Книги в жанре «Современный любовный роман»
Я сидела, откинувшись, на мягком кожаном диванчике и смотрела, как ветер раскачивает речную гладь. Так красиво... А вдали огни Венеции, мечта, а не жизнь и все было бы прекрасно, если бы не одно но.
-Я тебе развода не дам и не проси! - хриплый голос вернул меня в действительность.
Я с отвращением посмотрела на сидящего передо мной красивого мужчину, которого казалось, что любила. Он был пьян в хлам и сейчас зло смотрел на меня, не выпуская из рук бокал с виски. Я сбилась со счета после десятого, какой это за сегодня и, если честно, меня уже это мало интересовало, я для себя все решила.
-Я тебе развода не дам и не проси! - хриплый голос вернул меня в действительность.
Я с отвращением посмотрела на сидящего передо мной красивого мужчину, которого казалось, что любила. Он был пьян в хлам и сейчас зло смотрел на меня, не выпуская из рук бокал с виски. Я сбилась со счета после десятого, какой это за сегодня и, если честно, меня уже это мало интересовало, я для себя все решила.
— Аня? А что это за чемоданы? Ты куда-то уезжаешь?
Отвожу взгляд от окна, где кружась, падают первые снежинки, и смотрю на мужа.
— Уезжаю.
Мой голос холодный, такой же , как и погода за окном.
— Куда? Почему раньше не предупредила? Надолго?
Наш брак начался неправильно. Олег женился на мне, чтобы помочь, а я согласилась из-за того, что любила его с того самого дня, как впервые увидела.
У меня не было праздника, не было белого платья, да и семейного счастья тоже не было, и спустя три года я решила больше не мучить любимого и отпустить.
— Навсегда Олег. Я хочу развестись.
В тексте:
Откровенные сцены
Измена
Развод
И перевоспитание нерадивого супруга
Отвожу взгляд от окна, где кружась, падают первые снежинки, и смотрю на мужа.
— Уезжаю.
Мой голос холодный, такой же , как и погода за окном.
— Куда? Почему раньше не предупредила? Надолго?
Наш брак начался неправильно. Олег женился на мне, чтобы помочь, а я согласилась из-за того, что любила его с того самого дня, как впервые увидела.
У меня не было праздника, не было белого платья, да и семейного счастья тоже не было, и спустя три года я решила больше не мучить любимого и отпустить.
— Навсегда Олег. Я хочу развестись.
В тексте:
Откровенные сцены
Измена
Развод
И перевоспитание нерадивого супруга
Когда твой парень неожиданно бросает тебя и говорит, что решил жениться, наверное, стоит начать плакать? Но я так зла, что не думая иду к его брату и предлагаю самое странное, что делала за всю свою жизнь! Стать подставным парнем и позлить подлеца.
Я вернулась в Стамбул ради больного отца, но попала в ловушку традиций и власти. Амир Ахметоглу Демир, теневой король города, пришел за моей сестрой Лейлой, но выбрал меня.
– Ты думаешь, я твоя добыча?
– Нет, Элиф, – Амир улыбается, хищно, но спокойно. – Ты мой вызов.
– Я скорее сожгу этот город, чем стану твоей.
– Попробуй. Но я потушу этот огонь твоей кровью.
В этом романе страсть борется с долгом, а свобода – с судьбой. Сможет ли Элиф устоять перед мужчиной, который хочет не просто ее тело, но и душу?
Или она сломает его первой?
– Ты думаешь, я твоя добыча?
– Нет, Элиф, – Амир улыбается, хищно, но спокойно. – Ты мой вызов.
– Я скорее сожгу этот город, чем стану твоей.
– Попробуй. Но я потушу этот огонь твоей кровью.
В этом романе страсть борется с долгом, а свобода – с судьбой. Сможет ли Элиф устоять перед мужчиной, который хочет не просто ее тело, но и душу?
Или она сломает его первой?
