я поняла… я все поняла и хотела возразить, что это неправильно, но за моей спиной прозвучал голос Дмитрия.
— Не бойся Рита. Мы знаем, что ты справишься.
Назад пути не было. Я знала это с самого первого знакомства с боссами, но старалась об этом не думать.
— Мы вложили в тебя сегодня много, Марго. — синеглазый подошел ближе. — Не только платье. Мы представили тебя важным людям… — Он сделал паузу. — и теперь ты должна доказать, что мы не ошиблись.
— Это… хорошо? — мой голос дрогнул.
Дмитрий подошёл ближе, мимолетно коснувшись пальцами моей руки.
— Очень. Настолько, что мы хотим предложить вам… новую роль.
Мое сердце билось так громко, что, казалось, они могли услышать.
— Какую? — еле слышно прошептала я.
— Ту, для которой ты создана Марго… — Алексей упал в кресло напротив, медленно снял часы и положил их с металлическим стуком на столик.
Я поняла… я все поняла и хотела возразить, что это неправильно, но за моей спиной прозвучал голос Дмитрия.
— Не бойся Рита. Мы знаем, что ты справишься.
Назад пути не было. Я знала это с самого первого знакомства с боссами, но старалась об этом не думать.
— Мы вложили в тебя сегодня много, Марго. — синеглазый подошел ближе. — Не только платье. Мы представили тебя важным людям… — Он сделал паузу. — и теперь ты должна доказать, что мы не ошиблись.
Выгодный контракт на съемки в фильме для взрослых?
Да!
Подумать о последствиях и внимательно прочесть сценарий?
Нет...
Какого это попасть во власть незнакомца в роли рабыни? Не простой рабыни...
Да!
Подумать о последствиях и внимательно прочесть сценарий?
Нет...
Какого это попасть во власть незнакомца в роли рабыни? Не простой рабыни...
В помещение с бокалом в руке, вошел Арсений Николаевич... Его рубашка была настежь распахнута, открывая рельефный пресс и накачанную грудь.
Я невольно уставилась на полоску загорелой кожи, уходящую вглубь его низко сидящих на бедрах брюк, а затем с трудом взяв себя в руки, отвела взгляд, но он уже заметил мой интерес.
— Можешь смотреть, я не против. — усмехнулся он, слегка пританцовывая, приближаясь ко мне.
Я почувствовала, как заливаюсь румянцем, а мужчина взял мою руку и приложил ладонь к своей обнаженной, горячей груди.
— Я даже не против, если ты потрогаешь.
Я все понимала. Понимала, зачем здесь нахожусь, но инстинктивно рванулась назад, выдернув кисть. В этот момент, в столовую вошли двое других. Артур Геннадьевич хищно улыбаясь, надвигался на меня, а Станислав Борисович с бокалом в руке, неспешно подошел к кожаному креслу и устроился в нем.
— Ты готова, Светлана? У нас есть два часа.
Я невольно уставилась на полоску загорелой кожи, уходящую вглубь его низко сидящих на бедрах брюк, а затем с трудом взяв себя в руки, отвела взгляд, но он уже заметил мой интерес.
— Можешь смотреть, я не против. — усмехнулся он, слегка пританцовывая, приближаясь ко мне.
Я почувствовала, как заливаюсь румянцем, а мужчина взял мою руку и приложил ладонь к своей обнаженной, горячей груди.
— Я даже не против, если ты потрогаешь.
Я все понимала. Понимала, зачем здесь нахожусь, но инстинктивно рванулась назад, выдернув кисть. В этот момент, в столовую вошли двое других. Артур Геннадьевич хищно улыбаясь, надвигался на меня, а Станислав Борисович с бокалом в руке, неспешно подошел к кожаному креслу и устроился в нем.
— Ты готова, Светлана? У нас есть два часа.
– Так вот она какая, дочь короля, – произнёс демон.
Принцессу бросило в дрожь. Когда владыка склонился, и его огромная, закованная в латную перчатку рука протянулась к крылу пленницы, Аверия испугалась. Из-за цепей, сковывающий её руки и шею, она не могла убежать.
– Не тронь меня, – прошипела фейри.
Однако демон проигнорировал её мольбу. Его пальцы коснулись тонкой перепонки сияющего крыла. По телу принцессы пронеслась электрическая волна, смесь ужаса и какого-то неведанного нового чувства. Ведь крылья фейри являлись их эр🌚генной зоной и касаться их мог только возлюбленный.
– Такая хрупкая и невинная, – сказал владыка, наклонившись поближе. – Это будет самым сладким осквернением.
