Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""

Пробовать в отношения, когда тебе 54 года – радость сомнительная. Особенно, когда дама ТАКАЯ. Она пыталась мне голову разбить, потом заявила, что я нехорош. А потом, вообще сказала, что замуж ей нельзя.
Но я ж полковник спецназа.
У меня рефлексы: надо победить любой ценой. Даже если это сражение с Любовью за любовь. Жизнь у нее теперь будет трудная, но интересная…

— Она, в отличие от тебя, сможет родить мне ребенка. И мне с ней лучше. Во всём. — Муж холодно выделяет последнюю фразу.
Немею.
— Неужели ты готов променять годы нашего брака на эту дешевую подстилку в мини юбке?..
— Я собираюсь жениться на ней, Ань. Уже предложение сделал. А с тобой, с тобой все кончено. Я подал на развод.
Машина медленно тормозит.
— Выходи. — Равнодушно.
— Здесь?..
— Здесь. — Повторяет. — Кому ты нужна такая? Бракованная. Пустая.
И через минуту я уже стою на обочине ночной трассы. С неба ливень стеной. Ауди мужа резко дает по газам, обливая меня грязью из-под задних колес.
Пячусь, в неверии смотря как растворяются в темноте огоньки поворотников. Спотыкаюсь и падаю в холодную лужу. Белый свитер и брюки тут же пропитываются грязью.
Кладу руку на свой живот, защищая малышку под сердцем. О ней знаю лишь я.
— Бракованная?..
Мой муж еще не знает, что совершил самую большую в жизни ошибку.
Потому что дальше происходит то, что изменит его судьбу навсегда.

— А что я по-твоему должен был сделать? Бросить своего ребенка на произвол судьбы?

— У тебя в принципе не должно было быть тайного ребенка, Матвей! — голос срывается. Вся моя выработанная годами уверенность трещит по швам.

— Слушай, Вер, давай без истерик. Он уже есть. Ну ошибся. Ну бывает. Я же мужик, в конце концов. Давай сделаем вид, что ничего не было. Между нами ничего не изменится.

Почти двадцать лет барака, и я узнаю, что восемь из них муж врал мне каждое утро. Восемь лет безжалостной лжи. Восемь лет его внебрачному сыну, о котором я ничего не знала.

Муж говорит, что для нас ничего не изменится.
Но он сильно ошибается. Всё очень сильно изменится и скоро он это поймет.

Я не душнила. Я просто люблю, когда люди приходят вовремя, выполняют свою работу и не ведут себя как идиоты.
Герман Руднев почему-то считает все три требования завышенными.
Всего за год этот человек умудрился стать единственным коллегой, которого мне регулярно хочется стукнуть чем-нибудь тяжёлым. А теперь выясняется, что мы оба претендуем на должность заместителя заведующего.
Руднев уверен, что победит. Я уверена, что он обнаглел.
И всё бы ничего, если бы желание придушить Руднева в последнее время не стало подозрительно часто сменяться совсем другими желаниями.

— Ты жил на две семьи!
— Жил и буду жить! — заявляет муж без доли раскаяния, — здесь мои дети! Ты мне не дала ничего! Ты пустая. Красивый фантик без начинки. И если не дура, то должна была понимать, что такое когда-то случиться…
Я узнала, что мой муж пять лет жил на две семьи и у него трое детей от любовницы.
Но на этом мои несчастья не закончились...
Громкий развод, лишивший меня почти всего.
Репутации, бизнеса и средств к существованию.
Единственная перспектива — стать сиделкой у генерала.
— Эта, — говорит он сотруднице HR-агентства, указывая на меня, — она и бесплатно выполнять мои прихоти будет, а уж за деньги…
Кровь стынет в жилах, я его узнаю.
Это Ярослав Суворов. Человек, из-за которого я стала бесплодной.
— Нет… Только не это, — шепчу в ужасе.
Но для человека, видевшего свою смерть в лицо, не существует слова «нет».
Даже из инвалидного кресла он смотрит на меня сверху вниз.

