Подборка книг по тегу: "подруги"
— Уже десять лет.
Всего три слова — и половина моего брака исчезла.
Любовница мужа пригласила меня к себе домой под видом заказчицы, и показала… детские качели и двух мальчиков.
— Я привык. Заботился. Уважал. Но любовь… — говорил муж тихо, и от этого слова ложились внутри меня как бетонные плиты. — Тебе хотелось верить, что после твоей операции я остался из великого чувства.
Так исчезла и вторая половина.
Измена не случается «за что». Ее просто выбирают снова и снова.
Леонид уверен, что я вернусь на отведенное мне место.
Я была удобной женой. Больше не буду.
Всего три слова — и половина моего брака исчезла.
Любовница мужа пригласила меня к себе домой под видом заказчицы, и показала… детские качели и двух мальчиков.
— Я привык. Заботился. Уважал. Но любовь… — говорил муж тихо, и от этого слова ложились внутри меня как бетонные плиты. — Тебе хотелось верить, что после твоей операции я остался из великого чувства.
Так исчезла и вторая половина.
Измена не случается «за что». Ее просто выбирают снова и снова.
Леонид уверен, что я вернусь на отведенное мне место.
Я была удобной женой. Больше не буду.
— Ты обязан мне помочь с интерьером спальни, — мурлычет из-за двери женский голос, и я узнаю его мгновенно.
Это Алина — моя лучшая подруга.
— Твоя спальня или наша? — голос Виктора звучит интимно, и он смеется в ответ.
Я толкаю дверь.
На кровати — мой муж. Мой муж и моя лучшая подруга. Она лежит на нем, откинув голову назад, и ее волосы каскадом спадают на плечи. Виктор обнимает ее за талию, и выражение его лица — довольное, расслабленное,
— Завтра в одиннадцать в нашем отеле, я уже забронировала номер 314.
— Не могу дождаться. Когда я с тобой, я забываю обо всем.
Я ухожу, продумывая план мести. На субботу назначен светский вечер в честь десятилетия нашей компании, где я намерена поставить любовников на место.
— Дорогие друзья, коллеги, партнеры, — начинаю я. — Я хочу поднять тост за верность и за правду, какой бы неудобной она ни была.
В этот момент свет в зале гаснет.
Я нажимаю кнопку “ПУСК”, и экран над моей головой оживает.
На огромном экране — они в номере 314…
Это Алина — моя лучшая подруга.
— Твоя спальня или наша? — голос Виктора звучит интимно, и он смеется в ответ.
Я толкаю дверь.
На кровати — мой муж. Мой муж и моя лучшая подруга. Она лежит на нем, откинув голову назад, и ее волосы каскадом спадают на плечи. Виктор обнимает ее за талию, и выражение его лица — довольное, расслабленное,
— Завтра в одиннадцать в нашем отеле, я уже забронировала номер 314.
— Не могу дождаться. Когда я с тобой, я забываю обо всем.
Я ухожу, продумывая план мести. На субботу назначен светский вечер в честь десятилетия нашей компании, где я намерена поставить любовников на место.
— Дорогие друзья, коллеги, партнеры, — начинаю я. — Я хочу поднять тост за верность и за правду, какой бы неудобной она ни была.
В этот момент свет в зале гаснет.
Я нажимаю кнопку “ПУСК”, и экран над моей головой оживает.
На огромном экране — они в номере 314…
— Павел Андреевич уже заселился. Вместе с супругой.
Я смотрю на девушку за стойкой.
— Тогда у вас проблема. Супруга Павла Андреевича стоит перед вами.
Двадцать семь лет брака. Взрослый сын. Общий дом. Муж — бывший врач, теперь депутат, которому я доверяла больше, чем себе.
И одна поездка в санаторий, после которой выясняется: у Павла есть другая женщина.
Но измена оказывается не единственной тайной. Моя мать заложила квартиру, брат влез в долги, а Павел знал обо всём и молчал.
Теперь я должна решить, можно ли остаться с мужчиной, которого всё ещё любишь, если больше не знаешь, чему в его словах верить.
