Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
Меня зачитали вслух. Между кубком и золотыми пряжками💔
«Рыжая. Редкая. Беречь».
Оказалось, самый богатый дракон империи внёс меня в книгу своих сокровищ. Четвёртой строчкой сверху. И приписал снизу другим пером: срок — до затмения.
Я потребовала развод. Он сложил мою бумагу вдвое и убрал в ту же книгу. К побрякушкам😤
— Драконы не вычёркивают, рыжая. Драконы только собирают.
Только вот беда: он умирает. И развод, которого я так добиваюсь, убьёт не меня. Его🖤
👉 Оставь себе своё золото, дракон. Я не сокровище. Я та, кто уходит сама — и, если захочет, сама же возвращается.
✨ Счастливый финал. Один герой. Без измен. 16+.
«Рыжая. Редкая. Беречь».
Оказалось, самый богатый дракон империи внёс меня в книгу своих сокровищ. Четвёртой строчкой сверху. И приписал снизу другим пером: срок — до затмения.
Я потребовала развод. Он сложил мою бумагу вдвое и убрал в ту же книгу. К побрякушкам😤
— Драконы не вычёркивают, рыжая. Драконы только собирают.
Только вот беда: он умирает. И развод, которого я так добиваюсь, убьёт не меня. Его🖤
👉 Оставь себе своё золото, дракон. Я не сокровище. Я та, кто уходит сама — и, если захочет, сама же возвращается.
✨ Счастливый финал. Один герой. Без измен. 16+.
💗✨💗КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💗✨💗
— Матвея забрал папа, — говорит воспитательница и отводит глаза. — Он сказал, что вы сами разрешили.
Папа? У моего сына нет папы.
Есть мужчина, который четыре года назад выставил меня беременной на мороз. Есть бывший муж, назвавший моего ребёнка ложью.
Человек, от которого я бежала, чтобы выжить. И именно он сегодня увёл моего четырёхлетнего сына из детского сада.
— Не начинай, Катя, — слышу в трубке его спокойный голос. — Мальчику нужен отец.
— Ему нужна мама. Верни Матвея!
— Сначала ты вернёшь мне то, что украла. Мою жизнь.
Нет. Это снова не про любовь и не про отцовство. Это месть.
На заднем плане Матвей всхлипывает, потом кашляет и начинает хрипеть так, что у меня леденеет кровь.
— Глеб, что ты ему дал?!
— Пирожное. Он же ребёнок.
У Матвея опасная аллергия на орехи.
— Скажи адрес! Он может умереть!
— Перестань изображать сумасшедшую мать.
Он слышит, как хрипит наш сын. Слышит — и всё не верит!
И в этот момент сын шепчет: «Мамочка… я
— Матвея забрал папа, — говорит воспитательница и отводит глаза. — Он сказал, что вы сами разрешили.
Папа? У моего сына нет папы.
Есть мужчина, который четыре года назад выставил меня беременной на мороз. Есть бывший муж, назвавший моего ребёнка ложью.
Человек, от которого я бежала, чтобы выжить. И именно он сегодня увёл моего четырёхлетнего сына из детского сада.
— Не начинай, Катя, — слышу в трубке его спокойный голос. — Мальчику нужен отец.
— Ему нужна мама. Верни Матвея!
— Сначала ты вернёшь мне то, что украла. Мою жизнь.
Нет. Это снова не про любовь и не про отцовство. Это месть.
На заднем плане Матвей всхлипывает, потом кашляет и начинает хрипеть так, что у меня леденеет кровь.
— Глеб, что ты ему дал?!
— Пирожное. Он же ребёнок.
У Матвея опасная аллергия на орехи.
— Скажи адрес! Он может умереть!
— Перестань изображать сумасшедшую мать.
Он слышит, как хрипит наш сын. Слышит — и всё не верит!
И в этот момент сын шепчет: «Мамочка… я
Тяжёлая дверь распахивается. На крыльцо выходит Лика – сестра моего мужа – и выкатывает дорогущую коляску-люльку.
Мы со Светкой быстро прыгаем за куст можжевельника.
– Что тут творится? – ледяным шепотом произносит Светка.
А Лика уже звонко кричит в сторону дома:
– Ну где там мой сладкий племяш? Неси давай!
