Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Оль, я хочу развод.
Я думала, что эти слова мужа разделили жизнь на “до” и “после”.
Но разделило ее вовсе не это.
— Генерала к нам привезли. Совсем плохой. контузия сильная. Ослеп. Всё зовет какую-то Лёлю…
— Лёлю?
Я думала, что эти слова мужа разделили жизнь на “до” и “после”.
Но разделило ее вовсе не это.
— Генерала к нам привезли. Совсем плохой. контузия сильная. Ослеп. Всё зовет какую-то Лёлю…
— Лёлю?
Она разведена и начинает новую жизнь в маленьком отеле у целебных источников.
Он — после тяжёлой аварии заново учится ходить и соглашается на неожиданное предложение работы в том же районе.
Их разделяют двадцать лет, куча обид, ложь, которую они приняли за правду, и жизнь, которая сложилась не так, как мечталось.
Можно ли простить то, чего не было? И стоит ли бояться того, что есть на самом деле?
Роман о взрослых людях, которые не умеют падать духом. О второй попытке, о боли, о тихой радости быть рядом. О том, что настоящее счастье — не в молодости и не в здоровье, а в том, чтобы тебя наконец услышали.
Он — после тяжёлой аварии заново учится ходить и соглашается на неожиданное предложение работы в том же районе.
Их разделяют двадцать лет, куча обид, ложь, которую они приняли за правду, и жизнь, которая сложилась не так, как мечталось.
Можно ли простить то, чего не было? И стоит ли бояться того, что есть на самом деле?
Роман о взрослых людях, которые не умеют падать духом. О второй попытке, о боли, о тихой радости быть рядом. О том, что настоящее счастье — не в молодости и не в здоровье, а в том, чтобы тебя наконец услышали.
— Уходи. Прямо сейчас, — муж выставил меня за дверь в четверг вечером. Без объяснений. Без капли сожаления.
За спиной остались двенадцать лет брака, двое сыновей и... фальшивые доказательства моей измены. Измены, которой никогда не было.
За спиной остались двенадцать лет брака, двое сыновей и... фальшивые доказательства моей измены. Измены, которой никогда не было.
— Мой жених сейчас подойдет, и мы сможем начать.
— Конечно, — вежливо улыбаюсь клиентке.
— Ох уж эти занятые мужчины, да? — хихикает легко. – А вот и он.
Указывает на коридор, я машинально оборачиваюсь.
И мое сердце останавливается, я задерживаю дыхание. Ноги становятся ватными, руки предательски дрожат.
Я думала, что справилась. Что переболела и что, если судьба нас снова столкнет, я пройду мимо него, сделав вид, что мы незнакомы. Что он для меня никто.
Что он умер для меня.
Ведь именно это я сделала пять лет назад после его бесчеловечного, самого жестокого предательства в моей жизни.
Я сбежала от него. Уползала на коленях, уничтоженная, морально раздавленная, и единственное, что заставило меня жить, — две полоски на тесте.
❤️ Бесплатная предыстория Проблема одержимого мажора https://litmarket.ru/books/problema-oderzhimogo-mazhora
— Конечно, — вежливо улыбаюсь клиентке.
— Ох уж эти занятые мужчины, да? — хихикает легко. – А вот и он.
Указывает на коридор, я машинально оборачиваюсь.
И мое сердце останавливается, я задерживаю дыхание. Ноги становятся ватными, руки предательски дрожат.
Я думала, что справилась. Что переболела и что, если судьба нас снова столкнет, я пройду мимо него, сделав вид, что мы незнакомы. Что он для меня никто.
Что он умер для меня.
Ведь именно это я сделала пять лет назад после его бесчеловечного, самого жестокого предательства в моей жизни.
Я сбежала от него. Уползала на коленях, уничтоженная, морально раздавленная, и единственное, что заставило меня жить, — две полоски на тесте.
❤️ Бесплатная предыстория Проблема одержимого мажора https://litmarket.ru/books/problema-oderzhimogo-mazhora
Он присел рядом со мной на корточки. Посветил фонарём на мою сломанную ногу, потом на коляску сестры с заклиненным колесом. Он всё увидел — он двадцать лет в пожарной охране, он читает такое за три секунды.
