Читать и слушать книги
РАССКАЗ. ЗАКОНЧЕН. САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Малыш, твоей кисоньке нужны денежка на ноготки, и на новое платьишко, - мурлычет.
Такая милая! Я без раздумья открываю бумажник. Могу себе позволить! Заработал!
Так не хочется домой возвращаться, к этим занудным разговорам, щенячьим глазам жены. Может, пора что-то менять? Может, бросить все к черту и уйти? Остаться с Элей?
Дети взрослые, переживут. Катька тоже справится, не маленькая. Только вдруг тогда придется квартиру делить, а я не готов жить где попало!
Да и не мешает мне особо жена. Стирает, убирает, гладит, готовит вкусно. Пусть будет! К Эле я всегда смогу сбежать, когда приспичит. Эля - женщина праздник! Не будет маникюр готовкой портить, да полы намывать, за это и влюбился в нее как пацан!
— Малыш, твоей кисоньке нужны денежка на ноготки, и на новое платьишко, - мурлычет.
Такая милая! Я без раздумья открываю бумажник. Могу себе позволить! Заработал!
Так не хочется домой возвращаться, к этим занудным разговорам, щенячьим глазам жены. Может, пора что-то менять? Может, бросить все к черту и уйти? Остаться с Элей?
Дети взрослые, переживут. Катька тоже справится, не маленькая. Только вдруг тогда придется квартиру делить, а я не готов жить где попало!
Да и не мешает мне особо жена. Стирает, убирает, гладит, готовит вкусно. Пусть будет! К Эле я всегда смогу сбежать, когда приспичит. Эля - женщина праздник! Не будет маникюр готовкой портить, да полы намывать, за это и влюбился в нее как пацан!
— Ты изменил. У тебя есть ребенок от другой женщины. И ты скрывал это от меня много лет. Вместе со своей матерью!
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
- Что ты здесь делаешь? - Лиля побледнела, увидев бывшего мужа, и опустила глаза на сына, который улыбался и держал отца за руку. - Ваня! - она присела, чтобы обнять и поцеловать мальчика.
- Мы приехали за тобой, правда, немного задержались из-за снегопада, но к Новому году-то всё-таки успели.
- Зачем ты приехал, да ещё и подверг ребёнка такой опасности? Сейчас на дорогах гололёд, - Лиля вскинула бровь и гневно посмотрела на мужа... бывшего.
- Не злись, пожалуйста. Я подумал, что Новый год - лучшее время наладить наши отношения.
- Какие отношения, Саша? Мы разошлись, и всё давно решено.
- Я понял, что мне без тебя плохо, - он хотел улыбнуться, но не получилось. - А ты не одна?..
Лиля машинально повернула голову в сторону комнаты, опустила глаза и замолчала...
- Мы приехали за тобой, правда, немного задержались из-за снегопада, но к Новому году-то всё-таки успели.
- Зачем ты приехал, да ещё и подверг ребёнка такой опасности? Сейчас на дорогах гололёд, - Лиля вскинула бровь и гневно посмотрела на мужа... бывшего.
- Не злись, пожалуйста. Я подумал, что Новый год - лучшее время наладить наши отношения.
- Какие отношения, Саша? Мы разошлись, и всё давно решено.
- Я понял, что мне без тебя плохо, - он хотел улыбнуться, но не получилось. - А ты не одна?..
Лиля машинально повернула голову в сторону комнаты, опустила глаза и замолчала...
- Ты же разведешься со своей старухой, да? - щебечет женский голос.
- Сразу, как только бумаги будут у меня, - отвечает мой муж, не зная, что звонок прошел.
Я слышу в трубке их мерзкий смех и чувствую, как меня накрывает от отвращения и злости.
Пока я подписывала контракты и строила наше общее будущее, мой муж с любовницей строил планы, как избавиться от меня.
Но один случайно услышанный разговор вытащил грязную правду наружу.
И теперь я больше не та женщина, которая живет ради чужих амбиций.
Теперь я выбираю себя… и того, кто оказался рядом, когда мне было больно.
- Сразу, как только бумаги будут у меня, - отвечает мой муж, не зная, что звонок прошел.
Я слышу в трубке их мерзкий смех и чувствую, как меня накрывает от отвращения и злости.
Пока я подписывала контракты и строила наше общее будущее, мой муж с любовницей строил планы, как избавиться от меня.
Но один случайно услышанный разговор вытащил грязную правду наружу.
