Книги по тегу «сильные чувства»: ""

— К-как ты мог? — сиплю, глядя на обнаженную блондинку в постели мужа, натягивающую на себя простыню.
— Полина, выйди! — Руслан обращается ко мне, одним движением застегивая ширинку.
— Нет, — делаю шаг в комнату, случайно пинаю тест на беременность, выскользнувший из моих пальцев. — Я требую объяснений! Почему ты мне изменил?
— Потому что мог, — произносит равнодушно муж. — Такой ответ тебя устроит?

Восемь лет брака полетели к чертям, когда я решила сделать мужу сюрприз и появилась на борту его частного самолета с тестом на беременность в руке. Вот только сюрприз ждал меня… в виде блондинки в постели.

— Ленка, ты посмотри, какое колечко он подарил! — жеманно выдыхает девица, лениво протягивая руку с бриллиантовым кольцом перед подругой.
Я машинально отрываю взгляд от телефона и замечаю, как её подруга, сжимая губы в тонкую линию, кидает взгляд на кольцо.
— Какая разница, если он все еще женат на своей овце? — со злостью отвечает она.
— Ничего, скоро все изменится. Я ему сюрприз готовлю, — захихикала первая. — Кстати, давай покажу фотки с нашего отпуска на той неделе, — она поворачивает экран к подруге, которая жадно ловит каждый кадр.
Случайный взгляд — и мой мир трескается от этой нелепой случайности. Сердце падает вниз. С ней на фото... мой муж. Тот самый, который был со мной восемь лет, обещал быть рядом и в горе, и в радости.
В горле пересыхает, когда я слышу своё имя:
— Ярослава Викторовна? Пожалуйста, пройдёмте, — зовет меня врач, и я, как в тумане, поднимаюсь.
"Овца?" Я замираю. Овца — это, видимо, я.
Вот же урод! Но ничего, увидим кто тут п

– Что это? – бросаю брезгливый взгляд на мятую бумажку с ярко-красными полосками.

Ей-богу, она бы могла и не бросать ее на стол… Достаточно было горделиво выпятить живот. Но эффектная блондинка капризно поджимает губы и терпеливо объясняет:

– У нас с Германом скоро родится сын. Но… Куда тебе понять, как это – быть желанной женщиной? Ты уже забыла, что это такое.

– Допустим. И чего ты хочешь?

– Пожила припеваючи, и хватит. Отпусти моего мужчину. У нас любовь… И дом освободи, нам с сыном нужны достойные условия проживания.

– Дом тебе уступить, говоришь?

Беру со стола графин с водой и выливаю ее прямиком на голову соперницы.

***
Девятнадцать лет брака… Двое детей. Семья, казавшаяся все эти годы крепким тылом…

А о том, что мы с любовницей мужа ОБЕ беременны, я узнаю в один день…

Она рассчитывает отобрать у меня все, но я не из тех, кто привык прогибаться…

Наши отношения не идеальны, мы то сходимся, то расходимся, каждый раз обещая себе, что не будем вместе. Но кто-то невидимой рукой толкает меня к Славе, когда становится очень плохо. Вот и сейчас прошлое всплывает яркой вспышкой во сне, заставляя меня бежать к нему среди ночи, чтобы забыться и почувствовать опору.
А он считает, что это последний шанс дать нашим отношениям продолжение и построить настоящую семью.

— Лина, выходи за меня замуж?— говорит вполне серьёзно Калинин.
— Шутишь?
— Нет. Давай попробуем, вдруг получится.
— Просто попробуем?
— Да.
— Хорошо, я согласна. Поехали!— зачем-то соглашаюсь на это безумие.
— Куда?
— В ЗАГС. А что тянуть?! Поженимся без промедления.

Мой босс — жуткий бабник и властный козел. Во время нашей деловой поездки в Турцию он запрыгнул в мою кровать, спасаясь от разъярённого мужа своей очередной пассии. Извините Кирилл Борисович, интимные услуги не прописаны в моей должностной инструкции, а за работу в ночное время, я требую премию! Еще и моральный ущерб возместите. Вроде босс всё понял, только остается одна проблема, каждую ночь он «случайно» оказывается в моей постели.

