Книги по тегу «сильная героиня»: ""

Иногда, чтобы вырастить сад, нужно сначала пройти через пустыню.

Розалинда Майер знает, что такое страх. Её бывший муж оставил ей три вещи: долги, которые едва не разорили лавку, привычку вздрагивать от резких движений. Она выжила. Подняла теплицу с колен, наладила дело и убедила себя, что ей никто не нужен.

Всё меняется, когда на рынке рабов в Миррадине она покупает эльфа.

Калеб — бывший гладиатор, «бракованный товар», как называет его торговец. Слишком сильный для простой работы, слишком гордый, чтобы подчиняться, слишком опасный, чтобы держать в доме. Он убивал на арене. Его продали за гроши, чтобы наказать. Розалинда покупает — и в первый же вечер баррикадирует дверь спальни сундуком, боясь, что он её убьёт.

Его настоящее имя — тайна, которая может стоить жизни.

Постепенно, день за днём, среди розовых кустов и запаха лаванды, между ними зарождается то, чего оба боялись и желали. Но когда прошлое настигает их — в лице жестоких поклонников Розалинды и брата, который уз

Три года я была женой Лазурного Дракона.
Три года — тенью в его дворце.
Три года — ошибкой, которую он терпел.
Три года — женщиной, на которую он смотрел так, будто я украла у него жизнь.
А потом он привёл во дворец другую.
Красивую. Желанную. Достойную.
И при всём дворе бросил к моим ногам брачный браслет.
— Я требую развода, Лиарена.
Он думал, я сломаюсь.
Думал, буду умолять.
Думал, без него я никто.
Но в тот миг проснулось пламя, о котором молчала моя кровь.
Теперь он умирает без меня.
А я впервые начинаю жить.
Только поздно, мой дракон.
Ненужные жёны не возвращаются туда, где их не любили.

Александра Ковальчук — проходчица. Она одна из очень немногих, кто способен проходить сквозь завесу миров и погружаться в Лимб, возникший во время Великой войны.
Она живёт в Новограде и, будучи связанная контрактом, который она не может разорвать, вынуждена погружаться в карманы Лимба, в которых демонические сущности паразитируют на ничего не подозревающих людях.
Она немного цинична и ко всему относится с лёгкой иронией, но это всего лишь защита, и единственное, что её продолжает удерживать в здравом уме — жизнерадостный пёсик Майло и позволяющая себя любить кошка Азатот. И, конечно, кофе на балконе. А помогать ей будут её родной дядя и бывший военный, а ныне полицейский, Алексей. И... демон. Хранитель её контракта и по совместительству... не будем пока об этом.
Городское фэнтези о проходчице, которая старается, чтобы мрак оставался уютным, а не безнадёжным.

— Ксения Игоревна, срочно в первую операционную. У пациентки массивное кровотечение, счет на минуты.
— Кто на столе?
— Твоя сестра Соня.
Я замираю у мойки, глядя на свои дрожащие руки.
— Она беременна от моего мужа, Руслан Тимурович. Вы просите меня спасти женщину, которая разрушила мою жизнь?
— Я прошу тебя спасти двоих пациентов. Как хирург хирурга. А за дверью этой операционной я стану твоим щитом. Мой руки, Смирнова.

Забор поворачивает, и я поворачиваю за ним.
Здесь – другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё.
За ней – терраса. Ресторан. Панорамное окно в полстены – высокое, широкое.
Я подхожу.
И вижу его.
Он сидит у окна – столик с видом, бокалы, её рука в его руке – и смеётся.
По-настоящему. Тем смехом, который я не слышала так давно, что уже не помню когда.
Я стою за стеклом.
Снаружи.
Как призрак собственной жизни.
И наконец – впервые за долгое время – всё становится до ужаса ясно.

После развода я думала, что самое страшное уже позади. Я ушла от Кирилла без скандалов, без мести, без попыток что-то доказать. Забрала сына, начала новую жизнь и научилась снова дышать.

Но однажды бывший муж появился у школы Матвея с дорогим букетом и уверенностью человека, который привык получать всё по первому требованию.

— Мальчику нужен отец, а не твои обиды, — сказал он.

