Книги по тегу «психологические травмы»: ""
Девочки «Velvet» сопровождают самых богатых, влиятельных и известных. Купить нас значит купить роскошь. Нас не стыдно привести в высшее общество – мы его часть. С нами не бывает скучно – мы знаем, как исполнять желания. Мы знаем о своих клиентах всё.
Мужчины, покупающие нас, получают нечто большее, чем удовлетворение – это может любая девочка по вызову. Они получают подтверждение собственного превосходства и состоятельности. Секс с нами – это не труд, а награда.
***
— У меня к тебе просьба. Деликатная.
Я молчу, уже осознавая, что это не просьба, а приказ.
— Мой сын, Андрей… — хозяйка делает небольшую паузу, подбирая слова. — Он проявляет… чрезмерный интерес к одной из девушек. Мне нужно, чтобы ты отвлекла его. Проявила к нему внимание. Ты идеальна для этой роли. Умна, красива и не веришь в сказки. Выясни, что у него на уме. И… сообщи мне, если его увлечения примут опасный оборот.
— Вы предлагаете мне стать его игрушкой?
— Я предлагаю тебе сыграть в игру, Белла.
Мужчины, покупающие нас, получают нечто большее, чем удовлетворение – это может любая девочка по вызову. Они получают подтверждение собственного превосходства и состоятельности. Секс с нами – это не труд, а награда.
***
— У меня к тебе просьба. Деликатная.
Я молчу, уже осознавая, что это не просьба, а приказ.
— Мой сын, Андрей… — хозяйка делает небольшую паузу, подбирая слова. — Он проявляет… чрезмерный интерес к одной из девушек. Мне нужно, чтобы ты отвлекла его. Проявила к нему внимание. Ты идеальна для этой роли. Умна, красива и не веришь в сказки. Выясни, что у него на уме. И… сообщи мне, если его увлечения примут опасный оборот.
— Вы предлагаете мне стать его игрушкой?
— Я предлагаю тебе сыграть в игру, Белла.
Случайная встреча навсегда изменила две жизни. Лилианна потеряла все: родителей, привычную жизнь, себя. Трент потерял покой, ведь один только взгляд в глаза “цвета неба”, и теперь ему предстояло провести в одиночестве всю оставшуюся жизнь, либо искать девушку, глаза которой он теперь никак не мог забыть.
В тексте:
○ нежные чувства
● истинная пара
○ немного рока
● оригинальные тексты
○ немного страсти
● чуточка юмора
○ немного драмы
● хэ
В тексте:
○ нежные чувства
● истинная пара
○ немного рока
● оригинальные тексты
○ немного страсти
● чуточка юмора
○ немного драмы
● хэ
Он — Дом. Мастер, обращающий контроль в исцеление, а боль — в очищение.
Она — душа, сломленная до состояния вещи. Ее купили на улице за пачку купюр.
Их встреча была случайной. Их союз — против всех правил.
Потому что иногда, чтобы спасти другого, нужно впустить его в самое сердце своей тьмы... и позволить ему запереть тебя изнутри.
пожалуйста поддержите автора подпиской и звездочкой.
Она — душа, сломленная до состояния вещи. Ее купили на улице за пачку купюр.
Их встреча была случайной. Их союз — против всех правил.
Потому что иногда, чтобы спасти другого, нужно впустить его в самое сердце своей тьмы... и позволить ему запереть тебя изнутри.
пожалуйста поддержите автора подпиской и звездочкой.
Не всё так просто, как кажется на первый взгляд, да? Или как там говорят... Возможно ли, встретившись по разные стороны баррикад непримиримыми врагами, нащупать общую цель? Сработает ли правило ”враг моего врага - мой друг”? Возможно ли, пройдя точку невозврата, забыв, потеряв себя, вернуться назад? И главное — стоит ли? Людям, казалось бы ничем не связаным друг с другом, предстоит ответить на эти вопросы и умудриться не сдохнуть в процессе.
