Книги по тегу «сильная героиня»: ""

— Подпиши, Зарина. Без твоего согласия Самиру не примут на лечение.
— Ты отнял их у матери и считаешь это нормальным?
— Я защищал их от женщины, которая продала нашу фамилию.
— Я ничего не продавала, Руслан. Верни мне детей.
— Вернёшься в ущелье — увидишь их завтра. Упрёшься — будешь смотреть на фотографии.
Два месяца назад муж выгнал меня из родового двора, обвинив в предательстве семьи. Он поверил чужим бумагам, но не поверил женщине, с которой прожил девять лет. Дочь и маленький сын остались у него. Я уехала в город без вещей, без имени и без права обнять своих детей.
Теперь Руслан пришёл сам. Говорит, детям нужна мать. Говорит, мне придётся вернуться. Только я возвращаюсь не просить милости. Я возвращаюсь забрать правду, вернуть своё имя и доказать, что мать не вычёркивают из жизни детей одним мужским приказом.

В день развода дракон Эйран Вейр отдал мне старый Свечной дом — как ненужное отступное для бывшей жены.
Все считали этот дом заброшенным. Пустым. Бесполезным.
Но он открылся мне сам.
За его стенами я нашла девочку, которую много лет прятали от рода, Совета и женщины, мечтавшей занять моё место. Лиора боится громко назвать своё имя, носит знак драконьей крови и почему-то уверена: если её найдут, её заберут.
Эйран думал, что его ребёнок погиб. Совет скрыл правду. А его новая невеста знает о Свечном доме куда больше, чем должна.
Теперь мне придётся защищать девочку, которую все называют наследницей. Дом, который оказался живым. И собственную свободу, которую я больше не отдам ни дракону, ни Совету, ни прошлой боли.
Он хочет вернуть доверие.
Я уже не та женщина, которую можно просто выбрать или бросить.
А Свечной дом помнит тех, кому однажды не поверили.

Вера думала, что у неё есть семья, дом и восемнадцать лет брака, которые невозможно просто вычеркнуть.
Но однажды она возвращается раньше обычного и застаёт в своём доме чужую женщину. Муж Кирилл не прячет любовницу. Наоборот — показывает ей спальню, кухню, сад и говорит, что скоро всё это будет принадлежать ей.
Вере предлагают уйти тихо. Без скандалов. Без претензий. С чемоданом и обещанием “помочь на первое время”.
Только Кирилл забыл одно: этот дом построен не только на его деньгах. В нём — проданная мамина квартира Веры, её подписи, её руки, её годы и правда, которую он слишком долго считал неважной.
Теперь Вере придётся доказать не только свои права на дом, но и право больше не быть удобной женой, которую можно заменить и выставить за дверь.
Он хотел подарить её жизнь любовнице.
Но не знал, что именно с этого момента Вера начнёт возвращать себя.

Я дошла до лестничной площадки, где было пусто, и набрала Риту.
Она ответила на втором гудке, и я по звуку поняла, что она курит — этот её короткий втяг между словами, который я знала наизусть.
—Ну как первый день, рассказывай, не томи.
— Рит. Директор — это Глеб.
Тишина. Втяг. И потом:
— В смысле — Глеб? Какой Глеб? Твой, что ли, Глеб?
— Мой бывший Глеб. Генеральный директор холдинга, в который я сегодня вышла на работу. Я десять минут назад заходила к нему знакомиться. Постучала, зашла, а там он.
— Та-а-ак. Значит, слушай меня сюда. Ты сейчас идёшь, пишешь заявление по собственному и уходишь оттуда. Сегодня же. Это какой-то цирк, Вероника, в это нельзя играть!!

🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
🔥 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Алинка, ты чего, как изваяние, встала? — в дверях появляется санитарка тетя Зина, в вечном своем накрахмаленном колпаке. — Мертвый, что ли?
Вздрагиваю. И она туда же.
— Нет, — отвечаю, не отрывая взгляда от моего личного дьявола. — Живой. Даже слишком.
— Ну и чего стоишь? Давай оформляй.
— Он мой бывший одноклассник, — выдыхаю зачем-то.
Тетя Зина поднимает брови домиком.
— О, дела. Любовь-морковь?
— В прошлом, — поправляю ее. — Сейчас — чистая неприязнь и желание поставить ему мильгамму или магнезию.
— Ну и поставь, — философски замечает тетя Зина. — Хуже не будет.
Остаюсь одна с этим ходячим, вернее, лежачим напоминанием о юношеских страданиях.
— Измайлов, — говорю в пустоту. — Ты хоть знаешь, как неудачно ты вписался в мою ночную смену?

