Книги по тегу «соперница»: ""
Я очнулась в теле толстушки Анастейши, смерть которой так ждет соперница, положившая глаз на красавца-мужа. Вот только коварная Алексия не знает, что отныне на месте безвольной молоденькой аристократки – я, Анастасия Говорова, старший следователь и умудренная опытом женщина.
Распутаю клубок из преступлений, отыскав правду о своем «попадании».
Попутно похудею, помогу в расследовании местной полиции и влюблю сероглазого красавца мужа, чтоб уж наверняка!
В книге есть:
🍒 из дурнушки в красавицу, но не сразу
💂 властный герой
👸 злобная стерва-соперница с ангельской внешностью
😊 немного юмора
✨ приключения и оперативно-магическая работа
💕 вкусный хэппи энд для тех, кто это заслуживает
Распутаю клубок из преступлений, отыскав правду о своем «попадании».
Попутно похудею, помогу в расследовании местной полиции и влюблю сероглазого красавца мужа, чтоб уж наверняка!
В книге есть:
🍒 из дурнушки в красавицу, но не сразу
💂 властный герой
👸 злобная стерва-соперница с ангельской внешностью
😊 немного юмора
✨ приключения и оперативно-магическая работа
💕 вкусный хэппи энд для тех, кто это заслуживает
Истинная невеста прибыла.
Для дома Эйрдан это должно было стать ответом на все вопросы. Для Райдана — началом правильного союза. Для Милы — местом, где ей снова предложили быть удобной: подождать, понять, отступить и не мешать древним правилам.
Только Мила больше не умеет быть удобной.
Она уже слишком много раз слышала, что не подходит: не того рода, не того размера, не той крови, не той судьбы. Но брачный круг дал трещину, старые правила начали сыпаться, а сердце дракона оказалось упрямее родовых договоров.
Теперь Райдану придётся понять, кого он готов выбрать на самом деле.
Истинную, которую признал дом.
Или женщину, без которой этот дом вдруг стал холодным.
А Миле предстоит решить, сможет ли она поверить мужчине, который не успел удержать её тогда, когда это было важнее всего.
Для дома Эйрдан это должно было стать ответом на все вопросы. Для Райдана — началом правильного союза. Для Милы — местом, где ей снова предложили быть удобной: подождать, понять, отступить и не мешать древним правилам.
Только Мила больше не умеет быть удобной.
Она уже слишком много раз слышала, что не подходит: не того рода, не того размера, не той крови, не той судьбы. Но брачный круг дал трещину, старые правила начали сыпаться, а сердце дракона оказалось упрямее родовых договоров.
Теперь Райдану придётся понять, кого он готов выбрать на самом деле.
Истинную, которую признал дом.
Или женщину, без которой этот дом вдруг стал холодным.
А Миле предстоит решить, сможет ли она поверить мужчине, который не успел удержать её тогда, когда это было важнее всего.
— Максим, у меня для тебя сюрприз, — слышу голос девицы, что не дает прохода моему жениху.
— Злата, я не люблю сюрпризы. Говори быстро, что хотела и уходи.
— Вот … — говорит взволнованно сестра друга моего жениха. — Наша страсть дала плоды.
— Что это?
— Я беременна, Максим. Поздравляю, ты скоро станешь папой!
Я собираюсь замуж за лучшего в мире мужчину. Но все меняется, когда я узнаю, что сестра его лучшего друга беременна от моего жениха.
Мне предстоит пережить измену любимого и его будущее отцовство. Но я не прощу его. Спрячусь от предателя, и начну новую жизнь в деревне. Вот только теперь я не одна, а с тайной под сердцем. И он о ней не узнает…
— Злата, я не люблю сюрпризы. Говори быстро, что хотела и уходи.
— Вот … — говорит взволнованно сестра друга моего жениха. — Наша страсть дала плоды.
— Что это?
— Я беременна, Максим. Поздравляю, ты скоро станешь папой!
Я собираюсь замуж за лучшего в мире мужчину. Но все меняется, когда я узнаю, что сестра его лучшего друга беременна от моего жениха.
Мне предстоит пережить измену любимого и его будущее отцовство. Но я не прощу его. Спрячусь от предателя, и начну новую жизнь в деревне. Вот только теперь я не одна, а с тайной под сердцем. И он о ней не узнает…
— Я беру вторую жену, – слова мужа падают, как камни в тихую воду.
— Ты… ты что, шутишь? — мой голос звучит тонко, как стекло перед тем, как треснуть.
— Это моё право, Кристина. По нашим законам. По нашей вере.
