Книги по тегу «служебный роман»: ""
– Я предлагаю…
– Я уже говорила, что не буду с тобой спа…
– … выйти за меня замуж, – припечатывает он меня словами.
– За… Замуж? – испуганно делаю шаг назад. Худшего для меня и быть не может!
– Ну да, – пожимает плечами Дударов. – Раз по-другому тебя не заполучить, почему бы и нет? Найденышу нужна мать и, раз ты так заботишься о нем, выходи за меня и становись его мамой.
Мы с партнером моего брата, который не давал мне прохода, нашли в мусорном контейнере выброшенного ребенка. И теперь он шантажирует меня тем, что отдаст его в приют, если я не стану его женой.
– Я уже говорила, что не буду с тобой спа…
– … выйти за меня замуж, – припечатывает он меня словами.
– За… Замуж? – испуганно делаю шаг назад. Худшего для меня и быть не может!
– Ну да, – пожимает плечами Дударов. – Раз по-другому тебя не заполучить, почему бы и нет? Найденышу нужна мать и, раз ты так заботишься о нем, выходи за меня и становись его мамой.
Мы с партнером моего брата, который не давал мне прохода, нашли в мусорном контейнере выброшенного ребенка. И теперь он шантажирует меня тем, что отдаст его в приют, если я не стану его женой.
— Ну что, доигралась? Марина, не вылезала бы, так жила бы себе спокойно и сыто. И все было бы хорошо. Кому хуже сделала своими обвинениями, м?
Я не узнавала Макса. Тот, кто стоял передо мной не был моим мужем. Я влюбилась в другого мужчину, а этого не знала.
Слезы подступили к глазам, размывая картинку.
Нет! Я не позволю так со мной обращаться!
— Давай сюда свое видео и закончим на этом. Сегодня я тебя прощу... — начал Макс снисходительно, а я окончательно впала в ярость.
Он меня простит?!
Я обманно протянула руку, но сразу же ударила его между ног, а Улю пихнула локтем, да так, что та ойкнула и выпустила меня.
Только вот центр тяжести из-за беременности у меня был теперь другой, и я не удержалась на ногах, прямо так и полетела на пол. Нет, на столик. На... угол столика.
Я не узнавала Макса. Тот, кто стоял передо мной не был моим мужем. Я влюбилась в другого мужчину, а этого не знала.
Слезы подступили к глазам, размывая картинку.
Нет! Я не позволю так со мной обращаться!
— Давай сюда свое видео и закончим на этом. Сегодня я тебя прощу... — начал Макс снисходительно, а я окончательно впала в ярость.
Он меня простит?!
Я обманно протянула руку, но сразу же ударила его между ног, а Улю пихнула локтем, да так, что та ойкнула и выпустила меня.
Только вот центр тяжести из-за беременности у меня был теперь другой, и я не удержалась на ногах, прямо так и полетела на пол. Нет, на столик. На... угол столика.
— Ален, не устраивай сцен, пожалуйста, — раздраженно проговорил мой жених, быстро сообразив, что я обо всем уже догадалась. — Тебе фамилия Елисеевых и достаток, а мне свобода передвижения и наследство. Все в плюсе.
Я осмотрела глазами задний фон — постель разворошена, в душе шумит вода, а на полу до боли знакомые туфли. Полина даже появиться не захотела, спряталась в ванной.
— Свадьбы не будет, — ответила я тихо.
— Повтори, — приказал Миша. Его поза из расслабленной резко стала напряженной.
— Я сказала — свадьбы не будет, — голос мой окреп. Ради малыша, которого я ждала. Ради себя самой. Когда родится ребенок, Миша одумается и мы сможем все снова обсудить. Это ведь все ошибка...
Миша прищурился недобро, а потом схватил меня за горло и втащил в свой номер.
Я вцепилась ногтями в его пальцы, но он с силой швырнул меня в кресло и навис.
