Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Такому мужчине, как Вениамин, нужна красивая и элитная спутница, — высокомерно заявила Катерина, отбросив назад рыжие волосы, — ты же, Марина, давно стала неликвидом. Посмотри на себя — хромоногая, черствая, душная. Ему нужно понимание и ласка, чтобы мотивировать на новые свершения, а не постоянные претензии!
— Вот как? Думаешь, знаешь его лучше, чем я? Ну-ну, — насмешливо хмыкнула Марина. — Что же забирай столь драгоценного мужчину себе и посмотрим, как быстро ты захочешь от него сбежать…
Спустя время предсказание Марины сбылось. Почти. Её бывшая подруга попыталась не сбежать от Вени, а вернуть его обратно в бывшую семью… Вот только такой ценный мужской экземпляр стал уже не нужен ни бывшей жене, ни детям.
— Вот как? Думаешь, знаешь его лучше, чем я? Ну-ну, — насмешливо хмыкнула Марина. — Что же забирай столь драгоценного мужчину себе и посмотрим, как быстро ты захочешь от него сбежать…
Спустя время предсказание Марины сбылось. Почти. Её бывшая подруга попыталась не сбежать от Вени, а вернуть его обратно в бывшую семью… Вот только такой ценный мужской экземпляр стал уже не нужен ни бывшей жене, ни детям.
Они прожили вместе десять лет. Она растила его карьеру, как собственного ребёнка. А он одним предложением перечеркнул всё: «Я подаю на развод. Я больше тебя не люблю».
Алиса не стала выяснять, кто она — та, ради которой он всё бросил. Она просто ушла. Без слёз, без торгов, без надежды. С одним только чемоданом и ощущением, что жизнь кончена.
Но жизнь, оказывается, только начинается.
Алиса не стала выяснять, кто она — та, ради которой он всё бросил. Она просто ушла. Без слёз, без торгов, без надежды. С одним только чемоданом и ощущением, что жизнь кончена.
Но жизнь, оказывается, только начинается.
Я видела, как он целовал другую.
Не просто другую. Мою бывшую подругу.
Он улыбался ей той самой улыбкой, от которой у меня когда-то подкашивались колени. А она смотрела на него так, будто он принадлежал ей.
А я стояла на другой стороне улицы и не могла вдохнуть.
Он предал меня. Растоптал. Уничтожил всё, во что я верила.
Но он ещё не знает, с кем связался.
Я больше не та девочка, которая ждала его до полуночи. Не та, что прощала всё. Не та, что любила без оглядки.
— Ты изменилась.
— Да. И знаешь что? Мне это нравится.
Он хочет вернуть меня. Хочет объяснить. Хочет, чтобы я снова поверила.
Но у меня другие планы.
Предатель. Ты пожалеешь.
Не просто другую. Мою бывшую подругу.
Он улыбался ей той самой улыбкой, от которой у меня когда-то подкашивались колени. А она смотрела на него так, будто он принадлежал ей.
А я стояла на другой стороне улицы и не могла вдохнуть.
Он предал меня. Растоптал. Уничтожил всё, во что я верила.
Но он ещё не знает, с кем связался.
Я больше не та девочка, которая ждала его до полуночи. Не та, что прощала всё. Не та, что любила без оглядки.
— Ты изменилась.
— Да. И знаешь что? Мне это нравится.
Он хочет вернуть меня. Хочет объяснить. Хочет, чтобы я снова поверила.
Но у меня другие планы.
Предатель. Ты пожалеешь.
Я случайно узнала, что у моего мужа есть другая.
Ложь, которую он скрывал от меня слишком долго.
Я думала, что на этом наша история закончена. Но оказалось, измена Максима — лишь часть страшной тайны. И чем ближе я подбираюсь к правде, тем сильнее понимаю: человек, которому я больше всего доверяла, всё это время водил меня за нос.
А тот, кого я считала своим врагом, неожиданно становится единственным мужчиной, рядом с которым моё сердце снова начинает биться.
Но можно ли полюбить, когда прошлое ещё не отпустило?
Ложь, которую он скрывал от меня слишком долго.
Я думала, что на этом наша история закончена. Но оказалось, измена Максима — лишь часть страшной тайны. И чем ближе я подбираюсь к правде, тем сильнее понимаю: человек, которому я больше всего доверяла, всё это время водил меня за нос.
А тот, кого я считала своим врагом, неожиданно становится единственным мужчиной, рядом с которым моё сердце снова начинает биться.
Но можно ли полюбить, когда прошлое ещё не отпустило?