Три года Кирилл почти не вспоминал о сыне. А теперь решил вернуться. Не попросить прощения. Не заслужить доверие. А забрать своё место так, будто оно всё ещё принадлежит ему.

Только Матвей — не вещь. Не награда. Не способ наказать бывшую жену.

И если Кирилл думает, что я снова промолчу, он плохо знает женщину, которую сам когда-то сломал.

Потому что теперь я не одна. У меня есть сын, ради которого я стала сильнее. Есть правда, которую больше нельзя назвать истерикой. И есть мужчина, который не спасает меня, а просто стоит рядом — спокойно, честно, без давления.

❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
Как унизительно признаваться чужому мужчине, что твой муж променял тебя на другую.
— Я сожалею, Надя, — говорит незнакомец. — Если тебе будет легче, то мне тоже изменяли.
Я замираю.
— А вы? — спрашиваю я. — Вы тоже?
Ответа нет. В салоне машины повисает тишина — тяжёлая, пропитанная болью.
— Не плачьте, Надя, — говорит он вдруг. — Ваш муж еще об этом пожалеет.
Его рука осторожно касается моего лица. Стирает слезу со щеки. Потом спускается ниже — очерчивает губы.
Незнакомец наклоняется ко мне.
Глаза в глаза.
Я чувствую тепло его тела, тепло его губ.
Вкус мяты и боли смешиваются в одном поцелуе, от которого я не отстраняюсь…
А потом на одном из семейных ужинов, жму его руку, как будто ничего и не было, ведь он...

— Молодец малышка, что не сказала. Не нужно было это говорить сегодня. Не в день рождения Мишки. Хотя и про беременность не стоило. Рано. — Голос моего мужа, тихий, почти интимный.
— Может, тогда накажешь меня за это?
Маринка. Моя лучшая подруга. Крёстная моего сына запрыгнула на кухонный стол. Руки задрожали. Я вцепилась в перила, чтобы не упасть.
— Ну не здесь же. — Игорь придвинул ее к себе поближе. — Она может проснуться.
— Да она точно не проснётся. Весь день на ногах, орущая свора детей, плюс бокал шампанского.
Ноги подкосились. Я сползла по стене, зажала рот ладонью чтобы не закричать.
— Когда ты ей скажешь?
— Скоро.
— Скоро — это когда? Ты каждый раз говоришь «скоро», а я...
— Марин...
— Нет, послушай меня. У нас ребёнок будет. Твой ребёнок. Мне надоело прятаться. Надоело улыбаться ей в лицо и делать вид, что ты для меня просто муж подруги.
— Я знаю, — сказал он тихо. — Ты права…
— Тогда реши этот вопрос. Иначе я сама ей расскажу...

— Мы летим в солнечный Дубай! Ты представляешь? — моя подружка прыгала от радости! — Столько деньжищ заплатят!
— Наконец-то! Море, солнце, именитые дома мод! Нас заметят!
— Я буду дефилировать в настоящих брендовых шмотках!
Я смотрела на девчонок, но почему-то не могла разделить их радость. В глубине души затаился страх. Ведь слишком все просто. Мало работы, большой гонорар, а бесплатный сыр, как водится, бывает лишь в мышеловке…
— Время покажет, — я натянула улыбку, разделяя радость девочек.
Как же я оказалась права! И пожалела, что не послушала свою интуицию…

«Твой стиль слишком домашний, Кира. Ты не вписываешься в кадр. Нам нужно лицо, которое не стыдно напечатать в журналах, а не женщина, которая съедает половину своего меню».
Десять лет я строила наш ресторанный бизнес, стоя у раскаленной плиты, пока мой муж Артем строил из себя светского льва. Я верила, что мы — команда. Но в день юбилея нашего заведения я узнала, что я для него — лишь досадное «тесто», которое портит идеальный имидж. Развод, выходное пособие в копейки и волчий билет в мире высокой кухни — вот всё, что я получила в благодарность.
Артем думал, что я сгину в депрессии, поедая свои обиды. Но я сняла обшарпанный подвал на окраине и начала делать то, что умею лучше всего — печь.
Я не знала, что аромат моей корицы привлечет самого опасного человека в городе. Глеб Карин — гастрономический критик, чье слово убивает быстрее яда. Он холодный, расчетливый эстет, и он предложил мне сделку, от которой невозможно отказаться.