Подборка книг по тегу: "сильная героиня"
Святослав Филимонов - гений, плейбой, миллионер, филантроп. Прозорливый и харизматичный холостяк, которого называют Мудрым Филином, ведь у него всегда есть ответы на самые трудные вопросы. Днём - владелец элитного охранного агентства, который спасает жизни богатых и знаменитых, ночью - Чистильщик, что прибирает чужую грязь. Его жизнь - опасные авантюры, адреналин и тотальное одиночество. В его жизни нет места любимым, они - мишень.
Однажды он будто попадает в плохой анекдот, где ему надо выбрать: блондинка, брюнетка или рыжая?
Блондинка - его первая любовь с запашком предательства, умоляет спасти от мужа тирана и дать им второй шанс на любовь.
Брюнетка - загадочная невеста, чья свадьба стала трагедией, с единственной выжившей, которая ничего не помнит. Зато Филин отлично помнит, как его рука когда-то подписала приговор её первому мужу.
Рыжая - дерзкая мажорка с огненным характером, которая просит защиты от мужа-афериста, который её обокрал.
Сезон охоты на Филина открыт!
Однажды он будто попадает в плохой анекдот, где ему надо выбрать: блондинка, брюнетка или рыжая?
Блондинка - его первая любовь с запашком предательства, умоляет спасти от мужа тирана и дать им второй шанс на любовь.
Брюнетка - загадочная невеста, чья свадьба стала трагедией, с единственной выжившей, которая ничего не помнит. Зато Филин отлично помнит, как его рука когда-то подписала приговор её первому мужу.
Рыжая - дерзкая мажорка с огненным характером, которая просит защиты от мужа-афериста, который её обокрал.
Сезон охоты на Филина открыт!
У лифта соседка окинула Леру взглядом - от лица к животу.
- Нет, ну я понимаю, вы молодые… Но так отчаянно предаваться любовным утехам на таком сроке - это, по-моему, уже неприлично.
Лера моргнула.
- Простите… вы о чём?
Соседка фыркнула.
- А вы думали, что ничего не слышно? У нас стены тонкие. Всю неделю, что не ночь - ваши там охи, вздохи! Я спать не могу нормально! А у меня давление!
- Вы что-то путаете, - тут же отмахнулась Лера. - Я больше недели лежала на сохранении.
Соседка замерла с тем видом, когда понимаешь: сказал больше, чем нужно.
- Ой… ну… может, и показалось, - пробормотала она и не дожидаясь лифта пошагала по лестнице.
Лера была уверена: ее муж не тот человек, что может предать в тот момент, когда их попытки стать родителями, спустя много лет и несколько выкидышей, почти увенчались успехом!
Но все же она решила проверить...
- Нет, ну я понимаю, вы молодые… Но так отчаянно предаваться любовным утехам на таком сроке - это, по-моему, уже неприлично.
Лера моргнула.
- Простите… вы о чём?
Соседка фыркнула.
- А вы думали, что ничего не слышно? У нас стены тонкие. Всю неделю, что не ночь - ваши там охи, вздохи! Я спать не могу нормально! А у меня давление!
- Вы что-то путаете, - тут же отмахнулась Лера. - Я больше недели лежала на сохранении.
Соседка замерла с тем видом, когда понимаешь: сказал больше, чем нужно.
- Ой… ну… может, и показалось, - пробормотала она и не дожидаясь лифта пошагала по лестнице.
Лера была уверена: ее муж не тот человек, что может предать в тот момент, когда их попытки стать родителями, спустя много лет и несколько выкидышей, почти увенчались успехом!
Но все же она решила проверить...
— Кто такая? — незнакомец изучает меня заинтересованным взглядом.
— Я… номером ошиблась. — прижимаюсь к двери его люкса.
— Уверена? — голос второго мужчины проникает под кожу, я резко поворачиваюсь в другую сторону. Их двое. Богатые. Властные. Опасные.
— Она подходит… — переговариваются между собой. По ту сторону двери мои преследователи с охраной. Если я попаду им в руки, мне конец.
— Чего вы хотите? — спрашиваю в панике.
— Хотим расслабиться. И ты нам в этом поможешь.
Я должна была следить за богатыми шишками, но провалила задание, и теперь моя единственная защита от преследователей — двое незнакомцев в роскошном номере. В обмен на защиту они хотят мое тело… И я вынуждена подчиниться, еще не зная, к каким последствиям приведет эта ошибка.
