Книги по тегу «сложные отношения»: ""
Что делать если влюбился в девушку, считающую тебя тупым мажором, который целыми днями играл в компьютерные игры? Тобой все восхищались, а она не обращала на тебя внимание. С ней сложно заговорить, её не удивить и невозможно купить? И что же остается делать? Пуститься в интригующую авантюру и стать её соседом - невидимкой. Одна комната, одна кровать, одна любовь.
— Одна горячая картошка и соус. Салфетки понадобятся? — поинтересовалась Яна.
— Так почему у тебя мокрые волосы? — спросил я её.
— Читайте по губам, если Вы глухой. Вас это не касается.
— Я буду заказывать и гонять тебя до тех пор, пока ты не расскажешь. Считай это мажорской прихотью.
— Да мне все равно, только выручку сделаете.
— Прекрати, мне выкать! — поднялся с дивана и испепеляюще смотрел на неё.
— А то, что? — не уступала Яна мне в этой битве.
— Возьму, оставлю такой отзыв про тебя, что не захочется здесь работать.
— Это подло!
— Клиент, всегда прав. — Сверкал я ослепительной улыбкой.
— Одна горячая картошка и соус. Салфетки понадобятся? — поинтересовалась Яна.
— Так почему у тебя мокрые волосы? — спросил я её.
— Читайте по губам, если Вы глухой. Вас это не касается.
— Я буду заказывать и гонять тебя до тех пор, пока ты не расскажешь. Считай это мажорской прихотью.
— Да мне все равно, только выручку сделаете.
— Прекрати, мне выкать! — поднялся с дивана и испепеляюще смотрел на неё.
— А то, что? — не уступала Яна мне в этой битве.
— Возьму, оставлю такой отзыв про тебя, что не захочется здесь работать.
— Это подло!
— Клиент, всегда прав. — Сверкал я ослепительной улыбкой.
Я открыла дверь и сначала подумала, что ошиблись. Молодая, очень ухоженная, с холодной улыбкой и глазами, в которых не было ни капли сомнения, а лишь злость и зависть.
Она не представилась. Просто бросила на тумбу у входа плотный белый конверт. Из него выскользнули фотографии.
Тимур. Постель. Она.
— Он мой, — сказала она. Ровно, спокойно, будто повторяла фразу из старой пьесы. — У нас будет двойня. Два сына. Так что, лошадка, можешь скакать отсюда. Ты своё уже отскакала. Наследника ты не дала — я дам.
Она развернулась и ушла.
А я стояла. В своём доме. С чужими фото в руках.
И будто вся жизнь — та, что была до этого момента — сгорела за один вдох.
Только пепел остался.
Пепел и огонь в груди.
И я ещё не знаю, как встану.
Но знаю точно: встану. И пусть горит всё к чертям. Но не я.
Она не представилась. Просто бросила на тумбу у входа плотный белый конверт. Из него выскользнули фотографии.
Тимур. Постель. Она.
— Он мой, — сказала она. Ровно, спокойно, будто повторяла фразу из старой пьесы. — У нас будет двойня. Два сына. Так что, лошадка, можешь скакать отсюда. Ты своё уже отскакала. Наследника ты не дала — я дам.
Она развернулась и ушла.
А я стояла. В своём доме. С чужими фото в руках.
И будто вся жизнь — та, что была до этого момента — сгорела за один вдох.
Только пепел остался.
Пепел и огонь в груди.
И я ещё не знаю, как встану.
Но знаю точно: встану. И пусть горит всё к чертям. Но не я.
Наше семейное счастье рушится, как карточный домик, когда я застаю мужа со своей двоюродной сестрой, которой доверяла как себе.
Мой внутренний голос даже не кричит, а агонически хрипит, разрывая душу на части.
Двадцать пять лет брака, разрушенные иллюзии. А дальше что? Развод и точка?
***
- Как вы могли?!
Захлёбываюсь болью. Обида жрёт нервы.
- Что ты здесь делаешь? - Костя отвечает вопросом на вопрос, грубым, незнакомым мне тоном, словно я - непрошеный гость на его территории.
- Тебя только это сейчас волнует? Что я пришла и вам помешала?
- Давай без скандала, - холодно произносит мой муж.
- Скандала не будет, - говорю уверенно. Несмотря на дрожь в голосе, я не плачу, стараясь сохранить остатки гордости. - Я подаю на развод.
