Читать и слушать книги

- Продолжайте, продолжайте!

А что я еще должна сказать, застав мужа на любовнице? «На» или «В» - даже не знаю как правильно, и то и то подходит.

Я, конечно, не теряюсь, готова пожелать ему счастья и отправить в пешее эротическое, хотя хочется сказать, что на работе надо работать, а не это вот всё.

Но говорю я, внезапно, совсем другое.

- Не знала, как тебе сказать, но у меня тоже есть другой.

И всё бы ничего, только теперь у меня одна маленькая проблема. Как найти этого другого и предъявить разъяренному супругу.

Ничего, я справлюсь. Что ж делать, если, как говорится, прошла любовь, завяли помидоры?

— Савва, что вы делаете в эту субботу в одиннадцать утра?
— Буду растапливать баню. Потом жарить шашлык и раскочегаривать старый самовар.
— А если я попрошу вас изобразить в ЗАГСе моего жениха, согласитесь? У меня есть деньги! Я заплачу!
— Серьёзно? — он смерил девушку насмешливым взглядом. — Люба, а если я попрошу в качестве оплаты не деньги?
— Да что вы себе возомнили? Хам!
— Я в курсе! Ну так что? Будете слушать мои условия?

— Пап, открой глаза!
Папа? У меня нет детей!
Резко открываю глаза и пытаюсь сесть, но в глазах начинает двоиться. Детей на стуле рядом с моей кроватью двое. Мальчики - близнецы...
— Адам, любимый, как хорошо, что ты очнулся!!! — ко мне подлетает миниатюрная блондинка с голубыми тревожными глазами, которую я точно вижу впервые.
— Кто вы? Почему я здесь? — Спрашиваю требовательно. Смотрю на настенные часы — у меня встреча с юристом через час. Будет оглашение завещания отца.
— Пап, тебя машина сбила!
— Адам, я чуть с ума не сошла! — Блондинка, кажется, плакать собирается...
— У меня нет детей! — Отрезаю раздраженно и вырываю капельницу. На пальце замечаю кольцо. Обручальное!
— Мы твоя семья, — голос блондинки дрожит, пока она прижимает к себе детей.
Нет у меня никакой семьи. Я успешный бизнесмен и сплю исключено с моделями. Всегда с разными! Резко поднимаюсь с койки и ухожу.
— Адам, не уходи…. не бросай нас… — долетает в спину с отчаянием.

- У меня есть другая женщина.
Слова мужа оглушили.
Он шутит так? У нас сын пропал! Какая любовница? Ей не место в нашей жизни, мы ребенка своего должны найти.
- Уже больше года прошло, Лена, надежды найти Даню почти нет, я больше не могу так жить.
- Будто я могу… - прошептала, утопая в океане боли.
- Лен, я не знаю, что сказать. Встретил, полюбил, ты же и сама понимаешь, каково это, когда смысл жизни потерял…
- Не понимаю, смысл моей жизни – Даню найти, а твоей – бросить его, ради девки.
- Не называй ее так.
- А как мне ее называть, а? Она влезла в семью, где горе случилось.
- Никуда Аля не влезала, все началось еще до пропажи Дани. Мы вместе уже почти полтора года, я молчал, потому что после похищения боялся, что ты сорвешься.
Полтора года… он начал встречаться с ней до похищения Дани…
- Ты с ней переписывался, когда сына отпустил?
Муж не выдержал моего взгляда, отвел свой, и я все поняла… он писал любовнице, когда нашего мальчика уводил из парка похититель.

Тяжелый мяч просвистел в сантиметре от уха. Ударившись об стену, срикошетил ей по плечу. Но, это лучше, чем тебе зафигачат в глаз.

«Хороший удар!» — Лена машинально потерла ушибленное место.

— Дура! — выкрикнул мелкий проказник и они с братом мгновенно исчезли, только синхронная топотня слышна.

Из дальней комнаты послышался грохот. Что-то тяжелое упало.

— Вы не обижайтесь, Леночка, — круглые добрые глаза Аннушки ее окутали жалостью. Пышечка прижала руки к груди, будто просила за детей и извинялась. — Без матери растут, без женской ласки. Дичают. — Закачала головой. — Бывшая няня с ними не справилась. Наговорила им грубостей… Что мамка их бросила потому, что они плохие. Дочка Дмитрия Захаровича, действительно скинула детей на отца и продолжила свою непутевую жизнь в столице. Сложно у нас. Но, куда деваться? Воспитываем по мере сил, бедных деточек, — Анна развела руками.

