Книги по тегу «психологическая драма»: ""
Он мог справиться с любым человеком. Кроме неё.
Рой Кейн годами строил мир, где всё подчинялось контролю. Мир, где ошибки имеют цену. Вилла Ашер стала ошибкой с первого взгляда. Она выводит его из равновесия, заставляет забывать собственные правила. И чем дальше он пытается держаться, тем быстрее рушится контроль.
Но у каждого из них есть прошлое, которое не отпускает. У каждого — границы, которые нельзя пересекать. И каждый раз, когда они наедине, эти границы становятся всё менее реальными.
Тёмный Лондон. Старые деньги. Опасные сделки.
История, которая начинается как столкновение характеров и становится чем-то гораздо более опасным. Мрачным. Болезненным. Неотвратимым. Густым, вязким, дышащим в затылок.
О том, как двое, привыкшие убивать в себе чувства, встречают того, кто заставляет их чувствовать заново. О контроле и хаосе. О тёмных переулках и тёмных мыслях.
О том, что страсть — это не про нежность.
Рой Кейн годами строил мир, где всё подчинялось контролю. Мир, где ошибки имеют цену. Вилла Ашер стала ошибкой с первого взгляда. Она выводит его из равновесия, заставляет забывать собственные правила. И чем дальше он пытается держаться, тем быстрее рушится контроль.
Но у каждого из них есть прошлое, которое не отпускает. У каждого — границы, которые нельзя пересекать. И каждый раз, когда они наедине, эти границы становятся всё менее реальными.
Тёмный Лондон. Старые деньги. Опасные сделки.
История, которая начинается как столкновение характеров и становится чем-то гораздо более опасным. Мрачным. Болезненным. Неотвратимым. Густым, вязким, дышащим в затылок.
О том, как двое, привыкшие убивать в себе чувства, встречают того, кто заставляет их чувствовать заново. О контроле и хаосе. О тёмных переулках и тёмных мыслях.
О том, что страсть — это не про нежность.
БЕСПЛАТНО (ПОДАРОК)
— Подпиши, Ника.
— Что это?
— Временная передача управления. Твоя фирма, склад, машины — всё должно быть под защитой.
— Под защитой? Или под тобой?
Демьян Громов смотрел спокойно. Слишком спокойно для мужчины, которому я приехала сказать, что у нас будет ребёнок.
— Сейчас не время спорить.
— Ошибаешься. Если ты решил забрать мою жизнь, время как раз самое подходящее.
Я пришла к нему с новостью, от которой у меня дрожали руки. Хотела увидеть в его глазах радость. Хотела хотя бы раз не быть сильной.
А увидела документы на столе, охрану у двери и женщину из его прошлого, которая знала обо мне слишком много.
Демьян Громов был опасным мужчиной. Я знала это с первой встречи. Только глупо поверила, что для меня он станет другим.
Теперь он говорит, что хочет меня защитить. Но я слишком хорошо вижу разницу между защитой и клеткой.
Он привык брать. Я привыкла выживать.
И если Громов думает, что я стану его добычей только потому, что ношу его ребёнка, он ошибается
— Подпиши, Ника.
— Что это?
— Временная передача управления. Твоя фирма, склад, машины — всё должно быть под защитой.
— Под защитой? Или под тобой?
Демьян Громов смотрел спокойно. Слишком спокойно для мужчины, которому я приехала сказать, что у нас будет ребёнок.
— Сейчас не время спорить.
— Ошибаешься. Если ты решил забрать мою жизнь, время как раз самое подходящее.
Я пришла к нему с новостью, от которой у меня дрожали руки. Хотела увидеть в его глазах радость. Хотела хотя бы раз не быть сильной.
А увидела документы на столе, охрану у двери и женщину из его прошлого, которая знала обо мне слишком много.
Демьян Громов был опасным мужчиной. Я знала это с первой встречи. Только глупо поверила, что для меня он станет другим.
Теперь он говорит, что хочет меня защитить. Но я слишком хорошо вижу разницу между защитой и клеткой.
Он привык брать. Я привыкла выживать.
