Книги по тегу «сибирская история любви»: ""
Ярослава приехала в Североград не по своей воле, а по зову крови и древним клятвам, которые она не имела права нарушать. Она была последней из рода ведунь, хранительниц забытых знаний. Её цель была проста и одновременно безумна: найти Сибирского титана. Легенды гласили, что Титан — это не просто мифическое существо из старых сказаний, которые бабушки рассказывали у очага. Это первородная сила, дремлющая под вечной мерзлотой, источник власти, способной перекроить мир. И именно здесь, в землях князя Святогора, эта сила была ближе всего.
Дверь за её спиной скрипнула, и в проёме появилась фигура в чёрном кафтане, расшитом серебряными рунами. Это был боярин Тихомир. Его лицо, худое и бледное, с тонкими губами и бегающими глазами, всегда вызывало у Ярославы чувство скрытой опасности...
Дверь за её спиной скрипнула, и в проёме появилась фигура в чёрном кафтане, расшитом серебряными рунами. Это был боярин Тихомир. Его лицо, худое и бледное, с тонкими губами и бегающими глазами, всегда вызывало у Ярославы чувство скрытой опасности...
— Мама, я нашла нам столик! — дочка мне улыбалась. — Дядя Егор разрешил сесть к нему.
Услышав это, я невольно посмотрела на мужчину в дорогом костюме. Слов нет, хорош. Сила, власть, уверенность. Нет уж, всё это уже было в моей жизни.
И только я собралась отказаться, как услышала:
— Присаживайтесь! Я не кусаюсь.
Вот тут ты, пожалуй, прав. Ты не кусаешься. Ты заглатываешь целиком и сразу.
Только вот не на ту ты напал...
Услышав это, я невольно посмотрела на мужчину в дорогом костюме. Слов нет, хорош. Сила, власть, уверенность. Нет уж, всё это уже было в моей жизни.
И только я собралась отказаться, как услышала:
— Присаживайтесь! Я не кусаюсь.
Вот тут ты, пожалуй, прав. Ты не кусаешься. Ты заглатываешь целиком и сразу.
Только вот не на ту ты напал...
Я стала свидетельницей преступления, и теперь, чтобы защитить меня, ко мне приставили майора полиции.
Он говорит, что ему на меня плевать, и он хочет просто с моей помощью раскрыть преступление, но его поступки говорят об обратном.
Красивый, смелый, мужественный, заботливый мужчина – мечта любой женщины!
Он должен защитить меня от бандитов, но кто защитит меня от него?
Он говорит, что ему на меня плевать, и он хочет просто с моей помощью раскрыть преступление, но его поступки говорят об обратном.
Красивый, смелый, мужественный, заботливый мужчина – мечта любой женщины!
Он должен защитить меня от бандитов, но кто защитит меня от него?
— Ты кто?
— А ты кто?
— Вопрос тупой, но я здесь живу, — руки ставлю в бока а сама осматриваюсь вокруг, что-то бы тяжёлое.
— В бане? — уточняет немного потрёпанный мужик. Молоденький гадёныш, но хорош.
— В моей бане сейчас ты, а я живу в доме.
— Я на дом не претендую, — нахал усмехается, а у меня мурашки бегут от его улыбки.
— Ты ни на что не претендуешь, — отвечаю я. — И сейчас собираешь свои вещички и валишь отсюда, подобру, поздорову.
— Ты не переживай, Снегурочка, я свалю. Только немного погощу у тебя. Да и плохому я тебя не научу.
***
Я хотела просто попарится в бане, перед Новым Годом, смыть всю злость на своих родственничков и просто побыть в тишине, а вышло… Эх, что вышло.
— А ты кто?
— Вопрос тупой, но я здесь живу, — руки ставлю в бока а сама осматриваюсь вокруг, что-то бы тяжёлое.
— В бане? — уточняет немного потрёпанный мужик. Молоденький гадёныш, но хорош.
— В моей бане сейчас ты, а я живу в доме.
— Я на дом не претендую, — нахал усмехается, а у меня мурашки бегут от его улыбки.
— Ты ни на что не претендуешь, — отвечаю я. — И сейчас собираешь свои вещички и валишь отсюда, подобру, поздорову.
— Ты не переживай, Снегурочка, я свалю. Только немного погощу у тебя. Да и плохому я тебя не научу.
***
Я хотела просто попарится в бане, перед Новым Годом, смыть всю злость на своих родственничков и просто побыть в тишине, а вышло… Эх, что вышло.
— Мне лучше уйти, — шепчу я стараясь не дёргаться.
— Нет уж, — он смотрит на меня, как на кусок мяса. — Я не привык отказываться от таких подарков.
— Я не подарок, — отвечаю резко. — Повторяю, я здесь по ошибке.
— Это я проверю после того, как узнаю тебя поближе…
***
Я ехал, чтобы отдохнуть в тишине, но тишина мне только снится, а вот неожиданная гостья, вполне реальная. Можно было бы сразу её отпустить и даже сделать вид будто не видел, но все её действия сами за себя сказали.
А я не привык отпускать тех, кто пробуждает во мне инстинкты охотника.
— Нет уж, — он смотрит на меня, как на кусок мяса. — Я не привык отказываться от таких подарков.
— Я не подарок, — отвечаю резко. — Повторяю, я здесь по ошибке.
— Это я проверю после того, как узнаю тебя поближе…
***
Я ехал, чтобы отдохнуть в тишине, но тишина мне только снится, а вот неожиданная гостья, вполне реальная. Можно было бы сразу её отпустить и даже сделать вид будто не видел, но все её действия сами за себя сказали.
