Книги по тегу «счастливый финал»: ""
– Ты не один? – спрашиваю, едва шевеля губами. – Кто у тебя?
– Так, Крис, не драматизируй, плиз! – Филипп наконец-то берет себя в руки и начинает говорить уверенным голосом, в котором слышатся стальные нотки. – Да, у меня девушка, но это ничего не значит. У нас с ней просто секс. Понимаешь?
– Не понимаю, – признаюсь, ощущая себя так, будто в мою душу пальнули из двустволки.
– Иди домой, Крис, остынь. А завтра обо всем поговорим, – добивает меня Филипп. И, не дожидаясь моего ответа, захлопывает перед моим носом дверь.
***
Собираясь переселиться к своему парню, Кристина застает его с другой. Возвращаться к родителям она не хочет, так что едет на квартиру, доставшуюся ей в наследство от бабушки. Но там она обнаруживает незнакомого мужчину. Он называется постояльцем, а после признается, что на съемную квартиру накануне Нового года попал из-за измены жены. Смогут ли сердца Кристины и Назара оттаять и открыться новой любви?
– Так, Крис, не драматизируй, плиз! – Филипп наконец-то берет себя в руки и начинает говорить уверенным голосом, в котором слышатся стальные нотки. – Да, у меня девушка, но это ничего не значит. У нас с ней просто секс. Понимаешь?
– Не понимаю, – признаюсь, ощущая себя так, будто в мою душу пальнули из двустволки.
– Иди домой, Крис, остынь. А завтра обо всем поговорим, – добивает меня Филипп. И, не дожидаясь моего ответа, захлопывает перед моим носом дверь.
***
Собираясь переселиться к своему парню, Кристина застает его с другой. Возвращаться к родителям она не хочет, так что едет на квартиру, доставшуюся ей в наследство от бабушки. Но там она обнаруживает незнакомого мужчину. Он называется постояльцем, а после признается, что на съемную квартиру накануне Нового года попал из-за измены жены. Смогут ли сердца Кристины и Назара оттаять и открыться новой любви?
– Аааа! – неожиданно раздается детский крик откуда-то сверху.
Задрав голову, замечаю падающее тело.
«Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку.
У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?
– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.
Блин, как ее успокоить то?
– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.
Опа! И что мне с тобой делать?
Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».
Задрав голову, замечаю падающее тело.
«Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку.
У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?
– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.
Блин, как ее успокоить то?
– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.
Опа! И что мне с тобой делать?
Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».
Бешенство, вызванное появлением в моем доме молоденькой любовницы мужа, теперь стало запредельным.
– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!
– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!
Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!
– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..
– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!
– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!
Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!
– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..
– Ма-а? – слышу очень печальный детский голосок.
Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки.
Замечает меня.
Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются.
– Ма-а?
– Вообще мимо. Совсем не «ма-а», – качаю головой.
Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы.
– Пойдем, найдем твою маму, – решаю помочь крохе.
Я раньше никогда не имел дел с детьми. Не знаю, как вести себя с ними, как общаться. Но придется, так как решился помочь потерявшемуся малышу найти его маму. А с этим появляются серьезные проблемы. И какой же сюрприз меня ждет, когда узнаю, КТО его мама.
Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки.
Замечает меня.
Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются.
– Ма-а?
– Вообще мимо. Совсем не «ма-а», – качаю головой.
Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы.
– Пойдем, найдем твою маму, – решаю помочь крохе.
Я раньше никогда не имел дел с детьми. Не знаю, как вести себя с ними, как общаться. Но придется, так как решился помочь потерявшемуся малышу найти его маму. А с этим появляются серьезные проблемы. И какой же сюрприз меня ждет, когда узнаю, КТО его мама.
– Я с тобой никуда не пойду! – упирается девочка. – Я к маме хочу!
Она надувает губы и складывает руки на груди.
Но я тоже не пальцем деланный.
– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.
Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь?
Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!
– Ты плохой дядя! – не успокаивается она.
А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.
– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.
Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.
Она надувает губы и складывает руки на груди.
Но я тоже не пальцем деланный.
– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.
Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь?
Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!
– Ты плохой дядя! – не успокаивается она.
А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.
– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.
Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.
— Ты так хороша, детка! - слышу из спальни.
Я застыла. Мой муж. Моя лучшая подруга. В нашей постели.
— О, Яна, ты быстро вернулась, — ухмыляется Артем, лениво натягивая простыню.
А потом в ответ на мои возмущения прижал к стене и прошептал:
— Ты будешь молчать и будешь терпеть. Поняла?
Но я не согласна. Ночью я забрала сына и убежала в никуда. В кармане — копейки. В глазах — страх. На вокзале — холод, голод, отчаяние. Что делать? Вернуться назад или продолжать бороться? Я выбрала второе и оказалась на пороге дома одного опасного, но влиятельного мужчины.
Я застыла. Мой муж. Моя лучшая подруга. В нашей постели.
— О, Яна, ты быстро вернулась, — ухмыляется Артем, лениво натягивая простыню.
А потом в ответ на мои возмущения прижал к стене и прошептал:
— Ты будешь молчать и будешь терпеть. Поняла?
Но я не согласна. Ночью я забрала сына и убежала в никуда. В кармане — копейки. В глазах — страх. На вокзале — холод, голод, отчаяние. Что делать? Вернуться назад или продолжать бороться? Я выбрала второе и оказалась на пороге дома одного опасного, но влиятельного мужчины.