— Не двигайся, — сказал мой муж.
И потянулся к рации.
А потом у него зазвонил телефон. На экране высветилось короткое имя в три буквы, и лицо у него стало живым — таким, каким я не видела его очень давно.
Он отпустил кнопку рации, не назвав наши координаты.
— Ты знаешь, что делать. Увидимся.
И ушёл в дым, в сторону сцены.
Через час весь город смотрел, как спасатель Никита Воронцов выносит на руках молодую женщину. Она поцеловала его перед камерами, и он не отстранился.
А ещё через двадцать минут я узнала, что беременна. Впервые за восемь лет.
Он сказал, что я знаю, что делать.
Оказалось, я не знала.
— Не двигайся, — сказал мой муж.
И потянулся к рации.
А потом у него зазвонил телефон. На экране высветилось короткое имя в три буквы, и лицо у него стало живым — таким, каким я не видела его очень давно.
Он отпустил кнопку рации, не назвав наши координаты.
— Ты знаешь, что делать. Увидимся.
И ушёл в дым, в сторону сцены.
Через час весь город смотрел, как спасатель Никита Воронцов выносит на руках молодую женщину. Она поцеловала его перед камерами, и он не отстранился.
А ещё через двадцать минут я узнала, что беременна. Впервые за восемь лет.
Он сказал, что я знаю, что делать.
Оказалось, я не знала.
— Ты будешь делать то, что я скажу тебе, поняла? — процедил я.
Пальцы коснулись нежной кожи бедра. Она вцепилась в мою руку в попытке оттолкнуть, но я перехватил её запястье и с силой сжал.
Она глянула на меня с холодным презрением и отвращением.
Нет, солнышко, не будешь ты на меня так смотреть. Эти твои штучки не прокатят.
— Если ты думаешь, что я всё забыл, ты ошибаешься, — продолжил, одёрнув её платье. – Я никогда ничего не забываю.
В тексте:
#Альтернативная Россия
#Жестокий герой
#Сильная героиня
Пальцы коснулись нежной кожи бедра. Она вцепилась в мою руку в попытке оттолкнуть, но я перехватил её запястье и с силой сжал.
Она глянула на меня с холодным презрением и отвращением.
Нет, солнышко, не будешь ты на меня так смотреть. Эти твои штучки не прокатят.
— Если ты думаешь, что я всё забыл, ты ошибаешься, — продолжил, одёрнув её платье. – Я никогда ничего не забываю.
В тексте:
#Альтернативная Россия
#Жестокий герой
#Сильная героиня
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ❤️
— Дарина, ты должна понять… — муж запинается, словно подбирает слова помягче.
— Понять что? Что ты предал меня? Что разрушил нашу семью?
— Это вышло случайно…
— Ах, случайно, — киваю. — Как я дура сразу не поняла, ты же просто шел домой, поскользнулся, упал в другую женщину, правильно?
Он хмурится, раздраженно отводит глаза.
— Давай не будем устраивать сцен. Ты не идиотка и всё понимаешь.
— Конечно, зачем. Ты же уже все для себя решил. Осталось только убедить меня, что это моя вина.
Смотрит волком, но ничего... Это ненадолго родной!
#Больно
#Противоречиво
#ХЭ (но не для всех)
— Дарина, ты должна понять… — муж запинается, словно подбирает слова помягче.
— Понять что? Что ты предал меня? Что разрушил нашу семью?
— Это вышло случайно…
— Ах, случайно, — киваю. — Как я дура сразу не поняла, ты же просто шел домой, поскользнулся, упал в другую женщину, правильно?
Он хмурится, раздраженно отводит глаза.
— Давай не будем устраивать сцен. Ты не идиотка и всё понимаешь.
— Конечно, зачем. Ты же уже все для себя решил. Осталось только убедить меня, что это моя вина.
Смотрит волком, но ничего... Это ненадолго родной!
#Больно
#Противоречиво
#ХЭ (но не для всех)
- Нет! – продолжает справа капризничать капризуля, - Это – Гуччи! Максик, я Гуччи не хочу!
