Книги в жанре «Современный любовный роман»
Я потеряла сразу двоих.
Любимого мужчину.
И женщину, которую считала почти сестрой.
В один вечер они разрушили всё, что я называла своей жизнью.
Он ушёл к ней.
А я осталась одна — с унижением, предательством и пустотой внутри.
Любимого мужчину.
И женщину, которую считала почти сестрой.
В один вечер они разрушили всё, что я называла своей жизнью.
Он ушёл к ней.
А я осталась одна — с унижением, предательством и пустотой внутри.
- Устроишь мне жаркие каникулы, а, Катюха? — и вдруг похлопывает по ноге нагло.
Я тут же вспыхиваю, краснею стремительно и скидываю бандитскую пятерню со своей ляжки.
- Руки!
- Ух, какие мы недотроги, — издевательски комментирует Олег и съезжает с трассы в город, — Адрес говори.
______________________
Куда подевалась Катя? Случайная встреча на дороге уводит задорную толстушку в свою историю любви.
Я тут же вспыхиваю, краснею стремительно и скидываю бандитскую пятерню со своей ляжки.
- Руки!
- Ух, какие мы недотроги, — издевательски комментирует Олег и съезжает с трассы в город, — Адрес говори.
______________________
Куда подевалась Катя? Случайная встреча на дороге уводит задорную толстушку в свою историю любви.
Жизнь Кирилла Соловьёва - просто мечта. Хорошая работа, приличная семья, всё в шоколаде. Но только не для него самого. Ту жизнь, о которой он мечтал сам, у него однажды отобрали и, как ему казалось - навсегда.
Выпивка, тусовки и череда прелестных подружек неплохо помогали ему забыть о том, что он потерял пятнадцать лет назад. Вот только у Кирилла есть и вторая сторона, о которой ничего не известно тем, кто знает его только как редактора в модном издательстве и сына известных родителей.
Кирилл готов был играть в прятки до конца жизни. Пока однажды рано утром не услышал под своим окном песню, еще не зная, что фальшивящий, с хрипотцой, голос укажет ему путь к настоящему себе.
Выпивка, тусовки и череда прелестных подружек неплохо помогали ему забыть о том, что он потерял пятнадцать лет назад. Вот только у Кирилла есть и вторая сторона, о которой ничего не известно тем, кто знает его только как редактора в модном издательстве и сына известных родителей.
Кирилл готов был играть в прятки до конца жизни. Пока однажды рано утром не услышал под своим окном песню, еще не зная, что фальшивящий, с хрипотцой, голос укажет ему путь к настоящему себе.
Она — моё наваждение, моя страсть, моя душа. Моя сладкая девочка, которая открыла мне дверь в мир настоящей любви. До неё я и не подозревал, что способен любить — так глубоко, так безоглядно. Всё было настолько совершенным, настолько прекрасным, что я и помыслить не мог: в один миг это может рухнуть, рассыпаться в прах.
- Девочка моя, всё, что ты видела, - ложь. И всё, что она сказала, - тоже ложь.
- Ложь? Ложь?! - её голос дрожит, рвётся. - Ты хочешь сказать, что то, что я увидела на том видео, ложь?!
- Лена, прошу тебя…
- Убери от меня свои руки! Ты больше не имеешь права на это.
Она растворяется в серой пелене дождя.
Прошло восемь лет. Я уже не надеялся снова её встретить. Но вот она — стоит напротив, всё такая же прекрасная. Моя девочка. Я верну тебя. Верну, даже если это будет последнее, что я сделаю в этой жизни.
- Девочка моя, всё, что ты видела, - ложь. И всё, что она сказала, - тоже ложь.
- Ложь? Ложь?! - её голос дрожит, рвётся. - Ты хочешь сказать, что то, что я увидела на том видео, ложь?!
- Лена, прошу тебя…
- Убери от меня свои руки! Ты больше не имеешь права на это.
Она растворяется в серой пелене дождя.
Прошло восемь лет. Я уже не надеялся снова её встретить. Но вот она — стоит напротив, всё такая же прекрасная. Моя девочка. Я верну тебя. Верну, даже если это будет последнее, что я сделаю в этой жизни.
Женщина засмеялась — легко, уверенно.
— Это так забавно… Она вообще ни о чём не догадывается?
И тут мужской голос сказал фразу, которую мой мозг сначала отказался принять.
— Конечно, нет.
Пауза. Шорох ткани. Ещё один короткий поцелуй — слышно, как будто совсем рядом.
Женский голос:
— А я смогу урвать у тебя завтра ещё пару поцелуев?
И мужской — спокойный, знакомый до боли:
— Сможешь, дорогая.
Мужской голос. Голос моего мужа.
Родиона.
— Это так забавно… Она вообще ни о чём не догадывается?
