Читать и слушать книги

Он появился на десятый день.
Ариана сидела на полу у окна. Рисовала пальцем по пыли. Узоры. Цветы. Всё, что помнила из садов дома. Дверь открылась. Она не подняла головы.
— Еда на столе, — сказала она. Голос ровный. Усталый.
— Я не служанка.
Голос мужской. Низкий. Тихий. Ариана подняла голову.
У двери стоял мужчина. Высокий. В чёрной форме стражника. Но не такой, как остальные. Те были в доспехах, с мечами. Этот — в простой чёрной куртке. Без оружия. Тёмные волосы падали на лоб. Глаза тёмные, почти чёрные. Лицо резкое. Скулы острые. На щеке — тонкий шрам.
Он смотрел на неё. Не как стражник. Не как слуга. Как человек, который видит.
— Кто вы? — спросила Ариана.
— Кассиан. Ваш страж. Назначен лично.
— Равеном?
— Да.
— Тогда зачем вы здесь? Чтобы следить?
Кассиан молчал. Смотрел на неё. Потом сказал:
— Чтобы вы были живы.
Он поставил на стол поднос. Не золотой. Деревянный. Простой. Хлеб. Сыр. Вода. Не вино. Не мясо в золотой sauce. Простая еда.
— Вы не ели три дня, — сказал

Но у всякого безумия есть предел прочности.
Конец года. Снега намело так высоко, что дом оказался полностью отрезан от внешнего мира. Марк уехал в город на два дня по делам — впервые за последние три месяца.
Ева осталась одна.
Первые часы она чувствовала эйфорию от тишины. Она ходила по пустым комнатам, пила вино, смотрела на огонь в камине. Но к вечеру тишина начала давить. Она стала звенеть в ушах. Ева поняла с ужасающей ясностью: она не умеет быть одна. Её мозг, отвыкший от самостоятельной работы, от принятия решений, начал паниковать.
Она нашла в его кабинете старый блокнот. Открыла его. Там были чертежи. Но не домов. Это были чертежи её.
Марк рисовал её. Её профиль, её руки, изгиб её спины. Но вокруг этих рисунков он пририсовывал шестерёнки, пружины, механизмы. Он буквально проектировал её как механизм, который должен идеально вписаться в его жизнь. На одной из страниц была надпись, сделанная его острым, чётким почерком: "Сломать её волю. Переплавить. Сделать своей."

Влюбленный принц фейри похитил меня прямо из-под венца, чтобы я не вышла замуж за нелюбимого. Он не жалеет о содеянном, как не жалею и я, тая от страсти в его руках. Я уверена, вместе мы преодолеем все. Даже ненависть его брата, мысли о котором лишают меня покоя...

– Ты дрожишь, – замечает незнакомец.
– Мне холодно.
– Нет. – Он качает головой. – Это не холод.
Он прав. Я дрожу не от холода, а от того, как он смотрит на меня. От того, как его пальцы скользят по моей щеке вниз, к шее, к ключицам и ниже, туда, где бешено бьется мое сердце.
– Я не знаю даже твоего имени, – выдыхаю я.
– Эйдан, – произносит он. – Принц Двора Теней. И с этой ночи – навеки твой.

Меня зовут Фрейя. Так нарёк меня муж — северный ярл Рагнар, тот самый, что когда-то назвал меня коровой, а теперь не может уснуть, если меня нет рядом. Восемь лет я была счастлива. Дом, дети, его дыхание по ночам. Но север не отпускает. Старый друг приносит весть: их родной фьорд захвачен. Тот, кто захватил наш север, обещает сделать со мной такое, о чём я не хочу думать. Но я не та женщина, что будет ждать и молиться. Я пойду с мужем. По горным тропам, через шторм, к фьордам, которые когда-то были моим кошмаром. Теперь они станут моей битвой. Потому что я — жена ярла. И я никому не отдам ни его, ни детей, ни нашу жизнь.

Они расстались десять лет назад, разорвав друг друга на части предательством. Он строит ледяные небоскрёбы из стекла. Она лепит хаос из глины и дерева. Судьба сталкивает их в заброшенной обсерватории на краю обрыва — в ночь шторма, когда гаснет свет и исчезает время. Внутри — старая модель Солнечной системы, запах дыма и ванили, который он не может забыть, и вопрос, на который у него нет ответа. Между ними — десять лет молчания, километры бетона и глины, ненависть, которая пахнет желанием. Но когда герой поджигает камин обрывком старой газеты, он видит свою фотографию с сегодняшней датой и надписью «Пропал без вести». Теперь это не просто ночь страсти. Это ловушка вне времени.

