Книги по тегу «романы о неверности»: ""
- Сын, отойди от нее. Немедленно! - прорычал Паша.
- С чего это вдруг? - Кирилл скрестил руки на груди.
- Скажи ему, Паша, - усмехнулась я. - Скажи своему сыну правду.
Он молчал. Сжимал кулаки и молчал.
- Не хочешь? Ну, тогда я скажу…
- Заткнись! Выметайся отсюда! Или я тебя за шкирку выволоку!
Он шагнул ко мне, схватил за руку выше локтя.
Наконец-то он сломался. Наконец-то эмоции взяли верх.
- Пап! Ты чего творишь? Объясни, что происходит?
- Твой отец так бесится, потому что он не хочет, чтобы ты со мной спал. А знаешь, почему он так против? Потому что он делает это сам. И ему до чертиков больно осознавать, что теперь ему придется делить меня. Причем не с кем-то чужим, а с собственным сыном...
- С чего это вдруг? - Кирилл скрестил руки на груди.
- Скажи ему, Паша, - усмехнулась я. - Скажи своему сыну правду.
Он молчал. Сжимал кулаки и молчал.
- Не хочешь? Ну, тогда я скажу…
- Заткнись! Выметайся отсюда! Или я тебя за шкирку выволоку!
Он шагнул ко мне, схватил за руку выше локтя.
Наконец-то он сломался. Наконец-то эмоции взяли верх.
- Пап! Ты чего творишь? Объясни, что происходит?
- Твой отец так бесится, потому что он не хочет, чтобы ты со мной спал. А знаешь, почему он так против? Потому что он делает это сам. И ему до чертиков больно осознавать, что теперь ему придется делить меня. Причем не с кем-то чужим, а с собственным сыном...
В последний вечер перед отъездом мы сидели на качелях. Те самые, скрипучие, на которых качались с пяти лет.
— Обещаешь писать?
— Обещаю.
Он обнял меня. Крепко, отчаянно. Я уткнулась лицом ему в плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Я вернусь, Машка, — прошептал он мне в макушку. — Обязательно вернусь. И мы... мы всё наверстаем. Хорошо?
Я кивнула, не в силах говорить.
И он исчез из моей жизни.
Мы писали. Первые месяцы — часто. Потом реже. Жизнь закружила, завертела. Переписка сошла на нет.
Прошло тринадцать лет.
Я выросла. Но иногда, особенно по ночам, я думала об Игоре. Интересно, каким он стал? Где он сейчас? Женат ли? Счастлив ли? Помнит ли обо мне хоть иногда?
Я никогда не думала, что узнаю ответы на эти вопросы.
А потом случился тот день в аэропорту.
Я стояла в очереди в кофейню Шереметьево. Люди толпились вокруг. И вдруг я услышала голос.
Моё сердце остановилось. Я знала этот голос. Я узнала бы его из тысячи.
Я обернулась и увидела его...
— Обещаешь писать?
— Обещаю.
Он обнял меня. Крепко, отчаянно. Я уткнулась лицом ему в плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Я вернусь, Машка, — прошептал он мне в макушку. — Обязательно вернусь. И мы... мы всё наверстаем. Хорошо?
Я кивнула, не в силах говорить.
И он исчез из моей жизни.
Мы писали. Первые месяцы — часто. Потом реже. Жизнь закружила, завертела. Переписка сошла на нет.
Прошло тринадцать лет.
Я выросла. Но иногда, особенно по ночам, я думала об Игоре. Интересно, каким он стал? Где он сейчас? Женат ли? Счастлив ли? Помнит ли обо мне хоть иногда?
Я никогда не думала, что узнаю ответы на эти вопросы.
А потом случился тот день в аэропорту.
Я стояла в очереди в кофейню Шереметьево. Люди толпились вокруг. И вдруг я услышала голос.
Моё сердце остановилось. Я знала этот голос. Я узнала бы его из тысячи.