— Какое право?! Ты же говорил мне… ты клялся, что ты современный человек! Что чтишь русские традиции! Что для тебя семья — это один муж и одна жена! — слёзы текут по моим щекам, горячие и горькие. — Всё было ложью?
Он делает шаг ко мне, но я отступаю.
— Нет, не ложью. Я действительно чту традиции. И современность тут ни при чём. В нашей культуре это… допустимо. В особых обстоятельствах.
— Каких особых обстоятельствах? — голос срывается на крик.
— Я буду любить тебя вечно. Но ситуация сложилась так, что я должен жениться на Амине. Это не отменяет моих чувств к тебе.
Пауза.
— Амина беременна. Свадьба будет через три дня, — говорит он так, будто просто сообщает прогноз погоды. — А сейчас наша с тобой первая брачная ночь.
— Ты… ты что, шутишь? — мой голос звучит тонко, как стекло перед тем, как треснуть.
— Это моё право, Кристина. По нашим законам. По нашей вере.
— Какое право?! Ты же говорил мне… ты клялся, что ты современный человек! Что чтишь русские традиции! Что для тебя семья — это один муж и одна жена! — слёзы текут по моим щекам, горячие и горькие. — Всё было ложью?
Он делает шаг ко мне, но я отступаю.
— Нет, не ложью. Я действительно чту традиции. И современность тут ни при чём. В нашей культуре это… допустимо. В особых обстоятельствах.
— Каких особых обстоятельствах? — голос срывается на крик.
— Я буду любить тебя вечно. Но ситуация сложилась так, что я должен жениться на Амине. Это не отменяет моих чувств к тебе.
Пауза.
— Амина беременна. Свадьба будет через три дня, — говорит он так, будто просто сообщает прогноз погоды. — А сейчас наша с тобой первая брачная ночь.
– И когда твоей любовнице рожать, дорогой? – бросаю я, складывая документы в папку.
– А ты все знала? Молчала, пыталась меня вернуть… Или, может, надеялась, что я одумаюсь и добровольно откажусь от Евы? Нет, милая, она превзошла тебя! Ева родит мне кучу малышей, а ты… Я достаточно занимался благотворительностью – пора пожить для себя… Вот Бог, а вот порог…
– Ты меня выгоняешь?
– Будет зависеть от твоего поведения, – снисходительно произносит муженек. – Если заткнешься и от всего откажешься, так и быть – оставлю тебе машину… Можешь устроиться в такси, чем не копейка?
– Пока ты строил из себя альфа-самца, я нашла выход из ситуации… И уйду сама…
– Значит, ты не совсем безнадежна, дорогая женушка. Купи пряжу, Ева будет рада, если ты свяжешь нашему малышу плед или носочки.
– Боюсь, у меня не будет времени, любимый… Фирма все еще нуждается в моем руководстве, а ты… Я отпускаю тебя, Гена… Знаешь, я вам даже немного завидую… Начинать с нуля очень романтично!
– А ты все знала? Молчала, пыталась меня вернуть… Или, может, надеялась, что я одумаюсь и добровольно откажусь от Евы? Нет, милая, она превзошла тебя! Ева родит мне кучу малышей, а ты… Я достаточно занимался благотворительностью – пора пожить для себя… Вот Бог, а вот порог…
– Ты меня выгоняешь?
– Будет зависеть от твоего поведения, – снисходительно произносит муженек. – Если заткнешься и от всего откажешься, так и быть – оставлю тебе машину… Можешь устроиться в такси, чем не копейка?
– Пока ты строил из себя альфа-самца, я нашла выход из ситуации… И уйду сама…
– Значит, ты не совсем безнадежна, дорогая женушка. Купи пряжу, Ева будет рада, если ты свяжешь нашему малышу плед или носочки.
– Боюсь, у меня не будет времени, любимый… Фирма все еще нуждается в моем руководстве, а ты… Я отпускаю тебя, Гена… Знаешь, я вам даже немного завидую… Начинать с нуля очень романтично!
— Наталья Соболева. Три года стажа. Ни одной авторской методики, ни одной сложной операции без ассистента. Ты хоть читал её личное дело, прежде чем подписывать приказ?
— Читал.
— И что там? Просвети меня.
— Вера, не начинай.
— Я уже начала, — кладу ладони на его стол, наклоняюсь. — Отвечай прямо. Почему она, а не я?
Он молчит секунду дольше приличного, отводит глаза к окну.
— Совет считает, ей нужен шанс проявить себя как руководителю.
— Совет считает, — повторяю медленно, будто пробую слово на вкус. — А ты сам что считаешь, Андрей? Ты вообще там был? Голосовал?
— Вера, я не обязан перед тобой отчитываться за каждый голос совета.
