Читать и слушать книги
— Любовь — для бедных, Милана. Мне нужен стратегический союз, а не дочь библиотекаря. Прощай. Пять лет назад Артем Волков вышвырнул меня из своей жизни, даже не зная, что под сердцем я уже носила его ребенка. Он выбрал деньги и власть, оставив меня умирать от боли.
Я поклялась, что никогда его не прощу. Но у судьбы жестокое чувство юмора. Жизнь моего сына висит на волоске. Ему нужна операция, которая стоит целое состояние. У меня нет выхода. Я должна переступить через гордость и прийти к человеку, который меня уничтожил.
Теперь он — безжалостный олигарх. Он не верит в слезы и не помнит прошлого. В обмен на жизнь ребенка он предлагает мне чудовищную сделку: стать его фиктивной женой и сыграть счастливую семью на камеру. Я соглашаюсь, ведь на кону жизнь Максима. Но Артем не знает главного. Мальчик, которого он согласился спасти — его собственная копия. И когда он увидит в глазах моего сына свое отражение... его гнев сожжет этот мир дотла!
Я поклялась, что никогда его не прощу. Но у судьбы жестокое чувство юмора. Жизнь моего сына висит на волоске. Ему нужна операция, которая стоит целое состояние. У меня нет выхода. Я должна переступить через гордость и прийти к человеку, который меня уничтожил.
Теперь он — безжалостный олигарх. Он не верит в слезы и не помнит прошлого. В обмен на жизнь ребенка он предлагает мне чудовищную сделку: стать его фиктивной женой и сыграть счастливую семью на камеру. Я соглашаюсь, ведь на кону жизнь Максима. Но Артем не знает главного. Мальчик, которого он согласился спасти — его собственная копия. И когда он увидит в глазах моего сына свое отражение... его гнев сожжет этот мир дотла!
Жизнь полна сюрпризов и это я поняла, когда моя мама решила выйти замуж за богатого и очень состоятельного вдовца.
Всё было хорошо, но я узнала, что у моего будущего отчима есть сын, и мы с ним учимся на одном факультете на пятом курсе.
Моя судьба и так была незавидна, а тут ещё мой личный кошмар будет всегда рядом и он сможет изрядно выносить мой мозг.
К чему приведёт наше противостояние к ненависти или любви?
В тексте нет описения постельных сцен.
Всё было хорошо, но я узнала, что у моего будущего отчима есть сын, и мы с ним учимся на одном факультете на пятом курсе.
Моя судьба и так была незавидна, а тут ещё мой личный кошмар будет всегда рядом и он сможет изрядно выносить мой мозг.
К чему приведёт наше противостояние к ненависти или любви?
В тексте нет описения постельных сцен.
— Ты плохая мать, Лена. Холодная карьеристка. Суд отдаст Артема мне, а ты будешь видеть его по праздникам. Если я разрешу.
Слова бывшего мужа прозвучали как приговор. У меня есть деньги, статус и бизнес, но против его связей я бессильна. Мне нужна идеальная картинка. Срочно. Мне нужен муж, который заставит опеку рыдать от умиления.
Я наняла Даниила Воскресенского. Знаменитый актер, циник и любимец женщин. Для него это просто роль за огромный гонорар. Для меня — последний шанс спасти сына. Мы заключили контракт: никаких чувств, только игра на публику. Но Даниил играет слишком талантливо. Мой сын впервые за долгое время улыбается, называя его папой. А я... я начинаю забывать, что обручальное кольцо на моем пальце — всего лишь реквизит.
Мы обманули всех: бывшего, прессу, суд. Но сможем ли мы обмануть самих себя, когда фиктивный брак станет реальнее, чем сама жизнь?
В тексте есть: ❤️ Фиктивный брак ❤️ Ребенок, которому нужен отец ❤️ Сильная героиня и харизматичный актер ❤️ Очень эмоци
Слова бывшего мужа прозвучали как приговор. У меня есть деньги, статус и бизнес, но против его связей я бессильна. Мне нужна идеальная картинка. Срочно. Мне нужен муж, который заставит опеку рыдать от умиления.
Я наняла Даниила Воскресенского. Знаменитый актер, циник и любимец женщин. Для него это просто роль за огромный гонорар. Для меня — последний шанс спасти сына. Мы заключили контракт: никаких чувств, только игра на публику. Но Даниил играет слишком талантливо. Мой сын впервые за долгое время улыбается, называя его папой. А я... я начинаю забывать, что обручальное кольцо на моем пальце — всего лишь реквизит.
