Читать и слушать книги
Фотография.
Мой муж с другой.
Каждая деталь на фото впивалась в сознание занозой.
Белая скатерть. Полусъеденный десерт на ее тарелке. Его расслабленная поза.
Он был счастлив.
Мой муж.
Таким счастливым и беззаботным я не видела его давно.
Дома он в последнее время всегда был немного уставшим, озабоченным делами, погруженным в мысли о кредитах, поставщиках, новом оборудовании.
А здесь… Здесь он просто наслаждался жизнью.
С другой женщиной.
Что делать?
Подойти? Устроить сцену?
Опозорить его и себя в этом дорогом ресторане, где официанты смотрят на тебя не с вежливым презрением, как обычно показывают в сериалах, а так, словно ты родной и близкий?
Или развернуться и уйти?
Продолжить эту жалкую игру в счастливый брак?
Мой муж с другой.
Каждая деталь на фото впивалась в сознание занозой.
Белая скатерть. Полусъеденный десерт на ее тарелке. Его расслабленная поза.
Он был счастлив.
Мой муж.
Таким счастливым и беззаботным я не видела его давно.
Дома он в последнее время всегда был немного уставшим, озабоченным делами, погруженным в мысли о кредитах, поставщиках, новом оборудовании.
А здесь… Здесь он просто наслаждался жизнью.
С другой женщиной.
Что делать?
Подойти? Устроить сцену?
Опозорить его и себя в этом дорогом ресторане, где официанты смотрят на тебя не с вежливым презрением, как обычно показывают в сериалах, а так, словно ты родной и близкий?
Или развернуться и уйти?
Продолжить эту жалкую игру в счастливый брак?
Я сделала шаг вперёд и в тот же миг услышала позади звук тормозов. Обернувшись, я увидела, как припарковалась машина. Та самая машина. Машина моего мужа.
Я почувствовала, как в груди поднимается тяжесть, а дыхание становится коротким и прерывистым.
Костя выскочил из машины так стремительно, словно его кто-то звал. Его лицо было взволнованным, тревожным – таким я видела его редко. Его путь был очевиден, прямой, целенаправленный: к девушке с ребёнком.
Маленький мальчик, словно почувствовал что-то – вдруг перестал метаться, вскинул голову, и в его глазах вспыхнула надежда. Он протянул к Косте руки и закричал так пронзительно, что меня проняло до костей:
– Папа!
Костя шагнул вперёд и бережно принял мальчика из рук женщины. Его движения были уверенными, такими естественными, будто он делал это сотни раз.
Моё сердце раскололось, разлетелось на тысячи острых осколков.
Я сделала один шаг. Второй.
Я шла к ним, не помня себя, будто меня вела невидимая сила. Я шла вперёд, к этой правде.
Я почувствовала, как в груди поднимается тяжесть, а дыхание становится коротким и прерывистым.
Костя выскочил из машины так стремительно, словно его кто-то звал. Его лицо было взволнованным, тревожным – таким я видела его редко. Его путь был очевиден, прямой, целенаправленный: к девушке с ребёнком.
Маленький мальчик, словно почувствовал что-то – вдруг перестал метаться, вскинул голову, и в его глазах вспыхнула надежда. Он протянул к Косте руки и закричал так пронзительно, что меня проняло до костей:
– Папа!
Костя шагнул вперёд и бережно принял мальчика из рук женщины. Его движения были уверенными, такими естественными, будто он делал это сотни раз.
Моё сердце раскололось, разлетелось на тысячи острых осколков.
Я сделала один шаг. Второй.
Я шла к ним, не помня себя, будто меня вела невидимая сила. Я шла вперёд, к этой правде.
- Я покупаю вас на полгода, - заявил Градов и протянул мне банковскую карту.
- Простите... Что?! - чуть не задохнулась от возмущения. - Покупаете?!
- Именно так. Полгода вы будете учить только моего сына. Называйте любую сумму, все оплачу. Проживание – в моем доме, в отдельно выделенной комнате, личный повар к вашим услугам, оплата расходов и два выходных в неделю.
- Вы вообще понимаете, что говорите?! – все еще не верила в серьезность предложения. – Я работаю учительницей в школе!
- В своей школе вы за год заработаете столько, сколько я вам за месяц заплачу, - не сдавался Градов.
- Я не стану на вас работать! – проговорила уверенно, хотя выдерживать тяжелый взгляд потемневших глаз становилось все сложнее.
- Ну это мы еще посмотрим.
- Простите... Что?! - чуть не задохнулась от возмущения. - Покупаете?!