— Обязан, — говорю жёстко. — Мы муж и жена. Или это тоже теперь формальность?
Он вздрагивает почти незаметно, будто вопрос попал куда-то в незащищённое место, но тут же берёт себя в руки.
— Что за странная формулировка?
— Просто спросила, — пожимаю плечами.
— Не смей трогать Наташу, — вдруг рявкает он, вставая так резко, что кресло откатывается к
— Читал.
— И что там? Просвети меня.
— Вера, не начинай.
— Я уже начала, — кладу ладони на его стол, наклоняюсь. — Отвечай прямо. Почему она, а не я?
Он молчит секунду дольше приличного, отводит глаза к окну.
— Совет считает, ей нужен шанс проявить себя как руководителю.
— Совет считает, — повторяю медленно, будто пробую слово на вкус. — А ты сам что считаешь, Андрей? Ты вообще там был? Голосовал?
— Вера, я не обязан перед тобой отчитываться за каждый голос совета.
— Обязан, — говорю жёстко. — Мы муж и жена. Или это тоже теперь формальность?
Он вздрагивает почти незаметно, будто вопрос попал куда-то в незащищённое место, но тут же берёт себя в руки.
— Что за странная формулировка?
— Просто спросила, — пожимаю плечами.
— Не смей трогать Наташу, — вдруг рявкает он, вставая так резко, что кресло откатывается к
Едва Эль исполнилось восемнадцать, её отдали в жены великому князю Севера, что обращался в лютого медведя и нрав имел соответствующий. Появление при дворе молодой жены несильно изменило уклад жизни князя и его подданых. Поначалу.
Изначально слабая фигура на шахматной доске постепенно обрела власть не только над подданными, но и над сердцем непреступного князя…
Изначально слабая фигура на шахматной доске постепенно обрела власть не только над подданными, но и над сердцем непреступного князя…
Я застряла в теле плаксы Мирабеллы, в наследство от которой, кроме пышного тела, мне достался красивый, но вредный муж. Он жаждет со мной развестись, несмотря на метку истинности, полученную в детстве.
Я бы и не прочь отпустить дракона, ведь только от моего желания зависит судьба этого брака. Но отчего так замирает сердце, когда Ториан оказывается рядом? И хочется выцарапать глаза коварной сопернице, возомнившей себя королевой академии. И пусть в этом мире я всего лишь поломойка, но сумею постоять за себя и дам отпор всем неприятелям. А муж… Посмотрим, захочет ли он разводиться после моего преображения!
Я бы и не прочь отпустить дракона, ведь только от моего желания зависит судьба этого брака. Но отчего так замирает сердце, когда Ториан оказывается рядом? И хочется выцарапать глаза коварной сопернице, возомнившей себя королевой академии. И пусть в этом мире я всего лишь поломойка, но сумею постоять за себя и дам отпор всем неприятелям. А муж… Посмотрим, захочет ли он разводиться после моего преображения!
— Ты украл меня! Ты не имеешь права!
— Я забрал своё, Раяна.
— Я не твоя!
— Ошибаешься. С этого дня — моя. Вторая жена.
Я не знала его. Никогда не видела раньше. Он ворвался в мою жизнь, как буря, сломав всё. Я сопротивлялась, кричала, плевала ему в лицо правду. Но за его именем — власть. За его молчанием — угрозы. И никто не посмеет идти против него. Никто — кроме меня.
Только одно я не учла: ненависть — опасная игра. Особенно когда сам дьявол начинает тебя желать.
— Я забрал своё, Раяна.
— Я не твоя!
— Ошибаешься. С этого дня — моя. Вторая жена.
Я не знала его. Никогда не видела раньше. Он ворвался в мою жизнь, как буря, сломав всё. Я сопротивлялась, кричала, плевала ему в лицо правду. Но за его именем — власть. За его молчанием — угрозы. И никто не посмеет идти против него. Никто — кроме меня.
Только одно я не учла: ненависть — опасная игра. Особенно когда сам дьявол начинает тебя желать.
Он клялся в любви и обещал простить любую ошибку, но поверил навету, обвинив меня в измене и приказав убираться из его дома. Я бежала, спасая ещё не рождённого сына и свою жизнь, потому что та, которая заняла моё место объявила на меня охоту. Прошло три с половиной года и я уже думала, что нашла безопасное место для меня и сына, в поместье нелюдимого, больного дракона, но оказалась лицом к лицу с тем, кто предал меня и выбросил, как ненужную вещь. К счастью, он не узнал меня. Как же мне быть? Скрыть, что у него есть наследник и отомстить за обиду или спасать его, а восстанавливать справедливость уже потом?
Выберите полку для книги