Внимание: «Аномальная психика рядом с вами»! Практикующий психолог и страстный коллекционер человеческих раритетов приглашает на психологическое сафари по сочинским джунглям.
В её каталог попали самые яркие экземпляры: от нарцисса в кожаном плаще до социопата с бизнес-проектом в виде личного гарема. Эта книга — ваш весёлый и беззвучный гид, который научит видеть «ред-флаги» ещё на берегу и отличать оригинальность от готового клинического случая.
Запоминайте маркеры. Это руководство по выживанию.
В её каталог попали самые яркие экземпляры: от нарцисса в кожаном плаще до социопата с бизнес-проектом в виде личного гарема. Эта книга — ваш весёлый и беззвучный гид, который научит видеть «ред-флаги» ещё на берегу и отличать оригинальность от готового клинического случая.
Запоминайте маркеры. Это руководство по выживанию.
Четыре года назад Алина была яркой, самостоятельной девушкой с мечтами и голосом, от которого захватывало дух.
Сегодня она не узнаёт себя в зеркале.
Виктор пришёл в её жизнь как принц из сказки: безумно красиво ухаживал, засыпал цветами, клялся в вечной любви. Она сдалась. Вышла замуж. Родила сына.
И не заметила, как оказалась в клетке.
Изоляция. Унижения, которые стирают личность по кирпичику.
А когда родился Лёва — всё стало ещё хуже.
История о том, как женщина, разбитая до основания, собирает себя по осколкам — и становится сильнее, чем была
---
– Психологическая драма о домашнем насилии, которое не оставляет синяки
– История о том, как абьюз разрушает — и как находить силы собрать себя по осколкам
– История о втором шансе — когда посреди ада встречаешь человека, который не спасает, а просто держит за руку, пока ты спасаешь себя сама
Сегодня она не узнаёт себя в зеркале.
Виктор пришёл в её жизнь как принц из сказки: безумно красиво ухаживал, засыпал цветами, клялся в вечной любви. Она сдалась. Вышла замуж. Родила сына.
И не заметила, как оказалась в клетке.
Изоляция. Унижения, которые стирают личность по кирпичику.
А когда родился Лёва — всё стало ещё хуже.
История о том, как женщина, разбитая до основания, собирает себя по осколкам — и становится сильнее, чем была
---
– Психологическая драма о домашнем насилии, которое не оставляет синяки
– История о том, как абьюз разрушает — и как находить силы собрать себя по осколкам
– История о втором шансе — когда посреди ада встречаешь человека, который не спасает, а просто держит за руку, пока ты спасаешь себя сама
— Доктор психологических наук, а ведёте себя как капризный ребёнок, — его голос был низким и спокойным, словно он проводил сеанс.
— А вы, Павел, ведёте себя как зазнавшийся бабник, которому кажется, что все женщины от него без ума! — выпалила я, сжимая папку с лекциями так, что костяшки пальцев побелели.
Он не смутился. Напротив, уголки его губ поползли вверх, обнажая обаятельную улыбку, от которой у меня ёкнуло где-то в районе диафрагмы.
— Не все, Алёна. Только вы. Пока что.
И тут мой телефон предательски зазвонил. На экране — мама. Весь мой гнев и запал мгновенно испарились, сменившись леденящим страхом. Я побледнела.
— Бежите? — в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Да, — прошептала я, уже отступая. — У меня... срочное дело.
Он кивнул, но его взгляд говорил: «Я знаю, что ты врёшь. И я узнаю, почему».
— А вы, Павел, ведёте себя как зазнавшийся бабник, которому кажется, что все женщины от него без ума! — выпалила я, сжимая папку с лекциями так, что костяшки пальцев побелели.
Он не смутился. Напротив, уголки его губ поползли вверх, обнажая обаятельную улыбку, от которой у меня ёкнуло где-то в районе диафрагмы.
— Не все, Алёна. Только вы. Пока что.
