Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Я тебе изменяю, Агния. Уже несколько месяцев. Только без истерик, ты всё-таки беременная.
Через три недели мне рожать, а муж оставляет меня в гостинице и уезжает к любовнице. Он уверен: утром я успокоюсь и вернусь домой.
Но я ухожу насовсем.
И тогда рядом оказывается Герман Серебряков — старший брат моего мужа. Мужчина, которого в городе предпочитают не злить и которого я сама семь лет обходила стороной.
Вскоре Кирилл понимает: жену он потерял.
Но настоящий удар ждёт его, когда он узнает, кто теперь хочет занять его место.
Через три недели мне рожать, а муж оставляет меня в гостинице и уезжает к любовнице. Он уверен: утром я успокоюсь и вернусь домой.
Но я ухожу насовсем.
И тогда рядом оказывается Герман Серебряков — старший брат моего мужа. Мужчина, которого в городе предпочитают не злить и которого я сама семь лет обходила стороной.
Вскоре Кирилл понимает: жену он потерял.
Но настоящий удар ждёт его, когда он узнает, кто теперь хочет занять его место.
— Ты следила за мной?! — прорычал муж.
— Нет, Серёжа. Я просто хотела понять, почему мой муж держит за руку беременную женщину.
— Лена, ты всё не так поняла!
— Тогда объясни, — усмехнулась я. — Кто она?
Он молчал всего секунду. Но этой секунды достаточно, чтобы рухнули двадцать лет брака.
Я привыкла быть идеальной женой, заботливой матерью и незаметной опорой семейного бизнеса. Однако случайно прочитанное сообщение заставило меня усомниться во всём, что я считала своей жизнью. Теперь мне предстоит выяснить, сколько лжи скрывается за фасадом счастливой семьи — и хватит ли смелости перестать спасать тех, кто никогда не спасал меня…
— Нет, Серёжа. Я просто хотела понять, почему мой муж держит за руку беременную женщину.
— Лена, ты всё не так поняла!
— Тогда объясни, — усмехнулась я. — Кто она?
Он молчал всего секунду. Но этой секунды достаточно, чтобы рухнули двадцать лет брака.
Я привыкла быть идеальной женой, заботливой матерью и незаметной опорой семейного бизнеса. Однако случайно прочитанное сообщение заставило меня усомниться во всём, что я считала своей жизнью. Теперь мне предстоит выяснить, сколько лжи скрывается за фасадом счастливой семьи — и хватит ли смелости перестать спасать тех, кто никогда не спасал меня…
— Ложись, не жди, нас снова задержали, — говорит муж в трубку.
— Где задержали, Лень? — непонимающе спрашиваю, потому что прямо сейчас смотрю сквозь стекло на мужа, стоящего посреди моего родильного отделения.
— На работе, где же еще, — раздраженно. — ЧП на объекте.
— Ты сейчас на объекте?
— А где же еще?!
— В паре метров от меня, Лень. Ты только что вышел из палаты моей пациентки.
Двадцать лет брака, давно взрослые дети и муж находит себе любовницу на двадцать лет младше. Она беременна и жизнь ее ребенка зависит от меня.
— Где задержали, Лень? — непонимающе спрашиваю, потому что прямо сейчас смотрю сквозь стекло на мужа, стоящего посреди моего родильного отделения.
— На работе, где же еще, — раздраженно. — ЧП на объекте.
— Ты сейчас на объекте?
— А где же еще?!
— В паре метров от меня, Лень. Ты только что вышел из палаты моей пациентки.
Двадцать лет брака, давно взрослые дети и муж находит себе любовницу на двадцать лет младше. Она беременна и жизнь ее ребенка зависит от меня.
Музыка на всю громкость, а в голове — только праздник. Я должна всё продумать до мелочей: ведь пять лет, как мы женаты. Для кого‑то это мало, но не для меня. Для меня он всё — моя жизнь, моя первая любовь, мой воздух.
Торможу у загородного дома.
Странно.
Что‑то не так. Здесь его машина, хотя он должен быть в командировке.
Ручки от пакетов впиваются в ладони, режут. Но мне плевать.
Захожу, сбрасываю туфли — и замираю. Интимная музыка, бокалы, вещи на полу… и я знаю, кто это.
Сцена, от которой останавливается сердце.
Одна минута способна уничтожить целую жизнь. Я думала, что мой мир рухнул — это и есть конец.
Я ошибалась — всё ещё впереди.
Эта история о том, как не сломаться, когда весь мир требует, чтобы ты сдалась.
Торможу у загородного дома.
Странно.
Что‑то не так. Здесь его машина, хотя он должен быть в командировке.
Ручки от пакетов впиваются в ладони, режут. Но мне плевать.
Захожу, сбрасываю туфли — и замираю. Интимная музыка, бокалы, вещи на полу… и я знаю, кто это.