Я смотрю на девушку за стойкой.
— Тогда у вас проблема. Супруга Павла Андреевича стоит перед вами.
Двадцать семь лет брака. Взрослый сын. Общий дом. Муж — бывший врач, теперь депутат, которому я доверяла больше, чем себе.
И одна поездка в санаторий, после которой выясняется: у Павла есть другая женщина.
Но измена оказывается не единственной тайной. Моя мать заложила квартиру, брат влез в долги, а Павел знал обо всём и молчал.
Теперь я должна решить, можно ли остаться с мужчиной, которого всё ещё любишь, если больше не знаешь, чему в его словах верить.
– Дамы и господа, – голос ведущего мягкий, – сейчас мы увидим историю любви этой замечательной пары.
Я делаю шаг ближе к экрану. Дети рядом. Андрей кладет ладонь мне на спину. На экране – черный фон. Секунда. Другая. Я жду нашу первую фотографию. Море, где мы молоды, соль на коже, ветер в волосах.
Вместо этого вспыхивает чужая комната. Бежевые стены, белое белье. Андрей. Его профиль. Его смех. И женщина. Темные волосы, родинка у ключицы. Кира.
В зале кто-то ахает. Кто-то смеется коротко и глупо. Я слышу только, как младший шепчет:
– Мама… это фильм? Кто это?
Старшая вцепляется в мою руку так, что больно. Я не отдергиваю. Пусть держит.
– Нет, Вова. Это не фильм. Это наш папа. И тетя Кира.
Я делаю шаг ближе к экрану. Дети рядом. Андрей кладет ладонь мне на спину. На экране – черный фон. Секунда. Другая. Я жду нашу первую фотографию. Море, где мы молоды, соль на коже, ветер в волосах.
Вместо этого вспыхивает чужая комната. Бежевые стены, белое белье. Андрей. Его профиль. Его смех. И женщина. Темные волосы, родинка у ключицы. Кира.
В зале кто-то ахает. Кто-то смеется коротко и глупо. Я слышу только, как младший шепчет:
– Мама… это фильм? Кто это?
Старшая вцепляется в мою руку так, что больно. Я не отдергиваю. Пусть держит.
– Нет, Вова. Это не фильм. Это наш папа. И тетя Кира.
БЕСПЛАТНО
— Вы муж Жанны Курбатовой? — спрашивает медсестра.
— Да, — отвечает мой муж.
А я стою в трёх шагах и понимаю, что пациентка, которую только что привезли в кардиологию, — его любовница.
Восемь месяцев измены быстро превращаются в одиннадцать. Потом выясняется, что Артём собирался уйти после поступления нашего сына. А ещё из семейных накоплений исчезли восемьсот шестьдесят тысяч.
Казалось бы, хуже уже некуда.
Но именно сейчас серьёзно заболевает отец, одна из моих пациенток оказывается на грани, а мужчина, которого я привыкла считать своим на всю жизнь, вдруг становится совершенно чужим.
Мне сорок два. Я кардиолог и прекрасно знаю, как спасают больное сердце.
Жаль, никто не объяснил, что делать со своим.
— Вы муж Жанны Курбатовой? — спрашивает медсестра.
— Да, — отвечает мой муж.
А я стою в трёх шагах и понимаю, что пациентка, которую только что привезли в кардиологию, — его любовница.
Восемь месяцев измены быстро превращаются в одиннадцать. Потом выясняется, что Артём собирался уйти после поступления нашего сына. А ещё из семейных накоплений исчезли восемьсот шестьдесят тысяч.
Казалось бы, хуже уже некуда.
Но именно сейчас серьёзно заболевает отец, одна из моих пациенток оказывается на грани, а мужчина, которого я привыкла считать своим на всю жизнь, вдруг становится совершенно чужим.
Мне сорок два. Я кардиолог и прекрасно знаю, как спасают больное сердце.
Жаль, никто не объяснил, что делать со своим.
— Спроси Матвея, почему вчера он был у меня до полуночи. И не верь, если скажет, что мы говорили только о Соне.
