Читать и слушать книги
В день развода герцог-дракон отдал мне то, что считал бесполезным: полуразрушенный приют, огромные долги и право начать жизнь заново. Только в пустом доме меня встретили трое детей — с его глазами, его драконьим даром и именами, вычеркнутыми из королевского реестра.
Их отец подписал отказ. Его тётя сделала всё, чтобы наследников никто не нашёл. А старый Дом Семи Окон оказался единственным свидетелем преступления — он помнит тех, кого забыли люди.
Я восстановлю приют и верну детям имена. Даже если бывший муж потребует их обратно, а королевский хранитель печатей Таэрн Меррай приедет закрыть наш дом. Вот только почему именно он первым поверил мне — и почему рядом с ним я снова начинаю верить, что семья может быть не той, в которую тебя вписали, а той, которую ты выбрала сама?
Их отец подписал отказ. Его тётя сделала всё, чтобы наследников никто не нашёл. А старый Дом Семи Окон оказался единственным свидетелем преступления — он помнит тех, кого забыли люди.
Я восстановлю приют и верну детям имена. Даже если бывший муж потребует их обратно, а королевский хранитель печатей Таэрн Меррай приедет закрыть наш дом. Вот только почему именно он первым поверил мне — и почему рядом с ним я снова начинаю верить, что семья может быть не той, в которую тебя вписали, а той, которую ты выбрала сама?
Изадора Валериос, дочь разорившегося левантийского торговца, оказывается в самом сердце пустыни не как гостья, а как живой залог за долги отца. Ее покупатель — шейх Малик аз-Заман, правитель, чье имя внушает трепет, но чье королевство раздираемо внутренними распрями и угрозой колонизации. В золоченой клетке цитадели Каср-аш-Шамс Изадора обнаруживает, что она — не просто игрушка, а пешка в опасной политической партии.
— Вы знаете, почему вы здесь, Изадора Валериос? — Его голос был низким, с легкой хрипотцой, которая, казалось, вибрировала в самом воздухе.
— Потому что мой отец — азартный игрок и плохой делец, а вы — человек, который не прощает долгов, — ответила она, делая шаг вперед.
Мужчина медленно обернулся.
— Вы знаете, почему вы здесь, Изадора Валериос? — Его голос был низким, с легкой хрипотцой, которая, казалось, вибрировала в самом воздухе.
— Потому что мой отец — азартный игрок и плохой делец, а вы — человек, который не прощает долгов, — ответила она, делая шаг вперед.
Мужчина медленно обернулся.
Она потеряла всё. Даже себя.
Разрушенный храм. Кровь на виске. Пять камней в защитном круге — красный, синий, белый, зелёный, чёрный. И чувство, что она должна идти. Туда, где от неё зависит слишком многое.
Ты не узнаешь названия романа — я узнаю его вместе с тобой в финале.
Ты не увидишь обложку — она появится, когда история сама попросит лицо.
Аннотация родится только в конце, когда мы вместе пройдём этот путь.
Это история без карты.
Роман, которого нет.
Эксперимент, в котором автор идёт вслепую вместе с читателем.
Если тебе страшно и интересно — ты по адресу.
Добро пожаловать в мой эксперимент.
Разрушенный храм. Кровь на виске. Пять камней в защитном круге — красный, синий, белый, зелёный, чёрный. И чувство, что она должна идти. Туда, где от неё зависит слишком многое.
Ты не узнаешь названия романа — я узнаю его вместе с тобой в финале.
Ты не увидишь обложку — она появится, когда история сама попросит лицо.
Аннотация родится только в конце, когда мы вместе пройдём этот путь.
Это история без карты.
Роман, которого нет.
Эксперимент, в котором автор идёт вслепую вместе с читателем.
Если тебе страшно и интересно — ты по адресу.
Добро пожаловать в мой эксперимент.
Она приехала вернуть драконам огонь. Их командор приказал оставить его погасшим.
В военном госпитале Айрену Лоэр ждут двадцать восемь бойцов Пепельного легиона, утративших внутреннее пламя, чувства и способность принимать драконий облик. Айрена уверена, что сможет им помочь, пока не узнаёт цену восстановления: любой дракон, вновь обретший боевую силу, будет немедленно отправлен на восточный рубеж.
Командор Дрейван Корр готов погаснуть вместе со своими людьми, лишь бы корона не превратила их в оружие снова. Айрена не собирается подчиняться ни его запретам, ни приказам военной комиссии.
У них всего семь дней, чтобы совершить невозможное: вернуть драконам тепло, чувства и небо, сохранив за ними право выбирать собственную судьбу.
Но чем ближе Айрена подбирается к тайне погасшего пламени, тем опаснее становится её связь с Дрейваном. Магия способна соединить их источники. Однако любовь должна остаться свободным выбором.