Дина Дистих – успешная журналистка, привыкшая к независимости и контролю над своей жизнью. Но всё меняется, когда она получает задание написать статью о загадочном и привлекательном бизнесмене Эндрю Филипсе. Вынужденная провести месяц в его доме, Дина сталкивается с неожиданными чувствами и воспоминаниями, которые заставляют её пересмотреть своё прошлое и настоящее.
Эндрю, несмотря на свою внешнюю холодность, оказывается человеком с глубокими чувствами и сложной историей. Между ними возникает притяжение, которое они оба пытаются отрицать. Но смогут ли они устоять перед своими чувствами и не разрушить свои жизни?
Этот роман – о любви, которая помогает исцелить старые раны и найти себя. О том, как важно принять своё прошлое и открыть сердце для новых чувств.
Эндрю, несмотря на свою внешнюю холодность, оказывается человеком с глубокими чувствами и сложной историей. Между ними возникает притяжение, которое они оба пытаются отрицать. Но смогут ли они устоять перед своими чувствами и не разрушить свои жизни?
Этот роман – о любви, которая помогает исцелить старые раны и найти себя. О том, как важно принять своё прошлое и открыть сердце для новых чувств.
- Слушай, ну не будь жадиной! – надула губки моя младшая сестра. – Тебе что, мужика для меня жалко? Мы же сестры!
- Лола! Ты понимаешь, о чем говоришь? – негромко спросила я. – Ты сейчас упрекаешь меня в жадности, после того, как переспала с моим мужем?
- Вот именно! Упрекаю, - кивнула она. – Ты побыла счастливой, так дай мне побыть! А еще, я беременна!
***
Моя сестра переспала с моим мужем и теперь требует, чтобы я отказалась от него, ведь ей он нужнее. Да еще и мама, зная всю эту ситуацию, говорит, чтобы я собирала вещи и переезжала к ней, ведь сестренке с МОИМ мужем надо жить вместе.
И я теперь нахожусь в замешательстве! Ведь не хочу во все это верить!
- Лола! Ты понимаешь, о чем говоришь? – негромко спросила я. – Ты сейчас упрекаешь меня в жадности, после того, как переспала с моим мужем?
- Вот именно! Упрекаю, - кивнула она. – Ты побыла счастливой, так дай мне побыть! А еще, я беременна!
***
Моя сестра переспала с моим мужем и теперь требует, чтобы я отказалась от него, ведь ей он нужнее. Да еще и мама, зная всю эту ситуацию, говорит, чтобы я собирала вещи и переезжала к ней, ведь сестренке с МОИМ мужем надо жить вместе.
И я теперь нахожусь в замешательстве! Ведь не хочу во все это верить!
— Мам, — рыдаю, — я их видела!
— Кого, дочка? — не понимает она.
— Мужа и Милану! В магазине! Вместе!
Мама молчит.
— Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у них была общая корзина...
— Ксюш... — она тяжело вздыхает.
— Сколько это длится? Ты знаешь?
Долгая пауза.
— Месяца три, — говорит мама тихо. — Может, больше...
Два самых близких человека — любимый муж и обожаемая племянница, люди, которым я беззаветно доверяла, цинично предали меня, думая, что, разбившись, моё сердце больше никогда не забьется.
Они очень ошиблись, и я это докажу.
— Кого, дочка? — не понимает она.
— Мужа и Милану! В магазине! Вместе!
Мама молчит.
— Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у них была общая корзина...
— Ксюш... — она тяжело вздыхает.
— Сколько это длится? Ты знаешь?
Долгая пауза.
— Месяца три, — говорит мама тихо. — Может, больше...
Два самых близких человека — любимый муж и обожаемая племянница, люди, которым я беззаветно доверяла, цинично предали меня, думая, что, разбившись, моё сердце больше никогда не забьется.
Они очень ошиблись, и я это докажу.
– С разделением личного и профессионального у нас обоих явно проблемы, – прошептал он, и в его голосе звучала та же улыбка.
Я ответила улыбкой, чувствуя, как румянец заливает щеки. Слова были излишни.
– И что же нам с этим делать? – тихо спросила я, не отрывая взгляда от его глаз, словно боясь потерять эту связь.
Он отодвинулся и сел на диван.