Сцена, от которой останавливается сердце.
Одна минута способна уничтожить целую жизнь. Я думала, что мой мир рухнул — это и есть конец.
Я ошибалась — всё ещё впереди.
Эта история о том, как не сломаться, когда весь мир требует, чтобы ты сдалась.
‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— А ты чей, командир? — смеясь, спрашивает мужчина.
— Я мамин! — гордо заявляет сын. — Меня зовут Денис Андр-р-реевич Смир-р-нов. А тебя?
— Андрей Константинович Звягинцев.
— Тоже Андрей? Прям как моего папу! Ты знаешь его?
— Смирнов... — Андрей задумчиво повторяет фамилию. — Я не помню у нас такого, прости, малыш.
— Жалко, — вздыхает сынок, опустив голову. — Я бы хотел увидеть папу.
— А где твой папа? — уже серьёзно спрашивает Звягинцев.
Пять лет назад я ухаживала в госпитале за крупным, как медведь, майором спецназа с позывным «Малыш». Перед командировкой он велел не ждать его. Узнала, что беременна, но не смогла ему сказать.
Через год мне сообщили, что майор пропал без вести и, скорее всего, погиб. Я похоронила его и научилась жить одна. Растила сына, училась на хирурга и перестала надеяться. Но сегодня я приехала на юбилей к дяде-генералу. Один из его сослуживцев подхватывает моего сына, когда тот падает, а у меня подкашиваются ноги…
— А ты чей, командир? — смеясь, спрашивает мужчина.
— Я мамин! — гордо заявляет сын. — Меня зовут Денис Андр-р-реевич Смир-р-нов. А тебя?
— Андрей Константинович Звягинцев.
— Тоже Андрей? Прям как моего папу! Ты знаешь его?
— Смирнов... — Андрей задумчиво повторяет фамилию. — Я не помню у нас такого, прости, малыш.
— Жалко, — вздыхает сынок, опустив голову. — Я бы хотел увидеть папу.
— А где твой папа? — уже серьёзно спрашивает Звягинцев.
Пять лет назад я ухаживала в госпитале за крупным, как медведь, майором спецназа с позывным «Малыш». Перед командировкой он велел не ждать его. Узнала, что беременна, но не смогла ему сказать.
Через год мне сообщили, что майор пропал без вести и, скорее всего, погиб. Я похоронила его и научилась жить одна. Растила сына, училась на хирурга и перестала надеяться. Но сегодня я приехала на юбилей к дяде-генералу. Один из его сослуживцев подхватывает моего сына, когда тот падает, а у меня подкашиваются ноги…
— Мы разводимся, — заявил муж. – Полюбил другую, она беременна двойней.
Блондинка улыбнулась и положила его руку на свой огромный живот.
— Так вот ты какая, Нюта! Скучная, простушка! Игорёша был прав. Не преувеличивал. Даже преуменьшал. Он, когда узнал, что я беременна, плакал от счастья!
Каждое слово летело в меня как камень.
Больно. До слёз.
— Просто исчезни. В тень. На задний план. В багажник, образно говоря!
Юля засмеялась, прикрыв рот ладонью с бриллиантом.
— И не стой тут с кислым лицом! У меня семья будет большая. Содержать троих детей, будущую жену и бывшую жену стоит денег.
И в этот момент здание роддома взорвалось!
Крики. Паника. На меня рухнула стена.
— Там ещё кто-то есть? — голос спасателей, сквозь боль и пыль.
— Никого! Я проверил! Всех эвакуировали ещё до удара! Уезжаем, быстро! — Игорь подхватил Юлю и понёс, бросая меня, как ненужную вещь.
С дочкой, которая через две недели должна была появиться на свет.
В городе, который начинали бомбить…
Блондинка улыбнулась и положила его руку на свой огромный живот.
— Так вот ты какая, Нюта! Скучная, простушка! Игорёша был прав. Не преувеличивал. Даже преуменьшал. Он, когда узнал, что я беременна, плакал от счастья!
Каждое слово летело в меня как камень.
Больно. До слёз.
— Просто исчезни. В тень. На задний план. В багажник, образно говоря!
Юля засмеялась, прикрыв рот ладонью с бриллиантом.
— И не стой тут с кислым лицом! У меня семья будет большая. Содержать троих детей, будущую жену и бывшую жену стоит денег.
И в этот момент здание роддома взорвалось!
Крики. Паника. На меня рухнула стена.
— Там ещё кто-то есть? — голос спасателей, сквозь боль и пыль.
— Никого! Я проверил! Всех эвакуировали ещё до удара! Уезжаем, быстро! — Игорь подхватил Юлю и понёс, бросая меня, как ненужную вещь.
С дочкой, которая через две недели должна была появиться на свет.