В военном госпитале Айрену Лоэр ждут двадцать восемь бойцов Пепельного легиона, утративших внутреннее пламя, чувства и способность принимать драконий облик. Айрена уверена, что сможет им помочь, пока не узнаёт цену восстановления: любой дракон, вновь обретший боевую силу, будет немедленно отправлен на восточный рубеж.
Командор Дрейван Корр готов погаснуть вместе со своими людьми, лишь бы корона не превратила их в оружие снова. Айрена не собирается подчиняться ни его запретам, ни приказам военной комиссии.
У них всего семь дней, чтобы совершить невозможное: вернуть драконам тепло, чувства и небо, сохранив за ними право выбирать собственную судьбу.
Но чем ближе Айрена подбирается к тайне погасшего пламени, тем опаснее становится её связь с Дрейваном. Магия способна соединить их источники. Однако любовь должна остаться свободным выбором.
Жизнь Анны была совершенно нормальной, пока однажды не случилась авария, которая разделила жизнь на до и после. Старший брат Алексей навсегда остался прикованным к постели, а она сама получила страшное напоминание об этом дне в виде огромного шрама на спине и жизнь в форме прислуги для богатых господ.
Из памяти исчез целый год, а каждую ночь начали посещать видения ,её прошлой жизни. Но в них она не могла увидеть главного, кто был за рулём другой машины, и кто так отчаянно звал её по имени?
И почему странные видения рядом с загадочным хозяином особняка в котором она работает становятся все ярче?
Из памяти исчез целый год, а каждую ночь начали посещать видения ,её прошлой жизни. Но в них она не могла увидеть главного, кто был за рулём другой машины, и кто так отчаянно звал её по имени?
И почему странные видения рядом с загадочным хозяином особняка в котором она работает становятся все ярче?
Дверь в спальню была приоткрыта. Милена просто коснулась её ладонью, и дверь отошла.
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
Три недели засухи превратили землю в камень, а людей — в зверей. В деревне верят: небеса заперты, пока в селе живут «вековухи» — старые девы, чья кровь застоялась. Чтобы пошел дождь, нужен обряд.
В ночь полнолуния костры гаснут, и начинается охота. Законы брака и чести мертвы: мужчины сбиваются в стаи, чтобы догнать и «очистить» тех, кто не познал мужа. Варвара — «черничка» с тайным прошлым, и на неё уже открыл сезон Ярило. Он жаждет мести и позора, но Варя знает: в лесу есть тот, кого боятся даже охотники.
В ночь полнолуния костры гаснут, и начинается охота. Законы брака и чести мертвы: мужчины сбиваются в стаи, чтобы догнать и «очистить» тех, кто не познал мужа. Варвара — «черничка» с тайным прошлым, и на неё уже открыл сезон Ярило. Он жаждет мести и позора, но Варя знает: в лесу есть тот, кого боятся даже охотники.
Моя жизнь на Земле оборвалась, а теперь я переродилась в новом теле и в новом мире. Вот только с самого начала попала в неприятности. Мой муж нашел себе любовницу и выгнал меня из дома. Оказавшись на улице, я случайно попала к слепому генералу драконов, который взял меня к себе сиделкой. Он грубый и упрямый, но со мной его характер меняется. Теперь, имея крышу над головой и работу, я хочу забрать свою дочь из рук уже бывшего мужа! Вот только так просто мне ее никто не собирается отдавать! А могу ли я просить помощи у генерала драконов? И что же нас на самом деле связывает? Его… изъян?
Меня убили — те, кого я защищала всю жизнь.
Я вернулась.
С пятью годами форы, холодной головой и знанием их будущего.
И теперь играю в их игру лучше, чем они.
В доме, где кровь — валюта, а любовь — слабость, я больше не жертвенный ягнёнок.
Пусть мать верит, что я сломлена.
Пусть брат празднует свои победы.
Они даже не заметят, как сами подпишут себе приговор.
А я просто займусь тем, что умею лучше всего теперь — держать дистанцию, считать ходы... и позволять их собственным решениям разрушить всё, что они так яростно защищали.
Я вернулась.
С пятью годами форы, холодной головой и знанием их будущего.
И теперь играю в их игру лучше, чем они.
В доме, где кровь — валюта, а любовь — слабость, я больше не жертвенный ягнёнок.
Пусть мать верит, что я сломлена.
Пусть брат празднует свои победы.
Они даже не заметят, как сами подпишут себе приговор.
А я просто займусь тем, что умею лучше всего теперь — держать дистанцию, считать ходы... и позволять их собственным решениям разрушить всё, что они так яростно защищали.
Сначала он едва не сбил меня на машине, а теперь просит притвориться его девушкой. И не просто притвориться, а ещё и с мамой познакомиться. Что он о себе возомнил?!
Выберите полку для книги