— Что значит «не будет»? Свадьба пройдет, как и запланировано, и ребенок родится в браке. Тебе это понятно, Ален?
Я осмотрела глазами задний фон — постель разворошена, в душе шумит вода, а на полу до боли знакомые туфли. Полина даже появиться не захотела, спряталась в ванной.
— Свадьбы не будет, — ответила я тихо.
— Повтори, — приказал Миша. Его поза из расслабленной резко стала напряженной.
— Я сказала — свадьбы не будет, — голос мой окреп. Ради малыша, которого я ждала. Ради себя самой. Когда родится ребенок, Миша одумается и мы сможем все снова обсудить. Это ведь все ошибка...
Миша прищурился недобро, а потом схватил меня за горло и втащил в свой номер.
Я вцепилась ногтями в его пальцы, но он с силой швырнул меня в кресло и навис.
— Что значит «не будет»? Свадьба пройдет, как и запланировано, и ребенок родится в браке. Тебе это понятно, Ален?
— Мне нужна фальшивая жена. Буквально на пару дней.
Говорит этот напыщенный индюк в дорогом костюме, который только что орал на мою дочь.
— Фальшивая жена? — переспрашиваю, и внутри всё закипает.
— Да. Поверь, мы сможем договориться. Ты сыграешь мою жену, перед моим партнером, а твои девочки — моих дочерей. За это я щедро заплачу. Чего хочешь?
***
Он лишил меня невинности, а спустя пять лет даже не узнал. Мало того, он не подозревает, что эти девочки его настоящие дочери.
Что я хочу? Единственное, чего я хочу, так это не прибить тебя раньше, чем ты сам всё поймёшь.
Говорит этот напыщенный индюк в дорогом костюме, который только что орал на мою дочь.
— Фальшивая жена? — переспрашиваю, и внутри всё закипает.
— Да. Поверь, мы сможем договориться. Ты сыграешь мою жену, перед моим партнером, а твои девочки — моих дочерей. За это я щедро заплачу. Чего хочешь?
***
Он лишил меня невинности, а спустя пять лет даже не узнал. Мало того, он не подозревает, что эти девочки его настоящие дочери.
Что я хочу? Единственное, чего я хочу, так это не прибить тебя раньше, чем ты сам всё поймёшь.
Прод упал. Сердце — тоже. И это не баг, а фича.
Саша — циничный бэкенд-разработчик, который ненавидит тимлидов, дедлайны и людей в белых блузках. Лена — новая руководительница фронтенда с идеальным пучком и взглядом, который видит баги даже там, где их нет. Она считает его код «магией на костылях». Он её — «доброй феей с бензопилой».
Их ставят на один безнадёжный проект: переписать чудовищное легаси за три недели. Иначе — штраф, увольнение и позор. Всё идёт не по плану уже на первой планерке, когда у Саши взрывается ноутбук, а у Лены в сумочке находится флешка с секретными данными.
А потом случается странное.
Они не могут спать. Не могут работать без кофе. Не могут перестать думать друг о друге.
Ночные дебаги превращаются в поцелуи в серверной. Исправление багов — в гонку по промзоне. А расследование утечки кода — в опасную игру, где на кону не только их карьера, но и жизни.
Потому что кто-то ворует их главный алгоритм. И этот кто-то — свой.
Саша — циничный бэкенд-разработчик, который ненавидит тимлидов, дедлайны и людей в белых блузках. Лена — новая руководительница фронтенда с идеальным пучком и взглядом, который видит баги даже там, где их нет. Она считает его код «магией на костылях». Он её — «доброй феей с бензопилой».
Их ставят на один безнадёжный проект: переписать чудовищное легаси за три недели. Иначе — штраф, увольнение и позор. Всё идёт не по плану уже на первой планерке, когда у Саши взрывается ноутбук, а у Лены в сумочке находится флешка с секретными данными.
А потом случается странное.