И если Громов думает, что я стану его добычей только потому, что ношу его ребёнка, он ошибается
Ник Харрис, непризнанный писатель, получает приглашение на блистательный приём в поместье своего бывшего однокурсника — человека, чья жизнь стала воплощением всего, чего Ник не достиг. Среди ослепительной толпы он встречает женщину, которая, кажется, видит в нём родственную душу. Но за блеском этого вечера скрывается нечто большее, чем светские игры, и когда музыка смолкнет, Нику предстоит понять, что было реальностью, а что — лишь отражением его собственных надежд.
Женечка, студентка юрфака, всего лишь хотела подработать официанткой на закрытой вип-вечеринке ...
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Она - богатая успешная аристократка. Одинокая, потому что в её сердце всё ещё живёт любовь к мужчине, с которым когда-то всё оборвалось без причин.
Он - смертельно больной командор в отставке.
Она никогда не умела лечить.
Но она попробует.
Он - смертельно больной командор в отставке.
Она никогда не умела лечить.
Но она попробует.
Я выхожу замуж за главу клана Радоничей, чтобы спасти семью и долину. Сделка взрослых людей. Он защищает, я молчу.
Свадьба под цветущими яблонями. Красная нить от сглаза на запястье. Хлеб, который мы откусываем по очереди. Чужие руки, вносящие меня через порог.
А утром я не узнаю своего лица. Просыпаюсь в чужой комнате, в чужом теле, в чужой жизни. Я не помню ничего. Тело знает, куда идти, где стоят чашки и каким тоном я должна разговаривать.
Даты на календаре говорят, что прошло полгода. А в мамином платке спрятана записка с буквой «Б.» на белом листе.
Я найду, кого искала. И пойму, кем была все эти месяцы, познакомившись со своим мужем по-новой.
Свадьба под цветущими яблонями. Красная нить от сглаза на запястье. Хлеб, который мы откусываем по очереди. Чужие руки, вносящие меня через порог.
А утром я не узнаю своего лица. Просыпаюсь в чужой комнате, в чужом теле, в чужой жизни. Я не помню ничего. Тело знает, куда идти, где стоят чашки и каким тоном я должна разговаривать.
Даты на календаре говорят, что прошло полгода. А в мамином платке спрятана записка с буквой «Б.» на белом листе.
Я найду, кого искала. И пойму, кем была все эти месяцы, познакомившись со своим мужем по-новой.
— Ты же любишь меня? Помоги мне…
— Я люблю тебя. Поэтому я вызываю полицию.
В прошлой жизни я открыла дверь — и позволила войти не только в дом, но и в себя.
Он стал моей слабостью, моим медленным ядом.
И это стоило мне жизни.
Теперь я вернулась.
И когда он снова стоит на пороге, дрожащий, отравленный, умоляющий — я не чувствую жалости.
Я чувствую сладкое, тёмное удовлетворение.
Зара, ты хотела проверить своего парня на верность? Ты получишь результат. Но не тот, на который рассчитывала.
Теперь я не спасаю — я мщу.
Они думали, что я сломаюсь. Они не знали, что я уже была на том свете.
И когда он шепчет: «Ты же любишь меня…»
Я улыбаюсь.
Потому что да — я люблю.
Но теперь моя любовь — это тьма.
И она поглотит их обоих.
— Я люблю тебя. Поэтому я вызываю полицию.
В прошлой жизни я открыла дверь — и позволила войти не только в дом, но и в себя.
Он стал моей слабостью, моим медленным ядом.
И это стоило мне жизни.
Теперь я вернулась.
И когда он снова стоит на пороге, дрожащий, отравленный, умоляющий — я не чувствую жалости.
Я чувствую сладкое, тёмное удовлетворение.
Зара, ты хотела проверить своего парня на верность? Ты получишь результат. Но не тот, на который рассчитывала.
Теперь я не спасаю — я мщу.
Они думали, что я сломаюсь. Они не знали, что я уже была на том свете.
И когда он шепчет: «Ты же любишь меня…»
Я улыбаюсь.
Потому что да — я люблю.
Но теперь моя любовь — это тьма.
И она поглотит их обоих.