Мой внутренний голос даже не кричит, а агонически хрипит, разрывая душу на части.
Двадцать пять лет брака, разрушенные иллюзии. А дальше что? Развод и точка?
***
- Как вы могли?!
Захлёбываюсь болью. Обида жрёт нервы.
- Что ты здесь делаешь? - Костя отвечает вопросом на вопрос, грубым, незнакомым мне тоном, словно я - непрошеный гость на его территории.
- Тебя только это сейчас волнует? Что я пришла и вам помешала?
- Давай без скандала, - холодно произносит мой муж.
- Скандала не будет, - говорю уверенно. Несмотря на дрожь в голосе, я не плачу, стараясь сохранить остатки гордости. - Я подаю на развод.
— Ты все еще одна? Часики-то тикают! — ехидно заявляет бывший муж.
— А где твоя шала… то есть, любимая? Я-то думала, вы размножаетесь, как кролики…
Меня и бывшего мужа связывает только одно — мы всего лишь родители нашей дочери.
В остальном мы стараемся не пересекаться.
Но юбилей дочери заставляет нас встретиться и задаться вопросом:
Кто мы друг другу?
Всего лишь бывшие?
— А где твоя шала… то есть, любимая? Я-то думала, вы размножаетесь, как кролики…
Меня и бывшего мужа связывает только одно — мы всего лишь родители нашей дочери.
В остальном мы стараемся не пересекаться.
Но юбилей дочери заставляет нас встретиться и задаться вопросом:
Кто мы друг другу?
Всего лишь бывшие?
- Можешь даже не стараться, на мне не сработает, усмехнулся Вадим. - Удивительный талант, смотреть в глаза и врать. Ты можешь обмануть кого угодно, но не меня, Катя - невинная овечка в волчьей шкуре.
Катя отвернулась от своего бывшего любимого мужчины в сторону и молча глотала слёзы.
- Что молчишь? Впервые нечего сказать?
- Нечего, а ты говори, не оставляй ничего про запас, я тебя слушаю. Видимся в последний раз.
- Чей ребёнок, Катя? Сколько недель?
- Мои. Они мои, - еле слышно сказала она.
- Твои? Сколько их там? Двое? Трое?
- Двое.
- Ты с одним то не справишься, а тут двое, - усмехнулся Вадим. - Какая из тебя мать, Катя? Тебе бы свои проблемы решить, как ты собралась детей воспитывать? Между походами к психотерапевту?
- Ты прав, сегодня к врачу запишусь. Пока есть время исправить свою ошибку.
- Ты что несешь, Отбитая? Так сколько у тебя недель?
- Восемь. Отец не ты...
Катя отвернулась от своего бывшего любимого мужчины в сторону и молча глотала слёзы.
- Что молчишь? Впервые нечего сказать?
- Нечего, а ты говори, не оставляй ничего про запас, я тебя слушаю. Видимся в последний раз.
- Чей ребёнок, Катя? Сколько недель?
- Мои. Они мои, - еле слышно сказала она.
- Твои? Сколько их там? Двое? Трое?
- Двое.
- Ты с одним то не справишься, а тут двое, - усмехнулся Вадим. - Какая из тебя мать, Катя? Тебе бы свои проблемы решить, как ты собралась детей воспитывать? Между походами к психотерапевту?
- Ты прав, сегодня к врачу запишусь. Пока есть время исправить свою ошибку.
- Ты что несешь, Отбитая? Так сколько у тебя недель?
- Восемь. Отец не ты...
- Я встречаюсь с мужчиной, - говорит моя подруга. - Уже три месяца. Он замечательный. Понимающий, нежный, заботливый.
- Это же прекрасно! - радуюсь за неё искренне. - Ты так долго была одна. Расскажи о нём! Как познакомились? Что он за человек?
Но моя радость быстро сменяется тревогой, когда я вижу выражение её лица. Олеся не улыбается, наоборот, выглядит ещё более напряженной.
- В чём дело? Он женат? - спрашиваю тише, и сердце начинает биться чаще.
- Люб, мы любим друг друга, - голос Олеси дрожит, в нём появляются оправдательные нотки.
- Кто он? - едва шевелю губами.
- Михаил, - выдыхает Олеся.
Время словно останавливается.
Мой муж?
- Это же прекрасно! - радуюсь за неё искренне. - Ты так долго была одна. Расскажи о нём! Как познакомились? Что он за человек?
