Книги по тегу «сильная и умная героиня»: ""
Мария, владелица элитного брачного агентства, с безупречной репутацией, бизнес процветает, её жизнь размерена и спокойна.
Пока в ней не появляются двое: холодный стратег Демьян, выбравший Марию своим самым ценным активом, и Алексей, огненный прожигатель жизни, вознамерившийся растопить ледяное сердце девушки.
Оба претендуют на её руку и сердце.
Марии предстоит не простой выбор, но стоит ли вообще выбирать?
Пока в ней не появляются двое: холодный стратег Демьян, выбравший Марию своим самым ценным активом, и Алексей, огненный прожигатель жизни, вознамерившийся растопить ледяное сердце девушки.
Оба претендуют на её руку и сердце.
Марии предстоит не простой выбор, но стоит ли вообще выбирать?
Лейтенант морской пехоты Елена Сильверин и не думала, что обычная перевозка десанта на новую базу подбросит какие-нибудь проблемы. Падение вертолета в джунгли, потеря любимого и столкновение со сверхъестественным навсегда изменили ее хорошо распланированную жизнь. Судьба сделала крутой вираж, и пилот вертолета сменила лейтенантские погоны на костюм адвоката.
Однако тени прошлого находят ее даже в отпуске и выставляют счет за долг жизни. Теперь миссис Сильверин, юрист с железной волей, должна выполнить контракт и вернуть домой тех, кого родина объявила призраками.
Каждый день — это вызов. Сможет ли Елена удержать баланс, когда правосудие требует не только острого ума, но и крепкой хватки?
В этом мире у каждого есть клыки. Но Елена Сильверин знает, как заставить их служить справедливости.
Однако тени прошлого находят ее даже в отпуске и выставляют счет за долг жизни. Теперь миссис Сильверин, юрист с железной волей, должна выполнить контракт и вернуть домой тех, кого родина объявила призраками.
Каждый день — это вызов. Сможет ли Елена удержать баланс, когда правосудие требует не только острого ума, но и крепкой хватки?
В этом мире у каждого есть клыки. Но Елена Сильверин знает, как заставить их служить справедливости.
Думала, муж-изменник будет отпираться, врать, выкручиваться, а Валерон просто пожал плечами и сказал:
— Я считал, ты умнее, и сама все отлично понимаешь.
— И что я, по-твоему, должна понимать?
— Очевидное. Что дочь наконец-то выросла, и меня рядом с тобой уже не держит ответственность за неё; что ваш бабий век не долог, и ты уже готовишься стать бабушкой, а я… Я могу и хочу быть отцом!
Дочь выросла не просто, а «наконец-то»? Вот, значит, как?!
— Хотел стать отцом, а стал папиком! — припечатала я мстительно.
Его лицо дернулось, словно от удара, а потом на губах зазмеилась усмешка:
— Я понимаю, тебе обидно. Дунь. Но сделай милость, избавь меня от твоих истерик.
— Я считал, ты умнее, и сама все отлично понимаешь.
— И что я, по-твоему, должна понимать?
— Очевидное. Что дочь наконец-то выросла, и меня рядом с тобой уже не держит ответственность за неё; что ваш бабий век не долог, и ты уже готовишься стать бабушкой, а я… Я могу и хочу быть отцом!
Дочь выросла не просто, а «наконец-то»? Вот, значит, как?!
— Хотел стать отцом, а стал папиком! — припечатала я мстительно.
Его лицо дернулось, словно от удара, а потом на губах зазмеилась усмешка:
— Я понимаю, тебе обидно. Дунь. Но сделай милость, избавь меня от твоих истерик.
Высоко над городом, в недрах стеклянной башни, существует иная реальность. Это — живое Полотно Судьбы, сплетённое из миллиардов светящихся нитей. Велес, его древний Хранитель, веками читал эту карту как открытую книгу, направляя судьбы целых кланов оборотней. Но теперь на безупречной ткани появилось искажение. Алая, пылающая нить, которая не желает вплетаться в предопределённый узор. Нить, которая горит гневом и волей к свободе. Нить по имени Арина.