Я обернулась и увидела его...
Пятнадцать лет она была идеальной тенью своего мужа, гениальным бухгалтером и «правой рукой», и она та, которая, вытаскивала его империю из самых безнадежных финансовых ям. В благодарность за это она получила циничное предательство и жестокое напутствие о том, что без его миллионов она — абсолютный ноль.
Единственным спасением становится ее возвращение в деревню, где она когда-то выросла. Старый мамин дом, две дочки на руках… Но что делать, если прошлое не желает отпускать, а властный экс-супруг всё еще считает тебя своей собственностью, которую можно вернуть по щелчку пальцев?
Единственным спасением становится ее возвращение в деревню, где она когда-то выросла. Старый мамин дом, две дочки на руках… Но что делать, если прошлое не желает отпускать, а властный экс-супруг всё еще считает тебя своей собственностью, которую можно вернуть по щелчку пальцев?
- Если бы я мог, я бы тебя удавил! – сказал, как плюнул, а я не дрогнула, я смотрела без страха в его глаза и просто упивалась его болью.
- Не нравится да? – я тоже была очень зла, но душа уже не болела, за эти пять дней, что он был в «командировке» всё выгорело там дотла. – Так это тебе око за око, зуб за зуб.
- Что ты несёшь, Тань? – ощетинился, стоит, как скала и обиженного из себя строит.
- Это тебе за Людочку, - дёрнулся, как от удара, и покраснел. – Она меня сама просветила о ваших любовных отношениях, вот я тебе и отомстила!
- Дура! Там же несерьёзно всё было, я просто один раз контроль над собой потерял, а ты!
Да я изменила своему мужу! Своему единственному и любимому, без которого не могла прожить ни одной минутки…, а он контроль один раз над собой потерял?
- А я не один раз! Я тебя, Свердлов, не-на-ви-жу! – мне хотелось расцарапать его красивое лицо в кровь, за то, что он сделал с нашей семьёй. – Твои вещи вон у порога, уходи! Только рогами за дверной косяк не зацепись.
- Не нравится да? – я тоже была очень зла, но душа уже не болела, за эти пять дней, что он был в «командировке» всё выгорело там дотла. – Так это тебе око за око, зуб за зуб.
- Что ты несёшь, Тань? – ощетинился, стоит, как скала и обиженного из себя строит.
- Это тебе за Людочку, - дёрнулся, как от удара, и покраснел. – Она меня сама просветила о ваших любовных отношениях, вот я тебе и отомстила!
- Дура! Там же несерьёзно всё было, я просто один раз контроль над собой потерял, а ты!
Да я изменила своему мужу! Своему единственному и любимому, без которого не могла прожить ни одной минутки…, а он контроль один раз над собой потерял?
- А я не один раз! Я тебя, Свердлов, не-на-ви-жу! – мне хотелось расцарапать его красивое лицо в кровь, за то, что он сделал с нашей семьёй. – Твои вещи вон у порога, уходи! Только рогами за дверной косяк не зацепись.
За десять лет брака Аня ни разу не усомнилась: у них с Сашей настоящая, крепкая семья. Она привыкла доверять.
Муж уехал в командировку? Обычное дело.
Лучшая подруга попросила посидеть с лежачей матерью? Конечно, она поможет.
Она всегда помогала. Всегда была «правильной».
Вот только все начинает рушится, когда на фото подруги она видит море, шампанское… и мужская рука на её плече.
Слишком знакомая, чтобы ошибиться.
И вдруг становится ясно: пока Аня ухаживала за матерью подруги — кормила, поила, утки, чёрт возьми, выносила — эта самая подруга развлекалась на море… с её мужем.
За её же деньги.
Один день — и нет ни семьи, ни дружбы.
Только обломки доверия и горькое «как же так?..»
Но, возможно, именно с этого всё и начинается.
Новая жизнь.
Без иллюзий.
