Книги по тегу «эротика»: ""

— Если выполнишь программу — я сделаю всё, что захочешь ты. Если свалишь — всё, что захочу я.

Аксель — тренер, глядя на которого забываешь дышать. Твердый, наглый, уверенный. Он согласился тренировать Лику, но с одним условием: месяц ада. Она думала, что речь о приседаниях и жиме. Она ошиблась.

Каждое его прикосновение на растяжке заставляет кожу гореть. Каждый взгляд раздевает. А когда зал пустеет, напряжение между ними становится таким плотным, что, кажется, ещё секунда — и оно взорвется.

Месяц до развязки. Тридцать дней пота, слез и дикого голода. Вопрос только в том, кто кого сломает первым. И что именно он загадает, когда она доползет до финиша.

В этом зале всё пропитано химией. В прямом смысле.

В ночь перед ненавистной свадьбой меня похитили. Прямо из терема, на глазах у отца и всей дружины.

Кто? Змей Горыныч. Собственной персоной. Три головы, чешуя, огонь — полный набор.

Думала, конец. А попала в логово... и конец наступил, но совсем другой. Потому что вместо чудовища передо мной предстали трое. Высокие, мощные, рыжие, накачанные — и наглые до невозможности.

Три брата. Один дракон на троих. И одна я — та, что должна унять их звериную сущность, когда наступает полная луна.

Отец считает, что меня надо спасать.
Жених рвётся в бой.
А я тут выясняю, можно ли влюбиться сразу в троих... и в их общего дракона заодно.

Спойлер: можно.

П.С. Говорят, у страха глаза велики. А у моего страха глаза жёлтые, с вертикальным зрачком. И смотрят они на меня с таким голодом, что хочется не бежать, а остаться. Навсегда.

Страх - парализующий, подчиняющий... Но что, если только он может подарить ни с чем ни сравнимое удовольствие? Можно ли приручить его? Можно ли удержать достаточно близко, медленно усыпить, хитростью получить желаемое? Как поймать бабочку, если боишься её и как не стать жертвой ловца?

Лариса — простая девушка с пышными формами, работающая администратором в маленьком кафе. Её жизнь течёт размеренно и предсказуемо, пока ранним утром в её дверь не ломятся двое незнакомцев, а с потолка не начинает литься вода.
Руслан и Тимур — братья-бизнесмены, владельцы успешной компании по производству элитной сантехники. Они привыкли получать всё, что хотят. А хотят они Ларису. Обоим. С первого взгляда.
Когда судьба сталкивает их снова, мужчины делают Ларисе предложение, от которого невозможно отказаться: год бесплатного обслуживания в их компании в обмен на одну страстную ночь. Лариса соглашается — ради спасения бизнеса подруги. Но одна ночь переворачивает всё.
Смогут ли двое мужчин и одна женщина построить отношения, в которых нет места ревности? Что скрывает прошлое Тимура? И почему красивая незнакомка Карина появляется на пороге именно сейчас?

Старшая бортпроводница сказала:
— Если он начнет распускать руки — не дергайся. Это частный джет, девочка.

Обычный рейс Москва — Париж. Обычный пассажир — молодой мажор, который даже не смотрит в мою сторону. Марат Соболев — наследник империи, коллекционер островов и девушек. Тот, кто покупает всё, не глядя на ценник. Тот, кто смотрит сквозь людей.
Для него я — часть интерьера.
Но даже я сама не до конца поняла, как случилось так, что он лепит пельмени с моей бабушкой в моей деревне, а я подглядываю за ним в бане.
И, кажется, он это заметил…

Передача – или дарение, - меня Виктории состоялось за столиком роскошного ресторана под тихую классическую музыку. Девушка была вне себя от счастья и хотела раскрыть футляр прямо там. Зураб остановил её, напомнив, что лилипуты под запретом.
- Дома тебя тоже ждёт сюрприз, - добавил он. – И гаджет специальный, чтобы общаться с ним.
- А зачем гаджет? – не поняла Виктория.
- Затем, что ты не услышишь его писк. Убери его пока в сумочку. Забудь.
Оказывается, это была третья годовщина их свадьбы. Виктория внимательно и с широкой улыбкой осмотрела меня через стекло футляра, представилась, спросила у мужа моё имя, заметила, что я «такой миленький», «такой маленький», «прям милашка», «пусечка», пообещала, что «будет заботиться обо мне и любить» и неохотно убрала в свою сумочку.
Ей было трудно удержаться. Она то и дело доставала меня оттуда и сюсюкала. Зурабу приходилось вмешиваться и напоминать ей о том, что вокруг люди.

В зал входит брюнет лет тридцати пяти. Высокий, красивый, темноглазый. Идеально сидящий костюм подчёркивает мощную фигуру атлета.
У него грация сильного, уверенного в себе хищника. Властная аура человека, привыкшего идти по жизни напролом, принимать непростые решения и брать своё, не задумываясь о цене...
Мы встречаемся взглядами.
Я вмиг забываю про кандалы, про свою наготу, про Эльдара Германовича, который только что собирался избить меня...
- Ты слишком хороша для этого ублюдка, - чеканит незнакомец. - Чистая, юная... И, готов поспорить на что угодно - у тебя ещё никогда не было мужчины.
Закрываю глаза, потому что невозможно выдерживать этот взгляд!
Чувствую дыхание незнакомца возле своего уха. И, спустя секунду в сознание проникает хриплый, уверенный шёпот.
- Тогда я - Равиль Арсланов - буду у тебя первым!

— Проходи, раз приехала. Чего в дверях застыла? — отчим отступил вглубь прихожей, жестом пригласив меня войти.
Я замялась, переступив с ноги на ногу.
— Я... я, наверное, пойду. — мой голос прозвучал жалко и тонко, как у нашкодившей кошки. — Мама ведь уехала, а я... я этого не знала. Простите, что побеспокоила.
Я уже хотела развернуться и сбежать от этих холодных, оценивающих взглядов обратно в грохочущий город, назад на вокзал и в свою деревню, но отчим вдруг взял меня за локоть.
— Тебе есть куда идти? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.
Я покачала головой, сглотнув ком в горле. Денег на обратную дорогу оставалось в обрез. Да и что я скажу бабушке с дедом? Мама снова сбежала, а я завтра пойду на ферму к своим коровам?
— Тогда пошли. — коротко бросил мужчина, развернулся и зашагал по длинному коридору, уверенный, что я послушно пойду следом.

По ту сторону... "КейЛа" - роман о противниках семьи Латс. Захватывает события ПрОклятый, Наследство, Свободный.

Я ненавидела его с первой секунды. А потом нас заперла метель. Вместе. В четырех стенах, где нельзя спрятаться от взгляда, от дыхания, от памяти о его губах на моих. Война превратилась в игру. Игра — в безумие. А что будет, когда растает снег — я не знаю. Знаю только, что даже свобода теперь пахнет им.