Сообщение приходит от женщины, которую мой муж скрывал от меня пятнадцать лет.
Влада — биологическая мать нашей шестнадцатилетней дочери.
Когда-то у неё был роман с Матвеем. Когда родилась Соня, он даже не был уверен, что ребёнок не его.
Я узнаю об этом только сейчас.
Но старая тайна оказывается не самой страшной.
Пока Матвей объясняет свои встречи заботой о дочери, Влада знает совсем другую правду о последних двух месяцах.
И на этот раз прошлым прикрыться уже не получится.
Потому что семейная тайна моего мужа давно перестала быть только прошлым.
Сообщение приходит от женщины, которую мой муж скрывал от меня пятнадцать лет.
Влада — биологическая мать нашей шестнадцатилетней дочери.
Когда-то у неё был роман с Матвеем. Когда родилась Соня, он даже не был уверен, что ребёнок не его.
Я узнаю об этом только сейчас.
Но старая тайна оказывается не самой страшной.
Пока Матвей объясняет свои встречи заботой о дочери, Влада знает совсем другую правду о последних двух месяцах.
И на этот раз прошлым прикрыться уже не получится.
Потому что семейная тайна моего мужа давно перестала быть только прошлым.
Я люблю свою жену.
Только почему-то это не помешало мне сделать ей больно так, как врагу не пожелаешь.
Машина послушно несла меня домой, а в голове вертелась одна мысль: я смогу все исправить. Смогу. Должен.
***
Я представляла лицо Егора, его руки на моем животе, его голос: «Катюш, у нас получилось».
Но дверь в его кабинет была приоткрыта.
— Жека? — выдохнула я.
Моя лучшая подруга дернулась и повернулась ко мне, не успев даже сомкнуть свои влажные губы.. А муж судорожно застегивал ремень.
Снимок УЗИ жег ладонь.
Нет. Не сейчас. Не им. Не сюда.
Я ушла оттуда, не сказав ему главного.
А через несколько минут очнулась на асфальте и увидела Егора рядом.
— Я здесь, родная.
Я коснулась его лица и прошептала:
— Когда ты сбрил бороду?
Он побледнел.
Потому что бороду он сбрил месяц назад.
А я этого не помнила.
Теперь мой муж снова мог стать для меня любимым.
Только правда все равно стояла рядом. И ждала своего часа.
Только почему-то это не помешало мне сделать ей больно так, как врагу не пожелаешь.
Машина послушно несла меня домой, а в голове вертелась одна мысль: я смогу все исправить. Смогу. Должен.
***
Я представляла лицо Егора, его руки на моем животе, его голос: «Катюш, у нас получилось».
Но дверь в его кабинет была приоткрыта.
— Жека? — выдохнула я.
Моя лучшая подруга дернулась и повернулась ко мне, не успев даже сомкнуть свои влажные губы.. А муж судорожно застегивал ремень.
Снимок УЗИ жег ладонь.
Нет. Не сейчас. Не им. Не сюда.
Я ушла оттуда, не сказав ему главного.
А через несколько минут очнулась на асфальте и увидела Егора рядом.
— Я здесь, родная.
Я коснулась его лица и прошептала:
— Когда ты сбрил бороду?
Он побледнел.
Потому что бороду он сбрил месяц назад.
А я этого не помнила.
Теперь мой муж снова мог стать для меня любимым.
Только правда все равно стояла рядом. И ждала своего часа.
Я заглядываю в окно собственного дома и вижу там…
Своего мужа со своей лучшей подругой.
На краю кровати, спиной ко мне, сидит Кристина. На ней шелковый халат, который она просила «поносить» и не вернула. В комнату входит мой муж Андрей в расстегнутой рубашке.
Он ставит блюдо на кровать, наклоняется к ней и целует — медленно, глубоко, собственнически.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать.
Проходит месяц. Банкетный зал. Двести гостей. Андрей на сцене произносит речь, а позади него на огромном экране вдруг появляются те самые фотографии — их спальня, алые простыни, ее распахнутый халат.