Мы обманули всех: бывшего, прессу, суд. Но сможем ли мы обмануть самих себя, когда фиктивный брак станет реальнее, чем сама жизнь?
В тексте есть: ❤️ Фиктивный брак ❤️ Ребенок, которому нужен отец ❤️ Сильная героиня и харизматичный актер ❤️ Очень эмоци
Четыре года назад я была наивной влюблённой дурочкой и отдала Денису всю себя, а после унизительно валялась у его ног, униженно выпрашивая дать нам второй шанс. Сейчас же он видит во мне лишь холодную стерву, которая не намерена впускать его в свою жизнь снова. И я приложу все усилия, чтобы надменная маска холодного безразличия, не дала ему снова проникнуть в моё израненное сердце. В моей новой жизни для него нет места. Впрочем, как и для меня самой. Ведь спасения нет и защитить меня не сможет никто...
Он — жестокий, безжалостный хищник, чье имя произносят шепотом, а приказы исполняют беспрекословно. В его мире нет места слабости, состраданию или любви. Только власть, страх и холодный расчет.
Я — обычная девушка, пытающаяся выжить. Мой мир — это больничные стены, лекарства для больной бабушки и бесконечная работа. Я готова на все, чтобы спасти единственного родного человека.
Однажды наши миры сталкиваются. Роковая ошибка и я оказалась в его руках. Он не захотел меня отпускать.
Я ненавижу его каждой клеткой своего тела. Но почему тогда мое сердце замирает, когда он рядом? Почему в ледяных глубинах его глаз я начинаю видеть нечто большее, чем просто жестокость? Это история о том, как из пепла ненависти может родиться самое опасное и всепоглощающее чувство.
Я — обычная девушка, пытающаяся выжить. Мой мир — это больничные стены, лекарства для больной бабушки и бесконечная работа. Я готова на все, чтобы спасти единственного родного человека.
Однажды наши миры сталкиваются. Роковая ошибка и я оказалась в его руках. Он не захотел меня отпускать.
Я ненавижу его каждой клеткой своего тела. Но почему тогда мое сердце замирает, когда он рядом? Почему в ледяных глубинах его глаз я начинаю видеть нечто большее, чем просто жестокость? Это история о том, как из пепла ненависти может родиться самое опасное и всепоглощающее чувство.
Шесть лет назад ложь родителей разлучила их. Теперь Никита должен заключить выгодный брак, но случайно встречает Алису. В её глазах — не предательство, а панический страх. И за её спиной — двое детей, чьи лица кричат о правде, которую от него скрывали все эти годы. Между долгом и отцовством, страхом и надеждой им предстоит найти путь друг к другу сквозь груз обмана и чужих амбиций.
— Лиля… — шепчет моя сестра.
Она заявилась в мой дом вся в слезах, с растрепанными волосами и с размазанной тушью. Бледная, дрожащая, я сразу же пустила ее в дом.
— Я больше не могу, сестренка… — рыдает она. — Я должна тебе все сказать…
— Что сказать? — спрашиваю я глухо.
Она поднимает на меня глаза, полные слез и… облегчения.
— Я люблю твоего мужа, Лиля.
— Что?
— Я была с ним в командировке. И на вашей годовщине тоже была. Мы спим уже три года…
— Как ты могла? — шепчу я. — Ты же моя сестра…
— Ты всегда была лучше… — всхлипывает она. — У тебя было все: деньги, дом, заботливый муж и любовь. А у меня — ничего… Я просто хотела почувствовать себя счастливой, а теперь… я беременна от твоего мужа, Лиля.
***
Три года лжи.
Три года предательства.
Моя жизнь рушится за одну ночь, когда я узнаю, что муж развлекался с моей сестрой и сделал ей ребенка. Но предатели не знают, что я тоже беременна и что им не будет прощения! Никогда!
Она заявилась в мой дом вся в слезах, с растрепанными волосами и с размазанной тушью. Бледная, дрожащая, я сразу же пустила ее в дом.
— Я больше не могу, сестренка… — рыдает она. — Я должна тебе все сказать…
— Что сказать? — спрашиваю я глухо.
Она поднимает на меня глаза, полные слез и… облегчения.
— Я люблю твоего мужа, Лиля.
— Что?