Но что, если эта «ошибка» — единственное, что может спасти его самого от векового одиночества? Что, если, разорвав одну запретную нить, он запустит необратимый конец всего?
Чтобы сохранить мир, ему предстоит сделать выбор. Между долгом, которому он служил веками, и душой, которая впервые заставила его почувствовать себя живым. Между функцией — и человеком, которым он когда-то был.
Но что, если эта «ошибка» — единственное, что может спасти его самого от векового одиночества? Что, если, разорвав одну запретную нить, он запустит необратимый конец всего?
Чтобы сохранить мир, ему предстоит сделать выбор. Между долгом, которому он служил веками, и душой, которая впервые заставила его почувствовать себя живым. Между функцией — и человеком, которым он когда-то был.
Этот зверь меня украл и заставил выйти за него! Говорит, принадлежу ему...
Правило его семьи: если за 10 ночей между нами не будет связи, я могу расторгнуть брак и сбежать.
Но я не учла одного: в первый же день он захочет сделать меня своей...
Правило его семьи: если за 10 ночей между нами не будет связи, я могу расторгнуть брак и сбежать.
Но я не учла одного: в первый же день он захочет сделать меня своей...
Аннотация
Финал. Не успела я пережить любовную драму и стать агентом тайной космической организации, как первое задание не заставило себя ждать: Землю атаковали чудовища, и теперь мои родные в опасности. Мало того — на кону судьба целой галактики!
Единственный, кто способен помочь, — Авенар Даргил, агент-одиночка, чья репутация оставляет желать лучшего, а стажировка у него едва не стоила мне жизни. Он слишком опасен, да и мое сердце рискует быть разбитым вдребезги.
Остается лишь справиться с чувствами и попробовать выжить в этой безумной гонке со смертью.
Финал. Не успела я пережить любовную драму и стать агентом тайной космической организации, как первое задание не заставило себя ждать: Землю атаковали чудовища, и теперь мои родные в опасности. Мало того — на кону судьба целой галактики!
Единственный, кто способен помочь, — Авенар Даргил, агент-одиночка, чья репутация оставляет желать лучшего, а стажировка у него едва не стоила мне жизни. Он слишком опасен, да и мое сердце рискует быть разбитым вдребезги.
Остается лишь справиться с чувствами и попробовать выжить в этой безумной гонке со смертью.
Таисия решила спасать брак непутевой сестры. Сказав, что у них в доме отключили воду, Тая в этот же вечер стояла на пороге Кукушкиных с сумкой в одной руке и с поскуливающей Люси подмышкой. Смотрела в бесстыжие глаза сестры и не узнавала ее…
Вроде та же Лида, крашенная в блондинку, те же родные черты лица, но взгляд мечтательный, ходит с тайной улыбкой на устах. Локоны на пальчик наматывает. К телефону дергается при каждом сигнале.
Хотелось бы спросить у Александра, врезав ему затрещину: «Ты куда смотришь?». Взять и подарить им тур на неделю в Таиланд, например. Пусть вспомнят, кто они друг другу…
Но, куда смотрит зятек, Тая поняла поздним вечером, когда кралась из своей комнаты на кухню водички попить и заметила, что Сашка заходит в двери к домработнице, успев осторожно оглянуться.
— Вот и сходила, помирила… — прошептала Таисия сама себе.
Вроде та же Лида, крашенная в блондинку, те же родные черты лица, но взгляд мечтательный, ходит с тайной улыбкой на устах. Локоны на пальчик наматывает. К телефону дергается при каждом сигнале.
Хотелось бы спросить у Александра, врезав ему затрещину: «Ты куда смотришь?». Взять и подарить им тур на неделю в Таиланд, например. Пусть вспомнят, кто они друг другу…
Но, куда смотрит зятек, Тая поняла поздним вечером, когда кралась из своей комнаты на кухню водички попить и заметила, что Сашка заходит в двери к домработнице, успев осторожно оглянуться.
— Вот и сходила, помирила… — прошептала Таисия сама себе.