А я не привык отпускать тех, кто пробуждает во мне инстинкты охотника.
Ярослав шёл к ней через толпу, и каждый его шаг заставлял Дину сжимать кисть так, что пальцы побелели. Его взгляд — тёмный, горячий, полный обещаний — пригвоздил её к месту.
«Нет-нет-нет, — билось в её голове, он же не посмеет…»
Скажите это Ярославу, боевому офицеру в отставке. Если ему надо — он посмеет. А ему было очень надо.
Дина резко развернулась, готовая сбежать, но Яр был быстрее. Его рука обхватила её запястье, пальцы сомкнулись плотно, но не больно — так, чтобы она поняла: вырваться не получится.
— Хочу портрет заказать, — громко объявил он, обращаясь к толпе, и сельчане заулыбались: ну конечно, Ярослав Ильич — человек серьёзный, ему и правда нужен портрет!
А ей, нагнувшись так, что губы коснулись её уха, прошептал:
— Пошли, взрослая. Продолжим, на чём остановились...
«Нет-нет-нет, — билось в её голове, он же не посмеет…»
Скажите это Ярославу, боевому офицеру в отставке. Если ему надо — он посмеет. А ему было очень надо.
Дина резко развернулась, готовая сбежать, но Яр был быстрее. Его рука обхватила её запястье, пальцы сомкнулись плотно, но не больно — так, чтобы она поняла: вырваться не получится.
— Хочу портрет заказать, — громко объявил он, обращаясь к толпе, и сельчане заулыбались: ну конечно, Ярослав Ильич — человек серьёзный, ему и правда нужен портрет!
А ей, нагнувшись так, что губы коснулись её уха, прошептал:
— Пошли, взрослая. Продолжим, на чём остановились...
– Ксюша, там к тебе жених приехал на красивой машине! – кричит мне бабушка из огорода.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
— Дядь, а ты Простоквашино в детстве смотрел? — спрашивает у меня девчонка в красном сарафане и с хитрым прищуром.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
– Тебе тут не место, городская, – сообщил мой новый сосед. – Дело в том, что я не слишком рад, что ты сюда припёрлась.
Его взгляд скользнул вниз по моей шее, груди, талии. Медленно, нагло, будто он уже раздевал меня глазами. И, чёрт возьми, мне стало жарко.
– Я никому не мешаю, – прошептала я, но голос дрогнул.
– Мешаешь. Мне. Ты должна продать мне этот дом.
– Я ничего вам не продам!
Он наклонился, и его губы оказались рядом с моим ухом.
– У тебя три дня, чтобы передумать, крошка. Потом я начну убеждать… жёстче.
От его слов по телу пробежала волна мурашек. Не от страха. От чего-то другого. Острого. Запретного.
Если он думает, что я его испугалась, то он глубоко ошибается. Пусть только посмеет ещё раз зайти без приглашения на мою территорию!
Его взгляд скользнул вниз по моей шее, груди, талии. Медленно, нагло, будто он уже раздевал меня глазами. И, чёрт возьми, мне стало жарко.
– Я никому не мешаю, – прошептала я, но голос дрогнул.
– Мешаешь. Мне. Ты должна продать мне этот дом.
– Я ничего вам не продам!
Он наклонился, и его губы оказались рядом с моим ухом.
– У тебя три дня, чтобы передумать, крошка. Потом я начну убеждать… жёстче.
От его слов по телу пробежала волна мурашек. Не от страха. От чего-то другого. Острого. Запретного.
Если он думает, что я его испугалась, то он глубоко ошибается. Пусть только посмеет ещё раз зайти без приглашения на мою территорию!
— Ты слишком наивна, если думаешь, что эти мужики будут подчиняться тебе так же, как и офисные крысы, которыми ты привыкла управлять, — на меня посмотрели прожигающим взглядом, нагло облизывая с ног до головы.
— Ну ты же подчиняешься, — усмехнулась я и присела на край стола закидывая ногу на ногу. — И у ног моих сидишь, и из рук моих есть будешь.
Мужчина резко напрягся, а в следующий миг, я уже была придавлена его телом.
— Ты кем себя возомнила? — рыкнул он мне в губы.
— Боссом, — ответила всё так же уверенно, но внутри всё задрожало от предвкушения чего-то горяченького.
***
Мне пришлось бросить высокооплачиваемую должность, постоянного любовника, город и вернуться туда, куда клялась не возвращаться. И всё ради чего? Чтобы на первом же собрании встретить того, чьи глаза остались целы только потому, что у нас разные весовые категории.
И этот чудак решил, что ему всё можно. И меня! И отцовский бизнес! И землю в придачу! И кто сказал, что неженское это дело управлять?
— Ну ты же подчиняешься, — усмехнулась я и присела на край стола закидывая ногу на ногу. — И у ног моих сидишь, и из рук моих есть будешь.
Мужчина резко напрягся, а в следующий миг, я уже была придавлена его телом.
— Ты кем себя возомнила? — рыкнул он мне в губы.
— Боссом, — ответила всё так же уверенно, но внутри всё задрожало от предвкушения чего-то горяченького.
***
Мне пришлось бросить высокооплачиваемую должность, постоянного любовника, город и вернуться туда, куда клялась не возвращаться. И всё ради чего? Чтобы на первом же собрании встретить того, чьи глаза остались целы только потому, что у нас разные весовые категории.
И этот чудак решил, что ему всё можно. И меня! И отцовский бизнес! И землю в придачу! И кто сказал, что неженское это дело управлять?
Выберите полку для книги