— Я… номером ошиблась. — прижимаюсь к двери его люкса.
— Уверена? — голос второго мужчины проникает под кожу, я резко поворачиваюсь в другую сторону. Их двое. Богатые. Властные. Опасные.
— Она подходит… — переговариваются между собой. По ту сторону двери мои преследователи с охраной. Если я попаду им в руки, мне конец.
— Чего вы хотите? — спрашиваю в панике.
— Хотим расслабиться. И ты нам в этом поможешь.
Я должна была следить за богатыми шишками, но провалила задание, и теперь моя единственная защита от преследователей — двое незнакомцев в роскошном номере. В обмен на защиту они хотят мое тело… И я вынуждена подчиниться, еще не зная, к каким последствиям приведет эта ошибка.
- Дура ты, Ветрова, — летит мне в спину и Влад останавливается вместе со мной, не выпускает моей руки. - Он молодой парень, которому нужны молодые девки и качественный секс! А ты, Агатушка, к сожалению, уже не в их числе. — скалится бывший.
- Придурок здесь, ты, Игорёша, потому что потерял такую женщину, променяв на молодую куклу, — гордо и очень громко отвечает ему Влад, и в следующее мгновение его губы накрывают мои в жадном поцелуе...
Пять лет моей жизни улетели псу под хвост в один вечер. А планы на счастливую жизнь с любимым мужчиной, рухнули в одно мгновенье. Меня предали и растоптали. А руку помощи протянул совершенно незнакомый мне парень, который смотрит на меня с восхищением и неподдельным желанием.
Вот только теперь я боюсь поддаться чувствам, которые переполняют меня, когда он рядом, а рядом он очень часто, ведь теперь он мой Босс...
- Придурок здесь, ты, Игорёша, потому что потерял такую женщину, променяв на молодую куклу, — гордо и очень громко отвечает ему Влад, и в следующее мгновение его губы накрывают мои в жадном поцелуе...
Пять лет моей жизни улетели псу под хвост в один вечер. А планы на счастливую жизнь с любимым мужчиной, рухнули в одно мгновенье. Меня предали и растоптали. А руку помощи протянул совершенно незнакомый мне парень, который смотрит на меня с восхищением и неподдельным желанием.
Вот только теперь я боюсь поддаться чувствам, которые переполняют меня, когда он рядом, а рядом он очень часто, ведь теперь он мой Босс...
- Ульяна? Что ты здесь делаешь? - смотрел на неё испуганный муж, застыв в дверях кухни.
- Я здесь живу, - холодно ответила Ульяна, пропуская вперёд троих сыновей.
Они не успели разбежаться по комнатам, как дверь ванной распахнулась и оттуда появилась девица, с мокрыми волосами, которые прикрывали бесстыжее лицо. На ней был её халат.
- Саш, у тебя есть бальзам для волос?
- Банный день окончен! - процедила сквозь зубы Ульяна, хватая девушку за волосы. - Начался санитарный!
- Ульяна, прекрати! Успокойся! - закричал Саша.
Сорвав с мокрой дряни халат, она открыла замок двери и отправила незваную гостью в костюме Евы прямиком в подъезд.
Ульяна медленно повернулась к мужу и сжала кулаки - теперь твоя очередь...
- Я здесь живу, - холодно ответила Ульяна, пропуская вперёд троих сыновей.
Они не успели разбежаться по комнатам, как дверь ванной распахнулась и оттуда появилась девица, с мокрыми волосами, которые прикрывали бесстыжее лицо. На ней был её халат.
- Саш, у тебя есть бальзам для волос?
- Банный день окончен! - процедила сквозь зубы Ульяна, хватая девушку за волосы. - Начался санитарный!
- Ульяна, прекрати! Успокойся! - закричал Саша.
Сорвав с мокрой дряни халат, она открыла замок двери и отправила незваную гостью в костюме Евы прямиком в подъезд.
Ульяна медленно повернулась к мужу и сжала кулаки - теперь твоя очередь...
– Пап, тебя в школу вызывают!
– Опять? – я сдержал вздох, но голос всё равно прозвучал как скрип ржавых качелей.
Даниил пожал плечами, делая вид, что не понимает моего раздражения.
– Ну, там мелочь… Ондатра немного нервничает.
