Книги в жанре «Любовные романы»
- Да не люблю я тебя, как ты не понимаешь? И не любил никогда! – хватаясь за голову, кричит муж и мечется по комнате. - Я знал, что блондинки глупые, но не до такой же степени! Или это беременность последние остатки мозга сожрала? Сказал же утром, не приезжай, сиди дома, о выродке думай, от которого отец будет в восторге.
Еще утром все было хорошо. Я сообщила ему о беременности, не смогла дотянуть до новогодней ночи. Арсений был счастлив, но сейчас все рушится, и его признание разбивает мне сердце.
- - - - -
Измена
Властный герой
Беременная героиня
Любовница не та еще мадам
ХЭ прилагается
Героев ругаем, автора низя
Сковородки при входе, об отсутствии на складе сообщить автору
Еще утром все было хорошо. Я сообщила ему о беременности, не смогла дотянуть до новогодней ночи. Арсений был счастлив, но сейчас все рушится, и его признание разбивает мне сердце.
- - - - -
Измена
Властный герой
Беременная героиня
Любовница не та еще мадам
ХЭ прилагается
Героев ругаем, автора низя
Сковородки при входе, об отсутствии на складе сообщить автору
«Я жду ребенка, Игнат. Твоего ребенка! Твоя жена бесплодна! А я ношу под сердцем твоего сына».
Читаю поздравительную открытку, которая случайно выпала из бардачка автомобиля мужа, и буквально каменею. Строчки прыгать начинают перед глазами. Кажется, что это какая-то шутка, ведь так не может быть!
Ведь мой Игнат никогда так со мной не поступит!
Но вот… опять читаю и понимаю, что не показалось…
«Ты обещал, что мы будем вместе! Обещал! Я устала ждать!»
Губы дрожать начинают, вновь слезы застилают взор и падают на бумагу, которую держат дрожащие пальцы, но я вчитываюсь дальше:
«Я понимаю, что нужно время, чтобы твои адвокаты подготовили все и у твоей жены не было и шанса на имущество, но… я хочу родить нашего сына в законном браке! Так что у тебя неделя, чтобы выгнать женушку, иначе я сама ей все скажу!»
Мир рушится, и мой счастливый брак ломается вдребезги…
Я хотела порадовать мужа, рассказать о долгожданной беременности, но сюрприз под Новый год сделал он…
Читаю поздравительную открытку, которая случайно выпала из бардачка автомобиля мужа, и буквально каменею. Строчки прыгать начинают перед глазами. Кажется, что это какая-то шутка, ведь так не может быть!
Ведь мой Игнат никогда так со мной не поступит!
Но вот… опять читаю и понимаю, что не показалось…
«Ты обещал, что мы будем вместе! Обещал! Я устала ждать!»
Губы дрожать начинают, вновь слезы застилают взор и падают на бумагу, которую держат дрожащие пальцы, но я вчитываюсь дальше:
«Я понимаю, что нужно время, чтобы твои адвокаты подготовили все и у твоей жены не было и шанса на имущество, но… я хочу родить нашего сына в законном браке! Так что у тебя неделя, чтобы выгнать женушку, иначе я сама ей все скажу!»
Мир рушится, и мой счастливый брак ломается вдребезги…
Я хотела порадовать мужа, рассказать о долгожданной беременности, но сюрприз под Новый год сделал он…
— Кто она? — снова смотрю на Андрея. — С кем ты мне изменил?
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
– Ты что тут делаешь? – улыбается муж криво.
Макс смотрит на меня очень странно, и в душе начинает шевелиться какое-то отвратительное чувство.
Будто меня вот-вот стошнит на глазах у всех.
Сестра подарила мне путевку на отдых, я приезжаю в отель и вижу мужа у стойки регистрации под руку с незнакомой женщиной.
Он сказал, что уезжает на рабочую встречу, а сам повез любовницу на горнолыжный курорт.
Пять лет душа в душу, крепкая дружная семья и пережитое вместе горе от потери ребенка разбиваются об его отвратительные слова:
– Ты сейчас очень не вовремя, Рин…
Макс смотрит на меня очень странно, и в душе начинает шевелиться какое-то отвратительное чувство.
Будто меня вот-вот стошнит на глазах у всех.
Сестра подарила мне путевку на отдых, я приезжаю в отель и вижу мужа у стойки регистрации под руку с незнакомой женщиной.
Он сказал, что уезжает на рабочую встречу, а сам повез любовницу на горнолыжный курорт.
