Читать и слушать книги
Подхожу к сладкой парочке. Тошнотворно сладкой. Приторной, как дешёвая карамель.
И нарочито громко кашляю.
Они вздрагивают. Оборачиваются. Он – не сразу, сначала девушка.
- Вы что-то хотели? - она смотрит на меня с милой, доброжелательной улыбкой.
- Да, - мой голос звучит странно. Спокойно. Почти равнодушно. Я и сама не узнаю его. - Я хочу забрать своего мужа...
Пауза.
Я смакую её. Растягиваю. Смотрю, как девушка хмурится, не понимая. Смотрю, как Ваня закрывает глаза, словно молясь, чтобы это оказалось кошмаром, от которого можно проснуться.
- ...от малолетней дряни, которую, похоже, совершенно не смущает обручальное кольцо на его пальце.
И нарочито громко кашляю.
Они вздрагивают. Оборачиваются. Он – не сразу, сначала девушка.
- Вы что-то хотели? - она смотрит на меня с милой, доброжелательной улыбкой.
- Да, - мой голос звучит странно. Спокойно. Почти равнодушно. Я и сама не узнаю его. - Я хочу забрать своего мужа...
Пауза.
Я смакую её. Растягиваю. Смотрю, как девушка хмурится, не понимая. Смотрю, как Ваня закрывает глаза, словно молясь, чтобы это оказалось кошмаром, от которого можно проснуться.
- ...от малолетней дряни, которую, похоже, совершенно не смущает обручальное кольцо на его пальце.
Владелец крупной корпорации в Новой Англии ставит перед двумя внуками задачу, кто её выполнит, тот и станет наследником часовой империи. Один внук образцовый офисный стратег, а второй — мажор, привыкший жить по правилам роскоши и удовольствий, где чувства давно уступили место цинизму.
Условие наследства приводит мажора в Россию, где он случайно встречает девушку с глазами цвета драгоценного камня. Её имя остаётся для него загадкой. Впервые в жизни он понимает, что настоящая ценность не в деньгах, а в чувствах. Ведь порой, чтобы обрести смысл, нужно сначала потерять.
Условие наследства приводит мажора в Россию, где он случайно встречает девушку с глазами цвета драгоценного камня. Её имя остаётся для него загадкой. Впервые в жизни он понимает, что настоящая ценность не в деньгах, а в чувствах. Ведь порой, чтобы обрести смысл, нужно сначала потерять.
Алиса с ее неидеальной жизнью, душистым кофе и неуклюжестью становится живым, дышащим пятном в его безупречном интерьере. Она и не подозревала, что сняла комнату не просто в квартире, а в крепости, которую Марк выстроил от всего мира. Сможет ли ее тепло растопить лед вокруг его сердца? И выдержит ли он вторжение в свою цитадель жизни, запахов и чувств, которых так давно боялся?
Я стояла на пороге счастья. Любимый мужчина, трое детей, которые стали мне родными, и кольцо в бархатной коробочке. Казалось, сказка вот-вот станет реальностью. Но у прошлого оказались свои, страшные планы.
Чтобы защитить их, мне пришлось сделать самый страшный выбор в своей жизни — оттолкнуть его, солгать, сбежать. Я думала, что моя жертва спасёт их от тени, которая следовала за мной. Я ошиблась.
Когда кошмар стал реальностью, и я оказалась в ловушке, именно тот, кого я пыталась спасти, отказался меня отпускать. Он не поверил в мою ложь. Он пошёл до конца. Эта история не о том, как прошлое может разрушить будущее. Она о том, как настоящая любовь, столкнувшись с самым уродливым злом, становится только крепче. О том, как важно не сдаваться, даже когда кажется, что всё потеряно.
Чтобы защитить их, мне пришлось сделать самый страшный выбор в своей жизни — оттолкнуть его, солгать, сбежать. Я думала, что моя жертва спасёт их от тени, которая следовала за мной. Я ошиблась.