У меня внутри обрывается последняя струна.
Племяш? У Артёма есть сын?!
В этот момент из дома появляется мой муж. В рубашке, брюках – словно только что отвлёкся от офисных дел.
На руках он бережно держит свёрток в голубом пледе.
Следом за ним выходит ухоженная, светловолосая незнакомка в домашних брюках и с детской бутылочкой в руке.
Артём с невероятной нежностью опускает младенца в коляску, поправляя одеяльце.
– Вот так, молодец папочка! – радостно щебечет Лика, хлопая в ладоши.
У меня подкашиваются колени.
Я больше не могу прятаться.
– Ещё какой молодец! – говорю я ледяным голосом, выходя из укрытия.
И тоже начинаю хлопать в ладоши.
Мы со Светкой быстро прыгаем за куст можжевельника.
– Что тут творится? – ледяным шепотом произносит Светка.
А Лика уже звонко кричит в сторону дома:
– Ну где там мой сладкий племяш? Неси давай!
У меня внутри обрывается последняя струна.
Племяш? У Артёма есть сын?!
В этот момент из дома появляется мой муж. В рубашке, брюках – словно только что отвлёкся от офисных дел.
На руках он бережно держит свёрток в голубом пледе.
Следом за ним выходит ухоженная, светловолосая незнакомка в домашних брюках и с детской бутылочкой в руке.
Артём с невероятной нежностью опускает младенца в коляску, поправляя одеяльце.
– Вот так, молодец папочка! – радостно щебечет Лика, хлопая в ладоши.
У меня подкашиваются колени.
Я больше не могу прятаться.
– Ещё какой молодец! – говорю я ледяным голосом, выходя из укрытия.
И тоже начинаю хлопать в ладоши.
— Андрей, подожди, — говорю я, когда муж уже стоит в прихожей и надевает пиджак. — Мне нужно сказать тебе кое-что важное.
Он вздыхает, но остаётся, и я делаю глубокий вдох:
— Я должна признаться - я влюбилась в тебя. По-настоящему, впервые в жизни. Я знаю, что у нас контракт…
— Тося, остановись, — он поднимает руку. — Я думал, ты умная и серьёзная девушка, которая понимает, что такое договор. Там нет пункта про любовь, потому что любви не существует. Это сказка для влюбленных дурочек!
Значит, я влюблённая дурочка…
— Я думал, ты умнее среднестатистических провинциалок, — продолжает он. — А ты просто перепутала благодарность с любовью. У нас контракт на год, и точка!
Он вздыхает, но остаётся, и я делаю глубокий вдох:
— Я должна признаться - я влюбилась в тебя. По-настоящему, впервые в жизни. Я знаю, что у нас контракт…
— Тося, остановись, — он поднимает руку. — Я думал, ты умная и серьёзная девушка, которая понимает, что такое договор. Там нет пункта про любовь, потому что любви не существует. Это сказка для влюбленных дурочек!
Значит, я влюблённая дурочка…
— Я думал, ты умнее среднестатистических провинциалок, — продолжает он. — А ты просто перепутала благодарность с любовью. У нас контракт на год, и точка!
❗️БЕЗ ПОДПИСКИ❗️
— Пап, а если я тебе не понравлюсь, ты меня обратно в приют отдашь?
У меня перехватывает дыхание.
— С чего ты взял?
— Мама же сдала...
Пять лет я не знал, что у меня есть сын. А потом получил письмо: Данька находится в центре помощи детям, потому что оказался не нужен собственной матери.
Я забрал сына, чтобы дать ему дом и стать настоящим отцом. Всё остальное в мои планы не входило.
Особенно женщина, которая больше не хочет связывать свою жизнь ни с одним мужчиной. И её маленькая дочь, которая однажды назовёт меня папой. Но…
Фиктивный брак казался отличным решением наших проблем. Никаких чувств. Никакой любви. Только дети и взаимная помощь.
— Предлагаете мне выйти за вас ради вашего сына? — выдыхает «плохая мать».
— Ради наших детей, — отвечаю я.
Мамаша-растеряша резко вскидывает глаза.
— Моя дочь не ваша.
— Мой Данька тоже не ваш сын. Но попробуйте объяснить это детям.
