Подборка книг по тегу: "подруги"

— Ты обязан мне помочь с интерьером спальни, — мурлычет из-за двери женский голос, и я узнаю его мгновенно.
Это Алина — моя лучшая подруга.
— Твоя спальня или наша? — голос Виктора звучит интимно, и он смеется в ответ.
Я толкаю дверь.
На кровати — мой муж. Мой муж и моя лучшая подруга. Она лежит на нем, откинув голову назад, и ее волосы каскадом спадают на плечи. Виктор обнимает ее за талию, и выражение его лица — довольное, расслабленное,
— Завтра в одиннадцать в нашем отеле, я уже забронировала номер 314.
— Не могу дождаться. Когда я с тобой, я забываю обо всем.
Я ухожу, продумывая план мести. На субботу назначен светский вечер в честь десятилетия нашей компании, где я намерена поставить любовников на место.
— Дорогие друзья, коллеги, партнеры, — начинаю я. — Я хочу поднять тост за верность и за правду, какой бы неудобной она ни была.
В этот момент свет в зале гаснет.
Я нажимаю кнопку “ПУСК”, и экран над моей головой оживает.
На огромном экране — они в номере 314…

Мой муж заправил чужой женщине прядь за ухо.
Вот и всё. Вот с этого у меня всё началось.
Я стояла в трёх шагах от них, за стеклянной перегородкой, и держала в руке салфетку. Я её зачем-то унесла со своего стола. Так и стояла, как дура, будто собиралась кому-то вытереть рот.

Он сидел вполоборота, рукава закатаны до локтя. Он так делает, когда ему хорошо.
Она что-то говорила и наклонилась к нему через угол стола. Прядь у неё выпала из-за уха и легла на щёку.
Он поднял руку.
Вот на это я и смотрела.
А потом она подняла голову и посмотрела прямо на меня.

Я ждала, что она дёрнется. Отвернётся. Уронит вилку. Ну хоть что-нибудь из того, что делают женщины, которых поймали.

Она смотрела на меня через стекло спокойно и чуть склонив голову. Так смотрят в окно на улицу, по которой ходят каждый день.

И улыбнулась.....

— Скажи мне, Равиль, чьё это УЗИ? – протянула бумажку мужу.
— Зачем ты роешься в моих карманах? — спокойно спросил он, — это наше.
— Нет, — почти выкрикнула я, — там дата в день, когда я ЭКО делала, это не может быть наше…
Муж зло хмыкнул.
Мне пока не верилось, но муж молчал, тем самым подтверждая своё предательство...

Мой муж умер, а какие-то бандиты требуют с меня денег. В его портфеле я нашла бумаги об открытии фирмы в Сингапуре на мое имя и кучу непонятных счетов.
Что мне со всем этим делать, я понятия не имею. И миллионов этих, которые с меня требуют, мне взять неоткуда…

— Надеюсь, для своих у вас предусмотрены скидки? Я — любимая женщина вашего мужа, и мы с ним скоро станем родителями.
Отрицание — плотное, почти разумное.
Сергей не мог.
Мы когда-то обсуждали такое. Измена. Двойная жизнь. Муж сказал, что самое низкое — не уйти, а врать. Что, если разлюбил, имей смелость сказать.
Я тогда еще подумала: мне повезло.
Позвонила мужу.
— В магазин пришла…
— Злата, — громко подсказала она.
Сергей молчал.
И это молчание сделало то, чего не смогли сделать ее слова. Оно сняло с меня последнюю слабую надежду.
— Мась, я собирался сказать тебе… Только ты пока не делай выводов, ладно? Мы сядем, спокойно поговорим…
— О чем? — спросила я. — Выберем вместе имя или что? Наш сын все это слышал и помчался к тебе. Это единственное, что сейчас важно.
— Погоди… Как раз рабочий звонит. Не отключайся.
— Сергей…
— Это точно он?.. — голос мужа стал резким. — Где?.. — спросил он уже глухо.
А от его следующего вопроса перед моими глазами все смешалось в бледное пятно

Я люблю свою жену.
Только почему-то это не помешало мне сделать ей больно так, как врагу не пожелаешь.
Машина послушно несла меня домой, а в голове вертелась одна мысль: я смогу все исправить. Смогу. Должен.
***
Я представляла лицо Егора, его руки на моем животе, его голос: «Катюш, у нас получилось».
Но дверь в его кабинет была приоткрыта.
— Жека? — выдохнула я.
Моя лучшая подруга дернулась и повернулась ко мне, не успев даже сомкнуть свои влажные губы.. А муж судорожно застегивал ремень.
Снимок УЗИ жег ладонь.
Нет. Не сейчас. Не им. Не сюда.
Я ушла оттуда, не сказав ему главного.
А через несколько минут очнулась на асфальте и увидела Егора рядом.
— Я здесь, родная.
Я коснулась его лица и прошептала:
— Когда ты сбрил бороду?
Он побледнел.
Потому что бороду он сбрил месяц назад.
А я этого не помнила.
Теперь мой муж снова мог стать для меня любимым.
Только правда все равно стояла рядом. И ждала своего часа.