Моя жизнь разделилась на до и после, когда я застала моего мужа с практиканткой в его кабинете. Оказывается, я столько времени жила с изменщиком, который не испытывает ко мне ни любви, ни уважения. Не ценит нашу семью. Я решила, что не прощу его, не позволю забрать дочь, а еще накажу мерзавца.
– Отойдите с дороги, – требую и, когда ничего не происходит, отпихиваю от себя преданную прислугу моего мужа.
С лету открываю большую деревянную дверь кабинета и просто не верю своим глазам. Более того – теряю дар речи и не могу ничего сказать. Мой словарный запас просто иссяк в одно мгновенье.
– Ты все неправильно поняла, – застегивая бляшку ремня на штанах, испуганно бормочет мой муж. – Я пролил воду себе на брюки и просто хотел, чтобы они высохли. Именно поэтому пришлось их снимать. А сейчас брюки подсохли, поэтому я их...
– Что ты несешь? – перебиваю мужа, не давая ему закончить. Его идиотская отмазка вернула меня к жизни. – А эта девчонка тоже на себя пролила воду?
– Отойдите с дороги, – требую и, когда ничего не происходит, отпихиваю от себя преданную прислугу моего мужа.
С лету открываю большую деревянную дверь кабинета и просто не верю своим глазам. Более того – теряю дар речи и не могу ничего сказать. Мой словарный запас просто иссяк в одно мгновенье.
– Ты все неправильно поняла, – застегивая бляшку ремня на штанах, испуганно бормочет мой муж. – Я пролил воду себе на брюки и просто хотел, чтобы они высохли. Именно поэтому пришлось их снимать. А сейчас брюки подсохли, поэтому я их...
– Что ты несешь? – перебиваю мужа, не давая ему закончить. Его идиотская отмазка вернула меня к жизни. – А эта девчонка тоже на себя пролила воду?
Я простая девушка, мечтающая издать свою книгу рецептов. Но мои мечты разбились в тот миг, когда издательство выкупили два наглых и невоспитанных хама!
Ну и что, что я плюс-сайз?
Это не даёт им никакого права унижать меня и тем более браковать мою книгу! Поэтому я устраиваюсь к ним личной помощницей, чтобы доказать, чего стою!
Держитесь, несносные боссы! Рыжая булочка вышла на тропу войны!
Ну и что, что я плюс-сайз?
Это не даёт им никакого права унижать меня и тем более браковать мою книгу! Поэтому я устраиваюсь к ним личной помощницей, чтобы доказать, чего стою!
Держитесь, несносные боссы! Рыжая булочка вышла на тропу войны!
Я предлагаю Наде присесть и протягиваю брачный контракт.
— Я не очень сильна в юридических делах, — отзывается она. - И доверяю адвокату.
Я хмурюсь.
— Это твоя жизнь, Надя. Ты должна знать, на что соглашаешься.
— Я знаю, на что я соглашаюсь. Я выхожу за тебя замуж. Мы попытаемся завести детей. Это единственное, что меня волнует.
Я сжимаю губы.
— Этот контракт также защищает тебя.
— От чего? — она смеется. — Мне нечего предложить, кроме того, что ты видишь перед собой.
Я опускаю глаза в пол. Черт возьми, но именно этого я и хочу.
— Так что мне нечего терять, — добавляет она.
Я сдерживаю вздох.
— Здесь подробно описано, что будет, если мы разведемся.
Она тут же выпрямляется.
— Я хочу, чтобы у нас все получилось, Аскар.
— Я не очень сильна в юридических делах, — отзывается она. - И доверяю адвокату.
Я хмурюсь.
— Это твоя жизнь, Надя. Ты должна знать, на что соглашаешься.
— Я знаю, на что я соглашаюсь. Я выхожу за тебя замуж. Мы попытаемся завести детей. Это единственное, что меня волнует.
Я сжимаю губы.
— Этот контракт также защищает тебя.
— От чего? — она смеется. — Мне нечего предложить, кроме того, что ты видишь перед собой.
Я опускаю глаза в пол. Черт возьми, но именно этого я и хочу.
— Так что мне нечего терять, — добавляет она.
Я сдерживаю вздох.
— Здесь подробно описано, что будет, если мы разведемся.
Она тут же выпрямляется.
— Я хочу, чтобы у нас все получилось, Аскар.
– Мы сбежали, малышка, – шепчу на ухо дочке. – У нас получилось! Мы почти в безопасности!
Мои банковские карты выброшены в мусорный контейнер возле торгового центра. Мой мобильный едет в такси, засунутый в щель между сиденьем и дверью.
Мне оставалось только исчезнуть на время вместе с дочкой.
Но я и понятия не имела, где именно меня подстережёт прошлое, которое я отчаянно пыталась забыть.
И уж тем более не ожидала, что мне на помощь придёт человек, который должен был меня ненавидеть.
Мои банковские карты выброшены в мусорный контейнер возле торгового центра. Мой мобильный едет в такси, засунутый в щель между сиденьем и дверью.
Мне оставалось только исчезнуть на время вместе с дочкой.
Но я и понятия не имела, где именно меня подстережёт прошлое, которое я отчаянно пыталась забыть.
И уж тем более не ожидала, что мне на помощь придёт человек, который должен был меня ненавидеть.
Выберите полку для книги