Книги по тегу «эротика»: ""
— Эля… Ты решила меня порадовать? — мужчина поднялся и неторопливо, словно хищник, двинулся ко мне.
Судорожно сглотнув, я сделала шажок назад и огляделась в поисках, того, чем можно прикрыться. Но как назло вокруг не было ничего. Ни пледика, ни полотенчика, ни даже какой-нибудь случайно забытой вещи.
— В…Владислав Константинович… Я… случайно. — заикаясь, пролепетала я.
Отчим выгнул бровь.
— Случайно надела для меня такую красоту? Сомневаюсь. — не сводя с меня глаз, ответил он. — Я давно заметил, как ты на меня смотришь. Твои зрачки расширяются, когда ты видишь меня без футболки.
Судорожно сглотнув, я сделала шажок назад и огляделась в поисках, того, чем можно прикрыться. Но как назло вокруг не было ничего. Ни пледика, ни полотенчика, ни даже какой-нибудь случайно забытой вещи.
— В…Владислав Константинович… Я… случайно. — заикаясь, пролепетала я.
Отчим выгнул бровь.
— Случайно надела для меня такую красоту? Сомневаюсь. — не сводя с меня глаз, ответил он. — Я давно заметил, как ты на меня смотришь. Твои зрачки расширяются, когда ты видишь меня без футболки.
Она искала идеального любовника в бесконечных переписках, отсеивая десятки, пока один незнакомец не заставил её поверить в чудо. Но правда оказалась опаснее и слаще любых фантазий: за экраном прятались двое — братья, одинаково жаждущие её внимания.
— Мой сын слабак. Он ушел, значит, за дом отвечаю я. И за то, что в доме, тоже я.
Свекор провел пальцем по моей щеке.
— Перестаньте, — выдохнула я, дернувшись как от удара. — Это неправильно.
— Неправильно - это когда красивая, пышная баба мучается в одиночестве и заедает свой страх, — парировал он.
Свекор провел пальцем по моей щеке.
— Перестаньте, — выдохнула я, дернувшись как от удара. — Это неправильно.
— Неправильно - это когда красивая, пышная баба мучается в одиночестве и заедает свой страх, — парировал он.
— Ты ведь знаешь, что я не могу остаться. У меня есть дом, работа, люди, которые ждут меня. Это безумие — довериться тени, ветру и обещаниям, которых ты даже не даёшь.
— А ты посмотри на свои руки. Они дрожат. Не от холода. От того, что впервые за много лет ты чувствуешь, что жива. Ты говоришь о доме, но я вижу, как ты смотришь на костёр — как на что-то, что ты искала всю жизнь. Ты боишься не нас. Ты боишься, что этот рассвет окажется сном и ты проснёшься в своей старой клетке.
— Я не знаю, кто вы. Я не знаю, что будет завтра.
— Зато ты знаешь, что чувствуешь сейчас. И это честнее всех планов, что ты строила. Останься — не ради нас. Останься ради той, кем ты становишься, когда смотришь на огонь.
— А ты посмотри на свои руки. Они дрожат. Не от холода. От того, что впервые за много лет ты чувствуешь, что жива. Ты говоришь о доме, но я вижу, как ты смотришь на костёр — как на что-то, что ты искала всю жизнь. Ты боишься не нас. Ты боишься, что этот рассвет окажется сном и ты проснёшься в своей старой клетке.
— Я не знаю, кто вы. Я не знаю, что будет завтра.
— Зато ты знаешь, что чувствуешь сейчас. И это честнее всех планов, что ты строила. Останься — не ради нас. Останься ради той, кем ты становишься, когда смотришь на огонь.
— Ты плачешь. О чём ты думаешь?
— О том, что я не знаю, кто я для вас. Игрушка? Временное увлечение? Вы сказали, что я ваша, но я не чувствую земли под ногами.
— Тогда смотри мне в глаза. Видишь? Там нет ни капли лжи. Ты не игрушка. Ты — воздух, которым мы дышим. Без тебя мы задохнёмся.
— Но я не цыганка. Я чужая. Ваши старейшины правы — я не понимаю ваших законов.
— Законы меняются. Ты меняешь нас. Каждый день, каждую минуту. И мы не хотим возвращаться к тому, кем были до тебя.
— А если я уйду? Если я решу, что так будет лучше?
— Мы не позволим. Не потому, что мы собственники. А потому, что без тебя наша жизнь станет пустой, как выжженная земля. Ты — наш новый табор. Наша надежда. Наш дом.
— Я останусь. Но если вы сделаете мне больно, я не выживу. Я слишком сильно вас люблю.
— Тогда мы будем беречь тебя до последнего вздоха. И даже после.
— О том, что я не знаю, кто я для вас. Игрушка? Временное увлечение? Вы сказали, что я ваша, но я не чувствую земли под ногами.
