Книги по тегу «сильная героиня»: ""
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
— Батя, ты что, правда с ней спишь? — голос сына, резкий, злой, бьёт по нервам.
Я застываю у двери с тарелкой селёдки, которую терпеть не могу. Но теперь от неё меня ещё и мутит.
— Никит, не лезь не в своё дело, — раздражённо шипит муж.
— А маму тебе не жалко? Или главное, что ты снова «живой мужчина»?
Моё колье на шее молодой любовницы мужа, ехидная улыбка свекрови и предательское видео вместо новогоднего поздравления.
Двадцать лет любви взрываются за одну секунду.
Что делать, если муж решил начать Новый год с другой женщиной — прямо за твоим семейным столом?
— Батя, ты что, правда с ней спишь? — голос сына, резкий, злой, бьёт по нервам.
Я застываю у двери с тарелкой селёдки, которую терпеть не могу. Но теперь от неё меня ещё и мутит.
— Никит, не лезь не в своё дело, — раздражённо шипит муж.
— А маму тебе не жалко? Или главное, что ты снова «живой мужчина»?
Моё колье на шее молодой любовницы мужа, ехидная улыбка свекрови и предательское видео вместо новогоднего поздравления.
Двадцать лет любви взрываются за одну секунду.
Что делать, если муж решил начать Новый год с другой женщиной — прямо за твоим семейным столом?
В свои двадцать три года я была счастлива с любимым человеком и собиралась выйти за него замуж вопреки запретам родителей.
Однако в один день меня жестоко подставили.
Любимый отвернулся от меня, не поверив моим словам, а родители спешно выдали меня замуж за другого.
Муж стал моим спасителем. Он вернул меня к жизни, залечил мою израненную душу и возродил веру в любовь.
Но вскоре мне предстояло узнать, что вся его забота оказалась иллюзией, а я была лишь пешкой в его ужасной игре, в которой мне отводилась роль несчастной жертвы.
Однако в один день меня жестоко подставили.
Любимый отвернулся от меня, не поверив моим словам, а родители спешно выдали меня замуж за другого.
Муж стал моим спасителем. Он вернул меня к жизни, залечил мою израненную душу и возродил веру в любовь.
Но вскоре мне предстояло узнать, что вся его забота оказалась иллюзией, а я была лишь пешкой в его ужасной игре, в которой мне отводилась роль несчастной жертвы.
— Ты почему пришла без звонка?
— Хотела сделать сюрприз, — усмехнулась. — Кажется, получилось, — сказала я и посмотрела на постель, где лежала она.
Я узнала об измене случайно — просто вернулась домой раньше. В прихожей стояли чужие туфли, а в спальне звучал её смех. Подруга. Та, которой я доверяла больше, чем себе.
В одну минуту всё рухнуло — любовь, семья, вера. Он лгал в глаза, просил простить, а я стояла и думала, как могла жить рядом с человеком, которого на самом деле не знала.
Теперь я не жена. Я — женщина, у которой забрали всё, кроме гордости. И если он думал, что я смирюсь — значит, плохо меня знал.
— Хотела сделать сюрприз, — усмехнулась. — Кажется, получилось, — сказала я и посмотрела на постель, где лежала она.
Я узнала об измене случайно — просто вернулась домой раньше. В прихожей стояли чужие туфли, а в спальне звучал её смех. Подруга. Та, которой я доверяла больше, чем себе.
В одну минуту всё рухнуло — любовь, семья, вера. Он лгал в глаза, просил простить, а я стояла и думала, как могла жить рядом с человеком, которого на самом деле не знала.
Теперь я не жена. Я — женщина, у которой забрали всё, кроме гордости. И если он думал, что я смирюсь — значит, плохо меня знал.
— Вам не стоит работать одной в такое время, — сегодня он сказал мне больше слов, чем за весь предыдущий год.
— Маньяков у нас не водится.
— Вы не можете этого знать.
— Пока я знаю всего одного похожего на маньяка человека. И это вы, — бросаю тряпку и тут же, глубоко вздохнув, извиняюсь: — Простите, трудный день.
И неделя. И месяц. И год тоже.