Когда виртуальный помощник перестает тебя понимать, кто в этом виноват? Некомпетентные разработчики, новый вирус или банальный сбой в программе? Паниковать не надо, на все есть разумное объяснение. Только не всем оно придётся по душе.
— Ты очумела?! — орет он как ненормальный, в голосе звучит не вина, а паника. Чистая, животная паника. — Не понимаешь, что речь идет о жизни и смерти?!
Я прячу фотоаппарат за спину.
— Нет, это вы очумели! — кричу ему в лицо, и голос срывается на визг. — Ничего, что Ева — твоя сестра?!
— Сводная, — отвечает мой муж, сдуваясь, как проколотый шарик. Он оглядывается на Еву, и в этом взгляде столько нежности, что меня буквально выворачивает наизнанку. — Девочка, ты как?
Она не отвечает, только смотрит на меня. И в этих злых зеленых глазах я вижу не стыд, не раскаяние. Только одно — презрение. Чистое, неразбавленное презрение ко мне, осмелившейся разрушить их идиллию.
— Сережа, отбери фотоаппарат у этой сучки! — приказывает Ева, и ей настолько привычно командовать старшим братом, что даже голос не дрогнул.
Будто я застукала ее не со своим мужем, а за чем-то незначительным. За съеденным пирожным из холодильника.
Я прячу фотоаппарат за спину.
— Нет, это вы очумели! — кричу ему в лицо, и голос срывается на визг. — Ничего, что Ева — твоя сестра?!
— Сводная, — отвечает мой муж, сдуваясь, как проколотый шарик. Он оглядывается на Еву, и в этом взгляде столько нежности, что меня буквально выворачивает наизнанку. — Девочка, ты как?
Она не отвечает, только смотрит на меня. И в этих злых зеленых глазах я вижу не стыд, не раскаяние. Только одно — презрение. Чистое, неразбавленное презрение ко мне, осмелившейся разрушить их идиллию.
— Сережа, отбери фотоаппарат у этой сучки! — приказывает Ева, и ей настолько привычно командовать старшим братом, что даже голос не дрогнул.
Будто я застукала ее не со своим мужем, а за чем-то незначительным. За съеденным пирожным из холодильника.
«Любимый, я уже ничего не могу нашему сыну придумать. У него высокая температура и очень нужен папа рядом. Приезжай, мы сильно скучаем по тебе и ждём»
Болезненный шок, казалось, длился вечно. Уже экран старенького смартфона давно потух, а я всё смотрю на него и вижу катастрофу вселенского масштаба, апокалипсис моей семьи. Словно чётко отпечатанная картинка, в мозгу висит её сообщение. Каждое слово могу повторить, хоть и прочитала всего один раз. А потом доходит, что не дышу. Люська, самая близкая подруга — любовница моего мужа, от которого у неё сын. Сын! Мальчик, о котором мечтал муж после рождения Ариши…
— Это за меня и мои слёзы, — ударила по правой щеке и тут же по левой, пока не очнулся: — А это за Аришку и её обманутые детские мечты.
— Совсем сбрендила? Ты думаешь, я от хорошей жизни стал спать с твоей подругой? Да я с ума сходил по тебе, ждал и молился, когда ты, наконец, снова будешь той самой моей Красой.
— Это твоё оправдание?
Болезненный шок, казалось, длился вечно. Уже экран старенького смартфона давно потух, а я всё смотрю на него и вижу катастрофу вселенского масштаба, апокалипсис моей семьи. Словно чётко отпечатанная картинка, в мозгу висит её сообщение. Каждое слово могу повторить, хоть и прочитала всего один раз. А потом доходит, что не дышу. Люська, самая близкая подруга — любовница моего мужа, от которого у неё сын. Сын! Мальчик, о котором мечтал муж после рождения Ариши…
— Это за меня и мои слёзы, — ударила по правой щеке и тут же по левой, пока не очнулся: — А это за Аришку и её обманутые детские мечты.
— Совсем сбрендила? Ты думаешь, я от хорошей жизни стал спать с твоей подругой? Да я с ума сходил по тебе, ждал и молился, когда ты, наконец, снова будешь той самой моей Красой.
— Это твоё оправдание?
Выберите полку для книги