— Ты чистая, Алия.
Его голос — глубокий, ровный, восторженный. Тот самый, которым он когда-то говорил мне «люблю».
— Я мечтал о такой, как ты. Настоящей. Тихой. Нашей.
— А Марьяна? — её голос дрожит, но не от страха.
— Марьяна… — Кемаль держит паузу, потом усмехается. — Марьяна… как диковинная зверушка. Русская. Не такая, как все. Хотелось попробовать. Сломать. Приручить. А потом…
— Ты её любил?
— Я хотел её. А это не одно и то же.
Я стою за ширмой. Я должна уйти. Бежать. Спрятаться. Забыть.
Но куда? На улицах чужой страны меня не ждет ничего хорошего. В аэропорт — нельзя. Мой паспорт в сейфе у него. К бабушке — нельзя.
Кто я теперь, если не его жена?
Он думает, что сломал меня. Считает, что я игрушка, экзотика. Что можно было взять, поиграть — и выкинуть, когда появилась та, «чистая».
Но я — не сломалась.
Я уйду, даже босиком. Потому что хуже, чем остаться, — не может быть.
И если он думает, что я исчезну без следа…
Он ещё не знает, что русская зверушка умеет кусать

ПОЛНОВЕС
Он резко хватает мою руку. Дергает на себя. Громко и грязно ругается. Прижимает меня к стене. Наклоняется и утыкается своим лбом в мой. Мы стоим друг против друга, как два бойца на ринге.
– Как ты мог, мерзавец, – шиплю, еле сдерживаясь, чтобы не отвесить звонкую пощечину.
– Вся наша жизнь игра, Сашка, – язвит он, в злой ухмылке дергая угол губы и приподнимая бровь.
– Гореть тебе в аду, собачий сын, – зло выдыхаю и хлестко бью его по щеке.
Он отпускает меня и я, не прощаясь, ухожу.
На улице меня встречает толпа журналистов. Со всех сторон сыпятся вопросы – главный из них: “Госпожа Астахова! Ваша честь! Как вы прокомментируете ситуацию с видео, на котором ваш муж и женщины с низкой социальной ответственностью? Правда, что одна из них находится в больнице в тяжелом состоянии? Этот инцидент отразится на вашей репутации?”
– Без комментариев, – бросаю с улыбкой и иду к машине легкой походкой с гордо поднятой головой.
Пусть это будет моей маленькой ложью в большой грязной

— Снимай кольцо, — спокойно говорит муж, надевая часы «для особых встреч».
— Что?
— Ты недостойна носить статус жены депутата. Ты не картинка. Ты усталая, прошедшая роддом, ипотеку и онкоцентры. Мне нужен другой образ рядом.
— Мы только что вернулись после химиотерапии, — шепчу. — Я еле стою.
— Тем более. Ты должна меня понять. Я молодой еще, перспективный. Мне нельзя тонуть вместе с тобой.
Через неделю в сети выходит его интервью про «несломленного семьянина», который «поддерживает тяжело больную супругу». На фото рядом с ним стоит его новая женщина.
А я считаю таблетки, встаю, возвращаюсь на работу и к лечению без его денег, его жалости и его вранья.
Спустя год, когда врачи впервые говорят слово «ремиссия», а спустя время он приходит с букетом и предложением:
— А давай начнём всё сначала. Люди любят истории про прощение. Это поднимет рейтинг.
Он уверен, что я соглашусь.
Он не знает, что его слабый, «некрасивый» якобы балласт научился жить без него.

Ася, столкнувшись с изменой мужа, пытается убежать от проблем, и судьба приводит её в глухую деревню, к человеку, который сам пережил предательство и нашёл спасение в одиночестве.
Жизнь Петра – это не про деревенский уют, а убежище бойца на «переднем крае» собственной жизни. Всё функционально, всё на своём месте, ничего лишнего.
В его осознанном одиночестве появление Аси становится резким контрастом: она – хаос, нежность, вопрос без ответа в его чётко выстроенном мире.
История о том, как боль может стать началом исцеления, а одиночество – путём к настоящей близости.

— Отпустите меня! Я не пойду в полицию! — в панике кричу я боссу.

Тамерлан неспешно приближается ко мне, отрезая путь к отступлению.

— Ты уже туда сходила, — ровно произносит он. — Майор продал тебя мне через десять минут после твоего ухода. Назвал сумму с шестью нулями и передал копию твоего заявления.

Внутри все обрывается.

— Ты пошла против меня, попыталась сдать, — его голос превращается в глухой рык. — За это полагается наказание. Но ты мне нравишься, Марина. Поэтому ты не исчезнешь на дне горной реки. Ты станешь моей второй женой.

— Второй женой?! — выдыхаю я. — У вас уже есть жена! Это незаконно!

Я пытаюсь вырваться, но он перехватывает мои запястья.

— С этой секунды ты моя пленница. И будешь принадлежать мне полностью.

Я случайно узнала страшную тайну своего босса и попыталась сдать его властям. Я думала, закон меня защитит. Но теперь меня готовят к свадьбе с опасным хищником, который не принимает отказов.