Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Подхожу к двери кабинета, она приоткрыта мой муж разговаривает с кем-то. Не хочу мешать рабочему совещанию, поэтому останавливаюсь, намереваясь подождать в коридоре.
Но что-то в интонациях заставляет меня прислушаться.
– ...не могу больше ждать, – слышу я его слова. – Когда ты наконец решишься?
Женский голос отвечает ему:
– Юра, ну не торопи. Мне тоже нелегко. У тебя семья, дочь...
Сердце начинает колотиться. Что происходит?
Делаю шаг ближе к двери. Щель между дверью и косяком достаточно широкая, чтобы заглянуть внутрь, не привлекая внимания.
То, что я вижу, заставляет мир рухнуть.
Юра стоит рядом со своим столом, обнимая за талию молодую женщину, и она прижимается к моему мужу, а он нежно гладит ее волосы.
Юра наклоняется и целует Ксению. Долгий, страстный поцелуй.
Я стою как парализованная, не в силах ни войти, ни уйти.
Но что-то в интонациях заставляет меня прислушаться.
– ...не могу больше ждать, – слышу я его слова. – Когда ты наконец решишься?
Женский голос отвечает ему:
– Юра, ну не торопи. Мне тоже нелегко. У тебя семья, дочь...
Сердце начинает колотиться. Что происходит?
Делаю шаг ближе к двери. Щель между дверью и косяком достаточно широкая, чтобы заглянуть внутрь, не привлекая внимания.
То, что я вижу, заставляет мир рухнуть.
Юра стоит рядом со своим столом, обнимая за талию молодую женщину, и она прижимается к моему мужу, а он нежно гладит ее волосы.
Юра наклоняется и целует Ксению. Долгий, страстный поцелуй.
Я стою как парализованная, не в силах ни войти, ни уйти.
— Мне нужен наследник.
— И ты пришел ко мне, своей бывшей жене, чтобы это сказать?
— Я пришел попросить. Роди мне ребенка.
Наш брак с Глебом Агеевым, племянником строительного магната и его вероятным наследником, был плохой идеей. Мы встречались три года, прожили вместе еще четыре. И уже пять лет мы в разводе. Пять лет! Пять долбанных лет в разводе, а сейчас он стоит в моем кабинете и просит родить ему ребенка…
— И ты пришел ко мне, своей бывшей жене, чтобы это сказать?
— Я пришел попросить. Роди мне ребенка.
Наш брак с Глебом Агеевым, племянником строительного магната и его вероятным наследником, был плохой идеей. Мы встречались три года, прожили вместе еще четыре. И уже пять лет мы в разводе. Пять лет! Пять долбанных лет в разводе, а сейчас он стоит в моем кабинете и просит родить ему ребенка…
— Ты пожалеешь, – прошипела она. – Ты пожалеешь, что вообще родилась на свет.
Она шагнула ко мне и вдруг ее лицо изменилось.
Я не успела понять, что произошло.
Она сделала вид, что споткнулась. Резко взмахнула руками, как будто потеряла равновесие и… толкнула меня со всей силы.
Я не ожидала. Я стояла близко к лестнице, слишком близко. И когда ее ладони ударили меня между лопаток, я не смогла удержаться.
Мир перевернулся.
Я полетела вниз.
Ступени. Холодный бетон. Перила, которые я попыталась схватить, но они только больно ударили по руке.
Я падала, прижимая руки к животу. по матерински, защищая то, что было внутри меня.
Она шагнула ко мне и вдруг ее лицо изменилось.
Я не успела понять, что произошло.
Она сделала вид, что споткнулась. Резко взмахнула руками, как будто потеряла равновесие и… толкнула меня со всей силы.
Я не ожидала. Я стояла близко к лестнице, слишком близко. И когда ее ладони ударили меня между лопаток, я не смогла удержаться.
Мир перевернулся.
Я полетела вниз.
Ступени. Холодный бетон. Перила, которые я попыталась схватить, но они только больно ударили по руке.
Я падала, прижимая руки к животу. по матерински, защищая то, что было внутри меня.
- Ты как ребенок! – муж рычит, злится. - Я всё для тебя делаю! Что бы ты ни захотела! Я окружил тебя заботой! Я сделал тебя совершенной! Ты должна быть благодарна! Должна!
Он останавливается, поворачивается ко мне, тычет пальцем в мою сторону.
- А ты что?! Ты плюешь мне в лицо! Ты неблагодарная тварь!
Что-то во мне ломается. Я больше не могу терпеть.
