Читать и слушать книги
Рита виновна в смерти сестры Ромы. И он вынес ей свой приговор...
Но придёт время - и они поменяются местами...
Но придёт время - и они поменяются местами...
— Шшш... — его пальцы сжимают моё лицо, большой палец скользит по нижней губе. — Я знаю, ты меня ненавидишь.
Он наклоняется ближе, и я чувствую его дыхание на своих губах. Горячее. Рваное.
— Ненавидь. Мне нравится, как ты ненавидишь. Как твои глаза горят. Как ты кусаешь губы, чтобы не застонать.
Его большой палец надавливает на мою губу, оттягивает её вниз.
— Ненавидь меня громче...
***
В особняке Сабуровых стол накрыт на четверых, но за ужином нас только трое.
Филипп не спускается к столу, не разговаривает, не смотрит в мою сторону. Только однажды, в первую ночь, он вышел из темноты и схватил меня так, будто хотел убедиться — я настоящая.
Или искал в моём лице кого-то другого.
В академии о нём рассказывают легенды. Шёпотом. С оглядкой. Говорят — псих. Говорят — опасен. Говорят — держись подальше.
Я бы и рада.
Вот только мы живём под одной крышей.
Он наклоняется ближе, и я чувствую его дыхание на своих губах. Горячее. Рваное.
— Ненавидь. Мне нравится, как ты ненавидишь. Как твои глаза горят. Как ты кусаешь губы, чтобы не застонать.
Его большой палец надавливает на мою губу, оттягивает её вниз.
— Ненавидь меня громче...
***
В особняке Сабуровых стол накрыт на четверых, но за ужином нас только трое.
Филипп не спускается к столу, не разговаривает, не смотрит в мою сторону. Только однажды, в первую ночь, он вышел из темноты и схватил меня так, будто хотел убедиться — я настоящая.
Или искал в моём лице кого-то другого.
В академии о нём рассказывают легенды. Шёпотом. С оглядкой. Говорят — псих. Говорят — опасен. Говорят — держись подальше.
Я бы и рада.
Вот только мы живём под одной крышей.
— Помнишь меня, сучка?
— Отвали от меня, козел!
— О! Значит, помнишь!
Его пальцы неумолимо поползли от бедра к коленям, поднимая подол атласной юбки. Горло и грудную клетку сдавило спазмом от отвращения чужого прикосновения.
— Кто ты такой? Что тебе от меня нужно?
— Напряги слух, милая Анечка. Вспомни мой голос, если сможешь. Ты всё поймешь, когда лучше услышишь меня.
Я не знаю, какие цели преследует этот ненормальный, и почему каждую ночь неустанно подглядывает в окна моего дома…
— Отвали от меня, козел!
— О! Значит, помнишь!
Его пальцы неумолимо поползли от бедра к коленям, поднимая подол атласной юбки. Горло и грудную клетку сдавило спазмом от отвращения чужого прикосновения.
— Кто ты такой? Что тебе от меня нужно?
— Напряги слух, милая Анечка. Вспомни мой голос, если сможешь. Ты всё поймешь, когда лучше услышишь меня.
Я не знаю, какие цели преследует этот ненормальный, и почему каждую ночь неустанно подглядывает в окна моего дома…
Одна ночь. Одна девушка, оказавшаяся не в том месте и не в то время.
Энрико Моретти не спасает людей – он делает с ними другие вещи.
Но когда Лия становится свидетельницей его преступления, что-то в ней пробуждает в нем охотничий инстинкт.
Она должна была стать пленницей. Вместо этого стала наваждением. В руках этого мужчины она открывает грани желания, о которых не подозревала. Боль становится удовольствием, страх – возбуждением, а подчинение – зависимостью.
Темная страсть. Запретная любовь. Выбор между душой и сердцем.
Он коллекционер. И Лия теперь его самая ценная находка.
Энрико Моретти не спасает людей – он делает с ними другие вещи.
Но когда Лия становится свидетельницей его преступления, что-то в ней пробуждает в нем охотничий инстинкт.
Она должна была стать пленницей. Вместо этого стала наваждением. В руках этого мужчины она открывает грани желания, о которых не подозревала. Боль становится удовольствием, страх – возбуждением, а подчинение – зависимостью.
Темная страсть. Запретная любовь. Выбор между душой и сердцем.
Он коллекционер. И Лия теперь его самая ценная находка.
Три года тишины, три года свободы — под чужим именем, в городе, где нет Альфы и законов крови. Но прошлое не отпускает. Лиам — новый Альфа не просто вернул её — он поставил перед выбором, где нет правильного ответа. В мире, где сила решает всё, а слабость карается, им предстоит пройти через унижение, опасность и тёмные тайны стаи оборотней. Можно ли выжить, ненавидя того, кто держит твою жизнь в своих руках? И что родится на стыке ярости и вынужденной близости — разрушение или нечто большее?
! НЕ про драконов
! НЕ фэнтези
Бажену хотят выдать замуж насильно... но она делает ход конём: и сама предлагает замужество...
! НЕ фэнтези
Бажену хотят выдать замуж насильно... но она делает ход конём: и сама предлагает замужество...
Аня проснулась привязанная к кровати за руки, в незнакомой комнате...
Её похититель - Аникей...
Монстр...
И зло во плоти...
Её похититель - Аникей...
Монстр...
И зло во плоти...
Полли оказалась в ангаре. На коленях, со связанными перед собой руками.
А ведь рождения начинался так хорошо... в ночном клубе...
А ведь рождения начинался так хорошо... в ночном клубе...
Рома Карасев, сын бандита, с которым мы дружили с детского сада, а после сидели за одной партой в элитной школе. Как только Карась научился разговаривать, стал нашёптывать всякое разное мне на ушко, что я впитывала с самого детства, до щекотки и мурашек по телу. Позже он учился в Лондоне, но на первом курсе мы снова оказались в одном аквариуме.
Я до сих пор не понимаю, как этот псих, Омен, умудрился сделать из меня свою «вещь».
Я до сих пор не понимаю, как этот псих, Омен, умудрился сделать из меня свою «вещь».
Для всего мира я, Алик Кондратьев, безжалостный зверь. Но лишь одна она смогла приручить меня. Исчезла. Тайно родила сына и дочь, и вновь появилась в моей неспокойной полной опасности жизни.
- Ты думала, я позволю кому-то тронуть мою женщину и моих наследников? ˗ смотрю ей в глаза и больше не вижу там любви.
Я узнал правду. И теперь у меня две цели: превратить жизнь врагов в ад, и заставить её снова стонать подо мной по ночам…
- Ты думала, я позволю кому-то тронуть мою женщину и моих наследников? ˗ смотрю ей в глаза и больше не вижу там любви.
Я узнал правду. И теперь у меня две цели: превратить жизнь врагов в ад, и заставить её снова стонать подо мной по ночам…
Выберите полку для книги