Они не могут спать. Не могут работать без кофе. Не могут перестать думать друг о друге.
Ночные дебаги превращаются в поцелуи в серверной. Исправление багов — в гонку по промзоне. А расследование утечки кода — в опасную игру, где на кону не только их карьера, но и жизни.
Потому что кто-то ворует их главный алгоритм. И этот кто-то — свой.
— Ксения.
У меня внутри всё падает от того, как он произносит моё имя.
Тихо.
Хрипло.
Слишком близко.
Я даже не сразу понимаю, что перестаю дышать, когда Роман Шахов подходит ко мне вплотную.
От него пахнет дорогим парфюмом, кофе и чем-то опасным.
Настолько опасным, что у меня дрожат пальцы.
— Вы боитесь меня? — спокойно спрашивает он.
И смотрит так, будто уже знает ответ.
Я должна сказать «да».
Должна напомнить себе, что он мой начальник.
Что в его компании служебные романы под запретом.
Что такие мужчины ломают жизни.
Но вместо этого продолжаю стоять.
Продолжаю смотреть в его темные глаза.
Продолжаю плавиться от того, как его ладонь медленно ложится рядом с моей на стол.
— Плохая идея, Ксения, — тихо произносит Шахов.
Только я уже не понимаю:
он сейчас предупреждает меня…
или себя.
🔥 Одержимый герой
🔥 Очень напряженные отношения
🔥 Начальник и подчиненная
🔥 Ревность, контроль
🔥 Эмоционально и горячо
У меня внутри всё падает от того, как он произносит моё имя.
Тихо.
Хрипло.
Слишком близко.
Я даже не сразу понимаю, что перестаю дышать, когда Роман Шахов подходит ко мне вплотную.
От него пахнет дорогим парфюмом, кофе и чем-то опасным.
Настолько опасным, что у меня дрожат пальцы.
— Вы боитесь меня? — спокойно спрашивает он.
И смотрит так, будто уже знает ответ.
Я должна сказать «да».
Должна напомнить себе, что он мой начальник.
Что в его компании служебные романы под запретом.
Что такие мужчины ломают жизни.
Но вместо этого продолжаю стоять.
Продолжаю смотреть в его темные глаза.
Продолжаю плавиться от того, как его ладонь медленно ложится рядом с моей на стол.
— Плохая идея, Ксения, — тихо произносит Шахов.
Только я уже не понимаю:
он сейчас предупреждает меня…
или себя.
🔥 Одержимый герой
🔥 Очень напряженные отношения
🔥 Начальник и подчиненная
🔥 Ревность, контроль
🔥 Эмоционально и горячо
Развод в 45 — не приговор. Это перезагрузка. Муж променял на "Лапочку"? Вон. Начальник уволил в день измены? Плевать. Я — Станислава Цветкова, и ягодка я ещё та. Но когда в дверях моей квартиры появляется этот ледяной Иконников, чтобы забрать флешку, я понимаю: наше противостояние только начинается. И закончится оно не так, как мы оба планировали.
Он — владелец клиники, где всё подчиняется правилам. Я — медсестра, которая прячет болеющую дочь за ширмой, потому что больше некуда. Я думала, что он выгонит меня. Но он посмотрел на Амелию… и сказал: «До шести вечера. Пойдём в мой кабинет».
— Обычное совпадение, доктор, — прошептала я, когда он заметил, что он с дочкой похожи.
А на следующий день он перерыл архивы и сказал: «Донор Б-118 — это был я».
Я хотела бежать. Кричала, что Амелия — только моя. А он преградил путь и поцеловал меня прямо в приёмной, при всех.
Я боялась его правды. Но ещё больше я боялась, что однажды эта правда разрушит нас. Сможет ли человек, который всю жизнь строил стены, стать для нас домом? И хватит ли у меня смелости поверить ему ещё раз — после всего, что я пережила?
— Обычное совпадение, доктор, — прошептала я, когда он заметил, что он с дочкой похожи.