- Я НЕ ТВОЯ СОБСТВЕННОСТЬ! Слышишь?! Я живой человек! Я не кукла! Не игрушка! Не домашнее животное! Отпусти меня уже!
- Отпустить тебя? - он почти смакует слова. - Ох, любимая. Ты думаешь, у тебя есть выбор? - голос становится тише, но от этого еще более угрожающим. - Но знаешь, что? Мне нравится. Мне нравится, когда ты сопротивляешься. - Улыбка становится ядовитой. - Ломать тебя заново будет так увлекательно.
***
Он думает я не уйду, не осмелюсь. Думает, что сможет продолжить свои истязания, но очень ошибается, еще пару часов и моя жизнь изменится навсегда, и он даже не представляет как…
Он останавливается, поворачивается ко мне, тычет пальцем в мою сторону.
- А ты что?! Ты плюешь мне в лицо! Ты неблагодарная тварь!
Что-то во мне ломается. Я больше не могу терпеть.
- Я НЕ ТВОЯ СОБСТВЕННОСТЬ! Слышишь?! Я живой человек! Я не кукла! Не игрушка! Не домашнее животное! Отпусти меня уже!
- Отпустить тебя? - он почти смакует слова. - Ох, любимая. Ты думаешь, у тебя есть выбор? - голос становится тише, но от этого еще более угрожающим. - Но знаешь, что? Мне нравится. Мне нравится, когда ты сопротивляешься. - Улыбка становится ядовитой. - Ломать тебя заново будет так увлекательно.
***
Он думает я не уйду, не осмелюсь. Думает, что сможет продолжить свои истязания, но очень ошибается, еще пару часов и моя жизнь изменится навсегда, и он даже не представляет как…
Я — воровка, которая живёт одной лишь злостью и независимостью. Я подавила свою природу оборотня, потому что так безопаснее. Я не верю мужчинам. Я не верю никому.
И тут в мою жизнь врывается ОН — Альфа, чей запах сводит с ума, а прикосновения обещают нежность, о которой я не смела мечтать.
Он говорит, что я — его Истинная. Что создана для него. Что он будет ждать вечность. Но смогу ли я перестать бояться? И готова ли упасть в объятия того, кто никогда не предаст?
И тут в мою жизнь врывается ОН — Альфа, чей запах сводит с ума, а прикосновения обещают нежность, о которой я не смела мечтать.
Он говорит, что я — его Истинная. Что создана для него. Что он будет ждать вечность. Но смогу ли я перестать бояться? И готова ли упасть в объятия того, кто никогда не предаст?
— Лена, привет. — Голос подруги звучит странно. А должен искриться, как море на фото, которыми забрасывает меня после приезда на курорт. — Твой Игорь сейчас чем занимается?
— Ммм, — реагирую я, не ожидая такого вопроса. Никогда и не при каких обстоятельствах. А такие, оказывается, бывают. – Он в командировке.
— Нет, я не перегрелась на солнце, как ты можешь подумать, — говорит подруга. — Дело в том, что… — Она замолкает, а я слушаю тишину, в которой моё сердце начинает звучать набатом. — Игорь сейчас здесь, где и мы. И с какой-то незнакомой женщиной.
— Видимо, перегрелась. — Мои слова сказаны невнятно, просто вырываются, защищая меня от осознания, что бывает так: не хочешь верить, а оно не получается.
— Лена, я не шучу, на такую тему не способна. Я и сейчас вижу их. — Катя понижает голос, словно передаёт секретные данные. — Идут по пляжу, держатся за руки. И выглядят, — она на миг замолкает и добавляет охрипшим голосом: — счастливыми.
— Ммм, — реагирую я, не ожидая такого вопроса. Никогда и не при каких обстоятельствах. А такие, оказывается, бывают. – Он в командировке.
— Нет, я не перегрелась на солнце, как ты можешь подумать, — говорит подруга. — Дело в том, что… — Она замолкает, а я слушаю тишину, в которой моё сердце начинает звучать набатом. — Игорь сейчас здесь, где и мы. И с какой-то незнакомой женщиной.
— Видимо, перегрелась. — Мои слова сказаны невнятно, просто вырываются, защищая меня от осознания, что бывает так: не хочешь верить, а оно не получается.
— Лена, я не шучу, на такую тему не способна. Я и сейчас вижу их. — Катя понижает голос, словно передаёт секретные данные. — Идут по пляжу, держатся за руки. И выглядят, — она на миг замолкает и добавляет охрипшим голосом: — счастливыми.