И теперь я больше не та женщина, которая живет ради чужих амбиций.
Теперь я выбираю себя… и того, кто оказался рядом, когда мне было больно.
— Он подал на развод, — сказала Зинаида. Голос — ровный, почти ласковый. Так говорят с умирающими. — Бумаги у адвоката. Подпишешь — или нет, без разницы. Через полгода разведут автоматически. Он знает - ребенок не его!
— Нет. Это ложь!...
— Да.
— Нет! Это неправда! Он любит меня! Я ношу его ребёнка!
Зинаида улыбнулась. Этой её улыбкой — тонкой, ядовитой, от которой хотелось содрать с себя кожу.
— Его ребёнка? — она склонила голову набок. — Милая, он всё знает. Мы все знаем. Твои измены. Твои кражи. Ты получила то, что заслужила.
— Я не изменяла! Я ничего не крала!
— Это расскажешь судье. Хотя вряд ли он поверит. Доказательства — железные. Подписи, счета, свидетели. Всё как полагается.
Она встала. Поправила пальто. Одёрнула перчатки — тонкие, кожаные, наверняка стоят больше, чем я зарабатывала за месяц.
— Я предупреждала его, — сказала она. — С самого начала. Детдомовская кровь. Нищета. Безродность. Это в генах, это не вытравишь.
— Нет. Это ложь!...
— Да.
— Нет! Это неправда! Он любит меня! Я ношу его ребёнка!
Зинаида улыбнулась. Этой её улыбкой — тонкой, ядовитой, от которой хотелось содрать с себя кожу.
— Его ребёнка? — она склонила голову набок. — Милая, он всё знает. Мы все знаем. Твои измены. Твои кражи. Ты получила то, что заслужила.
— Я не изменяла! Я ничего не крала!
— Это расскажешь судье. Хотя вряд ли он поверит. Доказательства — железные. Подписи, счета, свидетели. Всё как полагается.
Она встала. Поправила пальто. Одёрнула перчатки — тонкие, кожаные, наверняка стоят больше, чем я зарабатывала за месяц.
— Я предупреждала его, — сказала она. — С самого начала. Детдомовская кровь. Нищета. Безродность. Это в генах, это не вытравишь.
Его ухаживания были настойчивыми, но нежными. Он не давал мне сбежать обратно в свою скорлупу. И для меня, одинокой и изголодавшейся по простому человеческому вниманию, он стал спасением.
Когда он сделал предложение, я не раздумывала ни секунды. Это казалось логичным финалом сказки. Сирота, которую нашел принц. Я видела счастье в его глазах и была ему бесконечно благодарна.
На свадьбе со своей стороны я была практически одна. Он стоял рядом, красивый и серьезный, а я в белом платье, которое он сам для меня выбрал. Я чувствовала себя такой счастливой. В тот день меня переполняла радость и тихая, глубокая надежда. Надежда на то, что одиночество кончилось. Что теперь у меня есть своя семья.
Я верила, что это начало новой жизни. Я еще не знала, что благодарность – плохой фундамент для любви. И что моя сказка только начиналась, но была написана не в тех красках, о которых я тихо мечтала, глядя из окна своей одинокой комнаты
Когда он сделал предложение, я не раздумывала ни секунды. Это казалось логичным финалом сказки. Сирота, которую нашел принц. Я видела счастье в его глазах и была ему бесконечно благодарна.
На свадьбе со своей стороны я была практически одна. Он стоял рядом, красивый и серьезный, а я в белом платье, которое он сам для меня выбрал. Я чувствовала себя такой счастливой. В тот день меня переполняла радость и тихая, глубокая надежда. Надежда на то, что одиночество кончилось. Что теперь у меня есть своя семья.
Я верила, что это начало новой жизни. Я еще не знала, что благодарность – плохой фундамент для любви. И что моя сказка только начиналась, но была написана не в тех красках, о которых я тихо мечтала, глядя из окна своей одинокой комнаты
Я беру телефон мужа, ввожу цифры.
Экран разблокировался. От волнения у меня перехватывает дыхание.
Открываю звонки, ничего необычного, обычные входящие от его коллег и пары друзей. Листаю сообщения.
Рабочие чаты, друзья… Ничего подозрительного. Все те же имена.
Захожу в галерею, пролистываю несколько фотографий вчерашнего праздника, и вдруг мой взгляд падает на фото бумажного листка.