А на следующий день он перерыл архивы и сказал: «Донор Б-118 — это был я».
Я хотела бежать. Кричала, что Амелия — только моя. А он преградил путь и поцеловал меня прямо в приёмной, при всех.
Я боялась его правды. Но ещё больше я боялась, что однажды эта правда разрушит нас. Сможет ли человек, который всю жизнь строил стены, стать для нас домом? И хватит ли у меня смелости поверить ему ещё раз — после всего, что я пережила?
Я потеряла серёжку в лифте той ночью, когда поддалась незнакомцу в темноте. А через три месяца пришла на собеседование к нему — Дамиру Власову, своему новому боссу. Он узнал меня сразу. Я — нет. Но когда случайно нашла свою серёжку в его столе, поняла: он охотился на меня всё это время.
— Что ты нашла? — его голос за спиной леденит кровь.
Я сжимаю сережку в кулаке.
— Ничего.
— Покажи.
Он знает. И теперь предлагает сделку: он платит долги моего отца, а я становлюсь его личным ассистентом… и кое-чем ещё.
— Никаких чувств, — предупреждаю я. — Только сделка.
Дамир усмехается:
— Хорошо. Без чувств.
Но его взгляд обещает, что чувств будет слишком много. Для нас обоих.
— Что ты нашла? — его голос за спиной леденит кровь.
Я сжимаю сережку в кулаке.
— Ничего.
— Покажи.
Он знает. И теперь предлагает сделку: он платит долги моего отца, а я становлюсь его личным ассистентом… и кое-чем ещё.
— Никаких чувств, — предупреждаю я. — Только сделка.
Дамир усмехается:
— Хорошо. Без чувств.
Но его взгляд обещает, что чувств будет слишком много. Для нас обоих.
— Вы станете матерью моего ребенка. — Говорит он тихо, но четко.
Я вздрагиваю, но не подаю вида, что шокирована. Он, вероятно, просто переработал. Или спутал меня с кем-то. Я пришла устраиваться на работу, а не становиться матерью.
— Нет, я пришла чтобы…
— Я знаю зачем вы тут. И вы мне подходите.
— Подхожу? Вы же ничего обо мне не знаете. Я на должность помощницы только… — мямлю я.
— Я знаю о вас все. Вы невинны, молоды и здоровы. У вас прекрасная родословная и нет хронических заболеваний.
— Как племенная кобыла… бурчу я, не понимая, всерьез ли этот мужчина говорит мне такие вещи. Может, у миллионеров вообще всегда так? — Но я не согласна! — вспыхиваю наконец. Шутка явно затянулась.
— Меня не интересует то, что вы не согласны. Меня вообще мало что интересует. И ребенок — один из важных этапов моей жизни. А я, Мария, всегда беру то, что хочу! И даже не надейся на искусственные методы, все будет происходить естественным путем!
Я вздрагиваю, но не подаю вида, что шокирована. Он, вероятно, просто переработал. Или спутал меня с кем-то. Я пришла устраиваться на работу, а не становиться матерью.
— Нет, я пришла чтобы…
— Я знаю зачем вы тут. И вы мне подходите.
— Подхожу? Вы же ничего обо мне не знаете. Я на должность помощницы только… — мямлю я.
— Я знаю о вас все. Вы невинны, молоды и здоровы. У вас прекрасная родословная и нет хронических заболеваний.
— Как племенная кобыла… бурчу я, не понимая, всерьез ли этот мужчина говорит мне такие вещи. Может, у миллионеров вообще всегда так? — Но я не согласна! — вспыхиваю наконец. Шутка явно затянулась.
— Меня не интересует то, что вы не согласны. Меня вообще мало что интересует. И ребенок — один из важных этапов моей жизни. А я, Мария, всегда беру то, что хочу! И даже не надейся на искусственные методы, все будет происходить естественным путем!
Выберите полку для книги