– Не знаю, как ты, но я планирую заниматься с тобой сексом, чем чаще, тем лучше. – с улыбкой произнес Вадим.
Я замерла, прижимая к груди свой джемпер. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба, одновременно пугая и вызывая трепет.
– Я не планировала становиться любовницей большого босса, – проговорила я.
Я ответила улыбкой, чувствуя, как румянец заливает щеки. Слова были излишни.
– И что же нам с этим делать? – тихо спросила я, не отрывая взгляда от его глаз, словно боясь потерять эту связь.
Он отодвинулся и сел на диван.
– Не знаю, как ты, но я планирую заниматься с тобой сексом, чем чаще, тем лучше. – с улыбкой произнес Вадим.
Я замерла, прижимая к груди свой джемпер. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба, одновременно пугая и вызывая трепет.
– Я не планировала становиться любовницей большого босса, – проговорила я.
— Я заберу у тебя дочь! — выкрикнул он, хватая меня за руку, когда я попыталась пройти мимо.
Его пальцы больно впились в кожу, наверняка останутся синяки. Но страшнее физической боли были его слова — они ударили под дых, выбивая воздух из лёгких. Мгновение паники — ледяной, парализующей — сменилось такой яростью, какой я никогда в себе не знала.
— И что ты с ней будешь делать? — я презрительно хмыкнула, высвобождая руку. — Ты, который не помнит, в какой группе она в саду? Который не знает, какие лекарства ей можно, а какие нельзя? Который ни разу не был на родительском собрании?
Я подхватила чемодан, чувствуя, как каждая мышца напряглась от тяжести. Физической и эмоциональной.
— Только попробуй, — прошипела я, обжигая его гневным взглядом. — Только попробуй отнять у меня дочь, и я уничтожу тебя. Клянусь, ты пожалеешь, что родился.
Его пальцы больно впились в кожу, наверняка останутся синяки. Но страшнее физической боли были его слова — они ударили под дых, выбивая воздух из лёгких. Мгновение паники — ледяной, парализующей — сменилось такой яростью, какой я никогда в себе не знала.
— И что ты с ней будешь делать? — я презрительно хмыкнула, высвобождая руку. — Ты, который не помнит, в какой группе она в саду? Который не знает, какие лекарства ей можно, а какие нельзя? Который ни разу не был на родительском собрании?
Я подхватила чемодан, чувствуя, как каждая мышца напряглась от тяжести. Физической и эмоциональной.
— Только попробуй, — прошипела я, обжигая его гневным взглядом. — Только попробуй отнять у меня дочь, и я уничтожу тебя. Клянусь, ты пожалеешь, что родился.
После развода я сбежала из города в деревню. Хотелось только покоя. Но вместо тишины и умиротворения я получила… соседа.
Он построил коттедж, поставил забор, который заслонил мне половину огорода, и ходит мимо с таким лицом, будто он тут выше всех.
А я не собираюсь мириться.
— Эй! — кричу соседу через ворота. — Это что за безобразие?! Вы мне весь огород загородили!
Он смотрит сверху вниз. Огромный, как медведь. И отвечает безразлично:
— И что?
И что?.. И что?! Ладно! Не хочет договориться мирно, значит, будет война!
Сказано — сделано. Я пошла до конца, чтобы вернуть свой прежний покой. Но не знала, что все самое важное в моей жизни уже началось. С одного надменного и холодного взгляда.
Он построил коттедж, поставил забор, который заслонил мне половину огорода, и ходит мимо с таким лицом, будто он тут выше всех.
А я не собираюсь мириться.
— Эй! — кричу соседу через ворота. — Это что за безобразие?! Вы мне весь огород загородили!
Он смотрит сверху вниз. Огромный, как медведь. И отвечает безразлично:
— И что?
И что?.. И что?! Ладно! Не хочет договориться мирно, значит, будет война!
Сказано — сделано. Я пошла до конца, чтобы вернуть свой прежний покой. Но не знала, что все самое важное в моей жизни уже началось. С одного надменного и холодного взгляда.
Выберите полку для книги