Пять лет душа в душу, крепкая дружная семья и пережитое вместе горе от потери ребенка разбиваются об его отвратительные слова:
– Ты сейчас очень не вовремя, Рин…
- Так это ты мой новый директор? - я вошла в кабинет и застыла на месте.
- Вот так сюрприз, - Артур ехидно усмехнулся, прищурив глаза, - рыбка сама приплыла в сети, - мужчина довольно откинулся в кресле, закинув руки за голову.
- Я не буду на тебя работать, - разворачиваюсь и цокаю на шпильках к выходу.
Разоделась, блин, юбка, каблуки. Вот черт! Бежать отсюда быстрее...
- Будешь...
Дыхание перехватило. Наглец!
Обернулась и на ходу показала средний палец. Подхожу к двери и берусь за ручку. Еще секунда и я буду свободна.
- Уволю по статье.
Все внутри оборвалось. Я ведь уже оформилась в отделе кадров. И что мне сейчас делать?
Вдох, выдох. Соберись, Ната.
Ну ничего, посмотрим кто кого.
Артур, ты сам меня уволишь.
Мне никак нельзя здесь работать. Иначе он может узнать мою тайну...
***
В прошлом у нас была одна ночь любви. После которой он выгнал меня и женился на другой. А я втайне родила двух принцесс. Предатель не должен узнать про детей. Никогда...
- Вот так сюрприз, - Артур ехидно усмехнулся, прищурив глаза, - рыбка сама приплыла в сети, - мужчина довольно откинулся в кресле, закинув руки за голову.
- Я не буду на тебя работать, - разворачиваюсь и цокаю на шпильках к выходу.
Разоделась, блин, юбка, каблуки. Вот черт! Бежать отсюда быстрее...
- Будешь...
Дыхание перехватило. Наглец!
Обернулась и на ходу показала средний палец. Подхожу к двери и берусь за ручку. Еще секунда и я буду свободна.
- Уволю по статье.
Все внутри оборвалось. Я ведь уже оформилась в отделе кадров. И что мне сейчас делать?
Вдох, выдох. Соберись, Ната.
Ну ничего, посмотрим кто кого.
Артур, ты сам меня уволишь.
Мне никак нельзя здесь работать. Иначе он может узнать мою тайну...
***
В прошлом у нас была одна ночь любви. После которой он выгнал меня и женился на другой. А я втайне родила двух принцесс. Предатель не должен узнать про детей. Никогда...
— Ты не обязан танцевать со мной, — бросаю я, слегка выгибая бровь. — Особенно если собираешься делать при этом такое лицо.
— Какое лицо?
— Будто ты съел ведро кислой капусты, и тебя вот-вот стошнит.
Он кривит губы в раздраженной усмешке.
— Поверь мне, я бы предпочел оказаться где угодно, лишь бы не здесь, но увы.
— Увы, увы, — передразниваю я его.
И смотрю на него с вызовом, но он не отводит взгляда. В этот момент музыка замедляется, и Дамир притягивает меня чуть ближе, чем мне бы хотелось.
— Я не планировал жениться, — вдруг говорит он.
— А я не планировала выходить замуж за мужчину, который смотрит на меня так, будто я гвоздь в его ботинке, но видишь, какая у нас обоих жизнь?
— Какое лицо?
— Будто ты съел ведро кислой капусты, и тебя вот-вот стошнит.
Он кривит губы в раздраженной усмешке.
— Поверь мне, я бы предпочел оказаться где угодно, лишь бы не здесь, но увы.
— Увы, увы, — передразниваю я его.
И смотрю на него с вызовом, но он не отводит взгляда. В этот момент музыка замедляется, и Дамир притягивает меня чуть ближе, чем мне бы хотелось.
— Я не планировал жениться, — вдруг говорит он.
— А я не планировала выходить замуж за мужчину, который смотрит на меня так, будто я гвоздь в его ботинке, но видишь, какая у нас обоих жизнь?
Он — граф, чьё сердце заковано в броню после пережитой в детстве боли. Она — женщина, отвергнутая обществом, готовая на всё ради своей дочери.
Генри Рассел вернулся в отчий дом, чтобы возродить то, что было разрушено временем и людьми. Кэтрин Эванз пришла к нему в поисках убежища, дрожа от страха перед человеком, которого все считают чудовищем.
Между ними — пропасть предубеждений и тяжёлое прошлое. Но что, если именно эта встреча способна растопить лёд в сердце графа и подарить обоим надежду на новую, счастливую жизнь?