- Именно так. Полгода вы будете учить только моего сына. Называйте любую сумму, все оплачу. Проживание – в моем доме, в отдельно выделенной комнате, личный повар к вашим услугам, оплата расходов и два выходных в неделю.
- Вы вообще понимаете, что говорите?! – все еще не верила в серьезность предложения. – Я работаю учительницей в школе!
- В своей школе вы за год заработаете столько, сколько я вам за месяц заплачу, - не сдавался Градов.
- Я не стану на вас работать! – проговорила уверенно, хотя выдерживать тяжелый взгляд потемневших глаз становилось все сложнее.
- Ну это мы еще посмотрим.
— Сергей начал ворчать, что Катя всё еще у нас гостит. Но понимаешь, у нее же такая тяжелая ситуация… Я не могу вот так взять и выставить за дверь родную сестру. Это же не по-человечески.
Рита отложила папку и уставилась на меня так, будто я только что призналась, что принесла домой ящик с гремучими змеями.
— Алиса, ты вообще в своем уме? Молодая, красивая, свободная девка, которая сейчас переживает кризис самооценки, живет в твоем доме, рядом с твоим успешным и, не скроем, симпатичным мужем?! Детка, чем ты там думаешь, интересно?!
— Рит, ну что за ерунда, — я скептически фыркнула, махнув рукой. — Это же Катя. Моя сестра родная. Ты о чем вообще?
— Вот именно что родная, — буркнула Рита, допивая кофе. — Вот такие «родные» змеи и кусают больнее всего. Будь осторожна.
Рита отложила папку и уставилась на меня так, будто я только что призналась, что принесла домой ящик с гремучими змеями.
— Алиса, ты вообще в своем уме? Молодая, красивая, свободная девка, которая сейчас переживает кризис самооценки, живет в твоем доме, рядом с твоим успешным и, не скроем, симпатичным мужем?! Детка, чем ты там думаешь, интересно?!
— Рит, ну что за ерунда, — я скептически фыркнула, махнув рукой. — Это же Катя. Моя сестра родная. Ты о чем вообще?
— Вот именно что родная, — буркнула Рита, допивая кофе. — Вот такие «родные» змеи и кусают больнее всего. Будь осторожна.
После трагической гибели родного человека, Варвара находит дневник матери, который открывает страшную тайну прошлого.
Варвара решает попортить счастливое сосуществование предателя, её гложут мысли мести. Но не только усугубляет положение дел Вари жуткое отмщение, как случайная встреча и влюблённость. Но самым трагическим окажется неразрешенная любовь.
История, полная страсти, лжи и безумной любви, заставят читателя замереть в оцепенении, предвкушая счастливую развязку.
Варвара решает попортить счастливое сосуществование предателя, её гложут мысли мести. Но не только усугубляет положение дел Вари жуткое отмщение, как случайная встреча и влюблённость. Но самым трагическим окажется неразрешенная любовь.
История, полная страсти, лжи и безумной любви, заставят читателя замереть в оцепенении, предвкушая счастливую развязку.
— Я правильно понимаю, что вы предлагаете моему мужу поехать отдыхать с чужой девушкой? — чувствую, как в душе начинает просыпаться вулкан.
— Во-первых, не отдыхать, а поправлять здоровье. А во-вторых, Катенька нам не чужая, — свекровь ставит руки в боки и тихо бурчит: — Это тебя он не пойми откуда приволок.
— Ну всё, с меня хватит! — чаша моего терпения была слишком глубокой, но и она наконец оказалась переполненной. — Игорь, долго мне ещё терпеть такое хамство?
— А я говорила, сынок, что она постоянно меня оскорбляет! Вот уж не думала, что на старости лет мне понадобится защита от твоей жены…
— Во-первых, не отдыхать, а поправлять здоровье. А во-вторых, Катенька нам не чужая, — свекровь ставит руки в боки и тихо бурчит: — Это тебя он не пойми откуда приволок.
— Ну всё, с меня хватит! — чаша моего терпения была слишком глубокой, но и она наконец оказалась переполненной. — Игорь, долго мне ещё терпеть такое хамство?
— А я говорила, сынок, что она постоянно меня оскорбляет! Вот уж не думала, что на старости лет мне понадобится защита от твоей жены…
— Папа, пливет, тебе помощь нужна?
Отказаться от помощи рыжего солнышка я не могу, но вот засада — детей-то у меня нет! А эта малышка уверенно утверждает, что я ее папа!
— Тебя плосто злая ведьма заколдовала, но я знаю способ, как тебя ласколдовать!
— И как?
— Ты должен поцеловать мою маму!
Нет, вообще тема мне нравится, пока я не узнаю, кто мама этой потеряшки.
И складываю пазл.
— Это моя дочь?