Ситуация: тебя подставили, уволили, ты умерла в туалете офиса. Просыпаешься за три недели до этого. Что делаешь?
— Спасаешь проект? ❌
— Раскрываешь заговор? ❌
— Отдаёшь проект врагу и смотришь, как он сам себя уничтожает? ✅
Корпоративный ад, временная петля и месть без грязных рук.
— Спасаешь проект? ❌
— Раскрываешь заговор? ❌
— Отдаёшь проект врагу и смотришь, как он сам себя уничтожает? ✅
Корпоративный ад, временная петля и месть без грязных рук.
ФЕЛИКС
Он вернулся с войны, но война так и не отпустила его.
Киев, 2010 год.
Бывший миротворец, владелец дорогого бутика мужской одежды, мужчина, который привык всё держать под контролем. Днём он продаёт безупречные костюмы, ночью просыпается в холодном поту от кошмаров, которые невозможно забыть.
Она живёт совсем в другом мире — мире, где любовь давно стала товаром, а доверие может стоить жизни.
Их встреча изменит обоих.
«Феликс» — это не история о красивой любви. Это роман о людях, сломанных войной, насилием, зависимостями и собственными решениями. О тех, кто отчаянно пытается сохранить в себе человека там, где надежды почти не осталось.
Без идеальных героев.
Без счастливых сказок.
Только жизнь такой, какой она иногда бывает.
18+
Книга содержит откровенные сцены сексуального характера, ненормативную лексику, употребление алкоголя и наркотических веществ, а также описание психологических травм, проституции, насилия и смерти.
Он вернулся с войны, но война так и не отпустила его.
Киев, 2010 год.
Бывший миротворец, владелец дорогого бутика мужской одежды, мужчина, который привык всё держать под контролем. Днём он продаёт безупречные костюмы, ночью просыпается в холодном поту от кошмаров, которые невозможно забыть.
Она живёт совсем в другом мире — мире, где любовь давно стала товаром, а доверие может стоить жизни.
Их встреча изменит обоих.
«Феликс» — это не история о красивой любви. Это роман о людях, сломанных войной, насилием, зависимостями и собственными решениями. О тех, кто отчаянно пытается сохранить в себе человека там, где надежды почти не осталось.
Без идеальных героев.
Без счастливых сказок.
Только жизнь такой, какой она иногда бывает.
18+
Книга содержит откровенные сцены сексуального характера, ненормативную лексику, употребление алкоголя и наркотических веществ, а также описание психологических травм, проституции, насилия и смерти.
Тимур производит впечатление самоуверенного, лощеного пижона, и этот образ весьма гармонично сочетается с занимаемой должностью коммерческого директора фармацевтического холдинга.
Но он мечтает о той, перед которой сможет снять свой идеальный камуфляж, о той, душа которой так же когда-то была прострелена насквозь. Вот только где найти такую, что оказалась в состоянии выжить после подобного ранения?
Для Насти одиночество это сознанный выбор, в котором ей максимально комфортно. У нее нет ни одного близкого человека, и она не доверяет никому, тем более мужчинам! Когда-то ей казалось, что победила и сумела сбежать из ада, не подозревая, насколько глубоко он остался внутри нее…
И неужели самодовольный, напыщенный начальник, что, кажется, не признает личные границы, которые она так отчаянно отстаивает, сможет перевернуть представления Насти о жизни, и о мужчинах в частности?!
*****
Но он мечтает о той, перед которой сможет снять свой идеальный камуфляж, о той, душа которой так же когда-то была прострелена насквозь. Вот только где найти такую, что оказалась в состоянии выжить после подобного ранения?
Для Насти одиночество это сознанный выбор, в котором ей максимально комфортно. У нее нет ни одного близкого человека, и она не доверяет никому, тем более мужчинам! Когда-то ей казалось, что победила и сумела сбежать из ада, не подозревая, насколько глубоко он остался внутри нее…
И неужели самодовольный, напыщенный начальник, что, кажется, не признает личные границы, которые она так отчаянно отстаивает, сможет перевернуть представления Насти о жизни, и о мужчинах в частности?!
*****
Выберите полку для книги