Читать и слушать книги
– Это не я его спрятала, а ты не хотел знать! – крикнула я, швырнув в лицо Андрея подписанный договор.
Державин выдержал мой взгляд, поднял документ и спокойно положил на стол.
– Ты должна была сказать.
– Нет, не должна. Из нас двоих предателем оказался именно ты – с невестой за спиной. Что? Она не смогла родить тебе сына, и ты пришёл за моим?!
– Илья – мой сын, – холодно ответил Андрей. – И если ты не хочешь, чтобы я его забрал, соблюдай условия контракта.
Мы встретились на собеседовании.
Андрей – глава строительной компании, я – мать-одиночка, которую бросил жених, уставший от моего сына.
Теперь Андрей знает, что у него есть сын и моё мнение никто учитывать не собирается.
Всё должно быть так, как хочет и считает правильным он.
Вот только он забыл, или предпочёл не вспоминать, что однажды я уже исчезла из его жизни.
Кто мешает это повторить?
И станет ли он за нас бороться, после того, как по-настоящему станет отцом?
Державин выдержал мой взгляд, поднял документ и спокойно положил на стол.
– Ты должна была сказать.
– Нет, не должна. Из нас двоих предателем оказался именно ты – с невестой за спиной. Что? Она не смогла родить тебе сына, и ты пришёл за моим?!
– Илья – мой сын, – холодно ответил Андрей. – И если ты не хочешь, чтобы я его забрал, соблюдай условия контракта.
Мы встретились на собеседовании.
Андрей – глава строительной компании, я – мать-одиночка, которую бросил жених, уставший от моего сына.
Теперь Андрей знает, что у него есть сын и моё мнение никто учитывать не собирается.
Всё должно быть так, как хочет и считает правильным он.
Вот только он забыл, или предпочёл не вспоминать, что однажды я уже исчезла из его жизни.
Кто мешает это повторить?
И станет ли он за нас бороться, после того, как по-настоящему станет отцом?
Я готовилась к Новому году так, будто он должен был спасти меня.
Платье, ужин, ожидание — всё ради одного человека.
А вместо поздравления пришло сообщение: «Извини, но нам нужно расстаться».
В эту ночь я осталась одна — без планов, без будущего, без опоры.
И ещё не знала, что самый важный подарок уже в пути.
Ошибочный. Случайный.
И предназначенный вовсе не мне… или всё-таки мне?
Платье, ужин, ожидание — всё ради одного человека.
А вместо поздравления пришло сообщение: «Извини, но нам нужно расстаться».
В эту ночь я осталась одна — без планов, без будущего, без опоры.
И ещё не знала, что самый важный подарок уже в пути.
Ошибочный. Случайный.
И предназначенный вовсе не мне… или всё-таки мне?
Иногда прошлое настигает нас в самый неожиданный момент. Алиса
пытается начать новую жизнь, но тени былой любви не отпускают её. Всё меняется, когда она встречает человека из своего прошлого.
Страсть и боль, прощение и предательство сплетаются в историю, где каждое решение может стать роковым. Сможет ли героиня отпустить старые раны или позволит воспоминаниям разрушить своё будущее?
Эта пронзительная история о том, как некоторые воспоминания остаются с нами навсегда, превращаясь в часть нашей души. О том, что действительно нельзя забыть.
пытается начать новую жизнь, но тени былой любви не отпускают её. Всё меняется, когда она встречает человека из своего прошлого.
Страсть и боль, прощение и предательство сплетаются в историю, где каждое решение может стать роковым. Сможет ли героиня отпустить старые раны или позволит воспоминаниям разрушить своё будущее?
Эта пронзительная история о том, как некоторые воспоминания остаются с нами навсегда, превращаясь в часть нашей души. О том, что действительно нельзя забыть.
— Ага, я видела! — Катя подскочила к ней и уткнулась пальцем в экран. — Бал! Машка, тебя пригласили на бал! Как Золушку!
— Во-первых, не Золушку, а стажера. Во-вторых, это не бал, а корпоратив. В-третьих, у Золушки была фея-крестная, а у меня есть ты, мама и счет за квартиру.
— Скучно ты живешь, — вздохнула Катя, плюхаясь на кровать. — Тебе надо развеяться. И познакомиться с кем-нибудь... Ну хоть с кем-нибудь!