— Тогда смотри мне в глаза. Видишь? Там нет ни капли лжи. Ты не игрушка. Ты — воздух, которым мы дышим. Без тебя мы задохнёмся.
— Но я не цыганка. Я чужая. Ваши старейшины правы — я не понимаю ваших законов.
— Законы меняются. Ты меняешь нас. Каждый день, каждую минуту. И мы не хотим возвращаться к тому, кем были до тебя.
— А если я уйду? Если я решу, что так будет лучше?
— Мы не позволим. Не потому, что мы собственники. А потому, что без тебя наша жизнь станет пустой, как выжженная земля. Ты — наш новый табор. Наша надежда. Наш дом.
— Я останусь. Но если вы сделаете мне больно, я не выживу. Я слишком сильно вас люблю.
— Тогда мы будем беречь тебя до последнего вздоха. И даже после.
Эта история о том,как ненависть превращается в одержимость ,а боль уступает место свободе.....
Она замужем за мужчиной ,который не хочет её , который унижает и изменят.Но когда мир рушится и Светлана застаёт мужа в постели с другой, она неожиданно находит убежище.......
Она замужем за мужчиной ,который не хочет её , который унижает и изменят.Но когда мир рушится и Светлана застаёт мужа в постели с другой, она неожиданно находит убежище.......
Он перехватил мою ладонь — быстро, хищно, не оставляя времени на отступление, — и поднёс её к своему лицу. Прижал к щеке.
— Мы не можем. Ты понимаешь? Мы не можем.
— Знаю.
— Твой брат меня убьёт.
— Я тебя защищу.
Он усмехнулся и повернул лицо, прижимаясь губами к моей ладони.
— Яна, если ты сейчас не остановишь меня, я не остановлюсь.
— А я не прошу останавливаться.
— Мы не можем. Ты понимаешь? Мы не можем.
— Знаю.
— Твой брат меня убьёт.
— Я тебя защищу.
Он усмехнулся и повернул лицо, прижимаясь губами к моей ладони.
— Яна, если ты сейчас не остановишь меня, я не остановлюсь.
— А я не прошу останавливаться.
– Они пришли ко мне за защитой. Я дала им больше, чем они просили.
Я адвокат. Я знаю правила. Но когда они вошли в мой кабинет, я забыла обо всём. Двое мужчин, от которых веет опасностью. Я была их последним шансом. Я смотрела на них и знала: я пойду за ними на дно.
Они не просили о любви. Они просили о доверии. Но когда их руки коснулись меня, я поняла: это не сделка. Это ловушка. И я уже в ней.
Теперь я должна решить: раскрыть их тайну или стать их тайной. Но чем больше я узнаю, тем меньше хочу убегать.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Я адвокат. Я знаю правила. Но когда они вошли в мой кабинет, я забыла обо всём. Двое мужчин, от которых веет опасностью. Я была их последним шансом. Я смотрела на них и знала: я пойду за ними на дно.
Они не просили о любви. Они просили о доверии. Но когда их руки коснулись меня, я поняла: это не сделка. Это ловушка. И я уже в ней.
Теперь я должна решить: раскрыть их тайну или стать их тайной. Но чем больше я узнаю, тем меньше хочу убегать.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Школьная пора не у всех бывает радужной, у некоторых так, что лучше бы ее забыть навеки. Вот у Лапотевой Маргариты она была именно такой, вот только забыть при всем желании не получится. Потому что был там один персонаж, что навеки вцепился не только в мозг, но и в сердце. Волков, тот еще дебил!
Они уже выросли, и даже не думали, что встретятся, но судьба распорядилась иначе. А Волк совсем не изменился, все еще такой же красивый, накаченный, и такой же дебил. И все точно так же сердечко от него тает.
И чего он так лучезарно лыбится мне? Красуется передо мной? Шуточками намекает на что-то.
Зовет все так же ласково?
Они уже выросли, и даже не думали, что встретятся, но судьба распорядилась иначе. А Волк совсем не изменился, все еще такой же красивый, накаченный, и такой же дебил. И все точно так же сердечко от него тает.
И чего он так лучезарно лыбится мне? Красуется передо мной? Шуточками намекает на что-то.
Зовет все так же ласково?
Я думала, что подписываю договор с тремя блестящими бизнесменами, а подписала себе приговор.
Они сломали меня, превратили в послушную куклу и заставили благодарить за каждую секунду их "заботы".
Я их пленница, и это история о том, как я стала вещью, научилась улыбаться и почти поверила, что это и есть счастье... почти.
Они сломали меня, превратили в послушную куклу и заставили благодарить за каждую секунду их "заботы".
Я их пленница, и это история о том, как я стала вещью, научилась улыбаться и почти поверила, что это и есть счастье... почти.
Выберите полку для книги