– Сынок, ты понимаешь, что это последняя твоя школа? Дальше – интернат.
– Я буду вести себя хорошо, но ты должен мне кое-что пообещать, папа.
– Что?
– Сделай Ондатру Арнольдовну счастливой, тогда она перестанет до меня докапываться.
– Не думаю, что дело в учительнице.
– Дело именно в ней. Я читал в интернете, что одинокие женщины злые и несчастные. Или я завтра подожгу спортзал!
Это мой последний шанс.
Наш последний шанс.
И я им воспользуюсь, даже если для этого придётся завоевать сердце самой строгой учительницы в городе.
– Опять? – я сдержал вздох, но голос всё равно прозвучал как скрип ржавых качелей.
Даниил пожал плечами, делая вид, что не понимает моего раздражения.
– Ну, там мелочь… Ондатра немного нервничает.
– Сынок, ты понимаешь, что это последняя твоя школа? Дальше – интернат.
– Я буду вести себя хорошо, но ты должен мне кое-что пообещать, папа.
– Что?
– Сделай Ондатру Арнольдовну счастливой, тогда она перестанет до меня докапываться.
– Не думаю, что дело в учительнице.
– Дело именно в ней. Я читал в интернете, что одинокие женщины злые и несчастные. Или я завтра подожгу спортзал!
Это мой последний шанс.
Наш последний шанс.
И я им воспользуюсь, даже если для этого придётся завоевать сердце самой строгой учительницы в городе.
💕ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!💕СКИДКА
— За тебя, Артур, — мой голос звучит ровно. — За шестнадцать лет. За нас.
Муж улыбается. Уверенно. По-хозяйски.
Арина встаёт. Пятнадцать лет — уже не ребёнок.
— У меня тоже подарок, — говорит она и берёт телефон. — Пап, тебе понравится.
Гости смеются, ждут фото, видео, что-то трогательное.
Экран телевизора вспыхивает. Не фото. Не слайд-шоу.
Камеры. Кабинет Артура. Его стол. Его руки.
И моя лучшая подруга — Катя. Крёстная моей дочери. Женщина, которой я доверяла дочь, слёзы и свою жизнь.
На записи Артур целует её, Катя отстраняется и шепчет, смеясь:
— Когда уже? У меня живот скоро виден будет.
Я перестаю дышать.
Артур отвечает тихо, устало — как человек, который всё просчитал:
— Скоро. Я должен всё сделать осторожно. Иначе потеряю слишком много.
— Но нужна тебе я, — мурлычет Катя.
— Да, — говорит он.
В зале становится тихо. Арина не выключает видео. Она смотрит прямо на меня и говорит — спокойно, взрослым голосом:
— Раскрой глаза, мама. Папа
— За тебя, Артур, — мой голос звучит ровно. — За шестнадцать лет. За нас.
Муж улыбается. Уверенно. По-хозяйски.
Арина встаёт. Пятнадцать лет — уже не ребёнок.
— У меня тоже подарок, — говорит она и берёт телефон. — Пап, тебе понравится.
Гости смеются, ждут фото, видео, что-то трогательное.
Экран телевизора вспыхивает. Не фото. Не слайд-шоу.
Камеры. Кабинет Артура. Его стол. Его руки.
И моя лучшая подруга — Катя. Крёстная моей дочери. Женщина, которой я доверяла дочь, слёзы и свою жизнь.
На записи Артур целует её, Катя отстраняется и шепчет, смеясь:
— Когда уже? У меня живот скоро виден будет.
Я перестаю дышать.
Артур отвечает тихо, устало — как человек, который всё просчитал:
— Скоро. Я должен всё сделать осторожно. Иначе потеряю слишком много.
— Но нужна тебе я, — мурлычет Катя.
— Да, — говорит он.
В зале становится тихо. Арина не выключает видео. Она смотрит прямо на меня и говорит — спокойно, взрослым голосом:
— Раскрой глаза, мама. Папа
— Я женюсь, Настя. Она переезжает в наш дом завтра.
Слова любимого звучат как приговор.
— Ты должна встретить Ясмину с почестями, — продолжает муж холодно. — Убрать, накрыть столы и сшить ей подарок.
— Какой подарок?! — срывается с моих губ.
— Белоснежное платье для нашей первой брачной ночи… Украсишь его жемчугом и бриллиантами. Придёшь к нам в спальню и вручишь его ей, преклонив колено.