До появления отца она думала, что впереди вся жизнь. Но, как оказалось, он видит её "счастье" совсем по-другому.
Теперь она сбежавшая невеста, оказавшаяся ночью на федеральной трассе с одним рюкзаком и сердцем, полным страхов. По её следам — люди отца и жениха, впереди — такая же пугающая неизвестность.
********
— Ты не понимаешь? Она твоя дочь, твоя кровь. Как ты можешь отдать её этим крахоборным эгоистам, Марат? Тебе совсем не жаль эту девочку?
Её голос, как и всегда, был негромким и спокойным. Даже задавая, казалось бы, такие важные вопросы, она не кричала и не ругалась.
— Хватит, Алиса! Дело уже решённое. Леся завтра выходит за Антона. Точка.
— Ты пожалеешь об этом решении, Марат, вот увидишь... Замордуют девочку, сам же потом позора не оберёшься.
********"
Леся Асланова: Мамина девочка сбежавшая с собственной свадьбы.
Макар Колганов: Настоящий мужчина, отчаявшийся найти в этом мире искренность.
Теперь она сбежавшая невеста, оказавшаяся ночью на федеральной трассе с одним рюкзаком и сердцем, полным страхов. По её следам — люди отца и жениха, впереди — такая же пугающая неизвестность.
********
— Ты не понимаешь? Она твоя дочь, твоя кровь. Как ты можешь отдать её этим крахоборным эгоистам, Марат? Тебе совсем не жаль эту девочку?
Её голос, как и всегда, был негромким и спокойным. Даже задавая, казалось бы, такие важные вопросы, она не кричала и не ругалась.
— Хватит, Алиса! Дело уже решённое. Леся завтра выходит за Антона. Точка.
— Ты пожалеешь об этом решении, Марат, вот увидишь... Замордуют девочку, сам же потом позора не оберёшься.
********"
Леся Асланова: Мамина девочка сбежавшая с собственной свадьбы.
Макар Колганов: Настоящий мужчина, отчаявшийся найти в этом мире искренность.
У Кирилла Белова просрочка по кредитам, убыточные клубы и команда, которая тянет его на дно.
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
Лира и Давид — идеальная пара. Он — специалист по кибербезопасности, она — риэлтор премиальной недвижимости. Они любят друг друга безумно, но жизнь раз за разом ставит их перед выбором: карьера или семья, командировки или совместные вечера, мечта о ребёнке или страшный диагноз «бесплодие».
Когда надежда тает, а отношения дрожат на грани, в их размеренную жизнь врывается тьма. Давид оказывается сыном могущественной олигархической семьи, от которой бежал пятнадцать лет. Теперь «дом» требует его вернуться — любой ценой. Угрозы, шантаж, физическое насилие: враги близки, и они знают про самое сокровенное — мечту Лиры о материнстве.
В городе, где каждый угол может скрывать смертельную опасность, врачебные кабинеты становятся последним пристанищем надежды, а любовь — единственным оружием. Но хватит ли её, когда придётся выбирать между жизнью мужа и будущим ребёнка? И что, если тайна, которую Давид хранит, страшнее самой смерти?
«Эхо твоего сердца» — история о том, как далеко способна зайти
Когда надежда тает, а отношения дрожат на грани, в их размеренную жизнь врывается тьма. Давид оказывается сыном могущественной олигархической семьи, от которой бежал пятнадцать лет. Теперь «дом» требует его вернуться — любой ценой. Угрозы, шантаж, физическое насилие: враги близки, и они знают про самое сокровенное — мечту Лиры о материнстве.
В городе, где каждый угол может скрывать смертельную опасность, врачебные кабинеты становятся последним пристанищем надежды, а любовь — единственным оружием. Но хватит ли её, когда придётся выбирать между жизнью мужа и будущим ребёнка? И что, если тайна, которую Давид хранит, страшнее самой смерти?
«Эхо твоего сердца» — история о том, как далеко способна зайти
Он спас меня , но лучше бы я его никогда не встречала.
Он безнадёжный циник.
Он опасен.
Он разрушителен и он не верит в любовь.
Но я тянусь к нему всей душой, тело предаёт меня – горит, жаждет его ласк. Он – моя катастрофа. Но лучше сгореть дотла, чем забыть его глаза.
Он безнадёжный циник.
Он опасен.
Он разрушителен и он не верит в любовь.
Но я тянусь к нему всей душой, тело предаёт меня – горит, жаждет его ласк. Он – моя катастрофа. Но лучше сгореть дотла, чем забыть его глаза.
Выберите полку для книги