Без предательства.
Но с любовью, которую ещё предстоит встретить.
Муж уехал в командировку? Обычное дело.
Лучшая подруга попросила посидеть с лежачей матерью? Конечно, она поможет.
Она всегда помогала. Всегда была «правильной».
Вот только все начинает рушится, когда на фото подруги она видит море, шампанское… и мужская рука на её плече.
Слишком знакомая, чтобы ошибиться.
И вдруг становится ясно: пока Аня ухаживала за матерью подруги — кормила, поила, утки, чёрт возьми, выносила — эта самая подруга развлекалась на море… с её мужем.
За её же деньги.
Один день — и нет ни семьи, ни дружбы.
Только обломки доверия и горькое «как же так?..»
Но, возможно, именно с этого всё и начинается.
Новая жизнь.
Без иллюзий.
Без предательства.
Но с любовью, которую ещё предстоит встретить.
Я посмотрела на экран телефона. Моё лицо отражалось в тёмном стекле — размазанная тушь, красные глаза, искажённые черты. Я не узнавала себя.
В прихожей щёлкнул замок.
Я замерла.
Шаги. Знакомые, тяжёлые.
— Дашь? — голос Артёма, удивлённый. — Ты здесь?
Он вошёл в спальню. Высокий, в деловом костюме, с усталым, но довольным лицом. Увидел меня — и улыбнулся.
— Привет, солнце. Не ожидал тебя застать. Как прошла примерка?
Его взгляд скользнул вниз. На телефон в моих руках. На открытый чат с Кристиной.
Улыбка медленно сползла с его лица.
— Даш... — начал он, и в его голосе появились металлические нотки. — Что ты делаешь с моим телефоном?
Я посмотрела на него. На этого мужчину, которого любила. Которому доверяла. За которого собиралась выйти замуж.
И не нашла слов.
Телефон всё ещё был в моих руках, экран светился в полутьме спальни.
А Артём стоял в дверях, и в его глазах я впервые увидела не любовь.
Я увидела страх.
В прихожей щёлкнул замок.
Я замерла.
Шаги. Знакомые, тяжёлые.
— Дашь? — голос Артёма, удивлённый. — Ты здесь?
Он вошёл в спальню. Высокий, в деловом костюме, с усталым, но довольным лицом. Увидел меня — и улыбнулся.
— Привет, солнце. Не ожидал тебя застать. Как прошла примерка?
Его взгляд скользнул вниз. На телефон в моих руках. На открытый чат с Кристиной.
Улыбка медленно сползла с его лица.
— Даш... — начал он, и в его голосе появились металлические нотки. — Что ты делаешь с моим телефоном?
Я посмотрела на него. На этого мужчину, которого любила. Которому доверяла. За которого собиралась выйти замуж.
И не нашла слов.
Телефон всё ещё был в моих руках, экран светился в полутьме спальни.
А Артём стоял в дверях, и в его глазах я впервые увидела не любовь.
Я увидела страх.
Почти двенадцать лет она была идеальной тенью и безупречным тылом своего властного мужа. Она верила, что их брак — это крепость, пока одна случайная встреча не открыла ей горькую правду. Измена Вадима Громова стала для неё точкой невозврата: Катя ушла в никуда, забрав с собой лишь самое ценное — ребенка под сердцем, о котором муж так и не узнал.
Спустя месяцы осознавший потерю, Громов одержим идеей вернуть «свое». В его руках — результаты ДНК-тест, за спиной — деньги и связи, а в глазах — холодный расчет. Он готов на всё, чтобы разрушить счастье бывшей жены.
Спустя месяцы осознавший потерю, Громов одержим идеей вернуть «свое». В его руках — результаты ДНК-тест, за спиной — деньги и связи, а в глазах — холодный расчет. Он готов на всё, чтобы разрушить счастье бывшей жены.
