Книги в жанре «Драма»
Они женаты 10 лет, но каждый живёт своей жизнью. Они существуют порознь и ничего не знают друг о друге. Но всё меняет один трагичный случай. Егор не может бросить её, заботится о ней, и более того, мстит за неё. У него открываются глаза и он понимает, на какой всё-таки замечательной женщине он женат, а Полина впервые смотрит на него иначе и видит мужа, о котором можно только мечтать.
— Он обижал тебя? — Игорь, наконец, нарушил молчание.
— Нет, — покачала я головой, а потом, сделав глубокий вдох, как перед прыжком в пропасть, призналась: — У нас была сделка. Громов закрывает все твои оставшиеся долги, а я... Я становлюсь его женщиной на два месяца.
Игорь с шумом втянул воздух в лёгкие.
— И ты согласилась?
Я кивнула и робко посмотрела на него, ожидая реакции. Игорь словно застыл, его лицо исказила гримаса боли.
— У нас больше не было денег... нам нечем было вернуть долг... — пролепетала я.
Согнувшись и вцепившись в спинку стула, муж затряс головой, как китайский болванчик, а затем, выпрямился, резко ударив кулаком по столу, и заорал:
— Чёрт возьми, Мира! Я бы справился! Я бы сам всё вернул! Тебе необязательно было продавать себя!
Чтобы спасти мужа, она предала их брак. Смогут ли они простить друг друга и начать все снова? Особенно если прошлое не хочет их отпускать...
— Нет, — покачала я головой, а потом, сделав глубокий вдох, как перед прыжком в пропасть, призналась: — У нас была сделка. Громов закрывает все твои оставшиеся долги, а я... Я становлюсь его женщиной на два месяца.
Игорь с шумом втянул воздух в лёгкие.
— И ты согласилась?
Я кивнула и робко посмотрела на него, ожидая реакции. Игорь словно застыл, его лицо исказила гримаса боли.
— У нас больше не было денег... нам нечем было вернуть долг... — пролепетала я.
Согнувшись и вцепившись в спинку стула, муж затряс головой, как китайский болванчик, а затем, выпрямился, резко ударив кулаком по столу, и заорал:
— Чёрт возьми, Мира! Я бы справился! Я бы сам всё вернул! Тебе необязательно было продавать себя!
Чтобы спасти мужа, она предала их брак. Смогут ли они простить друг друга и начать все снова? Особенно если прошлое не хочет их отпускать...
- Манечка, давай возьмем вон ту коляску и закончим с этим. Мне надо на работу! - Перебил продавца мужчина.
Какой знакомый баритон!
- Владик, но та коляска тяжелая, мне же ее таскать, не тебе! Котик, давай посмотрим другие варианты! - попросила женщина.
Помотала головой, стряхивая наваждение.
“Влад? Мой муж чей-то котик? Не может быть! Мне мерещится!”
Осторожно посмотрела на пару.
Не померещилось! Это мой муж!
Влад бережно держал под локоток молодую беременную женщину. И не просто держал, а ласково сдувал прядь волос с ее виска.
Мой муж и посторонняя женщина покупают коляску для младенца!
Мир рухнул навсегда..
Какой знакомый баритон!
- Владик, но та коляска тяжелая, мне же ее таскать, не тебе! Котик, давай посмотрим другие варианты! - попросила женщина.
Помотала головой, стряхивая наваждение.
“Влад? Мой муж чей-то котик? Не может быть! Мне мерещится!”
Осторожно посмотрела на пару.
Не померещилось! Это мой муж!
Влад бережно держал под локоток молодую беременную женщину. И не просто держал, а ласково сдувал прядь волос с ее виска.
Мой муж и посторонняя женщина покупают коляску для младенца!
Мир рухнул навсегда..
— Ты беременна? — скалится мой муж. — От меня? Мы не можем иметь детей, Настя, ты это прекрасно знаешь.
— Это наш ребенок, Игорь. Я беременна нашим с тобой ребенком.