Я открываю его.
Там оказался список. Обычный список покупок.
«Хлеб, молоко, сыр». Написанный аккуратным почерком, явно женским... И под всем этим:
«Любимый, не забудь купить витамины для Алёнки. У нее опять кашель. Ждем тебя. Целую. Твоя Света».
Экран разблокировался. От волнения у меня перехватывает дыхание.
Открываю звонки, ничего необычного, обычные входящие от его коллег и пары друзей. Листаю сообщения.
Рабочие чаты, друзья… Ничего подозрительного. Все те же имена.
Захожу в галерею, пролистываю несколько фотографий вчерашнего праздника, и вдруг мой взгляд падает на фото бумажного листка.
Я открываю его.
Там оказался список. Обычный список покупок.
«Хлеб, молоко, сыр». Написанный аккуратным почерком, явно женским... И под всем этим:
«Любимый, не забудь купить витамины для Алёнки. У нее опять кашель. Ждем тебя. Целую. Твоя Света».
— Какой домик в лесу? — он раздраженно провёл ладонями по лицу. — Оля, посмотри на ситуацию реально! Мы недавно переехали, я налаживаю бизнес! Я живу и ночую на работе! У меня нет времени отдыхать!
— Я просто хотела немного побыть с тобой… — прикусила я губу и заморгала, чтобы предательские слёзы не начали литься из глаз. Беременные гормоны сделали меня очень чувствительной, — я тебя почти не вижу…
— Начинается… — он развернулся и вышел из кухни. Хлопнул дверью гостевой спальни.
Я правда верила, что муж постоянно занят, пока на пороге нашего дома не появилась ОНА.
—Адам несчастен с вами, — резко выпалила женщина, — он с вами только ради ребёнка!
Я ушла, а через год муж потребовал к нему вернуться. Дать ему шанс хотя бы ради нашей дочери.
— Я никогда тебя не предавал, - сказал он твердо, глядя мне в глаза.
— Я просто хотела немного побыть с тобой… — прикусила я губу и заморгала, чтобы предательские слёзы не начали литься из глаз. Беременные гормоны сделали меня очень чувствительной, — я тебя почти не вижу…
— Начинается… — он развернулся и вышел из кухни. Хлопнул дверью гостевой спальни.
Я правда верила, что муж постоянно занят, пока на пороге нашего дома не появилась ОНА.
—Адам несчастен с вами, — резко выпалила женщина, — он с вами только ради ребёнка!
Я ушла, а через год муж потребовал к нему вернуться. Дать ему шанс хотя бы ради нашей дочери.
— Я никогда тебя не предавал, - сказал он твердо, глядя мне в глаза.
🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🤍❤️
— Мам, это тётя Лена передала. Сказала, папа теперь будет жить с ней, а конфета подсластит тебе Новый год.
Стою с огромной конфетой посреди детского утренника и пытаюсь не задохнуться от унижения. Вот так просто мой муж подарил мне развод на Новый год — даже не лично, а передав сообщение через нашу маленькую дочь.
Что ж, кажется, мой праздник закончился, так и не начавшись. Только как теперь собрать своё сердце из осколков и поверить, что я снова смогу быть счастливой?
— Мам, это тётя Лена передала. Сказала, папа теперь будет жить с ней, а конфета подсластит тебе Новый год.
Стою с огромной конфетой посреди детского утренника и пытаюсь не задохнуться от унижения. Вот так просто мой муж подарил мне развод на Новый год — даже не лично, а передав сообщение через нашу маленькую дочь.
Что ж, кажется, мой праздник закончился, так и не начавшись. Только как теперь собрать своё сердце из осколков и поверить, что я снова смогу быть счастливой?
Назар Климов – глава компании, привыкший держать все под контролем. Холодный, точный, собранный, он выстраивает свою жизнь по строгим правилам.
Вера Гришанина – талантливый организатор корпоративных вечеринок, живая, свободная, яркая. Она творит атмосферу там, где у других просто рабочий проект.
Когда Вера берется за новогодний корпоратив Климова, их столкновение становится началом истории, где ее тепло способно растопить даже его лед.
Вера Гришанина – талантливый организатор корпоративных вечеринок, живая, свободная, яркая. Она творит атмосферу там, где у других просто рабочий проект.
Когда Вера берется за новогодний корпоратив Климова, их столкновение становится началом истории, где ее тепло способно растопить даже его лед.
Выберите полку для книги