Вот только наши нежданчики быстро рушат мой идеальный план…
— Пап, а если я тебе не понравлюсь, ты меня обратно в приют отдашь?
У меня перехватывает дыхание.
— С чего ты взял?
— Мама же сдала...
Пять лет я не знал, что у меня есть сын. А потом получил письмо: Данька находится в центре помощи детям, потому что оказался не нужен собственной матери.
Я забрал сына, чтобы дать ему дом и стать настоящим отцом. Всё остальное в мои планы не входило.
Особенно женщина, которая больше не хочет связывать свою жизнь ни с одним мужчиной. И её маленькая дочь, которая однажды назовёт меня папой. Но…
Фиктивный брак казался отличным решением наших проблем. Никаких чувств. Никакой любви. Только дети и взаимная помощь.
— Предлагаете мне выйти за вас ради вашего сына? — выдыхает «плохая мать».
— Ради наших детей, — отвечаю я.
Мамаша-растеряша резко вскидывает глаза.
— Моя дочь не ваша.
— Мой Данька тоже не ваш сын. Но попробуйте объяснить это детям.
Вот только наши нежданчики быстро рушат мой идеальный план…
Где-то ребёнок звал маму. Очень настойчиво и жалостливо.
- Малыш, ты где?
На кольце огромная авария с автобусом, и у нас много пациентов разной степени тяжести. Я даже домой не успел уйти со смены.
- Я не малыш. Я малышка, - всхлипывает детский голосок.
Я захожу за пост медсестёр и вижу девочку лет шести, сидящую на корточках и сжавшуюся в комочек.
- Ты чего тут делаешь? Кто тебя сюда пустил?
- Не выгоняйте, я… я сама. Мама там где-то.
Крупные слёзы катятся по её щекам. Яркие голубые глаза смотрят доверчиво.
- Вы вылечите мою маму, дядя доктор?
В приёмном отделении мне дают в руки карту недавно поступившей пациентки. А в ней имя… имя, которое я, как мне казалось, уже никогда не услышу. Алёна…
- Там Полозков её взял, он сейчас… - объясняет медсестра.
- Нет, - перебиваю резко. - Готовьте первую освободившуюся операционную, я сам ей займусь.
- Малыш, ты где?
На кольце огромная авария с автобусом, и у нас много пациентов разной степени тяжести. Я даже домой не успел уйти со смены.
- Я не малыш. Я малышка, - всхлипывает детский голосок.
Я захожу за пост медсестёр и вижу девочку лет шести, сидящую на корточках и сжавшуюся в комочек.
- Ты чего тут делаешь? Кто тебя сюда пустил?
- Не выгоняйте, я… я сама. Мама там где-то.
Крупные слёзы катятся по её щекам. Яркие голубые глаза смотрят доверчиво.
- Вы вылечите мою маму, дядя доктор?
В приёмном отделении мне дают в руки карту недавно поступившей пациентки. А в ней имя… имя, которое я, как мне казалось, уже никогда не услышу. Алёна…
- Там Полозков её взял, он сейчас… - объясняет медсестра.
- Нет, - перебиваю резко. - Готовьте первую освободившуюся операционную, я сам ей займусь.
Из спальни доносится звук. Скрип кровати. Тихий, но отчётливый. И женский смех.
Я стою посреди кухни с чашкой в руке и не понимаю, что происходит. Сердце колотится. Может, мне показалось? Может, телевизор? Но телевизор в гостиной, а звук – оттуда, из спальни.
Я иду по коридору. Дверь спальни приоткрыта. Толкаю её ладонью.
И вижу.
Наша кровать. Дима. И Вика.
Моя младшая сестра. Вика, которая живёт у нас, потому что университет в нашем городе, а общежитие – дорого и страшно.
Вика. На моей кровати. С моим мужем.
Я роняю чашку – та разбивается об пол с оглушительным звоном.
Вика вскрикивает, Дима подскакивает. Оба смотрят на меня. Я стою в дверях и не могу вымолвить ни слова.
Я стою посреди кухни с чашкой в руке и не понимаю, что происходит. Сердце колотится. Может, мне показалось? Может, телевизор? Но телевизор в гостиной, а звук – оттуда, из спальни.