И тут мой телефон предательски зазвонил. На экране — мама. Весь мой гнев и запал мгновенно испарились, сменившись леденящим страхом. Я побледнела.
— Бежите? — в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Да, — прошептала я, уже отступая. — У меня... срочное дело.
Он кивнул, но его взгляд говорил: «Я знаю, что ты врёшь. И я узнаю, почему».
Артём Воронов умел слышать то, что скрыто. Боль, застрявшую в спине незнакомки. Страх, проросший в стенах старой квартиры. Отчаяние, витающее над городом, как ядовитый туман. Его дар был проклятием, пока он пытался им торговать, вычищая чужие страдания за деньги. Но всё изменилось в ту ночь, когда он ощутил в себе пустоту — холодную, бездонную, зовущую.
Теперь за ним охотятся. Не люди — сущности из мира, что пульсирует под кожей реальности. Система «Тенектат», питающаяся искажёнными вибрациями, видит в нём редкий, опасный лот. Чтобы выжить, Артёму придётся спуститься в самое сердце тьмы — в Отстойник, канализацию всех низких частот, где растворяются души. Там, в кромешном гуле вселенской боли, он обнаруживает страшную истину: он не чистильщик. Не воин. Он — камертон.
Его единственный шанс — не подавить хаос, а настроить его. Научиться слышать чистую ноту под слоями искажённого страха. Принять свою собственную рану, чтобы стать якорем для других. Но цена понимания высока.
Теперь за ним охотятся. Не люди — сущности из мира, что пульсирует под кожей реальности. Система «Тенектат», питающаяся искажёнными вибрациями, видит в нём редкий, опасный лот. Чтобы выжить, Артёму придётся спуститься в самое сердце тьмы — в Отстойник, канализацию всех низких частот, где растворяются души. Там, в кромешном гуле вселенской боли, он обнаруживает страшную истину: он не чистильщик. Не воин. Он — камертон.
Его единственный шанс — не подавить хаос, а настроить его. Научиться слышать чистую ноту под слоями искажённого страха. Принять свою собственную рану, чтобы стать якорем для других. Но цена понимания высока.
Она собиралась замуж за идеального мужчину. Слишком правильного, слишком гладкого, слишком “как надо”.
Один дождливый день — и её мир ломается о визг тормозов, больничный свет и странную мысль: рядом с ней живёт человек, который умеет быть “хорошим” ровно до тех пор, пока ему выгодно.
Рита пытается держаться за привычную жизнь, но из-под неё уезжает почва: деньги исчезают, враньё множится, а за её спиной разворачивается игра, где ставки — не цифры, а люди.
Она случайно становится обладательницей чужого контроля. И теперь за ней наблюдают те, кто привык забирать своё без просьб.
Это роман о том, как быстро “люблю” превращается в “ты должна”.
И о том, что иногда спасение приходит не в белом халате — а в чёрной машине.
Один дождливый день — и её мир ломается о визг тормозов, больничный свет и странную мысль: рядом с ней живёт человек, который умеет быть “хорошим” ровно до тех пор, пока ему выгодно.
Рита пытается держаться за привычную жизнь, но из-под неё уезжает почва: деньги исчезают, враньё множится, а за её спиной разворачивается игра, где ставки — не цифры, а люди.
Она случайно становится обладательницей чужого контроля. И теперь за ней наблюдают те, кто привык забирать своё без просьб.
Это роман о том, как быстро “люблю” превращается в “ты должна”.
И о том, что иногда спасение приходит не в белом халате — а в чёрной машине.
Лед треснул. Сердце — нет.
Денис прикован к инвалидному креслу, а его мечты рассыпались, как осколки. Но Есения верит: даже если нельзя кататься, можно любить. И это изменит всё.
Денис прикован к инвалидному креслу, а его мечты рассыпались, как осколки. Но Есения верит: даже если нельзя кататься, можно любить. И это изменит всё.
Выберите полку для книги