Читать и слушать книги
Охота на демонов в моей крови, и не важно, что работаю я на демона. У меня свои веские причины. Работа должна быть сделана и это главное. Кто-то начинает охоту за охотниками, убийца силен и беспощаден, несет смерть каждому, кто с ним столкнется. Как будто мало было проблем…
Все начинается в день, когда я встречаю Алекса – демона, который не должен был быть мне интересен. Но между нами нейтральная территория, жар взаимного желания и…запретное влечение…
Все начинается в день, когда я встречаю Алекса – демона, который не должен был быть мне интересен. Но между нами нейтральная территория, жар взаимного желания и…запретное влечение…
- Рыдать будешь дома, - произнес Гордей жестко, - сейчас слушай и запоминай.
Не хотела ничего слушать. Я хотела, чтобы он отпустил.
Сморгнула слезы и проскулила:
- За что?
- Потому что из-за тебя мой сын хотел разорвать помолвку с дочерью моего делового партнера.
Помолвку? Но ведь, Матвей помолвлен со мной!
Гордей усмехнулся:
- Да, девочка, помолвку. Представляешь, как я офигел, когда за неделю до свадьбы, сын заявил, что женится по любви, а не по расчету. Теперь ты моя, Ива, и я собираюсь держать тебя рядом, как послушную зверюшку, пока Матвей не выкинет из головы, что может поступать по-своему.
- Ненавижу.
- Ломать придется, значит, я люблю строптивых, из них получаются самые искусные любовницы.
СОДЕРЖИТ ИНФОРМАЦИЮ О НАРКОТИЧЕСКИХ ИЛИ ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВАХ И ИХ АНАЛОГАХ. НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Не хотела ничего слушать. Я хотела, чтобы он отпустил.
Сморгнула слезы и проскулила:
- За что?
- Потому что из-за тебя мой сын хотел разорвать помолвку с дочерью моего делового партнера.
Помолвку? Но ведь, Матвей помолвлен со мной!
Гордей усмехнулся:
- Да, девочка, помолвку. Представляешь, как я офигел, когда за неделю до свадьбы, сын заявил, что женится по любви, а не по расчету. Теперь ты моя, Ива, и я собираюсь держать тебя рядом, как послушную зверюшку, пока Матвей не выкинет из головы, что может поступать по-своему.
- Ненавижу.
- Ломать придется, значит, я люблю строптивых, из них получаются самые искусные любовницы.
СОДЕРЖИТ ИНФОРМАЦИЮ О НАРКОТИЧЕСКИХ ИЛИ ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВАХ И ИХ АНАЛОГАХ. НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
— Вы меня убьёте? — мой голос звучит глухо, сдавленно. Братья стоят полукругом. Родные люди, те, кто должен был защищать, а не ломать меня.
— Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью.
Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца.
Но вдруг резкий голос разрезает ночь:
— Что здесь происходит?!
Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно чужой.
— Она позор семьи, — произносит кто-то из братьев.
— Вы её убиваете.
— Мы имеем на это право.
Он усмехается, качая головой:
— К чёрту ваш позор.
А потом его взгляд задерживается на мне:
— Ты хочешь жить?
Я не знаю, что ответить. Губы дрожат, голос едва не срывается:
— Да…
Он медленно сжимает кулаки.
— Тогда ты моя.
Пятеро мужчин против одного. Шансов нет. Но он их не считает. Он просто бросается в бой.
— Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью.
Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца.
Но вдруг резкий голос разрезает ночь:
— Что здесь происходит?!
Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно чужой.
— Она позор семьи, — произносит кто-то из братьев.
— Вы её убиваете.
— Мы имеем на это право.
Он усмехается, качая головой:
— К чёрту ваш позор.
А потом его взгляд задерживается на мне:
— Ты хочешь жить?
Я не знаю, что ответить. Губы дрожат, голос едва не срывается:
— Да…
Он медленно сжимает кулаки.
— Тогда ты моя.
Пятеро мужчин против одного. Шансов нет. Но он их не считает. Он просто бросается в бой.
Девочки «Velvet» сопровождают самых богатых, влиятельных и известных. Купить нас значит купить роскошь. Нас не стыдно привести в высшее общество – мы его часть. С нами не бывает скучно – мы знаем, как исполнять желания. Мы знаем о своих клиентах всё.
Мужчины, покупающие нас, получают нечто большее, чем удовлетворение – это может любая шлюха. Они получают подтверждение собственного превосходства и состоятельности. Секс с нами – это не труд, а награда.
***
— Ты почти не приносишь денег. Я вложила в тебя больше, чем ты заработала. Поэтому ты возьмёшь клиента и сделаешь всё, что он попросит.