Я иду по коридору. Дверь спальни приоткрыта. Толкаю её ладонью.
И вижу.
Наша кровать. Дима. И Вика.
Моя младшая сестра. Вика, которая живёт у нас, потому что университет в нашем городе, а общежитие – дорого и страшно.
Вика. На моей кровати. С моим мужем.
Я роняю чашку – та разбивается об пол с оглушительным звоном.
Вика вскрикивает, Дима подскакивает. Оба смотрят на меня. Я стою в дверях и не могу вымолвить ни слова.
— Дети, у нас с мамой всё началось заново ещё летом. После Нового года я возвращаюсь домой, и будет все, как раньше, - произносит торжественно бывший муж.
А в трёх шагах от нашего стола стоит мой жених с букетом.
- Поздравляю, - говорит он, кладёт цветы на угол стола и уходит, не оглядываясь.
***
Четыре года назад муж ушёл к молодой. Я справилась: подняла дочерей, вытянула своё дело, позволила себе снова влюбиться.
Но именно тогда бывший муж решил, что имеет право вернуться…
А в трёх шагах от нашего стола стоит мой жених с букетом.
- Поздравляю, - говорит он, кладёт цветы на угол стола и уходит, не оглядываясь.
***
Четыре года назад муж ушёл к молодой. Я справилась: подняла дочерей, вытянула своё дело, позволила себе снова влюбиться.
Но именно тогда бывший муж решил, что имеет право вернуться…
🔥ЗАВЕРШЕНО🔥
Я сбежала из дома в ночь перед помолвкой.
От отца, который всё решил за меня. От жениха, которого не люблю. От жизни, которую мне расписали на годы вперёд.
План был простой: уехать подальше и начать всё с чистого листа.
Вот только я случайно похитила первого встречного красавчика, запихнув его в багажник и дав дёру.
Думаете, ему пришлось это по вкусу?
Я сбежала из дома в ночь перед помолвкой.
От отца, который всё решил за меня. От жениха, которого не люблю. От жизни, которую мне расписали на годы вперёд.
План был простой: уехать подальше и начать всё с чистого листа.
Вот только я случайно похитила первого встречного красавчика, запихнув его в багажник и дав дёру.
Думаете, ему пришлось это по вкусу?
— Пятнадцать лет я тебя лечил, Люба. А Милана забеременела за четыре месяца. Может, дело не в диагнозе? Ты на себя в зеркало давно смотрела? Растолстела так, что тебя и обнять противно.
Муж говорит это в своём кабинете. За его спиной практикантка застёгивает халат поверх округлившегося живота.
В моих руках график смен, в кармане пальто пузырёк с таблетками, которые Костя выдаёт мне каждое утро и каждый вечер.
Мне сорок два. Я помогала ему открыть клинику, работаю в ней администратором и пятнадцать лет верю его диагнозу.
Ни одного своего анализа я не видела: результаты всегда объясняли муж и свекровь, тоже врач.
Вечером Костя требует, чтобы я забрала вещи и уволилась.
Перед уходом ставит на стол новый пузырёк. — Пей. Тебе бросать нельзя.
В кармане у меня лежит старый. Кручу его пальцами, пока не отклеивается этикетка. Читаю: "Для подавления овуляции".
****
Мысли крутятся с бешеной скоростью: "Костя, лови бумеранг судьбы!!!"
Муж говорит это в своём кабинете. За его спиной практикантка застёгивает халат поверх округлившегося живота.
В моих руках график смен, в кармане пальто пузырёк с таблетками, которые Костя выдаёт мне каждое утро и каждый вечер.
Мне сорок два. Я помогала ему открыть клинику, работаю в ней администратором и пятнадцать лет верю его диагнозу.
Ни одного своего анализа я не видела: результаты всегда объясняли муж и свекровь, тоже врач.
Вечером Костя требует, чтобы я забрала вещи и уволилась.
Перед уходом ставит на стол новый пузырёк. — Пей. Тебе бросать нельзя.
В кармане у меня лежит старый. Кручу его пальцами, пока не отклеивается этикетка. Читаю: "Для подавления овуляции".
****
Мысли крутятся с бешеной скоростью: "Костя, лови бумеранг судьбы!!!"
Выберите полку для книги