Она — императрица самой могущественной страны на юге континента.
Он — поверженный король фейри, ее военный трофей.
Придворные шепчутся: в день, когда пленник снимет с себя чары ее слов, дворец воспылает в огне.
А пока пылает лишь императорский гарем, который с появлением фейри не допускается до покоев императрицы.

Теги:

👸🏻👑Мир, которым правят женщины.
❤️‍🔥жгучая страсть между бывшими врагами.
🍒 Мужской гарем — базовый минимум любой аристократки.
🍓Чувственная эротика
🪶Авторский мир

Настя — тридцатилетняя мать двоих детей, разведённая, уставшая и уверенная, что её жизнь закончилась вместе с браком. Она не ищет любви — только тишину и стабильность. Максим — успешный бизнесмен, тоже разведённый, циничный, считающий брак провальным контрактом. Случайная встреча в дождливом кафе разбивает их броню вдребезги. Между ними вспыхивает страсть — острая, исцеляющая, пугающая. Но за мимолётным флиртом следует борьба: её бывший муж манипулирует детьми, его бизнес рушится, а собственные страхи грозят разрушить всё. Смогут ли они переступить через прошлое, чтобы построить будущее? И станет ли их любовь той тихой гаванью, о которой они не смели мечтать? Острый, эмоциональный и эротичный роман о том, что настоящая любовь приходит не тогда, когда готов, а когда отчаянно нужен второй шанс.

Четыре года напротив нее висит «Неизвестная в сером» кисти Ланского, 1913 год. После этого портрета великий художник не написал больше ни одной женщины – и сто лет никто не знает, кто она.

В тот четверг, прощаясь с картиной перед закрытием, Ася вдруг чувствует: женщина в раме смотрит на нее в ответ.
Пол качнулся.

Она очнулась в 1912 году – в чужом молодом теле, в чужом городе, с чужой тайной под половицей, за которую в этом веке дают каторгу. Теперь она компаньонка при грозной старухе, мебель, которая умеет читать вслух. Мебель, которую нельзя разглядывать.

А потом в дом входит художник. Тот самый. И раздергивает шторы, которых не трогали тридцать лет.
Она знает про него все: что он напишет ее, что после нее не напишет никого. Он не знает про нее ничего – кроме того, что видит его страшный, все понимающий глаз. И этого оказывается больше, чем все ее тайны.

Они гуляли по летнему саду. Вечер был тёплым, воздух наполнен ароматом цветов и свежей зелени. Елисей взял её за руку, его ладонь полностью укрыла её пальцы. Он смотрел на неё с восхищением и нежностью.
— Никогда не встречал такой красоты, Забава, — сказал он низким, бархатным голосом. — Ты словно спелый, сочный плод — такая манящая, ту, которую хочется обнять и не отпускать.
Забава улыбнулась с привычной лёгкой язвительностью, но внутри неё всё трепетало от волнения и приятного тепла:
— А ты, королевич, не боишься, что такая пышка, как я, будет слишком для тебя? Я не тонкая тростинка, как наша королева, которую можно легко носить на руках.

Ему двадцать три. Ему пятьдесят три. Я влюбилась в обоих.

Меня выдали замуж девчонкой за человека, который годился мне в отцы и которому нужна была не жена, а хозяйка. Он ни разу за все годы не сказал мне ничего, кроме «спасибо, Соня». Потом он умер, и я осталась вдовой в черном платье: дом, долги, деверь, который распоряжается моими деньгами, и старик-сенатор, который «дал бы имя» в обмен на мои десятины. Уезд считал, что мне следует благодарить бога.

А потом полк сослал ко мне корнета.

Мне писали, что он дрянь: карты, долги, дуэль, от которой он сбежал. Я ждала месяца мучений – молодой гусар в доме вдовы, скандал, разбитое сердце горничной.

Он приехал на телеге, долго стоял посреди двора, глядя на мой дом, а потом присел и заглянул под крыльцо. За ужином он не пил. Он спросил, почему мы продаем лес и кто считал цену. Он нашел трещину в балке раньше, чем поздоровался.

И он смотрел на меня так, как на вдов не смотрят.