— Нашим? Самой не мерзко от этой лжи? Я прекрасно знаю, что ты была с Карлагиным, — выплевывает он, говоря о своем брате, — ты с ним мне изменила, теперь говоришь, что ребёнок мой? Я на осла, по-твоему, похож?
— Нет, Игорь. — Обнимаю живот руками, стараясь защитить малыша от этих слов. — Мы с ним не…
— Вот. — Кидает бумаги на стол. — Ничего не изменится, нас развели. Официально.
— Но мы ведь хотели попробовать снова? Всё переступили и пережили, Игорь… — Слезы глаза застилают, дышать даже больно.
— Ничего не выйдет, Насть, — грубо отрезает. — Да и у меня уже давно есть другая семья, — вбивает последний гвоздь в крышку гроба нашего брака длиной в девять лет и уходит, громко хлопнув дверью.
— Это наш ребенок, Игорь. Я беременна нашим с тобой ребенком.
— Нашим? Самой не мерзко от этой лжи? Я прекрасно знаю, что ты была с Карлагиным, — выплевывает он, говоря о своем брате, — ты с ним мне изменила, теперь говоришь, что ребёнок мой? Я на осла, по-твоему, похож?
— Нет, Игорь. — Обнимаю живот руками, стараясь защитить малыша от этих слов. — Мы с ним не…
— Вот. — Кидает бумаги на стол. — Ничего не изменится, нас развели. Официально.
— Но мы ведь хотели попробовать снова? Всё переступили и пережили, Игорь… — Слезы глаза застилают, дышать даже больно.
— Ничего не выйдет, Насть, — грубо отрезает. — Да и у меня уже давно есть другая семья, — вбивает последний гвоздь в крышку гроба нашего брака длиной в девять лет и уходит, громко хлопнув дверью.
— Настя, ну что ты снова придумываешь? — Демид устало потер лоб.
— Я не придумываю! Я беременна, — я показываю ему результаты УЗИ. — Мы можем вместе пойти к врачу, и ты убедишься.
— Я никуда с тобой не пойду, — обрывает меня мужчина. — Если тебе нужны деньги, так бы сразу и сказала, — Демид порывисто вытаскивает из сумки портмоне и вынимает всю наличность, что там есть. – Держи, этого должно хватить, – он сует мне пачку денег в руки. А я растерянно смотрю на них. А затем перевожу взгляд на парня.
— На аборт уж точно хватит, — его слова, как пощечина, звенят в ушах. Я так и стою, прижимая к себе деньги, и провожаю взглядом мужчину.
***
Тогда он не поверил в то, что я беременна, сейчас я не скажу ему о сыне. Главное, чтобы он не догадался сам, иначе мне придется бежать.
— Я не придумываю! Я беременна, — я показываю ему результаты УЗИ. — Мы можем вместе пойти к врачу, и ты убедишься.
— Я никуда с тобой не пойду, — обрывает меня мужчина. — Если тебе нужны деньги, так бы сразу и сказала, — Демид порывисто вытаскивает из сумки портмоне и вынимает всю наличность, что там есть. – Держи, этого должно хватить, – он сует мне пачку денег в руки. А я растерянно смотрю на них. А затем перевожу взгляд на парня.
— На аборт уж точно хватит, — его слова, как пощечина, звенят в ушах. Я так и стою, прижимая к себе деньги, и провожаю взглядом мужчину.
***
Тогда он не поверил в то, что я беременна, сейчас я не скажу ему о сыне. Главное, чтобы он не догадался сам, иначе мне придется бежать.
Выпустив облачко табачного дыма в воздух, седоусый ветеран прошёлся туда-сюда мимо восьмидесяти четырёх замерших перед ним в строю пикинеров.
— Ты очень красивая, — широкая ладонь легла мне на зад. – Мы с тобой можем…
Влад ни капли не изменился! И даже не узнал меня, мерзавец! Конечно, теперь я не та серая мышь пятьдесят второго размера, по уши влюблённая в самого красивого парня универа…
— Мы с тобой ничего не можем! – выпалила я в ярости и изо всех сил толкнула мерзавца в реку.
