Читать и слушать книги
Машу год назад бросил парень, заявив, что она ему изменяет. С тех пор она ненавидит хоккеистов, а в её сердце лёд и холод.
Миша не спешит заводить серьёзные отношения. Он влюблён в хоккей и не готов впускать в свою жизнь третью лишнюю.
Их сталкивает случай и теперь им придётся жить под одной крышей. Чем закончится их соседство: пламенной любовью или непримиримой ненавистью? А может, кто-то из них ведёт двойную игру?
– Ты вроде ничего, поэтому можешь оставить свой номер телефона. Серьезные отношения я не завожу, но незабываемую ночь страсти готов тебе показать.
Я хватаю воздух ртом, буквально захлебываясь в возмущении. Что этот придурок вообще себе позволяет?
– Клюшке своей незабываемую ночь страсти показывай, а я терпеть не могу хоккеистов, – цежу сквозь зубы каждое слово.
Не давая последнего слова, разворачиваюсь на пятках, поправляя лямку рюкзака, и быстрым шагом направляюсь искать девчонок.
Миша не спешит заводить серьёзные отношения. Он влюблён в хоккей и не готов впускать в свою жизнь третью лишнюю.
Их сталкивает случай и теперь им придётся жить под одной крышей. Чем закончится их соседство: пламенной любовью или непримиримой ненавистью? А может, кто-то из них ведёт двойную игру?
– Ты вроде ничего, поэтому можешь оставить свой номер телефона. Серьезные отношения я не завожу, но незабываемую ночь страсти готов тебе показать.
Я хватаю воздух ртом, буквально захлебываясь в возмущении. Что этот придурок вообще себе позволяет?
– Клюшке своей незабываемую ночь страсти показывай, а я терпеть не могу хоккеистов, – цежу сквозь зубы каждое слово.
Не давая последнего слова, разворачиваюсь на пятках, поправляя лямку рюкзака, и быстрым шагом направляюсь искать девчонок.
Руслан лишь подталкивает меня вперед и скрывается за дверью.
Застываю, не понимая, что происходит.
Егор Сергеевич это его начальник. По словам Руслана, мерзкий тип, который ни одной юбки в компании не пропустил.
Что же… То есть… Как это?
Он решил отдать меня своему боссу?
Застываю, не понимая, что происходит.
Егор Сергеевич это его начальник. По словам Руслана, мерзкий тип, который ни одной юбки в компании не пропустил.
Что же… То есть… Как это?
Он решил отдать меня своему боссу?
После того, как родная мать отказалась от меня, я обрела новую семью, рядом с которой моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Но спустя годы отношения между нами сильно изменились.
И теперь я не знаю, как побороть в себе запретные чувства, испытываемые к моему опекуну.
Ведь между нами существует не только большая разница в возрасте и мнение окружающих, но и его чувство вины после потери любимой женщины…
***
— Ты покраснела. О чём ты думаешь, Мия? — спрашивает Джон, заставляя ощутить трепет во всём моём теле.
— Я думаю о том, каково это... быть твоей женщиной. Даже если это продлится всего лишь одну единственную ночь.
— Лучше нам сейчас не говорить на эту тему, — намеренно избегая зрительного контакта, тихо проговаривает он.
— Почему?
— Боюсь, я больше не смогу себя сдерживать, — хриплый мужской голос пронзает моё сознание.
— А я и не прошу тебя об этом.
***
Но спустя годы отношения между нами сильно изменились.
И теперь я не знаю, как побороть в себе запретные чувства, испытываемые к моему опекуну.
Ведь между нами существует не только большая разница в возрасте и мнение окружающих, но и его чувство вины после потери любимой женщины…
***
— Ты покраснела. О чём ты думаешь, Мия? — спрашивает Джон, заставляя ощутить трепет во всём моём теле.
— Я думаю о том, каково это... быть твоей женщиной. Даже если это продлится всего лишь одну единственную ночь.
