Книги в жанре «Современный любовный роман»
— Как ты относишься к измене, любимый?
Муж замер на секунду, словно кусок мяса застрял у него в горле.
— К измене? К чему это вдруг, Ника?
Я улыбнулась.
— Да так… Думаешь, можно в одну реку дважды войти?
Егор поставил бокал на стол, стараясь не выдать своей нервозности. Попался, «козлик».
— Не совсем понимаю, к чему все, но, наверное… нет. Я думаю, что это ошибка.
— Вот и я так считаю, — кивнула. — Просто у Климентьевых, представляешь, Денис изменяет Алёне. Просто невероятно, правда? На её месте, — я покачала головой, — наверное, лишила бы его… мужского достоинства, бизнеса и опозорила на всю округу. А она терпит, дурочка. Знает все и терпит.
Егор побледнел, глаза слегка расширились.
— Хорошо, что у меня есть ты. И у нас с тобой всё по любви, и никаких… глупостей.
Егор с трудом удержал спокойное выражение лица, а я в мыслях усмехнулась.
Какая же ты скотина, Ларинов. Но скоро ты поймёшь, как ошибся, и узнаешь, какой я могу быть, когда меня предают...
Муж замер на секунду, словно кусок мяса застрял у него в горле.
— К измене? К чему это вдруг, Ника?
Я улыбнулась.
— Да так… Думаешь, можно в одну реку дважды войти?
Егор поставил бокал на стол, стараясь не выдать своей нервозности. Попался, «козлик».
— Не совсем понимаю, к чему все, но, наверное… нет. Я думаю, что это ошибка.
— Вот и я так считаю, — кивнула. — Просто у Климентьевых, представляешь, Денис изменяет Алёне. Просто невероятно, правда? На её месте, — я покачала головой, — наверное, лишила бы его… мужского достоинства, бизнеса и опозорила на всю округу. А она терпит, дурочка. Знает все и терпит.
Егор побледнел, глаза слегка расширились.
— Хорошо, что у меня есть ты. И у нас с тобой всё по любви, и никаких… глупостей.
Егор с трудом удержал спокойное выражение лица, а я в мыслях усмехнулась.
Какая же ты скотина, Ларинов. Но скоро ты поймёшь, как ошибся, и узнаешь, какой я могу быть, когда меня предают...
- Я невеста Вашего мужа… У нас даже банкетный зал для свадьбы уже забронирован, пригласительные сделаны- осталось только дату вписать…
В первую секунду мне кажется, что это розыгрыш, но враждебность в оленьих глазах юной прелестницы не оставляет сомнений, что она не блефует.
Какой-то бред! С Сергеем у нас всё прекрасно. Он очень поддерживал меня последние несколько месяцев…
- И… когда же свадьба, если уж и пригласительные готовы?
Сарказма в тоне от волнения не получается.
- После Вашей смерти,- выдает мне красотка…- Сергей хочет дождаться, когда Вы, наконец, помрете. Но я вот ждать не хочу. Зачем он Вам сейчас? Вам о Боге думать надо. А он шикарный мужчина в расцвете сил и у него всё впереди, а у Вас нет! Подвиньтесь уже!
Врачи поставили мне страшный диагноз. Любящий муж уверял, что вместе мы все преодолеем, а сам уже спланировал и мои похороны, и новую свадьбу с девочкой моложе себя на двадцать пять лет. Вот только я оказалась здоровой, и он пока об этом не знает...
В первую секунду мне кажется, что это розыгрыш, но враждебность в оленьих глазах юной прелестницы не оставляет сомнений, что она не блефует.
Какой-то бред! С Сергеем у нас всё прекрасно. Он очень поддерживал меня последние несколько месяцев…
- И… когда же свадьба, если уж и пригласительные готовы?
Сарказма в тоне от волнения не получается.
- После Вашей смерти,- выдает мне красотка…- Сергей хочет дождаться, когда Вы, наконец, помрете. Но я вот ждать не хочу. Зачем он Вам сейчас? Вам о Боге думать надо. А он шикарный мужчина в расцвете сил и у него всё впереди, а у Вас нет! Подвиньтесь уже!
