Читать и слушать книги

— Борька, рыжий, ты как тут оказался, бандит?
Держу на руках кота и смотрю на своих перепуганных детей.
— Мамуля, мы хорошо себя вели, правда.
— Мы тихо сидеви, а потом этот… Выжий…
— Он на дядю прыгнул, а дядя хороший…
Смотрю на хорошего дядю и замираю, потому что никакой он не хороший.
Он бывший, который обещал жениться, а потом выгнал, посчитав воровкой.
— Женя?
А теперь он готов уволить меня потому, что мои дети притащили на открытие его нового ресторана рыжего кота, который устроил настоящий погром.
— Ты ничего не хочешь мне сказать, Евгения? Кто отец твоих детей?

Миллиардер купил меня в магазине игрушек для своего семилетнего сына.
Меня вынудили подписать контракт, а потом доставили в огромной коробке с бантом, как какую-то куклу.
Я должна отработать няней всего один год, чтобы освободиться от избалованного мальчишки и его высокомерного отца.
Однако в доме миллиардера я внезапно встречаюсь со своим прошлым и начинаю задаваться вопросами:
Была ли встреча в магазине игрушек случайной? Чего на самом деле добивается мальчик? И почему я всё чаще ловлю на себе жаркие взгляды его отца?

— Имя Виолетта тебе о чем-нибудь говорит? Эта девка явилась в наш дом и заявляет на него свои права. Может, объяснишь мне, что происходит?! — поток речи выходит сумбурным. Выпаливаю эти несколько предложений в трубку буквально за секунду. Дрожу так сильно, что телефон едва не выпадает из рук.
— Твою мать… — досадно вздыхает Костя. Сердце сжимается от боли, ведь я так надеялась, что он сейчас скажет о том, что это какая-то ошибка, что он знать не знает эту девушку. Но увы и ах.
— Значит, решил себе любовницу завести?! — давлюсь возмущением.
— Что? — шикает муж. — Какая любовница, Тань?
— Тогда скажи мне, кто она?!
Тяжелый вздох. Удушающая правда. Неминуемая гибель.
— Виолетта - моя дочь.
Более двадцати лет брака было перечеркнуто одним махом, когда на пороге нашего дома внезапно появляется внебрачная дочь моего бессовестного мужа.

ЗАВЕРШЕНО!
– Альбина Михайловна, у нас новенькая, — сообщает нянечка.
Дверь распахивается, и в группу заходит мужчина. Высокий, в стильном пальто, с легкой небрежностью в прическе, которая, уверена, стоит немалых денег.
Он держит за руку маленькую девочку с огромными голубыми глазами и двумя косичками.
Замираю.
Это Марк.
Мой Марк. Мой профессор, моя первая любовь, моя самая большая боль.
Мой бывший.
– Здравствуйте, – говорит мужчина, и его голос – низкий, бархатистый – проникает прямо в сердце. – Мы новенькие. Это Ева. Она будет ходить к вам в группу.
Я едва могу выдавить из себя что-то членораздельное.
– Здравствуйте… Марк… Ева, очень приятно. Я – Альбина, воспитательница.
Мой голос звучит пискляво и неуверенно. Я чувствую, как краснею.
Он смотрит на меня. Узнает. В его глазах – смесь удивления, вины и… чего-то еще, чего я пока не могу разобрать.
Почему он здесь? Почему именно сейчас?
И самое главное – почему он ушел тогда, не объяснив ни слова?

– Элеонора, признайся, ты мне изменяешь?
На мгновение между нами повисло напряжённое молчание, которое нарушил мой громкий смех.
– И как ты пришёл к этому выводу?
– Сегодня я брал твой ноутбук и случайно заглянул в историю браузера. И вот скажи мне, жёнушка, как часто ты сидишь на сайтах с рейтингом восемнадцать плюс, просматривая анкеты молоденьких мальчиков? Тебе вообще не стыдно? Ты им в матери годишься!
– Так, а зачем это ты брал мой ноутбук? И как можно было случайно заглянуть в историю браузера?
– Вот только не надо перепрыгивать на другую тему! Говори прямо, что ты делала на этих сайтах? Ты, взрослая женщина, мать двоих сыновей!
Вот кто бы сейчас меня осуждал! Он, взрослый мужчина и отец двух сыновей, спит с молодой студенткой, а сейчас стоит с обиженным и порицающим видом, пытаясь выставить меня виноватой.
Ох, муженёк, ты даже не догадываешься с какой это целью я открывала эти сайты и какой сюрприз ждёт тебя в ближайшем времени. Ты сполна ответишь за все свои измены.