— Лучше нам сейчас не говорить на эту тему, — намеренно избегая зрительного контакта, тихо проговаривает он.
— Почему?
— Боюсь, я больше не смогу себя сдерживать, — хриплый мужской голос пронзает моё сознание.
— А я и не прошу тебя об этом.
***
Вернуться к любимому хотя бы на один день. Муж, с которым мы были разлучены сразу после свадьбы ждет нашей встречи, чтобы завершить наш медовый месяц, но хватит ли у меня сил чтобы признаться, что я изменила ему?
– Почему звезда? – спрашиваю я.
– Потому что снялась в кино, – ухмыляется босс. – Хочешь посмотреть?
Я сильно нервничаю. Кажется, понимаю, о чем он говорит. Но я была уверена, что камеры отключены.
– Итак, ты пробралась на склад и совершила хищение. Что будем делать?
– Я все верну, – еле шепчу я, разглядывая видео на экране его шикарного ноутбука. – Простите.
– Конечно, вернешь, но зачем мне тебя прощать? – интересуется босс. – Думаешь, что извинишься и как в школе – поругают и отпустят? Ты дура?
– Что вы хотите? – спрашиваю я, опуская глаза.
– Хочу узнать на что ты готова, чтобы не сесть в тюрьму, Вика.
– Потому что снялась в кино, – ухмыляется босс. – Хочешь посмотреть?
Я сильно нервничаю. Кажется, понимаю, о чем он говорит. Но я была уверена, что камеры отключены.
– Итак, ты пробралась на склад и совершила хищение. Что будем делать?
– Я все верну, – еле шепчу я, разглядывая видео на экране его шикарного ноутбука. – Простите.
– Конечно, вернешь, но зачем мне тебя прощать? – интересуется босс. – Думаешь, что извинишься и как в школе – поругают и отпустят? Ты дура?
– Что вы хотите? – спрашиваю я, опуская глаза.
– Хочу узнать на что ты готова, чтобы не сесть в тюрьму, Вика.
— Не торопись, Мышонок. У нас был договор, помнишь?
— Говори.
— Ты должна выйти за меня замуж.
— Твоя дорогая стая тебе последние мозги отшибла?
—Церемония через три часа в храме Луны, не опаздывай.
Чтобы отстоять стаю, ему нужна я, омега, чья сущность переломана настолько, что я несу смерть всем, кто меня коснется. Но не ему. Ему никогда. Нас создали в одной лаборатории, в одной клетке. Только он знает, что такое чужие касания, а я всю жизнь жила, не зная ничего, кроме холода и боли. Теперь, когда я могу касаться кого-то, кроме него, он требует, чтобы я вернула долг.
— Говори.
— Ты должна выйти за меня замуж.
— Твоя дорогая стая тебе последние мозги отшибла?
—Церемония через три часа в храме Луны, не опаздывай.
Чтобы отстоять стаю, ему нужна я, омега, чья сущность переломана настолько, что я несу смерть всем, кто меня коснется. Но не ему. Ему никогда. Нас создали в одной лаборатории, в одной клетке. Только он знает, что такое чужие касания, а я всю жизнь жила, не зная ничего, кроме холода и боли. Теперь, когда я могу касаться кого-то, кроме него, он требует, чтобы я вернула долг.
Дядя с тетей решили выдать меня замуж. Но у меня были совсем другие планы. Я мечтаю о свободе, путешествиях и безумствах. Чтобы укротить непокорную племянницу и превратить в услужливую жену, родственники отправляют меня в закрытый пансион для молодых леди. Но за высоким забором происходит совсем не то, на что я рассчитывала.
- Милый, что она забыла в твоей квартире?! - моя ненавистная, эгоистичная младшая сестра стоит на пороге.
- А что ты здесь делаешь? - я растерянно моргаю. У меня только что была лучшая ночь в моей жизни с парнем мечты, по которому я сохла весь курс.
- Что? Он вообще-то мой жених!
Эти слова припечатывают меня к полу.