— Посмотри на себя! На то, как ты выглядишь, на то, о чем ты говоришь! Кому ты нужна? Это в сказках на каждую бабу хватит по миллионеру, в жизни не так!
— Стас, на мне 2 маленьких детей! Два года и полгода! Как, ты считаешь, я должна выглядеть, если ты не разрешил нанимать няню? Я не спала нормально уже черт знает сколько!
— Другие женщины как-то живут, быстро приходят в форму! Успокойся, глупая, я же все понимаю, именно поэтому не ухожу. А интрижки… Слушай, я справляюсь со своими потребностями сам. В чем претензия?
— Интрижки? Она не первая?!
— Женя, какая разница! Не цепляйся к словам!
— Большая разница, Стас. Предательство вообще — большая разница.
— Я сказал — хватит! Ты мать моих детей! Что я тут завоевать могу? Любой мужчина охотник! Прекрати истерику! Хочешь развод? Уйдешь в одних трусах!
Я не стала мириться с предательством мужа. Был долгий, грязный развод. Но как только я выдохнула, на пороге снова появился бывший, который великодушно решил вернуться в семью
— Стас, на мне 2 маленьких детей! Два года и полгода! Как, ты считаешь, я должна выглядеть, если ты не разрешил нанимать няню? Я не спала нормально уже черт знает сколько!
— Другие женщины как-то живут, быстро приходят в форму! Успокойся, глупая, я же все понимаю, именно поэтому не ухожу. А интрижки… Слушай, я справляюсь со своими потребностями сам. В чем претензия?
— Интрижки? Она не первая?!
— Женя, какая разница! Не цепляйся к словам!
— Большая разница, Стас. Предательство вообще — большая разница.
— Я сказал — хватит! Ты мать моих детей! Что я тут завоевать могу? Любой мужчина охотник! Прекрати истерику! Хочешь развод? Уйдешь в одних трусах!
Я не стала мириться с предательством мужа. Был долгий, грязный развод. Но как только я выдохнула, на пороге снова появился бывший, который великодушно решил вернуться в семью
– Дианочка… беда… – свекровь захлёбывается слезами. – Илюша… попал в ДТП…
– Как так?! – у меня холодеют ладони. – Что случилось?
– Он в Таиланде… – слова выпадают, как камни. – В реанимации… Ехал на скутере без шлема… Господи, Дианочка…
– Подождите, – я сажусь на край стула, боюсь упасть. – Он же в Китае! – голос сорванный. – Вы ошиблись!
– Мне позвонили из клиники… – она шмыгает. – Сказали «Таиланд». Я ничего не понимаю… Дианочка, помоги… страховки нет… счёт огромный…
Я на автомате ищу блокнот, ручку. – Кто с ним? Он один?
– Я не знаю… – и вдруг коротко, как игла: – Сказали, что был не один…
____
Вместо командировки муж отправился на курорт в Таиланд вместе с любовницей. И они попали в ДТП…
____
– Как так?! – у меня холодеют ладони. – Что случилось?
– Он в Таиланде… – слова выпадают, как камни. – В реанимации… Ехал на скутере без шлема… Господи, Дианочка…
– Подождите, – я сажусь на край стула, боюсь упасть. – Он же в Китае! – голос сорванный. – Вы ошиблись!
– Мне позвонили из клиники… – она шмыгает. – Сказали «Таиланд». Я ничего не понимаю… Дианочка, помоги… страховки нет… счёт огромный…
Я на автомате ищу блокнот, ручку. – Кто с ним? Он один?
– Я не знаю… – и вдруг коротко, как игла: – Сказали, что был не один…
____
Вместо командировки муж отправился на курорт в Таиланд вместе с любовницей. И они попали в ДТП…
____
Что делать, когда родители выдают тебя за нелюбимого, брачный контракт душит по пунктам, а жених в постели – полный ноль? Яна нашла выход. Но готова ли она заплатить любую цену?
Выберите полку для книги