Я осматриваю с головы до ног девушку, которая сидит на кресле и уставившись на меня с полуоткрытым ртом, глупо лупает глазами. Ее полупрозрачная рубашка трепыхается на груди, а обтягивающая юбка кажется вот-вот разойдется по шву. Я понимаю что не могу совладать с собой, и кажется прихожу в себя в тот момент, когда моя раненая в решетке водостока туфля летит прямо в голову Иваньковской.
- Какого черта?? - визжит девушка на кресле, автоматически выставив руки для защиты.
- Это я хочу спросить какого черта здесь происходит??? - мне кажется я ору буквально на весь этаж, и параллельно делаю взмах второй рукой, в которой осталась еще одна целая туфля..

Вот так началась наша подготовка к десятой годовщине свадьбы. А дальше…развод, моя неожиданная беременность и раздел бизнеса, в котором мой муж решил оставить меня ни с чем. Но кто из нас останется ни с чем, это мы еще посмотрим! Ведь нет ничего опаснее женщины, которую предали!

— В этом году наша семья станет больше, — объявляет муж в прямом эфире и кладёт руку на живот моей преемницы.

О его ребёнке я узнаю вместе со всем городом.

Когда я пытаюсь ответить, Олег выключает мой микрофон.

Зря. Резервный лежит под столом.

За один вечер муж лишил меня брака, работы и имени, которое превратил в свой бренд. Теперь он хочет забрать дочь и радиостанцию моего отца — последнее место, где мой голос принадлежит мне.

У меня двадцать девять дней, чтобы спасти станцию. И только один человек способен помочь — Кирилл Лавров.

Моя первая любовь.

Мужчина, который семнадцать лет назад продал нашу общую мечту и исчез.

Я не верю Кириллу. Но слишком хорошо помню, как мы вместе считали секунды тишины перед эфиром.

С ним я могу вернуть себе голос.

Но смогу ли не отдать ему сердце — второй раз?

— Зачем тебе это, Влад?
Поднимаю уставший взгляд от брачного договора, а точнее подробной инструкции моего поведения в браке с ним. Здесь по пунктам расписано, что я должна делать по дому, как воспитывать его дочерей и сколько раз в неделю буду наведываться к нему в постель.
Усмехаюсь, даже рекомендации к нижнему белью имеются.
— Девочки привязались к тебе. Я подумал и решил, почему бы и нет? Тем более моя цена должна устроить тебя. Не вижу причин для отказа.

***
Он — отец-одиночка двух очаровательных девочек.
У меня за плечами неудачный брак и тяжёлый развод.
Когда-то мы любили друг друга. Но наши пути разошлись, чтобы через десять лет снова пересечься.
Сейчас ни о какой о любви не может быть и речи. Он презирает меня, но всё равно хочет купить, как понравившуюся куклу. А у меня нет другого выбора, кроме как согласиться.

В уютном кафе «У перекрёстка», где аромат свежесваренного кофе смешивается с шёпотом доверительных разговоров, пересекаются судьбы, страхи и надежды. Здесь, за привычным столиком у окна, Аня и Паша строили планы, смеялись и верили: их любовь — навсегда. Но однажды тень подозрений легла между ними, и привычный мир начал рассыпаться на осколки.

Аня, терзаемая сомнениями, пытается разглядеть правду в обрывках фраз и случайных взглядах. Паша, загнанный в угол проблемами с бизнесом, боится признаться в слабости, боясь потерять самое дорогое. А между ними — Света, чьи мотивы скрыты за маской заботы, и чьи слова, как острые камни, ранят доверие.

— Ну наконец-то! — раздался гневный голос пациентки, как только я вошла в предродовую. — Быстро подошла сюда!
— Не надо так сильно кричать, силы теряете, а они вам ещё понадобятся, — спокойно ответила я, уже давно привыкшая к истерикам рожениц. — Глубокий вдох через нос, выдох через рот…
— Да что ты понимаешь, дилетантка?! — снова зашлась она в крике. — Кого ко мне прислали? Я хочу другого врача!
— Милая! — голос мужчины показался мне знакомым. Одетый по всем правилам — накидка, бахилы, маска и шапочка — он вбежал в предродовую и присел на корточки рядом с пациенткой. — Милая, как ты? — Он сжимал её руку и поглаживал по щеке, но как только повернул ко мне лицо, застыл, не мигая.
На мгновение застыла и я, окончательно узнав его.