Генри Рассел вернулся в отчий дом, чтобы возродить то, что было разрушено временем и людьми. Кэтрин Эванз пришла к нему в поисках убежища, дрожа от страха перед человеком, которого все считают чудовищем.
Между ними — пропасть предубеждений и тяжёлое прошлое. Но что, если именно эта встреча способна растопить лёд в сердце графа и подарить обоим надежду на новую, счастливую жизнь?
— В моём доме есть всего два правила, — говорит Владислав Абрамов, мой красивый и опасный отчим, — не красть у меня и не сбегать от меня, за это я наказываю, очень жёстко. А ты нарушила оба правила, Даша. И тебя ждёт двойное наказание…
— Но я не брала ваши деньги…
— Замолчи, тебе слова никто не давал!
Дрожу от страха, стою на коленях, закованная в наручники.
А отчим всем свои видом даёт понять, что сейчас будет наказывать…
Подходит вплотную, сжимает моё горло, смотрит голодным взглядом.
— Но просто наказывать тебя мне неинтересно… хочу поиграть с тобой, продлить удовольствие. Завтра наш криминальный круг устраивает большую охоту. А жертвой будешь ты, девочка. Если сможешь убежать, оставлю в живых. Если поймаю, тогда тебя ждёт…
— Но я не брала ваши деньги…
— Замолчи, тебе слова никто не давал!
Дрожу от страха, стою на коленях, закованная в наручники.
А отчим всем свои видом даёт понять, что сейчас будет наказывать…
Подходит вплотную, сжимает моё горло, смотрит голодным взглядом.
— Но просто наказывать тебя мне неинтересно… хочу поиграть с тобой, продлить удовольствие. Завтра наш криминальный круг устраивает большую охоту. А жертвой будешь ты, девочка. Если сможешь убежать, оставлю в живых. Если поймаю, тогда тебя ждёт…
— У вас все серьезно? — слова даются с трудом.
— Хватит! Этими вопросами ты делаешь себе только хуже, — четко выговаривает муж. — Сейчас главное, чтобы ты поправилась. Так что сначала приведем твое красивое личико в порядок, а потом обо всем поговорим.
— Я хочу развод, — шмыгаю носом.
— Ну какой тебе развод? — кажется, Денис усмехается. — Ты беспомощная мышка, за которой нужен уход. Так что смирись и поправляйся. Если тебе так будет проще, можешь представить в своей рыженькой головке, что никаких измен нет. Все равно ты их пока что не сможешь увидеть.
— Хватит! Этими вопросами ты делаешь себе только хуже, — четко выговаривает муж. — Сейчас главное, чтобы ты поправилась. Так что сначала приведем твое красивое личико в порядок, а потом обо всем поговорим.
— Я хочу развод, — шмыгаю носом.
— Ну какой тебе развод? — кажется, Денис усмехается. — Ты беспомощная мышка, за которой нужен уход. Так что смирись и поправляйся. Если тебе так будет проще, можешь представить в своей рыженькой головке, что никаких измен нет. Все равно ты их пока что не сможешь увидеть.
Я была уверена, что меня встретит в свои объятия жесткая земля, но совершенно неожиданно оказалась в сильных руках. Мужчина самортизировал мое падение, поставил на ноги, но все еще придерживал, а поддержка была мне необходима. У меня небо с землей местами перепутались.
– Что вы здесь делаете? – бархатистость голоса и мягкие касания никак не вязались со строгим тоном мужчины.
– Простите, упала, – я подняла глаза и засмотрелась. Мне казалось, у Егорушкина серые глаза, но нет, они зеленоватые.
– Летать учились? – уточнил он уже мягче.
– Почти.
Мне позарез нужно было показать свой проект местному олигарху. В офис к нему не пустили, поэтому я решила пролезть к нему в дом. Теперь же этот нехороший человек предлагает стать няней для его сына в обмен на спонсорские вложения.
Что ж, ради своего проекта я пойду на все.
– Что вы здесь делаете? – бархатистость голоса и мягкие касания никак не вязались со строгим тоном мужчины.
– Простите, упала, – я подняла глаза и засмотрелась. Мне казалось, у Егорушкина серые глаза, но нет, они зеленоватые.
– Летать учились? – уточнил он уже мягче.
– Почти.
Мне позарез нужно было показать свой проект местному олигарху. В офис к нему не пустили, поэтому я решила пролезть к нему в дом. Теперь же этот нехороший человек предлагает стать няней для его сына в обмен на спонсорские вложения.
Что ж, ради своего проекта я пойду на все.
Выберите полку для книги