Когда кошмар стал реальностью, и я оказалась в ловушке, именно тот, кого я пыталась спасти, отказался меня отпускать. Он не поверил в мою ложь. Он пошёл до конца. Эта история не о том, как прошлое может разрушить будущее. Она о том, как настоящая любовь, столкнувшись с самым уродливым злом, становится только крепче. О том, как важно не сдаваться, даже когда кажется, что всё потеряно.
Я прожила двадцать три года в браке, где всё было «правильно» — дом, ребенок, статусный муж. Но однажды поняла: правильное не значит счастливое. Теперь у меня есть только небольшой домик на окраине элитного посёлка и право решать за себя. Свобода пугает, но в то же время пьянит.
И тут появляется он - сосед Артём. Сначала он кажется обычным мастером «на все руки», но чем ближе я узнаю его, тем яснее: за его молчаливой улыбкой скрывается нечто большее.
Я хотела просто выжить после развода.
Но придётся научиться жить заново.
Любить заново.
И, возможно, гореть — впервые по-настоящему.
Развод — это конец.
Или начало?
И тут появляется он - сосед Артём. Сначала он кажется обычным мастером «на все руки», но чем ближе я узнаю его, тем яснее: за его молчаливой улыбкой скрывается нечто большее.
Я хотела просто выжить после развода.
Но придётся научиться жить заново.
Любить заново.
И, возможно, гореть — впервые по-настоящему.
Развод — это конец.
Или начало?
«МУЖ БЕСПЛОДЕН, НО Я ХОЧУ РЕБЕНКА»: ШОКИРУЮЩИЙ СОВЕТ МЕДСЕСТРЫ, КОТОРЫЙ ИЗМЕНИЛ ВСЁ💔
Отчаявшаяся героиня приходит в клинику ЭКО как в последнюю инстанцию, но слышит от медсестры нечто, что переворачивает все её представления о счастливой семейной жизни...
— Девятьсот тысяч, — произнесла медсестра, глядя на экран. — И это без учета препаратов.
— Я... одна столько не потяну, — выдохнула я, чувствуя, как подкатывает ком к горлу.
— Ну тогда найдите донора самостоятельно. В чем проблема?
— Я так не могу! У меня есть муж! — голос дрогнул.
Медсестра наклонилась через стол, понизив голос до доверительного шепота и сказала:
— А если это будет секрет?
— Секрет это как?
— Ну как же! Вы же очень хотите ребенка? Муж тоже, я так понимаю, вроде как хочет, но... не готов решать проблему. Вы решите. Один раз переспать с кем-то, и всё. Процедура-то дорогая, а так — бесплатно. Все в плюсе!
Отчаявшаяся героиня приходит в клинику ЭКО как в последнюю инстанцию, но слышит от медсестры нечто, что переворачивает все её представления о счастливой семейной жизни...
— Девятьсот тысяч, — произнесла медсестра, глядя на экран. — И это без учета препаратов.
— Я... одна столько не потяну, — выдохнула я, чувствуя, как подкатывает ком к горлу.
— Ну тогда найдите донора самостоятельно. В чем проблема?
— Я так не могу! У меня есть муж! — голос дрогнул.
Медсестра наклонилась через стол, понизив голос до доверительного шепота и сказала:
— А если это будет секрет?
— Секрет это как?
— Ну как же! Вы же очень хотите ребенка? Муж тоже, я так понимаю, вроде как хочет, но... не готов решать проблему. Вы решите. Один раз переспать с кем-то, и всё. Процедура-то дорогая, а так — бесплатно. Все в плюсе!
- Я сломаю твои крылья, Ангел, и ты никогда больше не сможешь взлететь.- Не хочу тебя разочаровывать, Влад, но до тебя это уже давно сделали.- Тогда я буду тем, кто причинит тебе самую сильную боль.- Боюсь, что и здесь ты тоже опоздал.- Тогда я заставлю тебя чувствовать и не только боль.А дальше Влад впивается в меня жёстким поцелуем. И я, действительно, за столько времени впервые начинаю что-то чувствовать. И теперь я точно понимаю, что именно Влад мое спасение в этом проклятом мире, но и моя погибель окончательно.