- Олесь, тебе пора, - Егор выталкивает меня из квартиры и под конец шепчет: - Это была ошибка. Ничего личного.
***
Я - мечта любого, но только не его. Егор капитан баскетбольной команды и красавчик универа. Но он одиночка, и, кажется, серьезные отношения его не интересуют. По крайней мере я думала так, пока после проведенной с ним ночи не узнала, что он помолвлен с моей младшей сестрой...
- А что ты здесь делаешь? - я растерянно моргаю. У меня только что была лучшая ночь в моей жизни с парнем мечты, по которому я сохла весь курс.
- Что? Он вообще-то мой жених!
Эти слова припечатывают меня к полу.
- Олесь, тебе пора, - Егор выталкивает меня из квартиры и под конец шепчет: - Это была ошибка. Ничего личного.
***
Я - мечта любого, но только не его. Егор капитан баскетбольной команды и красавчик универа. Но он одиночка, и, кажется, серьезные отношения его не интересуют. По крайней мере я думала так, пока после проведенной с ним ночи не узнала, что он помолвлен с моей младшей сестрой...
Я – Настя Громова, обычная 20-летняя девушка из бедной семьи.
Вчера я узнала, что мой жених связался с бандитами и украл у них важную информацию.
В обмен на свою безопасность он продал меня главарю с хищным, пугающим взглядом.
Я надеялась, что не буду ему интересна, и он отпустит меня.
Но, как оказалось, у него на меня другие личные планы.
Вчера я узнала, что мой жених связался с бандитами и украл у них важную информацию.
В обмен на свою безопасность он продал меня главарю с хищным, пугающим взглядом.
Я надеялась, что не буду ему интересна, и он отпустит меня.
Но, как оказалось, у него на меня другие личные планы.
❗Книга полностью обновлена 22.11.24❗
– Руки прочь от меня, придурок. – шиплю как гадюка, но вот очко моё от страха всё же сжимается. Как назло, в коридоре уже пусто и в случае чего мне некому будет помочь.
– У-у-у, мне так страшно сразу стало – смеётся, но на очередную попытку уйти, он лишь толкает меня, – Задержись, киска. Хочу ещё с тобой поболтать.
– Не о чем нам говорить. Отпусти меня. – пытаюсь освободиться, но не получается. Парень слишком сильно вжимает меня в стену надавливая рукой на грудную клетку.
– Как бы кошечки ни выпускали свои коготки, против волчьих челюстей они… ничто!
Последнее слово прозвучало с явным намёком на мою беззащитность, но больше всего меня напугало то, как он клацнул зубами перед моим носом. Я машинально вздрогнула, а он довольно засмеялся.
– Да не ссы ты, я не кусаюсь. – только вот его рука, что уже сдавливала мою шею, говорит об обратном. – Передай Захару, что настал час расплаты, – проникновенным тоном произнёс он.
– Руки прочь от меня, придурок. – шиплю как гадюка, но вот очко моё от страха всё же сжимается. Как назло, в коридоре уже пусто и в случае чего мне некому будет помочь.
– У-у-у, мне так страшно сразу стало – смеётся, но на очередную попытку уйти, он лишь толкает меня, – Задержись, киска. Хочу ещё с тобой поболтать.
– Не о чем нам говорить. Отпусти меня. – пытаюсь освободиться, но не получается. Парень слишком сильно вжимает меня в стену надавливая рукой на грудную клетку.
– Как бы кошечки ни выпускали свои коготки, против волчьих челюстей они… ничто!
Последнее слово прозвучало с явным намёком на мою беззащитность, но больше всего меня напугало то, как он клацнул зубами перед моим носом. Я машинально вздрогнула, а он довольно засмеялся.
– Да не ссы ты, я не кусаюсь. – только вот его рука, что уже сдавливала мою шею, говорит об обратном. – Передай Захару, что настал час расплаты, – проникновенным тоном произнёс он.
Выберите полку для книги