— Всё?.. — сердце уходит в пятки. Нужда становится ещё острее, и я ёрзаю по скрипучей кожаной обивке под внимательным взглядом хозяйки.
Она никогда не заставляла спать с клиентами, это исключительное желание девочек. Мне она позволяла сохранять верность принципам. Но, кажется, что-то пошло не так...
— Всё, — отрезает Елизавета Петровна. — Это слишком ценный клиент. И он выбрал тебя.
Мужчины, покупающие нас, получают нечто большее, чем удовлетворение – это может любая шлюха. Они получают подтверждение собственного превосходства и состоятельности. Секс с нами – это не труд, а награда.
***
— Ты почти не приносишь денег. Я вложила в тебя больше, чем ты заработала. Поэтому ты возьмёшь клиента и сделаешь всё, что он попросит.
— Всё?.. — сердце уходит в пятки. Нужда становится ещё острее, и я ёрзаю по скрипучей кожаной обивке под внимательным взглядом хозяйки.
Она никогда не заставляла спать с клиентами, это исключительное желание девочек. Мне она позволяла сохранять верность принципам. Но, кажется, что-то пошло не так...
— Всё, — отрезает Елизавета Петровна. — Это слишком ценный клиент. И он выбрал тебя.
— Боишься меня?
— Ненавижу.
— Это даже лучше, Мия.
Когда мой старший брат задолжал крупную сумму самому опасному человеку города, расплачиваться пришлось мне.
Дамир — псих с татуировками и взглядом, от которого кожу сковывает льдом. Он держит подпольные бои, крышует клубы и ломает людей так же легко, как зажигалки.
И теперь я — его долг. Его личная вещь, которой он может распоряжаться как хочет.
Я думала, он просто хочет наказать меня за чужие долги. Сломать. Унизить. Заставить молить о пощаде.
Но у Дамира другая одержимость.
Он не отпускает то, что считает своим. Никогда.
— Ненавижу.
— Это даже лучше, Мия.
Когда мой старший брат задолжал крупную сумму самому опасному человеку города, расплачиваться пришлось мне.
Дамир — псих с татуировками и взглядом, от которого кожу сковывает льдом. Он держит подпольные бои, крышует клубы и ломает людей так же легко, как зажигалки.
И теперь я — его долг. Его личная вещь, которой он может распоряжаться как хочет.
Я думала, он просто хочет наказать меня за чужие долги. Сломать. Унизить. Заставить молить о пощаде.
Но у Дамира другая одержимость.
Он не отпускает то, что считает своим. Никогда.
– Ты будешь моей игрушкой. Красивой. Непослушной.
– Я — твоя сестра. Очнись!
Он сжимает рукой мои волосы.
– Сводная. Родители уехали. Никто тебя не спасёт.
Он — сын влиятельного авторитета. Мой сводный брат. Мы живём в одном доме и ненавидим друг друга.
Но однажды я перестаю понимать, где кончается вражда и начинается страсть. Одержимая, горячая...
♥️ Герой – собственник.
♥️ Запретные отношения.
♥️ Мафия.
♥️ Тронь её — пожалеешь.
♥️ Дерзкая героиня.
♥️ Горячие сцены 🔞
♥️ ХЭ
Ей – 20 лет.
Ему – 24 года.
– Я — твоя сестра. Очнись!
Он сжимает рукой мои волосы.
– Сводная. Родители уехали. Никто тебя не спасёт.
Он — сын влиятельного авторитета. Мой сводный брат. Мы живём в одном доме и ненавидим друг друга.
Но однажды я перестаю понимать, где кончается вражда и начинается страсть. Одержимая, горячая...
♥️ Герой – собственник.
♥️ Запретные отношения.
♥️ Мафия.
♥️ Тронь её — пожалеешь.
♥️ Дерзкая героиня.
♥️ Горячие сцены 🔞
♥️ ХЭ
Ей – 20 лет.
Ему – 24 года.
— Оказывается, мы все еще женаты, Максим. Наш брак не аннулировали…
Он долго молчит. Скользит по мне цепким взглядом, заставляя дрожать. А потом произносит, ломая все мои надежды:
— Я дам тебе развод. Без судов и дележек. Но месяц ты проживешь со мной. Как настоящая жена. Будешь готовить, стирать, слушаться… и спать со мной. Возвращать свой супружеский долг.
Четыре года назад мы поженились. Но сразу после свадьбы я увидела его истинное лицо и сбежала, глубоко заперев чувства.
Оба думали, что теперь нас ничего не связывает. Но ошибка в документах решила иначе.
Мне нужен развод, чтобы спасти отца.
А бывший хочет доказать свою власть надо мной. И делать это он планирует мастерски и изощренно.