В городе, который начинали бомбить…
🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА 🦋
🦋 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА🦋
Два года назад врачу-урологу Любови Степановне хватило одного врученного шпателя и неверного мужа, чтобы навсегда закрыть свое сердце для мужчин. Теперь её жизнь идеальна: любимая работа в городской поликлинике, взрослая счастливая дочь, верный пёс по кличке Штукатур и абсолютная броня от романтических иллюзий. Для Любы все мужчины — лишь биологические единицы с предстательной железой и патологической боязнью медицинских манипуляций.
Всё меняется, когда в её кабинет вваливается Давид Буранов — властный сорокапятилетний миллионер, привыкший покупать всё и вся. Придя с «деликатной проблемой», он рассчитывал на VIP-сервис, но попал под суровый врачебный надзор доктор Симоновой, получив полный спектр урологических процедур и незабываемый урок скромности.
🦋 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА🦋
Два года назад врачу-урологу Любови Степановне хватило одного врученного шпателя и неверного мужа, чтобы навсегда закрыть свое сердце для мужчин. Теперь её жизнь идеальна: любимая работа в городской поликлинике, взрослая счастливая дочь, верный пёс по кличке Штукатур и абсолютная броня от романтических иллюзий. Для Любы все мужчины — лишь биологические единицы с предстательной железой и патологической боязнью медицинских манипуляций.
Всё меняется, когда в её кабинет вваливается Давид Буранов — властный сорокапятилетний миллионер, привыкший покупать всё и вся. Придя с «деликатной проблемой», он рассчитывал на VIP-сервис, но попал под суровый врачебный надзор доктор Симоновой, получив полный спектр урологических процедур и незабываемый урок скромности.
Мой новый начальник — Артур Орлов. Молодой, богатый, красивый и абсолютно невыносимый.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
- Ань – муж устало ладонью проводит по лицу.
Выдыхает. Подходит ближе и запах мяты бьет в лицо.
- пойми мы тридцать лет вместе. Господи да это больше половины моей жизни.
- Мирон не продолжай - отрезаю, - сделаешь хуже.
- Нет Ань я продолжу, ведь ты должна меня понять. Ты - это самый вкусный сочный стейк, понимаешь?
Но я молчу. Холодно смотрю на него, стиснув зубы.
- а она ну… как пельмешки с майонезом. Ань ну есть вкусный стейк тридцать лет надоело - ухмыляется.
- Мир я повторять не буду, развод – цежу сквозь зубы, сдерживая соль в уголках глаз.
Мне надоели его бессмысленные оправдания.
- Аня ты меня поняла? Ты только не плачь - он почти нежно улыбается.
Поняла дорогой, королевы не плачут, они идут в бой…
Выдыхает. Подходит ближе и запах мяты бьет в лицо.
- пойми мы тридцать лет вместе. Господи да это больше половины моей жизни.
- Мирон не продолжай - отрезаю, - сделаешь хуже.
- Нет Ань я продолжу, ведь ты должна меня понять. Ты - это самый вкусный сочный стейк, понимаешь?
Но я молчу. Холодно смотрю на него, стиснув зубы.
- а она ну… как пельмешки с майонезом. Ань ну есть вкусный стейк тридцать лет надоело - ухмыляется.
- Мир я повторять не буду, развод – цежу сквозь зубы, сдерживая соль в уголках глаз.
Мне надоели его бессмысленные оправдания.
- Аня ты меня поняла? Ты только не плачь - он почти нежно улыбается.
Поняла дорогой, королевы не плачут, они идут в бой…
— Мы с вами раньше не встречались? — в глазах бывшего одноклассника обычный мужской интерес к смазливой мордашке с хорошей фигурой.
***
— Страшилу не видели? — голос Славки она узнала бы из тысячи.
Ребята из одиннадцатого «А» что-то ответили невразумительное: «Вроде, пробегала...». Девочка сжалась в комок под лестницей и боялась дышать. Как только наступала перемена, ей нужно было прятаться так, чтобы эти двое не нашли. Иначе... Будет как в прошлый раз в столовой суп разлит на голове... Или ее закроют в грязном подвале, откуда выпустит завхоз к глубокому вечеру, когда школа опустеет, и будет слышен методичный стук кулачком по двери.
***
— Страшилу не видели? — голос Славки она узнала бы из тысячи.
Ребята из одиннадцатого «А» что-то ответили невразумительное: «Вроде, пробегала...». Девочка сжалась в комок под лестницей и боялась дышать. Как только наступала перемена, ей нужно было прятаться так, чтобы эти двое не нашли. Иначе... Будет как в прошлый раз в столовой суп разлит на голове... Или ее закроют в грязном подвале, откуда выпустит завхоз к глубокому вечеру, когда школа опустеет, и будет слышен методичный стук кулачком по двери.
Выберите полку для книги