— Ничего, — снова холодная улыбка. — Я не в обиде. Вы не слишком далеки от истины.
Замираю и смотрю на него во все глаза.
— Вы маньяк?
— Я хуже, — почти смеётся он.
— Маньяков у нас не водится.
— Вы не можете этого знать.
— Пока я знаю всего одного похожего на маньяка человека. И это вы, — бросаю тряпку и тут же, глубоко вздохнув, извиняюсь: — Простите, трудный день.
И неделя. И месяц. И год тоже.
— Ничего, — снова холодная улыбка. — Я не в обиде. Вы не слишком далеки от истины.
Замираю и смотрю на него во все глаза.
— Вы маньяк?
— Я хуже, — почти смеётся он.
Я стою у окна с дочкой на руках, и мир замер в этот момент совершенного счастья. Соне три месяца, она тихо посапывает, уткнувшись носиком мне в грудь, её крошечные пальчики сжимают край моей футболки. В такие моменты время останавливается — есть только мы с ней и это утро, залитое золотым светом.
За окном рассвет медленно раскрашивает Екатеринбург в тёплые тона. Солнце поднимается над крышами, бросает длинные тени от домов, заставляет блестеть окна высоток. Город просыпается — где-то внизу уже слышен шум первых машин, спешащих по своим делам людей. А я стою и смотрю на этот новый день, прижимая к себе самое дорогое существо на свете.
Два года. Всего два года прошло с того дня, когда я приехала сюда — сломанная, растерянная, с двумя сумками и разбитым вдребезги сердцем. Тогда мне казалось, что жизнь кончена. Как же я ошибалась...
За окном рассвет медленно раскрашивает Екатеринбург в тёплые тона. Солнце поднимается над крышами, бросает длинные тени от домов, заставляет блестеть окна высоток. Город просыпается — где-то внизу уже слышен шум первых машин, спешащих по своим делам людей. А я стою и смотрю на этот новый день, прижимая к себе самое дорогое существо на свете.
Два года. Всего два года прошло с того дня, когда я приехала сюда — сломанная, растерянная, с двумя сумками и разбитым вдребезги сердцем. Тогда мне казалось, что жизнь кончена. Как же я ошибалась...
Алиса Вертинская — типичная бизнесвумен. В чем-то жесткая и решительная, в чем-то, несмотря ни на что, мягкая, женственная. И если чужие люди редко находят способ пробить ее деловую броню, то близкие могут ударить точно и больно. Так, как сделал ее муж Семён. Мужчина, с которым она прожила кучу лет, оказался предателем... Как выкарабкиваться из последствий развода, если даже любимая работа теперь не в радость? Ставший модным по нынешним нервным временам дауншифтинг? Не поймут. Но тогда… Отпуск! Давно и честно заработанный большой отпуск в тихой деревенской глуши, где даже интернет берет только на горке или если залезть на крышу дома! Лопать там всякое экологически чистое, спать, дышать свежим воздухом… Стоп! А что это так воняет? И откуда на клумбе какая-то жирная свинья, следом за которой через забор еще и ломится здоровенный, откровенно хамоватый мужик?! И прогнала бы его Алиса со скандалом, и забыла бы как страшный сон, но ведь так же ж хорош, скотиняка такая, залюбуешься!
В моем родном королевстве началась охота на ведьм. И я едва успела сбежать, прихватив лишь дорожную сумку и остатки денег.
Три недели пути привели меня в Мелтаун к лавке пряностей на Медной улице, что досталась мне в наследство от тетушки Аделии. После пяти лет запустения она больше напоминает свалку: мусор, пыль, плесень на стенах, а пауки размером с кулак чувствуют себя полноправными хозяевами.
Но у меня нет выбора. Нужно превратить эту развалюху в дом. Вымыть, вычистить, починить. Найти поставщиков пряностей, наладить торговлю, убедить соседей, что я обычная торговка, а не беглянка с даром.
Три недели пути привели меня в Мелтаун к лавке пряностей на Медной улице, что досталась мне в наследство от тетушки Аделии. После пяти лет запустения она больше напоминает свалку: мусор, пыль, плесень на стенах, а пауки размером с кулак чувствуют себя полноправными хозяевами.