Три года назад Алиса оставила на краю стола обручальное кольцо и ушла от мужа, разбитая предательством. Она выжила, построила бизнес и стала сильной, независимой женщиной. Но когда на кону оказывается всё, что она создала, судьба сталкивает её с бывшим — Максимом Воронцовым. Он предлагает контракт, который спасёт её компанию, но цена — личное участие в проекте. Алиса соглашается ради дела, но вскоре понимает: Максим затеял не просто бизнес, он хочет вернуть её. Только она больше не та покорная жена, которую он потерял.
— Подпиши документы, Ева. Это будет лучше для всех.
Муж произносит эти слова спокойно, будто не разрушает двенадцать лет её жизни. Будто не привёл любовницу в их дом. Будто не обещал когда-то любить её до конца.
Муж произносит эти слова спокойно, будто не разрушает двенадцать лет её жизни. Будто не привёл любовницу в их дом. Будто не обещал когда-то любить её до конца.
— Убирайся, — произнесла она ледяным тоном.
— Послушай, я...
— Убирайся! — она резко села, прижимая разорванную рубашку к груди. В её глазах не было слёз. Только ненависть. Чистая, ледяная, как сталь.
Влад открыл рот, но передумал. Подобрал ремень, одёрнул рубашку. Посмотрел на неё — в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на стыд. Или на раскаяние. Инге было всё равно.
Он вышел. Дверь закрылась.
Инга сидела на кровати, обхватив плечи руками. Внутри — пусто. Только отголоски боли и жгучее, невыносимое унижение.
Он показал своё истинное лицо. Зверь. Животное. А я... я даже не смогла защититься...
— Послушай, я...
— Убирайся! — она резко села, прижимая разорванную рубашку к груди. В её глазах не было слёз. Только ненависть. Чистая, ледяная, как сталь.
Влад открыл рот, но передумал. Подобрал ремень, одёрнул рубашку. Посмотрел на неё — в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на стыд. Или на раскаяние. Инге было всё равно.
Он вышел. Дверь закрылась.
Инга сидела на кровати, обхватив плечи руками. Внутри — пусто. Только отголоски боли и жгучее, невыносимое унижение.
Он показал своё истинное лицо. Зверь. Животное. А я... я даже не смогла защититься...
До открытия «Причала № 7» — двадцать три дня. Но система безопасности показывает «норму» в тот момент, когда двери старого склада не открываются.
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
После похорон свекра я узнаю, что он оставил моей одиннадцатилетней дочери коллекцию из 127 произведений, а меня назначил независимым хранителем.
У меня семь дней на инвентаризацию.
Если я не закончу проверку — умру, исчезну или юридически не смогу продолжать — контроль над коллекцией перейдет к моему бывшему мужу Демьяну. И он получит право продавать картины, чтобы спасти свой выставочный центр от огромного долга.
В первый же день исчезает картина, из-за которой пять лет назад я потеряла работу и почти сразу после этого мужа.
Через несколько часов ее привозят ко мне домой с запиской:
«Савелий умер из-за того, что ты нашла пять лет назад».
Теперь в коллекции скрыта чужая ложь, в смерти Савелия слишком много вопросов, а у Демьяна — слишком много причин молчать.
Чтобы защитить дочь, мне придется закончить проверку и решить, можно ли снова довериться человеку, которому выгодно, чтобы я не дошла до седьмого дня.
У меня семь дней на инвентаризацию.
Если я не закончу проверку — умру, исчезну или юридически не смогу продолжать — контроль над коллекцией перейдет к моему бывшему мужу Демьяну. И он получит право продавать картины, чтобы спасти свой выставочный центр от огромного долга.
В первый же день исчезает картина, из-за которой пять лет назад я потеряла работу и почти сразу после этого мужа.
Через несколько часов ее привозят ко мне домой с запиской:
«Савелий умер из-за того, что ты нашла пять лет назад».
Теперь в коллекции скрыта чужая ложь, в смерти Савелия слишком много вопросов, а у Демьяна — слишком много причин молчать.
Чтобы защитить дочь, мне придется закончить проверку и решить, можно ли снова довериться человеку, которому выгодно, чтобы я не дошла до седьмого дня.
— Лера, — говорит он, и его голос хриплый. — Ты чувствуешь это? Это не игра.
Я замираю, и моё сердце бьётся так сильно, что я слышу его стук в ушах. Я хочу ответить ему, хочу сказать, что я тоже это чувствую, но страх сковывает мои лёгкие. Я отстраняюсь и поднимаюсь на ноги.
— Это игра, Арсений, — говорю я, и мой голос звучит резко, жёстко. — Мы договорились. Только игра.
Я замираю, и моё сердце бьётся так сильно, что я слышу его стук в ушах. Я хочу ответить ему, хочу сказать, что я тоже это чувствую, но страх сковывает мои лёгкие. Я отстраняюсь и поднимаюсь на ноги.
— Это игра, Арсений, — говорю я, и мой голос звучит резко, жёстко. — Мы договорились. Только игра.
Выберите полку для книги