Принцессу бросило в дрожь. Когда владыка склонился, и его огромная, закованная в латную перчатку рука протянулась к крылу пленницы, Аверия испугалась. Из-за цепей, сковывающий её руки и шею, она не могла убежать.
– Не тронь меня, – прошипела фейри.
Однако демон проигнорировал её мольбу. Его пальцы коснулись тонкой перепонки сияющего крыла. По телу принцессы пронеслась электрическая волна, смесь ужаса и какого-то неведанного нового чувства. Ведь крылья фейри являлись их эр🌚генной зоной и касаться их мог только возлюбленный.
– Такая хрупкая и невинная, – сказал владыка, наклонившись поближе. – Это будет самым сладким осквернением.
Любимый жених сбежал с подругой на Мальдивы.
Я – в горный отель, подальше от жалости и боли. Но судьба подарила встречу с ними – двумя братьями, чьи тела дышали силой, а глаза – обещанием запретного наслаждения.
Они предложили мне новогоднее чудо. И я согласилась.
Правда, я ещё не знала, что в их номере окажусь сама... Обнаженная, дрожащая и ждущая их прикосновений.
Я – в горный отель, подальше от жалости и боли. Но судьба подарила встречу с ними – двумя братьями, чьи тела дышали силой, а глаза – обещанием запретного наслаждения.
Они предложили мне новогоднее чудо. И я согласилась.
Правда, я ещё не знала, что в их номере окажусь сама... Обнаженная, дрожащая и ждущая их прикосновений.
Стыд обжигал щёки: я, Эва, которая ещё час назад раздавала конфеты детям, теперь стояла полуголая перед чужим мужчиной в пентхаусе, куда меня просто… утащили. Страх скручивал живот: а вдруг он не отпустит? Вдруг Владислав так и не найдёт меня и не поможет?
***
Одна ошибка и праздничная ночь превращается в ловушку из власти, страсти и грязных тайн.
Чужой пентхаус. Чужие правила. И мужчина, для которого слово «нет» звучит как приглашение.
Она боится его.
Ненавидит.
И слишком остро чувствует.
Это история не про любовь с первого взгляда.
Это история про сделку с дьяволом, где на кону — свобода, тело и судьба отца.
Опасный арабский магнат.
Русская девушка, попавшая не в ту ночь и не к тому мужчине.
Жёсткая страсть, власть, страх и тонкая грань между ненавистью и зависимостью.
Когда ошибка становится началом.
Когда ночь не заканчивается на рассвете.
И когда самое страшное — понять, что пути назад больше нет.
***
Одна ошибка и праздничная ночь превращается в ловушку из власти, страсти и грязных тайн.
Чужой пентхаус. Чужие правила. И мужчина, для которого слово «нет» звучит как приглашение.
Она боится его.
Ненавидит.
И слишком остро чувствует.
Это история не про любовь с первого взгляда.
Это история про сделку с дьяволом, где на кону — свобода, тело и судьба отца.
Опасный арабский магнат.
Русская девушка, попавшая не в ту ночь и не к тому мужчине.
Жёсткая страсть, власть, страх и тонкая грань между ненавистью и зависимостью.
Когда ошибка становится началом.
Когда ночь не заканчивается на рассвете.
И когда самое страшное — понять, что пути назад больше нет.
Она вышла замуж за его сына.
Но попала во власть отца.
Одна ошибка.
Один взгляд.
И граница, которую нельзя было переступать, рушится безвозвратно.
Он — зрелый, опасно притягательный мужчина.
Она — слишком голодная до чувств, слишком слабая перед тем, кто знает, как брать.
Их тянет друг к другу вопреки разуму, морали и страху.
Когда желание становится навязчивым.
Когда запрет лишь разжигает пламя.
Когда остановиться уже невозможно.
Он не просит.
Он решает.
И если он сказал: «Я заберу тебя», — значит, так и будет.
Запретная страсть.
Турецкий темперамент.
Любовь, которая разрушает всё — кроме желания.
Но попала во власть отца.
Одна ошибка.
Один взгляд.
И граница, которую нельзя было переступать, рушится безвозвратно.
Он — зрелый, опасно притягательный мужчина.
Она — слишком голодная до чувств, слишком слабая перед тем, кто знает, как брать.
Их тянет друг к другу вопреки разуму, морали и страху.
Когда желание становится навязчивым.
Когда запрет лишь разжигает пламя.
Когда остановиться уже невозможно.
Он не просит.
Он решает.
И если он сказал: «Я заберу тебя», — значит, так и будет.
Запретная страсть.
Турецкий темперамент.
Любовь, которая разрушает всё — кроме желания.
Выберите полку для книги