Вот только я не собираюсь ему подчиняться. И строить из себя послушную жену тоже не буду.
Он долго молчит. Скользит по мне цепким взглядом, заставляя дрожать. А потом произносит, ломая все мои надежды:
— Я дам тебе развод. Без судов и дележек. Но месяц ты проживешь со мной. Как настоящая жена. Будешь готовить, стирать, слушаться… и спать со мной. Возвращать свой супружеский долг.
Четыре года назад мы поженились. Но сразу после свадьбы я увидела его истинное лицо и сбежала, глубоко заперев чувства.
Оба думали, что теперь нас ничего не связывает. Но ошибка в документах решила иначе.
Мне нужен развод, чтобы спасти отца.
А бывший хочет доказать свою власть надо мной. И делать это он планирует мастерски и изощренно.
Вот только я не собираюсь ему подчиняться. И строить из себя послушную жену тоже не буду.
«Не бойся», — шепчет он, прижимая меня к холодной переборке. Его рука скользит по моему бедру. «Мы возьмём тебя. Медленно. Глубоко. Научим твоё тело принимать нас. Обоих».
Их метки горят. Моё тело горит. И у меня есть семьдесят два часа, чтобы стать их.
________________
Меня находят в спасательной капсуле на границе мёртвого сектора. Два офицера космофлота нарушают протокол и забирают меня к себе. Потому что рядом со мной их кровь ведёт себя неправильно. Боевые метки вспыхивают. Тела требуют.
Брачный протокол активирован. Связь необратима. Семьдесят два часа до полной активации.
Их метки горят. Моё тело горит. И у меня есть семьдесят два часа, чтобы стать их.
________________
Меня находят в спасательной капсуле на границе мёртвого сектора. Два офицера космофлота нарушают протокол и забирают меня к себе. Потому что рядом со мной их кровь ведёт себя неправильно. Боевые метки вспыхивают. Тела требуют.
Брачный протокол активирован. Связь необратима. Семьдесят два часа до полной активации.
Я росла без родителей и всегда мечтала о большой семье, которая просто любит, принимает, дарит безопасность и спокойствие. И, казалось, счастье так близко, я стала частью большой семьи своей подруги… Но…
Он ворвался как гром среди ясного неба, готовый разрушить мой небольшой построенный мир.
Он пришел требовать ответа за жестокий обман.
— Пусть она сделает выбор, чтобы потом не лить слезы, чтобы потом не умолять о пощаде, — говорил Карим, глядя на меня, не моргая. — Я заберу тебя, но оставлю семью Фатимы в покое. Ты согласна? Одно слово, Надежда, всего одно слово.
— Согласна, — собственноручно я подписала себе смертный приговор.
Он ворвался как гром среди ясного неба, готовый разрушить мой небольшой построенный мир.
Он пришел требовать ответа за жестокий обман.
— Пусть она сделает выбор, чтобы потом не лить слезы, чтобы потом не умолять о пощаде, — говорил Карим, глядя на меня, не моргая. — Я заберу тебя, но оставлю семью Фатимы в покое. Ты согласна? Одно слово, Надежда, всего одно слово.
— Согласна, — собственноручно я подписала себе смертный приговор.
— Мне нужна твоя дочь, — говорю я прямо.
— Что ты с ней сделаешь? — Логинов сглатывает.
— Возьму в жёны.
Когда-то София хотела стать моей женой. Я любил её больше жизни.
Но она встретила мужчину выгоднее. Того, кто мог дать ей деньги и жизнь, которую я тогда позволить себе не мог.
Прошло три года. Я построил бизнес. Получил власть, деньги и влияние, которых у меня тогда не было.
Её муж мёртв. За её семьёй охотятся люди, которых он обокрал. Её отец сам приходит ко мне за помощью, потому что я — единственный человек, способный решить проблему.
Смешная штука жизнь. Теперь София всё-таки станет моей женой. Только любви я ей больше не обещаю.
— Что ты с ней сделаешь? — Логинов сглатывает.
— Возьму в жёны.
Когда-то София хотела стать моей женой. Я любил её больше жизни.
Но она встретила мужчину выгоднее. Того, кто мог дать ей деньги и жизнь, которую я тогда позволить себе не мог.
Прошло три года. Я построил бизнес. Получил власть, деньги и влияние, которых у меня тогда не было.
Её муж мёртв. За её семьёй охотятся люди, которых он обокрал. Её отец сам приходит ко мне за помощью, потому что я — единственный человек, способный решить проблему.
Смешная штука жизнь. Теперь София всё-таки станет моей женой. Только любви я ей больше не обещаю.
Выберите полку для книги