Но моя радость быстро сменяется тревогой, когда я вижу выражение её лица. Олеся не улыбается, наоборот, выглядит ещё более напряженной.
- В чём дело? Он женат? - спрашиваю тише, и сердце начинает биться чаще.
- Люб, мы любим друг друга, - голос Олеси дрожит, в нём появляются оправдательные нотки.
- Кто он? - едва шевелю губами.
- Михаил, - выдыхает Олеся.
Время словно останавливается.
Мой муж?
– Срочно операционную! У нас два экстренных пациента! – кричит врач приёмного отделения.
Мигом подрываюсь к нему. В висках гудит, сердце отбивает чечётку.
– Что случилось?
– Серьёзная авария. Мужчина и женщина, – произносит врач и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое ещё с утра были моей семьёй. Мой муж и моя племянница. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром застала их вместе в нашей постели.
– Двоих одновременно я оперировать не смогу, – говорит хирург, обращаясь ко мне. – Тебе придётся выбрать, кому делать операцию.
Предатели попали в аварию, и жизнь одного из них сейчас зависит только от меня…
Но только чья?
Мужа, предавшего и разбившего моё сердце после двадцати лет брака. Или племянницы, ставшей для меня родной дочерью и ударившей кинжалом в спину?
Мигом подрываюсь к нему. В висках гудит, сердце отбивает чечётку.
– Что случилось?
– Серьёзная авария. Мужчина и женщина, – произносит врач и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое ещё с утра были моей семьёй. Мой муж и моя племянница. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром застала их вместе в нашей постели.
– Двоих одновременно я оперировать не смогу, – говорит хирург, обращаясь ко мне. – Тебе придётся выбрать, кому делать операцию.
Предатели попали в аварию, и жизнь одного из них сейчас зависит только от меня…
Но только чья?
Мужа, предавшего и разбившего моё сердце после двадцати лет брака. Или племянницы, ставшей для меня родной дочерью и ударившей кинжалом в спину?
Катя Дойникова из провинции готова на все, чтобы спасти брата. Даже выйти замуж за незнакомого миллионера! Егор Зайцев – красив, богат и невероятно сдержан. У него свои резоны для этого фиктивного брака. У Кати – счет из больницы и тонна наивности. Брачный контракт? Не вопрос! Но кто предупредит Катю, что пункт "совместное проживание" включает утренние встречи в полотенце, борьбу за пульт от телевизора размером с киноэкран и необходимость целоваться на глазах у язвительной светской тусовки Москвы? А уж про внезапное и жгучее влечение, напрочь забывающее про слово "фиктивный", в контракте и вовсе ни слова!
Переводиться в новый университет на втором курсе не самая удачная идея, но моя судьба сложилась именно так. И все бы ничего, но внезапно самый популярный парень группы начинает проявлять ко мне интерес. Мне так хочется ему поверить, ведь его пронзительный взгляд впервые заставляет что-то внутри меня трепетать. Но способен ли мажор на настоящие чувства или для него все это игра?
Очнувшись в новом мире и теле, пришлось столкнуться со множеством трудностей! Прошлая хозяйка тела была ненавистна собственной семье. Отец был холоден из-за отсутствия магии и таланта к мечу. Мачеха всячески унижала, заботясь только о родном сыне.
Потребовался год, чтобы встать на ноги и начать двигаться к желаемой цели. Теперь отец настаивает на замужестве, сводный брат ходит по пятам и смотрит пронзительным взглядом, вызывая нежеланные эмоции. Еще и на имперской охоте подстрелила лиса, который оказался оборотнем! А пристальный взгляд кронпринца не несет ничего хорошего.
Как мне достигнуть цели, не теряя человечность? Как понять, чью сторону выбрать? Как не потерять шанс на вторую жизнь?
Потребовался год, чтобы встать на ноги и начать двигаться к желаемой цели. Теперь отец настаивает на замужестве, сводный брат ходит по пятам и смотрит пронзительным взглядом, вызывая нежеланные эмоции. Еще и на имперской охоте подстрелила лиса, который оказался оборотнем! А пристальный взгляд кронпринца не несет ничего хорошего.
Как мне достигнуть цели, не теряя человечность? Как понять, чью сторону выбрать? Как не потерять шанс на вторую жизнь?
Выберите полку для книги