— Я была с ним в командировке. И на вашей годовщине тоже была. Мы спим уже три года…
— Как ты могла? — шепчу я. — Ты же моя сестра…
— Ты всегда была лучше… — всхлипывает она. — У тебя было все: деньги, дом, заботливый муж и любовь. А у меня — ничего… Я просто хотела почувствовать себя счастливой, а теперь… я беременна от твоего мужа, Лиля.
***
Три года лжи.
Три года предательства.
Моя жизнь рушится за одну ночь, когда я узнаю, что муж развлекался с моей сестрой и сделал ей ребенка. Но предатели не знают, что я тоже беременна и что им не будет прощения! Никогда!
- Прекрасная беременность, прекрасный профиль. Я так понимаю, отцовство под вопросом? - вздернул бровь.
- Мгм, - кивнула, закусив губу.
- Давно знаешь? - склонил голову на бок, рассматривая меня.
- С самого начала.
- Почему сразу не пришла?
- Не знаю... - уронила взгляд вниз, - ты сказал, что если уйду, то обратного пути не будет.
- Я говорил, что ты дура?
- Мгм...
- Ты дура, Лера, - повторил строго, не скрывая раздражение.
Одна ночь. Одна ошибка. Одна беременность — и два претендента на роль отца.
Кто из них достоин знать правду? Кто готов принять ребёнка? И сможет ли Лера сама простить себя, когда тайное станет явным?
- Мгм, - кивнула, закусив губу.
- Давно знаешь? - склонил голову на бок, рассматривая меня.
- С самого начала.
- Почему сразу не пришла?
- Не знаю... - уронила взгляд вниз, - ты сказал, что если уйду, то обратного пути не будет.
- Я говорил, что ты дура?
- Мгм...
- Ты дура, Лера, - повторил строго, не скрывая раздражение.
Одна ночь. Одна ошибка. Одна беременность — и два претендента на роль отца.
Кто из них достоин знать правду? Кто готов принять ребёнка? И сможет ли Лера сама простить себя, когда тайное станет явным?
Катя, мать троих детей и успешный фрилансер, годами выстраивает новую жизнь после болезненного разрыва. Её финансовым спасением становится щедрый, но анонимный клиент — компания «Вершина». Однажды на конференц-звонке она узнаёт в её владельце человека, которого пыталась забыть: Тамерлана, гордого горца, своего бывшего мужа, чья измена заставила её уйти, унося в себе его ребёнка.
Теперь он — её работодатель. Она — мать его дочери, о которой он не знал. Профессиональные границы рушатся, когда деловые письма становятся полем для личной войны, а общее дело — мостиком к прошлому, полному боли и невысказанных обид.
Теперь он — её работодатель. Она — мать его дочери, о которой он не знал. Профессиональные границы рушатся, когда деловые письма становятся полем для личной войны, а общее дело — мостиком к прошлому, полному боли и невысказанных обид.
— ...встретимся там же, в семь. Только никому ни слова, ты меня понимаешь?
Пауза. Он говорил по телефону.
— Нет, нет, всё нормально. Я освобожусь. — Ещё одна пауза, и я услышала в его голосе что-то... нежное? — Конечно, жду. До встречи.
Я стояла в прихожей, сжимая пакеты, и чувствовала, как холодеет затылок. «Никому ни слова». «Жду». Что это было?
Я сглотнула, заставила себя улыбнуться и громко сказала:
— Вова? Ты дома?
Шорох, быстрые шаги. Владимир появился в дверном проёме гостиной, и на его лице мелькнуло что-то странное. Удивление? Испуг?
— С кем ты разговаривал?
Его рука замерла над бутылкой вина. Всего на секунду. Но я заметила.
— А? Когда?
— Только что. По телефону.
— А, это...
Пауза. Он говорил по телефону.
— Нет, нет, всё нормально. Я освобожусь. — Ещё одна пауза, и я услышала в его голосе что-то... нежное? — Конечно, жду. До встречи.
Я стояла в прихожей, сжимая пакеты, и чувствовала, как холодеет затылок. «Никому ни слова». «Жду». Что это было?
Я сглотнула, заставила себя улыбнуться и громко сказала:
— Вова? Ты дома?
Шорох, быстрые шаги. Владимир появился в дверном проёме гостиной, и на его лице мелькнуло что-то странное. Удивление? Испуг?
— С кем ты разговаривал?
Его рука замерла над бутылкой вина. Всего на секунду. Но я заметила.
— А? Когда?
— Только что. По телефону.
— А, это...
Выберите полку для книги