Но у меня нет выбора. Нужно превратить эту развалюху в дом. Вымыть, вычистить, починить. Найти поставщиков пряностей, наладить торговлю, убедить соседей, что я обычная торговка, а не беглянка с даром.
— Вау, ты мой Геркулес! Какой же ты сильный, мой Лев! А ты уже занялся вопросом доверенности на квартиру Наташки? Когда же мы уже переедем на ее хату? — за приоткрытой дверью процедурной я слышу голос любовницы моего мужа.
— Все намази! Эта домашняя курочка подпишет все, что только я ей подсуну. Так что с Гавайев прилетим — и этой тусклой мыши не будет в квартире! Пинком под зад полетит прочь! — без стеснения хвалится мой муж.
— Ты же ее не любишь?
— Мне эта скучная, глупая поварешка не нужна! Воротит от нее! Стоит мне увидеть ее дома, как бежать хочется к тебе, моя невероятная, горячая красотка! Совсем скоро ты, моя Киса, будешь со мной на Гавайях, пока эта плоскодонка будет перечислять нам деньги на счет.
Мой муж попал после аварии в мое отделение. И я ему устрою “Рай” в стенах больницы! Он пожалеет, что предал меня!
— Все намази! Эта домашняя курочка подпишет все, что только я ей подсуну. Так что с Гавайев прилетим — и этой тусклой мыши не будет в квартире! Пинком под зад полетит прочь! — без стеснения хвалится мой муж.
— Ты же ее не любишь?
— Мне эта скучная, глупая поварешка не нужна! Воротит от нее! Стоит мне увидеть ее дома, как бежать хочется к тебе, моя невероятная, горячая красотка! Совсем скоро ты, моя Киса, будешь со мной на Гавайях, пока эта плоскодонка будет перечислять нам деньги на счет.
Мой муж попал после аварии в мое отделение. И я ему устрою “Рай” в стенах больницы! Он пожалеет, что предал меня!
— Папа! Ты же сказал, что попробуешь мой торт с машинкой, — обиженный голосок четырёхлетнего мальчика разрывает тишину за нашим столиком.
— Инга, я сейчас тебе все объясню, — хрипло отзывается МОЙ муж.
Наша двадцатая годовщина должна была быть идеальной. Романтический ужин, свечи…
А в итоге: чужой ребёнок, называющий моего мужа "папой". И подруга, которая когда-то клялась, что никогда не предаст.
— Инга, я сейчас тебе все объясню, — хрипло отзывается МОЙ муж.
Наша двадцатая годовщина должна была быть идеальной. Романтический ужин, свечи…
А в итоге: чужой ребёнок, называющий моего мужа "папой". И подруга, которая когда-то клялась, что никогда не предаст.
ЗАВЕРШЕНО!
— Ты даже не будешь бороться за своего мужа? — спрашивает сестра с вызовом. — Так просто отдашь его мне?
Я поднимаю на неё глаза.
— А ты бы хотела этого? Чтобы я боролась, зная о твоей беременности? Чтобы мы устроили сцену с выяснением отношений, с криками и вырыванием волос?
— Я... — она запинается. — Я просто не понимаю твоей реакции.
***
Семь лет брака, и вдруг моя родная сестра заявляется с новостью: "Я беременна от твоего мужа". Меня предали. Но они не знают, что мне известен секрет, который перевернёт их жизни с ног на голову. Пусть наслаждаются своим "счастьем", пока могут.
Время расплаты уже близко.
— Ты даже не будешь бороться за своего мужа? — спрашивает сестра с вызовом. — Так просто отдашь его мне?
Я поднимаю на неё глаза.
— А ты бы хотела этого? Чтобы я боролась, зная о твоей беременности? Чтобы мы устроили сцену с выяснением отношений, с криками и вырыванием волос?
— Я... — она запинается. — Я просто не понимаю твоей реакции.
***
Семь лет брака, и вдруг моя родная сестра заявляется с новостью: "Я беременна от твоего мужа". Меня предали. Но они не знают, что мне известен секрет, который перевернёт их жизни с ног на голову. Пусть наслаждаются своим "счастьем", пока могут.
Время расплаты уже близко.
Выберите полку для книги