Читать и слушать книги
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
— Ты должна переехать ко мне, — произносит Тимур в своей привычной властной манере.
Мы не виделись пять лет, а он так и не изменился.
— Я тебе ничего не должна с того дня, когда ты меня бросил перед свадьбой, — вспоминаю тот гадкий период жизни, свою боль, и растерянность мгновенно сменяется гневом.
Он остается невозмутимым.
— Смею напомнить, ты беременна от меня.
— Если повезет, станешь воскресным папой! Если невеста твоя против не будет, — не удерживаюсь от едкого уточнения.
— Ошибаешься, милая.
Не успеваю сориентироваться, как бывший закидывает меня на плечо, и несет к своему огромному внедорожнику.
***
Много лет назад расставание с любимым стало для меня большим ударом. Сердце безвозвратно разбилось.
Даже в страшном сне я не могла представить, что из-за врачебной ошибки окажусь беременной от него.
— Ты должна переехать ко мне, — произносит Тимур в своей привычной властной манере.
Мы не виделись пять лет, а он так и не изменился.
— Я тебе ничего не должна с того дня, когда ты меня бросил перед свадьбой, — вспоминаю тот гадкий период жизни, свою боль, и растерянность мгновенно сменяется гневом.
Он остается невозмутимым.
— Смею напомнить, ты беременна от меня.
— Если повезет, станешь воскресным папой! Если невеста твоя против не будет, — не удерживаюсь от едкого уточнения.
— Ошибаешься, милая.
Не успеваю сориентироваться, как бывший закидывает меня на плечо, и несет к своему огромному внедорожнику.
***
Много лет назад расставание с любимым стало для меня большим ударом. Сердце безвозвратно разбилось.
Даже в страшном сне я не могла представить, что из-за врачебной ошибки окажусь беременной от него.
Лечу от психолога к мужу в офис на крыльях любви с мыслью: “Справилась! Смогла! Семью спасла!”
Подлетаю к двери кабинета. Дергаю. И…
Вижу на столе бабу и мужа без штанов.
Физически чувствую, как крылья моей любви горят. От боли меня трясет и корежит.
- Как ты мог?! Как?! - тихо сиплю, шаря рукой в сумке.
На автомате достаю бутылку шампанского и запускаю ее, как кеглю в мужа.
Бутылка влетает в стеновой водопад.
Та-да-м-м. Взрыв. Стекло. Осколки. Вода.
- Какой фееричный финал! Было и нет.., - с хохотом выхожу из кабинета, хлопая дверью так, что слышу грохот упавшей со стены картины…
Подлетаю к двери кабинета. Дергаю. И…
Вижу на столе бабу и мужа без штанов.
Физически чувствую, как крылья моей любви горят. От боли меня трясет и корежит.
- Как ты мог?! Как?! - тихо сиплю, шаря рукой в сумке.
На автомате достаю бутылку шампанского и запускаю ее, как кеглю в мужа.
Бутылка влетает в стеновой водопад.
Та-да-м-м. Взрыв. Стекло. Осколки. Вода.
- Какой фееричный финал! Было и нет.., - с хохотом выхожу из кабинета, хлопая дверью так, что слышу грохот упавшей со стены картины…
— Соня?
Я узнаю этот голос из тысячи других даже спустя пять лет с закрытыми глазами. Но меньше всего я ожидала, что встречу свое прошлое на репетиции свадебной церемонии, для которой готовила декор.
— Добрый… — запинаюсь, до побелевших костяшек сжимая электрический степлер в руке, — день. Точнее, вечер.
— Ты чего, как не родная, Сонька? — он внезапно набрасывается на меня с радостными объятиями, а я от неожиданности теряюсь.
А я верчу головой по сторонам, слыша:
— Мама, мама!
И забываю дышать, когда вижу, как моя маленькая дочка Стеша, безумно похожая на мое прошлое, несется ко мне со всех ног.
Я узнаю этот голос из тысячи других даже спустя пять лет с закрытыми глазами. Но меньше всего я ожидала, что встречу свое прошлое на репетиции свадебной церемонии, для которой готовила декор.
— Добрый… — запинаюсь, до побелевших костяшек сжимая электрический степлер в руке, — день. Точнее, вечер.
— Ты чего, как не родная, Сонька? — он внезапно набрасывается на меня с радостными объятиями, а я от неожиданности теряюсь.
А я верчу головой по сторонам, слыша:
— Мама, мама!
И забываю дышать, когда вижу, как моя маленькая дочка Стеша, безумно похожая на мое прошлое, несется ко мне со всех ног.
— Ты сама виновата, — холодно заявляет муж. — Ты перестала справляться со своими обязанностями жены, а твоя сестра помогла.
— Так я ей еще и благодарна должна быть, что она тебя в постели ублажает? — пораженно застываю, глотая слезы.