Она была идеальной дочерью.
А они выбросили её на помойку.

Она любила своего жениха.
А он дал ложные показания, отправившие её в тюрьму.

Она умерла в одиночестве.
А потом открыла глаза — в том же теле, в тот же вечер, за минуту до того, как её жизнь рухнула.

Но теперь внутри неё нет ни слёз, ни страха. Теперь у неё нет сердца. Есть только цель.

Пощады не будет. Они её не заслужили.

Лекса живёт в чудесном мире, наполненном светлой магией, где нет воин, преступлений и болезней. Но девушке не повезло, она обычный человек, поэтому должна прожить скучную жизнь, трудясь на благо общества. А душа просит приключений. Возвращаясь после неудачного свидания, Лекса попадает в другой мир. Здесь нет привычных технологий, царствует тёмная магия, а монстры охотятся на людей. Два обаятельных мага спасают Лексу и обещают вернуть её домой. Но за девушкой уже начал охотиться коварный Тёмный Властелин.
Можно ли доверять спасителям? И что делать, если предательское сердце тянется к тому, кто хочет тебя убить? Ясно одно, Лекса попала в этот мир не случайно.

В день юбилея фонда Марина Соколова слышит, как чужой мальчик называет её мужа папой. Её муж — уважаемый генерал, человек с безупречной репутацией, красивыми речами и идеальной семьёй для чужих глаз.

Но у него давно есть другая женщина. Ребёнок. Ключи от дома Марины. И документы с её подписью, которую она никогда не ставила.

Кирилл предлагает ей тихий развод, деньги и молчание. Взамен Марина должна отказаться от дома отца, от своего имени и от правды, которую он уже приготовился похоронить под слухами.

Только он ошибся.

Марина не станет мстить ребёнку. Не станет устраивать грязный скандал. Она сделает страшнее — заговорит фактами.

Теперь его новая семья станет не доказательством новой жизни, а уликой. А женщина, которую он считал удобной женой, впервые выберет себя.

— Слушай, Аня... — он цедит слова с тем самым фирменным пренебрежением, с которым обычно отчитывает нерадивых курьеров. — Только давай без сцен, ладно? Сама виновата. Нечего было возвращаться без предупреждения и врываться в спальню.
Я делаю несколько шагов вглубь комнаты. Не к нему. К туалетному столику. Мой взгляд цепляется за тяжёлую вазу из дымчатого муранского стекла. Мы покупали её в Венеции, в узкой лавке у воды, в наш медовый месяц.
— Я виновата? — эхом отзываюсь я, и собственный голос звучит чужим, очень тихим.
— Ну а кто? — он уже почти полностью вернулся в себя; голос крепнет, набирает металл. — Что такого-то произошло? Это просто физиология, ничего личного. Так что выдохни, успокойся и хватит разводить здесь драму на ровном месте.
Мои пальцы мягко ложатся на прохладное стекло. Я обхватываю узкое горлышко вазы.
— Драму? — уголки моих губ медленно ползут вверх. — Милый. Я ещё и не начинала.

Я очнулась в чужом теле, в старом Пепельном дворе, который все считали опасным и бесполезным. Староста требовал подпись, Совет — ключи, деревня — чтобы я не вмешивалась в чужие тайны. Но дом сам выбрал меня хозяйкой и отказался подчиняться тем, кто годами прятал правду в бумагах.

А ночью у ворот оставили его.

Дамиан Крэйд — проклятый дракон-командор, лишённый имени, чести и права говорить о своём прошлом. Он предупреждал, что рядом с ним опасно. Я почти поверила… пока в запертом амбаре не нашла маленькую девочку с половиной родовой печати на шее.

Теперь Совет хочет забрать ребёнка. Дамиан не может назвать её своей. Пепельный двор помнит предательство. А мне придётся доказать, что даже в чужом мире можно стать хозяйкой — если защищаешь не стены, а тех, кого больше некому защитить.