— Это какая-то ошибка! Выключите это! Техническая служба! — кричит он в микрофон, и его голос, всегда такой уверенный, звучит жалко и растерянно.
А я сижу за центральным столом в красном платье и смотрю ему прямо в глаза. Холодно и спокойно. Без единой слезинки.
Ну что, дорогой? Измена с моей подругой была сладкой?
🌹 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
Своего мужа со своей лучшей подругой.
На краю кровати, спиной ко мне, сидит Кристина. На ней шелковый халат, который она просила «поносить» и не вернула. В комнату входит мой муж Андрей в расстегнутой рубашке.
Он ставит блюдо на кровать, наклоняется к ней и целует — медленно, глубоко, собственнически.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать.
Проходит месяц. Банкетный зал. Двести гостей. Андрей на сцене произносит речь, а позади него на огромном экране вдруг появляются те самые фотографии — их спальня, алые простыни, ее распахнутый халат.
— Это какая-то ошибка! Выключите это! Техническая служба! — кричит он в микрофон, и его голос, всегда такой уверенный, звучит жалко и растерянно.
А я сижу за центральным столом в красном платье и смотрю ему прямо в глаза. Холодно и спокойно. Без единой слезинки.
Ну что, дорогой? Измена с моей подругой была сладкой?
🌹 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
Я сделала все, чтобы он уехал и возненавидел меня. Думала, что поступаю правильно, когда лгала ему и вычёркивала из своей жизни. Я хотела спасти его будущее, а в итоге разрушила наше общее.
Полгода я училась жить без него, бережно храня один секрет. Ведь я искренне верила, что наша история закончена.
Но однажды он вернулся.
Возмужавший, жесткий, решительный. Он больше не тот мальчик, которого легко можно прогнать. Он не отступит, пока не заберет свое.
И теперь мне придется ответить за всю свою ложь.
Полгода я училась жить без него, бережно храня один секрет. Ведь я искренне верила, что наша история закончена.
Но однажды он вернулся.
Возмужавший, жесткий, решительный. Он больше не тот мальчик, которого легко можно прогнать. Он не отступит, пока не заберет свое.
И теперь мне придется ответить за всю свою ложь.
Мой муж заправил чужой женщине прядь за ухо.
Вот и всё. Вот с этого у меня всё началось.
Я стояла в трёх шагах от них, за стеклянной перегородкой, и держала в руке салфетку. Я её зачем-то унесла со своего стола. Так и стояла, как дура, будто собиралась кому-то вытереть рот.
Он сидел вполоборота, рукава закатаны до локтя. Он так делает, когда ему хорошо.
Она что-то говорила и наклонилась к нему через угол стола. Прядь у неё выпала из-за уха и легла на щёку.
Он поднял руку.
Вот на это я и смотрела.
А потом она подняла голову и посмотрела прямо на меня.
Я ждала, что она дёрнется. Отвернётся. Уронит вилку. Ну хоть что-нибудь из того, что делают женщины, которых поймали.
Она смотрела на меня через стекло спокойно и чуть склонив голову. Так смотрят в окно на улицу, по которой ходят каждый день.
И улыбнулась.....
Вот и всё. Вот с этого у меня всё началось.
Я стояла в трёх шагах от них, за стеклянной перегородкой, и держала в руке салфетку. Я её зачем-то унесла со своего стола. Так и стояла, как дура, будто собиралась кому-то вытереть рот.
Он сидел вполоборота, рукава закатаны до локтя. Он так делает, когда ему хорошо.
Она что-то говорила и наклонилась к нему через угол стола. Прядь у неё выпала из-за уха и легла на щёку.
Он поднял руку.
Вот на это я и смотрела.
А потом она подняла голову и посмотрела прямо на меня.
Я ждала, что она дёрнется. Отвернётся. Уронит вилку. Ну хоть что-нибудь из того, что делают женщины, которых поймали.
Она смотрела на меня через стекло спокойно и чуть склонив голову. Так смотрят в окно на улицу, по которой ходят каждый день.
И улыбнулась.....
Выберите полку для книги