— Это ваши дела, — пожимает плечами Аркадий. — Но я бы на твоем месте не стал делать из этого трагедию. Советую меня не злить, а еще ты должна уволиться и заниматься домом, мужем и ребенком! Ты же видишь, что происходит из-за твоего упрямства? Сын постоянно болеет, в доме бардак, про остальное вообще молчу!
Обида захлестывает с головой.
— Я тебе ничего не должна! Я хочу развод и свободу от тебя! — выговариваю отчаянно.
— Хорошо подумала? — цедит муж, злобно прищуриваясь.
— Очень хорошо! — вздергиваю подбородок.
— Что ж, смотри, потом не пожалей…
Если бы я знала, что меня ждет, я бы, наверное, последовала совету мужа, но я решила проявить характер…
— Так я ей еще и благодарна должна быть, что она тебя в постели ублажает? — пораженно застываю, глотая слезы.
— Это ваши дела, — пожимает плечами Аркадий. — Но я бы на твоем месте не стал делать из этого трагедию. Советую меня не злить, а еще ты должна уволиться и заниматься домом, мужем и ребенком! Ты же видишь, что происходит из-за твоего упрямства? Сын постоянно болеет, в доме бардак, про остальное вообще молчу!
Обида захлестывает с головой.
— Я тебе ничего не должна! Я хочу развод и свободу от тебя! — выговариваю отчаянно.
— Хорошо подумала? — цедит муж, злобно прищуриваясь.
— Очень хорошо! — вздергиваю подбородок.
— Что ж, смотри, потом не пожалей…
Если бы я знала, что меня ждет, я бы, наверное, последовала совету мужа, но я решила проявить характер…
- Ты совсем меня избаловал, - продолжает. - Сначала квартира, потом отдых в Таиланде. Теперь - бронь в шикарном столичном отеле. А если твоя жена узнает? Точно получится выбраться?
- Она даже не догадывается, - отвечает, усмехнувшись. - Возилась с дочкой, как курица, вытягивала ее из депрессии. Некогда ей мужем заниматься. Так что, у нас всё под контролем.
- Тетя Анжела классная женщина. Но самое страшное, если Милана узнает. Мы ведь лучшие подруги.
- Им не до нас, Аришка в центре бабьего мира, - шепчет муж, обволакивая холодным ядом. - Анжелка действительно потрясающая. Для дома, для стабильности, опять же… она отличная хозяйка, ну… как мать почти. Я мужчина, охотник, самец, но жена давно об этом забыла. Никаких изысков в постели, ничего экстраординарного. Чего ждать после двадцати двух лет брака? Бревно и есть бревно.
Слова мужа обжигают.
- Верю, что не делает всех тех штучек, на которые я способна, - поддакивает Дарья. - Однако помидорки солит отменные. Возьму пару баночек.
- Она даже не догадывается, - отвечает, усмехнувшись. - Возилась с дочкой, как курица, вытягивала ее из депрессии. Некогда ей мужем заниматься. Так что, у нас всё под контролем.
- Тетя Анжела классная женщина. Но самое страшное, если Милана узнает. Мы ведь лучшие подруги.
- Им не до нас, Аришка в центре бабьего мира, - шепчет муж, обволакивая холодным ядом. - Анжелка действительно потрясающая. Для дома, для стабильности, опять же… она отличная хозяйка, ну… как мать почти. Я мужчина, охотник, самец, но жена давно об этом забыла. Никаких изысков в постели, ничего экстраординарного. Чего ждать после двадцати двух лет брака? Бревно и есть бревно.
Слова мужа обжигают.
- Верю, что не делает всех тех штучек, на которые я способна, - поддакивает Дарья. - Однако помидорки солит отменные. Возьму пару баночек.
Лёшка всегда привлекал к себе женское внимание. И фигурой атлета, и ростом, которым бог его совершенно точно не обидел, и мужественной красотой лица. Молодой сероглазый бог с копной русых волос и невероятной зажигательной улыбкой…
Да, он привлекал, но я-то была уверена, что Лёшка только мой и больше ничей, что и он считает меня своей единственной, встречу с которой еще в школе можно было бы безо всякого преувеличения назвать судьбой. Он всегда был рядом!
Но, как неожиданно выяснилось, не только со мной…
— Прости, Катёна, дерьмово вышло, — сообщил он мне тем кошмарным утром, — но Ира беременна от меня.
— Что? — ничего не понимая, переспросила я. — Какая… Ира? В смысле… беременна?
Тогда-то я и узнала, что там, в армии, в одной из увольнительных, он мне изменил.
— Пьяный был, если честно, Катён. Люблю только тебя. Но теперь она в положении, и я… — тут он вдруг встал передо мной на колени, склоняя голову. — Прости меня, идиота, но я не могу оставить ребенка безотцовщиной.