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
— Я ухожу.
— Что ты... что значит "ухожу"?
— Ну, это значит, что я съезжаю отсюда. Собираю вещи, снимаю квартиру, больше не живу здесь, — он говорил ровно, как будто зачитывал список. — У меня есть человек. Мы вместе будем.
— Есть человек, — повторила за ним и голос прозвучал чужим, хриплым. — Ты... изменял мне?
— Да боже мой, не изменял, а встречался с нормальной женщиной, — муж поморщился. — У нас с тобой уже год ничего нет, Оль. Ты же сама знаешь.
— Я не... — воздуха не хватало. — Кто она?
Игорь почесал переносицу, и я вдруг поняла, что он нервничает. Впервые за вечер.
— Вера… Петровна. Из нашей школы. Математичка.
Меня накрыло волной стыда, понимания и ужаса. Вера... Видимо, вся школа шушукается у меня за спиной, ведь мы все вместе работаем, это коллектив, сплетни...
— Она беременна, — добавил Игорь тихо.
— Что ты... что значит "ухожу"?
— Ну, это значит, что я съезжаю отсюда. Собираю вещи, снимаю квартиру, больше не живу здесь, — он говорил ровно, как будто зачитывал список. — У меня есть человек. Мы вместе будем.
— Есть человек, — повторила за ним и голос прозвучал чужим, хриплым. — Ты... изменял мне?
— Да боже мой, не изменял, а встречался с нормальной женщиной, — муж поморщился. — У нас с тобой уже год ничего нет, Оль. Ты же сама знаешь.
— Я не... — воздуха не хватало. — Кто она?
Игорь почесал переносицу, и я вдруг поняла, что он нервничает. Впервые за вечер.
— Вера… Петровна. Из нашей школы. Математичка.
Меня накрыло волной стыда, понимания и ужаса. Вера... Видимо, вся школа шушукается у меня за спиной, ведь мы все вместе работаем, это коллектив, сплетни...
— Она беременна, — добавил Игорь тихо.
Каким мерилом мерить дружбу? А счастье? А любовь? А по какой шкале оценивать предательство и горе?
В юности мы почти все максималисты — рубануть с плеча, вычеркнуть из жизни. Кажется, что жизнь не оставляет выбора. Или выбор всё же есть, просто мы не научились его видеть, не научились мудрости? А есть ли люди, у которых «ген мудрости» с рождения заложен? Если и есть, то их ничтожно мало, иначе мир бы оказался скучным, а всё в нём предсказуемо и однородно.
*****
Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась. И я была не рада своим чувствам, не знала, что мне с ними делать, как справляться.
Лика догнала меня на середине улицы. Запыхавшаяся, подхватила меня под руку, и мы с ней пошли ещё медленнее.
— Почему не дождалась? — после долгой паузы начала она.
— Решила, что ты останешься. Липов был настроен тебя уговорить.
— Фи… и нафига он мне? Я отказалась. Он, кстати, там уже со своей одноклассницей вовсю… Айгуль пасёт его, как собственного мужа. Проворонишь, Танька, ты свою любовь.
В юности мы почти все максималисты — рубануть с плеча, вычеркнуть из жизни. Кажется, что жизнь не оставляет выбора. Или выбор всё же есть, просто мы не научились его видеть, не научились мудрости? А есть ли люди, у которых «ген мудрости» с рождения заложен? Если и есть, то их ничтожно мало, иначе мир бы оказался скучным, а всё в нём предсказуемо и однородно.
*****
Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась. И я была не рада своим чувствам, не знала, что мне с ними делать, как справляться.
Лика догнала меня на середине улицы. Запыхавшаяся, подхватила меня под руку, и мы с ней пошли ещё медленнее.
— Почему не дождалась? — после долгой паузы начала она.
— Решила, что ты останешься. Липов был настроен тебя уговорить.
— Фи… и нафига он мне? Я отказалась. Он, кстати, там уже со своей одноклассницей вовсю… Айгуль пасёт его, как собственного мужа. Проворонишь, Танька, ты свою любовь.
Выберите полку для книги