— Мне надо, чтобы маме сделали операцию, некогда мне знакомиться, — жестко ответила Мария. — А на корпоративе я никого не знаю. И, и у меня даже... костюма нет.
— Во-первых, не Золушку, а стажера. Во-вторых, это не бал, а корпоратив. В-третьих, у Золушки была фея-крестная, а у меня есть ты, мама и счет за квартиру.
— Скучно ты живешь, — вздохнула Катя, плюхаясь на кровать. — Тебе надо развеяться. И познакомиться с кем-нибудь... Ну хоть с кем-нибудь!
— Мне надо, чтобы маме сделали операцию, некогда мне знакомиться, — жестко ответила Мария. — А на корпоративе я никого не знаю. И, и у меня даже... костюма нет.
Мы загадываем желания и верим, что они исполнятся, а когда они исполняются мы не верим, что такое вообще может быть. Парадокс.
– Я увольняюсь! Не могу больше, – выдохнула я, как будто всю жизнь мечтала это сказать. Господи, как легко!
Марьяна бросает работу и покупает один билет до Москвы – просто чтобы сбежать. От рутины, от странных отношений и от жизни, которая застряла.
Впереди Новый год, зимний город, случайное знакомство в поезде и мужчина, который слишком быстро оказывается рядом. Он красивый, внимательный и как будто знает о Марьяне больше, чем должен.
Приглашение на бал кажется сказкой. Но чем ближе праздник, тем сильнее ощущение, что всё это – не случайно.
История о побеге, притяжении и выборе, который придётся сделать, даже если страшно.
Марьяна бросает работу и покупает один билет до Москвы – просто чтобы сбежать. От рутины, от странных отношений и от жизни, которая застряла.
Впереди Новый год, зимний город, случайное знакомство в поезде и мужчина, который слишком быстро оказывается рядом. Он красивый, внимательный и как будто знает о Марьяне больше, чем должен.
Приглашение на бал кажется сказкой. Но чем ближе праздник, тем сильнее ощущение, что всё это – не случайно.
История о побеге, притяжении и выборе, который придётся сделать, даже если страшно.
❤️🔥ДОБАВЛЕНЫ ИЛЛЮСТРАЦИИ❤️🔥
В его мире всё имеет цену. В её мире — всё стоит денег. Их жизни разделяли пропасть и взаимное презрение, пока судьба не поселила их по соседству.
Матвей Рождественский — «золотой» мальчик, для которого жизнь была бесконечной вечеринкой с отцовского счёта. Теперь, наказанный родителем, он вынужден выживать на мизерную сумму в хрущёвке у бабушки-прокурора.
Кристина Туманова не понаслышке знает цену деньгам: учёба, смена в кофейне и написание чужих курсовых — так она помогает семье и держится на плаву.
Когда их пути пересекаются на восьмом этаже, сталкиваются два непримиримых взгляда на жизнь. Он не понимает, как можно так существовать. Она презирает его беспомощность. Но в мире, где стены тонки, а обстоятельства заставляют идти на компромиссы, презрения может оказаться недостаточно. Готовы ли они заплатить самую высокую цену — изменить себя?
В его мире всё имеет цену. В её мире — всё стоит денег. Их жизни разделяли пропасть и взаимное презрение, пока судьба не поселила их по соседству.
Матвей Рождественский — «золотой» мальчик, для которого жизнь была бесконечной вечеринкой с отцовского счёта. Теперь, наказанный родителем, он вынужден выживать на мизерную сумму в хрущёвке у бабушки-прокурора.
Кристина Туманова не понаслышке знает цену деньгам: учёба, смена в кофейне и написание чужих курсовых — так она помогает семье и держится на плаву.
Когда их пути пересекаются на восьмом этаже, сталкиваются два непримиримых взгляда на жизнь. Он не понимает, как можно так существовать. Она презирает его беспомощность. Но в мире, где стены тонки, а обстоятельства заставляют идти на компромиссы, презрения может оказаться недостаточно. Готовы ли они заплатить самую высокую цену — изменить себя?
Я вошла в одну из кабинок, закрыла дверь на защелку. Сняла сумочку с плеча, повесила на крючок. Облегченно выдохнула — каблуки начинали натирать, и несколько минут наедине с собой были очень кстати.