— Какое триумфальное возвращение, Алиса! — восклицает подошедший ко мне журналист. — Как вам удалось простить мужу измену?
— Вам не кажется, что вы засиделись в декрете? Что скажете, есть ли жизнь после измены? — летят нелепые вопросы от другого журналиста.
— Может, хватит уже очернять моего мужа? — бросаю насмешливо, привыкшая к подобным провокациям. — Он самый лучший муж и папа. И если вам больше не о чем…
Я замолкаю. В двадцати метрах от меня я замечаю своего любимого супруга. Он страстно целует красивую блондинку, привлекая всеобщее внимание.
— Любящий муж, говорите, — доносится голос журналистов.
Два года декрета лишили меня возможности мелькать на телевидении. Зато карьера моего супруга пошла в гору. Я была уверена, что у нас счастливая семья, но он все это время жил другой жизнью…
— Вам не кажется, что вы засиделись в декрете? Что скажете, есть ли жизнь после измены? — летят нелепые вопросы от другого журналиста.
— Может, хватит уже очернять моего мужа? — бросаю насмешливо, привыкшая к подобным провокациям. — Он самый лучший муж и папа. И если вам больше не о чем…
Я замолкаю. В двадцати метрах от меня я замечаю своего любимого супруга. Он страстно целует красивую блондинку, привлекая всеобщее внимание.
— Любящий муж, говорите, — доносится голос журналистов.
Два года декрета лишили меня возможности мелькать на телевидении. Зато карьера моего супруга пошла в гору. Я была уверена, что у нас счастливая семья, но он все это время жил другой жизнью…
— Как ты? — осторожно спрашивает Паша, появляясь на пороге и стягивая куртку.
Он жадно впитывает мою мимику, мои напряженные плечи, стиснутые кулаки. Молчит и садится за стол.
— Ты хотел назвать нашу дочь именем своей любовницы? — спрашиваю я, поражаясь тому, что не кричу.
С лица моего мужа тут же сходит всякая осторожность. Паша словно облегченно отбрасывает маску.
Я вижу его зубы, обнаженные кривой ухмылкой:
— Значит, вы, девочки, посекретничали? Много она тебе рассказала?
— Ты монстр.
Он жадно впитывает мою мимику, мои напряженные плечи, стиснутые кулаки. Молчит и садится за стол.
— Ты хотел назвать нашу дочь именем своей любовницы? — спрашиваю я, поражаясь тому, что не кричу.
С лица моего мужа тут же сходит всякая осторожность. Паша словно облегченно отбрасывает маску.
Я вижу его зубы, обнаженные кривой ухмылкой:
— Значит, вы, девочки, посекретничали? Много она тебе рассказала?
— Ты монстр.
— Папа, мы же договаривались! Ты прикрываешь меня, а я — тебя! — слышу возмущенный голос дочери.
— Получился форс-мажор, но сегодня все будет, как надо.
— Хорошо бы! — говорит дочь. — Иначе я расскажу ей, куда ты тратишь семейные деньги…
Больше стоять и слушать я не в силах, сердито распахиваю дверь.
— А теперь поделитесь со мной! Куда же ты тратишь семейные деньги? Или, вернее, на кого, дорогой?
Я видела какую-то девицу в его машине.
Примерно возраста нашей дочери!
Он отбрехался в тот раз, но интуиция не давала покоя.
Теперь я дожму муженька и узнаю правду…
— Получился форс-мажор, но сегодня все будет, как надо.
— Хорошо бы! — говорит дочь. — Иначе я расскажу ей, куда ты тратишь семейные деньги…
Больше стоять и слушать я не в силах, сердито распахиваю дверь.
— А теперь поделитесь со мной! Куда же ты тратишь семейные деньги? Или, вернее, на кого, дорогой?
Я видела какую-то девицу в его машине.
Примерно возраста нашей дочери!
Он отбрехался в тот раз, но интуиция не давала покоя.
Теперь я дожму муженька и узнаю правду…
Выберите полку для книги