— Скажи, что это шутка! Ты делаешь мне очень больно, Амир!
— Не истери и смирись, — отрезает он. — Развода не жди.
— Будешь прислуживать ей как рабыня! — ухмыляется свекровь.
Ясмина наклоняется ко мне и шепчет словно змея:
— Ты будешь шить ночами, вкладывая всю душу. Я надену его и покажу Амиру, что такое настоящая страсть! А после? Вымою им полы и сделаю половую тряпку…
***
Хотят незабываемый праздник? Получат.
Я сошью белое платье, но точно не для неё.
Войду в зал как королева, и они все ахнут от увиденного.
А ты, Амир, будешь смотреть и жалеть!
Слова любимого звучат как приговор.
— Ты должна встретить Ясмину с почестями, — продолжает муж холодно. — Убрать, накрыть столы и сшить ей подарок.
— Какой подарок?! — срывается с моих губ.
— Белоснежное платье для нашей первой брачной ночи… Украсишь его жемчугом и бриллиантами. Придёшь к нам в спальню и вручишь его ей, преклонив колено.
— Скажи, что это шутка! Ты делаешь мне очень больно, Амир!
— Не истери и смирись, — отрезает он. — Развода не жди.
— Будешь прислуживать ей как рабыня! — ухмыляется свекровь.
Ясмина наклоняется ко мне и шепчет словно змея:
— Ты будешь шить ночами, вкладывая всю душу. Я надену его и покажу Амиру, что такое настоящая страсть! А после? Вымою им полы и сделаю половую тряпку…
***
Хотят незабываемый праздник? Получат.
Я сошью белое платье, но точно не для неё.
Войду в зал как королева, и они все ахнут от увиденного.
А ты, Амир, будешь смотреть и жалеть!
— Ну и куда её теперь? Она в опасности, — спрашиваю, хотя внутри уже предчувствую ответ.
— К себе я её взять не могу — жена не поймёт. А ты у нас, вроде как, обязательствами не обременен.
— Вы давно у меня были? Там только матрац и кофемашина. Ей там будет… некомфортно.
— Всяко лучше, чем в камере с дешёвыми путанами.
— Она там впишется, — бросаю, не подумав.
— Попридержи язык, Князев! — шипит Серов, опаляя меня взглядом. — Это вдова дипломата. Ты заберёшь её к себе и будешь охранять столько, сколько нужно. Это приказ.
— К себе я её взять не могу — жена не поймёт. А ты у нас, вроде как, обязательствами не обременен.
— Вы давно у меня были? Там только матрац и кофемашина. Ей там будет… некомфортно.
— Всяко лучше, чем в камере с дешёвыми путанами.
— Она там впишется, — бросаю, не подумав.
— Попридержи язык, Князев! — шипит Серов, опаляя меня взглядом. — Это вдова дипломата. Ты заберёшь её к себе и будешь охранять столько, сколько нужно. Это приказ.
Я сбежала из города после серого, выпивающего душу развода, надеясь на тихую независимость в «убитом» доме в пригороде. Но вместо спокойного ремонта я получила череду бытовых аварий и сурового горца в личные спасатели. Он ворчит на мою «городскую неумелость», пока его невероятно шумная и колоритная родня уже вовсю печет пироги к нашей предполагаемой свадьбе. Я прячу свои комплексы из-за лишнего веса за мешковатой одеждой и до дрожи боюсь поверить, что этот скалистый, сильный мужчина видит во мне не просто «неумеху», а женщину своей мечты.
Мой бывший муж годами внушал мне, что я — лишь бледная и бесформенная тень настоящей красоты. Я вложила последние сбережения в старый сруб как в крепость для своего одиночества. Но каждая прорванная труба, замкнутая проводка и рухнувший забор лишь сильнее привязывают меня к Рустаму, который незаметно берет шефство не только над моей стройкой, но и над моим сердцем.
Мой бывший муж годами внушал мне, что я — лишь бледная и бесформенная тень настоящей красоты. Я вложила последние сбережения в старый сруб как в крепость для своего одиночества. Но каждая прорванная труба, замкнутая проводка и рухнувший забор лишь сильнее привязывают меня к Рустаму, который незаметно берет шефство не только над моей стройкой, но и над моим сердцем.
Выберите полку для книги