– Дорогие Гена и Полина! – раздался из динамиков голос ведущего. – Поздравляем вас с пятнадцатилетием со дня свадьбы! В память о вашей любви... внимание на экран.
Свет погас. На экране замелькали наши с мужем фото и смонтированные кусочки видео. – смех, объятия, поцелуи, памятные моменты…
Все настолько трепетно и нежно, что на глаза слёзы наворачивались.
А потом… потом меня из сказки выбросила в самое пекло, будто в жерло вулкана.
Всё перевернулось. Мир рассыпался на тысячи осколков.
Запись оборвалась. Включился новый ролик. Резкий переход. Другие звуки. Другие кадры.
Я застыла, как каменное изваяние.
Губы Гены… но не на моих губах. Его руки… но касаются не меня.
Я медленно повернулась к мужу – и в его глазах увидела шок. А ещё что-то на подобие паники.

Марк вскочил, прикрываясь чем попало.
– Лу... – его голос звучал хрипло, чужеродно.
Да он для меня теперь действительно чужой. Не за такого него я замуж выходила.
На его шее следы от помады, на запястье царапины от ее ногтей.
Повернулась и молча пошла на кухню. Будто пыльным мешком по голове огретая. Каждый шаг отдавался в висках как бой по наковальне, будто я шла по тоннелю. Притом босая и словно по битому стеклу.
Руки сами налили воду. Пила жадными глотками, пытаясь протолкнуть застрявший ком в горле.
Марк ворвался на кухню следом. Весь взъерошенный. Уже успел надеть джинсы.
– Это ничего не значит! – он схватил меня за запястье, и бокал с недопитой водой со звоном разбился.
Символично. Прямо как и наш брак.

Мой муж мне изменил. Прямо в нашей квартире, на нашей постели. И я его не прощу… и плевать, что он считает иначе.

Я выбираю место в третьем ряду, сажусь, откидываясь на скрипучую спинку, и замечаю через два кресла мальчишку лет пяти, в наушниках, с планшетом. На экране — какие-то домики, похоже на детскую архитектурную игру. Я усмехаюсь:
— Не ты ли тут главный архитектор?
Мальчишка хмурится и по-деловому отвечает:
— Моя мама скоро станет главным архитектором. А я главный у мамы.
— Как же зовут главного архитектора? – спрашиваю я, стараясь спрятать улыбку.
Он, наконец, снимает наушники, поворачивается ко мне и протягивает ладошку:
— Лев Одинцов, – потом прищуривается. — А вы почему спрашиваете?
Я замираю. На какое-то мгновение не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Понятно, что фамилия нередкая, но она отзывается во мне слишком остро. Я перевожу взгляд на сцену — и в следующую секунду мир будто замирает.

– Забудь дорожку в мой дом!
Кричу на козлиного вожака.
– А с какой это стати, а?
Муж перехватывает мое запястье на раз–два. Но мне не больно. Адреналин вместо крови делает свое черное дело.
– А с той, Соболев! Ты спишь с Инессой и скоро получишь официальный отворот–поворот от меня!
Его безупречная улыбка подходит для рекламы зубной пасты.
– Серьезно?
– Ты же хочешь жениться на ней?
– Хочу и женюсь! Но прежде «раздену» тебя и твою семейку догола!!!
– Тебе ничего не светит! И засунь то видео себе куда поглубже, козел!

– Маму Андрея зовут Анастасия Михайловна.

– Нет, – мотает головой… – Тетя Лидия! Отчество не помню.

Мое сердце стучит как сумасшедшее. Не может быть такой ошибки… Егор – бывший лучший друг Андрея, они часто бывали дома друг у друга…

– Может она поменяла имя? – выдавливаю из себя.

– У вас есть фотография, как ее...

– Анастасии Михайловны, – подсказываю, – Есть. Кажется есть.

Дрожащими пальцами открываю галерею в смартфоне и нахожу снимок, где я, Андрей и его мать сидим за столом. Пододвигаю телефон к Егору. Он смотрит несколько секунд, затем качает головой:

– Это не тетя Лида. Мать Андрея выглядит совсем иначе, она маленькая, сухонькая, темненькая, а эта… Он долго молчит, – не его мать…

– Но кто тогда живет в нашем доме?!