Однажды, вернувшись домой больной и разбитой в надежде на заботу, Ксюша становится свидетельницей кошмара, в который не может поверить. В собственной спальне, на своих простынях — ее муж Артем и ее лучшая подруга Светка. В один миг рушится всё: любовь, дружба, вера в людей. Предательство, пришедшее с двух сторон сразу, оставляет после себя лишь ледяную пустоту и невыносимую боль.

Куда идти, когда дом стал чужой территорией? Кому верить, когда самые близкие люди наносят удар в спину? Этот роман — история о том, как найти в себе силы подняться с колен, когда кажется, что жизнь кончена. О том, что даже самая глубокая рана может стать началом новой, настоящей жизни.

— Я тебя давно не люблю, Лена. — Он говорил спокойно, будто обсуждал погоду. — Наверное, уже лет десять. Просто привык. Жили по инерции. А с Ирой... с ней все по-другому. Она живая. Она интересная. Она моложе, в конце концов.
— Моложе? — я рассмеялась. Сквозь слезы, сквозь боль. — На два года, Сережа. Ира моложе меня на два года.
— На два года, но я чувствую себя на двадцать, — встряла Ирина. — А ты, Лен, уже как старуха стала в свои сорок пять. Только и знаешь, что ныть. Вечно у тебя что-то болит.
— С тобой же скучно. С тобой жить — это доживать. — продолжил Сергей.
Я смотрела на нее и на него. На свою подругу и своего мужа. И это был как сон. Ужасный, страшный сон. И мне так хотелось проснуться и чтобы этого ничего не было.

-Да-а-а, на удивление, смотримся мы действительно классно, но этот звук латекса об кожу меня бесит. - морщится подруга, ёрзая.
-А я говорила, смазать надо, ты же когда колени скрипят, их фастумом мажешь, вот здесь та же схема. - ржу в открытую.  
-Знаешь, Нат, если сегодня с кем-нибудь познакомишься, прикинься немой, тогда есть все шансы быть удовлетворённой. - закатывает глаза Алёнка, цокая языком. - Давай лучше врубай музыку!  
Включаю флешку, в плейлисте появляются Кадышева, Сектор Газ, Мия Бойко и Ваня Дмытриенко. Что сказать, возраст! Видимо, мы совсем отвлекаемся, погрузившись в звёздный миг нашего исполнения, потому что минуту назад мы ехали по дороге, а сейчас машина летит в кювет навстречу столбу и создателю.  
-Конец! - Последнее, что я слышу перед тем, как отключиться.  
-Таш, где мы? - озираясь по сторонам, спрашивает Алёна.  
-Мы в аду, детка...  
Собираясь на вечеринку в честь Хэллоуина, меньше всего мы с подругой рассчитывали попасть на эксклюзивную экскурсию в ад

Каким мерилом мерить дружбу? А счастье? А любовь? А по какой шкале оценивать предательство и горе?
В юности мы почти все максималисты — рубануть с плеча, вычеркнуть из жизни. Кажется, что жизнь не оставляет выбора. Или выбор всё же есть, просто мы не научились его видеть, не научились мудрости? А есть ли люди, у которых «ген мудрости» с рождения заложен? Если и есть, то их ничтожно мало, иначе мир бы оказался скучным, а всё в нём предсказуемо и однородно.
*****
Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась. И я была не рада своим чувствам, не знала, что мне с ними делать, как справляться.
Лика догнала меня на середине улицы. Запыхавшаяся, подхватила меня под руку, и мы с ней пошли ещё медленнее.
— Почему не дождалась? — после долгой паузы начала она.
— Решила, что ты останешься. Липов был настроен тебя уговорить.
— Фи… и нафига он мне? Я отказалась. Он, кстати, там уже со своей одноклассницей вовсю… Айгуль пасёт его, как собственного мужа. Проворонишь, Танька, ты свою любовь.