— Добрый вечер!
Борис, мой жених, убрал руку и посмотрел мне за спину. Я тоже обернулась и оторопела. Арон, это был он... Его острые глаза впивались в меня, словно накидывая на меня множество невидимых крючков.
Я привыкла к ненависти, злости, но он меня буквально убивал своим взглядом.
— Какая встреча? — заметил Борис, пытаясь скрыть свое разочарование.
Арон медленно приблизился, его шаги были размеренными и уверенными.
— Решил присоединиться к веселью, — сухо произнёс Арон, продолжая прожигать меня взглядом.
Все познается в сравнении – всегда думала что мачеха и брат, это те люди с кем мне не уютно, но он их переплюнул. Хотелось бежать, куда глаза глядят. Невольно, я сделала шаг назад, натыкаясь на грудь Бориса. Он приобнял меня за плечи и от этого невинного жеста я стала успокаиваться.
— Два шампанских, пожалуйста, — не глядя на бармена небрежно бросил Арон, даря нам наглую ухмылку.
Тут до меня дошёл смысл его слов: два?! И я наконец-то вырвалась из плена его цепкого взгляд

— Я беременна от твоего мужа, Ир.
Его напарница, кладёт передо мной заключение и улыбается.
Сдерживаю слёзы.
— Посмотри на дату. Тогда мы с Аланом жили вдвоём в тренировочном модуле.
— Только работали!
— Не только… — говорит она с усмешкой.
До старта ракеты остаются минуты. Я бегу к мужу, надеясь услышать, что она врёт.
В голове одно: «Умоляю, скажи, что это всё какая-то шутка!»
Но муж говорит:
— Да, я тебе изменил. Только не устраивай сцен.
А потом бросает:
— Я дал тебе всё. Без меня ты не продержишься и недели.
Он ломает мой пропуск, выгоняет из «Атласа» и обещает прислать документы на развод.
За ворота центра я выхожу с одним чемоданом. Одна на всём белом свете.
А в сумке лежит положительный тест на беременность. Муж так и не узнал о нашем ребёнке…
Вижу, как ракета с Аланом взлетает.
Секунду спустя — яркая вспышка. Белый корпус исчезает в огне.
Я прижимаю ладонь к животу.
Ракета взорвалась.
Алан был там…

— Я этот мусор даже на бульон не пущу! — рычит Терминатор в монитор, безжалостно уничтожая поставщика.
В этот момент моя дочь шлепает розовую наклейку «Принцесса» прямо на суровую, небритую щеку великого шеф-повара.
Поставщик на экране давится воздухом. Я вжимаю голову в плечи, ожидая взрыва.
Терминатор даже не моргает. Он смотрит в камеру убийственным взглядом:
— Что вы замолчали? — ледяным тоном спрашивает шеф с блестящей наклейкой на лице. — Вас смущает мой новый образ?

Мой бывший муж сбежал, оставив нас с огромными долгами. Чтобы выжить, я устроилась в элитный ресторан. Шеф грозится пустить моего бывшего на жюльен и кормит нас с Бусинкой мишленовскими обедами. Я отчаянно пытаюсь держать дистанцию, но как устоять перед мужчиной, из которого моя дочь вьет веревки?

— А новенькая, ничё такая, — похабно ухмыляется мой университетский приятель, провожая Азизу взглядом.
— Полегче, братишка, это моя жена, — обозначаю границы.
— Жена? — ошарашенные взгляды парней обращаются ко мне, — когда ты женился?
— На днях. Отец заставил. Традиции, все дела. Да и тот случай в сауне стал пределом его терпения.
Парни начинают громко хохотать, а я глаз не свожу с Азизы, остановившейся рядом с сопливым и слащавым первокурсником.
— Слушай, ну в принципе, я бы тоже не был против того, чтоб мне такой цветочек каждый день грел постель, — говорит друг, продолжая смеяться.
А меня от чего-то его слова вгоняют в ярость.
— Это мой цветочек. Уймись, — пресекаю я, продолжая смотреть на то, как она улыбается не мне.
Она моя жена! Пусть ещё сама этого не поняла и продолжает думать, что всё понарошку.
Но сегодня ночью для неё всё станет более чем очевидным. Ведь я потребую от неё исполнения супружеского долга.
И смотреть отныне она будет только на меня.

Демьян Воронцов – избалованный наследник миллиардной империи. Он привык к роскоши и тому, что мир вращается вокруг него. Но одна эпичная выходка переполняет чашу терпения его отца.
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?