***
Он выставил меня на улицу, я не смогла сообщить о беременности, а теперь, спустя пять лет, он врывается в нашу жизнь и хочет отобрать самое ценное, что у меня есть.
— Она моя дочь, и я ее забираю!
Отказаться от помощи рыжего солнышка я не могу, но вот засада — детей-то у меня нет! А эта малышка уверенно утверждает, что я ее папа!
— Тебя плосто злая ведьма заколдовала, но я знаю способ, как тебя ласколдовать!
— И как?
— Ты должен поцеловать мою маму!
Нет, вообще тема мне нравится, пока я не узнаю, кто мама этой потеряшки.
И складываю пазл.
— Это моя дочь?
***
Он выставил меня на улицу, я не смогла сообщить о беременности, а теперь, спустя пять лет, он врывается в нашу жизнь и хочет отобрать самое ценное, что у меня есть.
— Она моя дочь, и я ее забираю!
🔥КНИГА ВЫШЛА НА БУМАГЕ! Любовница мужа родила ребёнка в один день с нашей дочерью.
Собственно, в роддоме мы и встретились... случайно.
25 лет счастья, любви и верности оказались сплошной иллюзией, разбились о циничное и наглое предательство мужа.
Он думает, я его прощу?! Пусть даже не мечтает!
Переживу развод, накажу изменника и обязательно стану счастливой❤️
Собственно, в роддоме мы и встретились... случайно.
25 лет счастья, любви и верности оказались сплошной иллюзией, разбились о циничное и наглое предательство мужа.
Он думает, я его прощу?! Пусть даже не мечтает!
Переживу развод, накажу изменника и обязательно стану счастливой❤️
Игорь сел рядом со мной на скамейку, уже не такой уверенный:
- Чего ты хочешь?
- Справедливости, - просто ответила я. - половину стоимости квартиры, компенсацию за моральный ущерб и гарантию, что ты никогда больше не появишься в моей жизни.
- Это шантаж.
- Это справедливость, - повторила ему.
Игорь долго молчал, глядя в сторону, наконец он сказал:
- Дай мне время подумать.
- У тебя три дня, - ответила я, вставая со скамейки. - после этого документы отправятся по назначению.
Встав со скамейки, повернулась, чтобы уйти, но Игорь схватил меня за руку:
- Ты изменилась, Анна, я не узнаю тебя.
- Учителя хорошие, ты прав, - спокойно ответила она, освобождая руку. - та Анна, которую ты знал, умерла в тот день, когда увидела тебя в постели с её сестрой, теперь я другой человек, и поверь мне, с этим человеком лучше не играть.
- Чего ты хочешь?
- Справедливости, - просто ответила я. - половину стоимости квартиры, компенсацию за моральный ущерб и гарантию, что ты никогда больше не появишься в моей жизни.
- Это шантаж.
- Это справедливость, - повторила ему.
Игорь долго молчал, глядя в сторону, наконец он сказал:
- Дай мне время подумать.
- У тебя три дня, - ответила я, вставая со скамейки. - после этого документы отправятся по назначению.
Встав со скамейки, повернулась, чтобы уйти, но Игорь схватил меня за руку:
- Ты изменилась, Анна, я не узнаю тебя.
- Учителя хорошие, ты прав, - спокойно ответила она, освобождая руку. - та Анна, которую ты знал, умерла в тот день, когда увидела тебя в постели с её сестрой, теперь я другой человек, и поверь мне, с этим человеком лучше не играть.
– Почему ты дал ключи от нашего дома моей сестре? - мой голос дрожит.
Он смотрит на меня своим холодным взглядом.
– Пока ты была в командировке, мы с Ульяной жили вместе, - его слова разбивают мою душу, - и знаешь, мне понравилось.
– Что? - до последнего надеюсь, что ослышалась.
– Она беременна от меня, - добивает меня еще одной фразой, от которой мой мир рушится окончательно.
– Я беременна, - еле слышно произношу и моя ладонь ложится на мой еще пока плоский живот.
– Ты исчезнешь из моей жизни вместе со своим ребенком, - равнодушно приказывает он.
Он смотрит на меня своим холодным взглядом.
– Пока ты была в командировке, мы с Ульяной жили вместе, - его слова разбивают мою душу, - и знаешь, мне понравилось.
– Что? - до последнего надеюсь, что ослышалась.
– Она беременна от меня, - добивает меня еще одной фразой, от которой мой мир рушится окончательно.
– Я беременна, - еле слышно произношу и моя ладонь ложится на мой еще пока плоский живот.
– Ты исчезнешь из моей жизни вместе со своим ребенком, - равнодушно приказывает он.
Выберите полку для книги