— Ты уволена, стерва! – донеслось мне в спину.
— У меня есть начальник, ему и решать, когда меня увольнять, — выплюнула я с неменьшей злостью. – Приятно оставаться!
Кто же знал, что он и есть мой новый начальник… А по совместительству ещё и отец моей семилетней дочери…
Влад ни капли не изменился! И даже не узнал меня, мерзавец! Конечно, теперь я не та серая мышь пятьдесят второго размера, по уши влюблённая в самого красивого парня универа…
— Мы с тобой ничего не можем! – выпалила я в ярости и изо всех сил толкнула мерзавца в реку.
— Ты уволена, стерва! – донеслось мне в спину.
— У меня есть начальник, ему и решать, когда меня увольнять, — выплюнула я с неменьшей злостью. – Приятно оставаться!
Кто же знал, что он и есть мой новый начальник… А по совместительству ещё и отец моей семилетней дочери…
ОДНОТОМНИК
— Скажи это.
— Нет!
Сжимает скулы с такой силой, что завтра появятся следы. Дышит прерывисто. Чувствую, как ментоловый воздух с елочными нотками проникает в тело.
Ударяет точно по центру возбуждения, от которого сносит башню под фундамент.
— Говори, Мари, или опять останешься без сладкого. Чья ты? Ну!
— Твоя, — издаю жалобный стон и придвигаюсь к нему ближе. — Твоя постоянная.
***
Он не понравился мне с первого раза.
И с двадцать пятого тоже не превратился в принца на белом коне. Александр Левицкий из тех мужчин, кто привык все получать на блюдечке. Особенно девушек, которые его динамят по разным причинам.
Он всегда получает, что хочет.
Но я не сдамся. Потому что влюблена в своего горячего босса и всякие хамоватые миллиардеры с их непристойными предложениями меня не интересуют!
Наверное…
— Скажи это.
— Нет!
Сжимает скулы с такой силой, что завтра появятся следы. Дышит прерывисто. Чувствую, как ментоловый воздух с елочными нотками проникает в тело.
Ударяет точно по центру возбуждения, от которого сносит башню под фундамент.
— Говори, Мари, или опять останешься без сладкого. Чья ты? Ну!
— Твоя, — издаю жалобный стон и придвигаюсь к нему ближе. — Твоя постоянная.
***
Он не понравился мне с первого раза.
И с двадцать пятого тоже не превратился в принца на белом коне. Александр Левицкий из тех мужчин, кто привык все получать на блюдечке. Особенно девушек, которые его динамят по разным причинам.
Он всегда получает, что хочет.
Но я не сдамся. Потому что влюблена в своего горячего босса и всякие хамоватые миллиардеры с их непристойными предложениями меня не интересуют!
Наверное…
В волшебном мире, запретная любовь расцветает между молодым эльфом и обычной девушкой. Но Летопись Старшего Народа запрещает иметь такую связь, угрожая последствиями не только для влюбленных, но и для самой Летописи.
Они рискуют всем, встречаясь тайно и пытаясь найти ответ на вопрос, соединит ли их судьбы или разорвет матушка природа...
Они рискуют всем, встречаясь тайно и пытаясь найти ответ на вопрос, соединит ли их судьбы или разорвет матушка природа...
Иногда кажется, будто ты живёшь во сне. Такое состояние хотя бы раз переживает почти каждый человек.
В жизни Лизы происходит событие, которое нарушает её восприятие реальности.
Она начинает жить сразу в двух мирах - во сне и наяву - и больше не понимает, какой из них настоящий.
Но какой мир реален? И сможет ли Лиза выбраться из ловушки собственного сознания?
В жизни Лизы происходит событие, которое нарушает её восприятие реальности.
Она начинает жить сразу в двух мирах - во сне и наяву - и больше не понимает, какой из них настоящий.
Но какой мир реален? И сможет ли Лиза выбраться из ловушки собственного сознания?
Выберите полку для книги