И тут мужской голос сказал фразу, которую мой мозг сначала отказался принять.
— Конечно, нет.
Пауза. Шорох ткани. Ещё один короткий поцелуй — слышно, как будто совсем рядом.
Женский голос:
— А я смогу урвать у тебя завтра ещё пару поцелуев?
И мужской — спокойный, знакомый до боли:
— Сможешь, дорогая.
Мужской голос. Голос моего мужа.
Родиона.
– Куда ты, Наташ? Давай поговорим? – схватив меня за локоть, Марат попытался развернуть меня к себе лицом. Я отдернула руку и с вызовом посмотрела ему в глаза. В его – испуг, желание обелить себя, свои поступки, в моих – застывшие слезы и… усталость.
– О чем говорить? О том, как ты предал меня? Мерзко, низко! О том, что опустил руки и не попытался бороться за нас? Мне противно даже думать об этом! Вспоминать о тебе и этой…
Голос сорвался на хрип. Столько лет прошло, а меня по-прежнему больно ранит этот мужчина. Вот так сюрприз, да?
– Позволь рассказать тебе правду, все не так, как ты…
– Не так, как я думаю?! – какая ирония, что я снова купилась, очаровалась этим человеком. – Взрослый мужик, построивший целую империю, не смог придумать ничего убедительней, чем…
А дальше он приблизился ко мне с хищным блеском в глазах.
– Что ты творишь, у нас дети в приемной, ждут нашего решения…
– Подождут! – перебил он и закрыл мне рот властным поцелуем.
– О чем говорить? О том, как ты предал меня? Мерзко, низко! О том, что опустил руки и не попытался бороться за нас? Мне противно даже думать об этом! Вспоминать о тебе и этой…
Голос сорвался на хрип. Столько лет прошло, а меня по-прежнему больно ранит этот мужчина. Вот так сюрприз, да?
– Позволь рассказать тебе правду, все не так, как ты…
– Не так, как я думаю?! – какая ирония, что я снова купилась, очаровалась этим человеком. – Взрослый мужик, построивший целую империю, не смог придумать ничего убедительней, чем…
А дальше он приблизился ко мне с хищным блеском в глазах.
– Что ты творишь, у нас дети в приемной, ждут нашего решения…
– Подождут! – перебил он и закрыл мне рот властным поцелуем.
Год назад я сбежала от мужа... От его издевательств и оскорблений. Только начала заново жить, почувствовала кайф деревенской жизни. Как всё переворачивается с ног, на голову. Моё желание помочь — оборачивается для меня боком, но это только начало истории...
Его спор с друзьями: «Я пересплю с этой малышкой! Спорим?»
Её цель: спасти его.
Она видит, как люди умирают. И сейчас видит его смерть.
Чтобы отвести беду, вступает в его игру. Позволяет ему приблизиться, целует его, отдаёт ему своё тело и душу.
И влюбляется, веря, что её чувство взаимно.
Но однажды правда о споре выходит наружу…
Её цель: спасти его.
Она видит, как люди умирают. И сейчас видит его смерть.
Чтобы отвести беду, вступает в его игру. Позволяет ему приблизиться, целует его, отдаёт ему своё тело и душу.
И влюбляется, веря, что её чувство взаимно.
Но однажды правда о споре выходит наружу…
— Ты выйдешь за моего сына, но принадлежать будешь мне.
Эти слова стали моим приговором.
Андрей — золотой мальчик, моя первая любовь и билет в спокойную жизнь. Его отец — дьявол в дорогом костюме, циничный манипулятор, для которого нет ничего святого.
Я пришла в их дом невестой сына. Я старалась быть идеальной. Я хотела заслужить уважение главы семьи. Но у его отца на меня другие планы. Наше прошлое — это бомба замедленного действия, а наше настоящее — запретная страсть, которая сожжет всё дотла.
Я люблю Андрея. Но почему сердце замирает только тогда, когда в комнату входит его отец?
Эти слова стали моим приговором.
Андрей — золотой мальчик, моя первая любовь и билет в спокойную жизнь. Его отец — дьявол в дорогом костюме, циничный манипулятор, для которого нет ничего святого.
Я пришла в их дом невестой сына. Я старалась быть идеальной. Я хотела заслужить уважение главы семьи. Но у его отца на меня другие планы. Наше прошлое — это бомба замедленного действия, а наше настоящее — запретная страсть, которая сожжет всё дотла.
Я люблю Андрея. Но почему сердце замирает только тогда, когда в комнату входит его отец?
Свете двадцать семь, она задыхается от долгов за лечение матери и стоимости столичной жизни. Когда ей предлагают сделку — фиктивный брак с миллиардером, который доживает последние месяцы из-за агрессивной формы рака, — она соглашается без колебаний. Условия просты: она скрашивает его существование, и получает деньги.
Выберите полку для книги