В этот момент дверь туалета открылась, и я услышала женские голоса. Два голоса. Смех.
— ...не могу поверить, что он наконец-то решился, — говорила одна из них. Голос звонкий, немного хрипловатый.
— Ксюш, ты уверена? — спросила вторая. — Он правда собирается с ней развестись?
Я замерла. Ксюш? Ксения? Та самая девушка в красном платье?
— Абсолютно, — ответила первая. — Он сказал мне вчера. После Нового года подаст документы. Сказал, что больше не может врать ни мне, ни ей. Что хочет быть со мной.
Мое сердце забилось быстрее. О ком они говорят? Я прижала руку ко рту, боясь, что они услышат мое дыхание.
— Бедная Лена, — вздохнула вторая. — Она же ничего не подозревает. Видела, как она на него смотрела? Как будто он центр ее вселенной.
Лена. Они говорят обо мне. Обо мне и... Роме?
В этот момент дверь туалета открылась, и я услышала женские голоса. Два голоса. Смех.
— ...не могу поверить, что он наконец-то решился, — говорила одна из них. Голос звонкий, немного хрипловатый.
— Ксюш, ты уверена? — спросила вторая. — Он правда собирается с ней развестись?
Я замерла. Ксюш? Ксения? Та самая девушка в красном платье?
— Абсолютно, — ответила первая. — Он сказал мне вчера. После Нового года подаст документы. Сказал, что больше не может врать ни мне, ни ей. Что хочет быть со мной.
Мое сердце забилось быстрее. О ком они говорят? Я прижала руку ко рту, боясь, что они услышат мое дыхание.
— Бедная Лена, — вздохнула вторая. — Она же ничего не подозревает. Видела, как она на него смотрела? Как будто он центр ее вселенной.
Лена. Они говорят обо мне. Обо мне и... Роме?
Эта книга — художественное исследование тем отчаяния, последствий необдуманных решений и долгого пути к искуплению. Она не содержит призывов или инструкций. Это сильная и социально ответственная проза, где темные моменты служат одной цели — показать ценность жизни и тяжесть неверного выбора в моменты глубокой беспомощности, чтобы через боль героини говорить с читателем о самом важном: о цене каждого нашего шага, о хрупкости психического здоровья и о том, что спасение и искупление возможны даже там, где, кажется, уже ничего нельзя исправить.
- Что тебе нужно? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри все трепетало. Он оторвался от стены и медленно подошел ко мне.
- И как тебе? – слишком спокойно спросил Марк.
- Что как?
- Как с Савой? Меня не было всего месяц, дорогая невестушка, а ты прыгнула в постель к другому. Нравится, как он тебя трахает? – в голосе звучала насмешка. То, что у нас с Савой не зашло так далеко, признаваться в этом Марку я не собиралась.
- Это не твое дело, - наконец выдавила я, стараясь сохранить видимость спокойствия. Марк усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень разочарования.
- Неужели? А мне казалось, что все, что касается тебя, – теперь мое дело. Или ты забыла кому теперь принадлежишь? - Его слова обжигали, как кипяток. Я отвела взгляд, пытаясь скрыть как его слова меня задели. Его рука медленно потянулась к моему лицу, большим пальцем он нежно коснулся моей щеки. Я замерла, не в силах пошевелиться. Марк нахмурился, его глаза потемнели.
- И как тебе? – слишком спокойно спросил Марк.
- Что как?
- Как с Савой? Меня не было всего месяц, дорогая невестушка, а ты прыгнула в постель к другому. Нравится, как он тебя трахает? – в голосе звучала насмешка. То, что у нас с Савой не зашло так далеко, признаваться в этом Марку я не собиралась.
- Это не твое дело, - наконец выдавила я, стараясь сохранить видимость спокойствия. Марк усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень разочарования.
- Неужели? А мне казалось, что все, что касается тебя, – теперь мое дело. Или ты забыла кому теперь принадлежишь? - Его слова обжигали, как кипяток. Я отвела взгляд, пытаясь скрыть как его слова меня задели. Его рука медленно потянулась к моему лицу, большим пальцем он нежно коснулся моей щеки. Я замерла, не в силах пошевелиться. Марк нахмурился, его глаза потемнели.
Выберите полку для книги