Да, он привлекал, но я-то была уверена, что Лёшка только мой и больше ничей, что и он считает меня своей единственной, встречу с которой еще в школе можно было бы безо всякого преувеличения назвать судьбой. Он всегда был рядом!
Но, как неожиданно выяснилось, не только со мной…
— Прости, Катёна, дерьмово вышло, — сообщил он мне тем кошмарным утром, — но Ира беременна от меня.
— Что? — ничего не понимая, переспросила я. — Какая… Ира? В смысле… беременна?
Тогда-то я и узнала, что там, в армии, в одной из увольнительных, он мне изменил.
— Пьяный был, если честно, Катён. Люблю только тебя. Но теперь она в положении, и я… — тут он вдруг встал передо мной на колени, склоняя голову. — Прости меня, идиота, но я не могу оставить ребенка безотцовщиной.
— Отпусти меня, Игорь! Хочешь развлекаться с другими бабами, твое дело! Но не надо меня втягивать в свои грязные игры, — произношу я максимально спокойно, стараясь ничем не выдать разрывающей душу боли, которая пронзает каждую клеточку моего телу.
— Какая же ты все-таки ханжа, — обреченно вздыхает муж. — Когда я брал тебя в жены, думал, что ты всему научишься. Но ты так и осталось той же зажатой малышкой.
— Почему тогда ты не развелся со мной? Раз я недостаточно хороша для тебя?
— А должен был? — Игорь выгибает бровь. — Я честный человек, если уж женился на тебе, то буду нести этот крест до конца. Жаль, конечно, что ты оказалась плохо обучаема. Хотя… — он разворачивается к любовнице и протягивает ей руку. — Карин, покажем моей жене мастер-класс?
— Какая же ты все-таки ханжа, — обреченно вздыхает муж. — Когда я брал тебя в жены, думал, что ты всему научишься. Но ты так и осталось той же зажатой малышкой.
— Почему тогда ты не развелся со мной? Раз я недостаточно хороша для тебя?
— А должен был? — Игорь выгибает бровь. — Я честный человек, если уж женился на тебе, то буду нести этот крест до конца. Жаль, конечно, что ты оказалась плохо обучаема. Хотя… — он разворачивается к любовнице и протягивает ей руку. — Карин, покажем моей жене мастер-класс?
— Хасан, я так рада, что нашу любовь больше не нужно скрывать! Я вся твоя, любимый! Ты наконец-то можешь уйти от своей жены-психички ко мне, ведь совсем скоро у нас появится малыш! Я беременна! — заявила любовница мужа во всеуслышание на торжестве.
Я узнала, что у нас с мужем будет лапочка-дочка. Поспешила к нему в офис, чтобы сообщить радостную новость, однако моя жизнь разделилась на “до”и “после”. Оказалось у моего супруга есть другая и она ждет от него ребенка. И теперь я не знаю, как мне быть дальше!
Я узнала, что у нас с мужем будет лапочка-дочка. Поспешила к нему в офис, чтобы сообщить радостную новость, однако моя жизнь разделилась на “до”и “после”. Оказалось у моего супруга есть другая и она ждет от него ребенка. И теперь я не знаю, как мне быть дальше!
Самолёт касается земли. Весь полёт украдкой разглядывала соседа – брутала с глазами хищника, думая: “Ах, какой мужчина! Настоящий полковник!”
Наши взгляды “сталкиваются” и вспыхивает искра.
Тело предает меня, когда его губы касаются моего уха и он шепчет:
– Ко мне или к тебе?
– Я замужем, – сиплю, забывая дышать.
– Лгунишка. У тебя глаза незамужней женщины.
– Вы заблуждаетесь...
Ловлю его взгляд. Он говорит больше, чем слова.
– Громко думаешь… Ты – привлекательна, я – тоже. Чего время терять?
Вызов брошен. Думаю: “Принять его или отступить перед этим неотразимым соблазном…”
Делаю выбор. Но…
Разве могла я знать, что моя жизнь с этим настоящим мужчиной понесётся по сценарию “9½ недель”?..
Наши взгляды “сталкиваются” и вспыхивает искра.
Тело предает меня, когда его губы касаются моего уха и он шепчет:
– Ко мне или к тебе?
– Я замужем, – сиплю, забывая дышать.
– Лгунишка. У тебя глаза незамужней женщины.
– Вы заблуждаетесь...
Ловлю его взгляд. Он говорит больше, чем слова.
– Громко думаешь… Ты – привлекательна, я – тоже. Чего время терять?
Вызов брошен. Думаю: “Принять его или отступить перед этим неотразимым соблазном…”
Делаю выбор. Но…
Разве могла я знать, что моя жизнь с этим настоящим мужчиной понесётся по сценарию “9½ недель”?..
- Наши отношения окончены.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
Выберите полку для книги