Врачи поставили мне страшный диагноз. Любящий муж уверял, что вместе мы все преодолеем, а сам уже спланировал и мои похороны, и новую свадьбу с девочкой моложе себя на двадцать пять лет. Вот только я оказалась здоровой, и он пока об этом не знает...
СКИДКА ДО 16 января!
— Что было на мальчишнике, изменой не считается! — хвастливо произносит муж.
— На мальчишнике? А ничего, что это был мальчишник твоего сына… — удивляется друг семьи.
Я стою, замерев от шока.
Мой старший сын женится по любви, а его отец-молодец решил гульнуть на мальчишнике так, что теперь об этом говорят все и жалеют…
Рогатую и несчастную дурочку-жену!
То есть, меня!
Все ждут нашего развода и потирают ручки, как мы будем скандалить и делить имущество…
— Что было на мальчишнике, изменой не считается! — хвастливо произносит муж.
— На мальчишнике? А ничего, что это был мальчишник твоего сына… — удивляется друг семьи.
Я стою, замерев от шока.
Мой старший сын женится по любви, а его отец-молодец решил гульнуть на мальчишнике так, что теперь об этом говорят все и жалеют…
Рогатую и несчастную дурочку-жену!
То есть, меня!
Все ждут нашего развода и потирают ручки, как мы будем скандалить и делить имущество…
– Люба? – Удивляется муж, когда врываюсь к нему в ванную и что есть силы стучу по стеклянной перегородке душевой.
– Что это?! Объясни, Игорь?!
– О чем ты? — Игорь выключает воду, тянется к полотенцу и накидывает его на бедра.
Снимаю блокировку с экрана и почти сую телефон в лицо Асадову.
– Я беременна, Игорь. Ты скоро станешь отцом! – Дрожащим голосом повторяю текст сообщения от другой женщины. – Объясни мне, что это значит?!
– Понятия не имею, — хладнокровно отвечает муж, окинув меня хмурым взглядом. – Я уже говорил, что конкуренты устроили атаку…
– Господи, какие конкуренты??? Тебе пишут посреди ночи, и это продолжается уже не первый день! Хватит врать, Игорь! Не надо держать меня за дуру!
Я была ослеплена любовью к мужу, верила каждому его слову, пропуская мимо тревожные звоночки. Пока хранила верность и наш семейный очаг, миллиардер Асадов завел на стороне другую женщину. И это в тот момент, когда тест показал заветные две полоски…
– Что это?! Объясни, Игорь?!
– О чем ты? — Игорь выключает воду, тянется к полотенцу и накидывает его на бедра.
Снимаю блокировку с экрана и почти сую телефон в лицо Асадову.
– Я беременна, Игорь. Ты скоро станешь отцом! – Дрожащим голосом повторяю текст сообщения от другой женщины. – Объясни мне, что это значит?!
– Понятия не имею, — хладнокровно отвечает муж, окинув меня хмурым взглядом. – Я уже говорил, что конкуренты устроили атаку…
– Господи, какие конкуренты??? Тебе пишут посреди ночи, и это продолжается уже не первый день! Хватит врать, Игорь! Не надо держать меня за дуру!
Я была ослеплена любовью к мужу, верила каждому его слову, пропуская мимо тревожные звоночки. Пока хранила верность и наш семейный очаг, миллиардер Асадов завел на стороне другую женщину. И это в тот момент, когда тест показал заветные две полоски…
– Ты не смогла родить мне сына, – муж смотрит в сторону. – И уже не сможешь.
– Интересно, – усмехаюсь, хотя нервы на пределе. – Ты в школе прогуливал биологию? Пол ребёнка зависит от мужчины. Может, ты вообще не можешь «сделать» мальчика?
– Ты теперь вообще никого не можешь «сделать»! – бьёт по больному муж. – У тебя было двадцать пять лет на это! Но она – может!
– То есть ты списал меня в утиль ещё два года назад?
Серебряная свадьба, три дочери, любимая работа. Стабильная жизнь, которая рухнула, когда я узнала, что муж завёл любовницу, заделал ей ребёнка и теперь предлагает мне «щедрые» отступные.
А моя средняя дочь в курсе происходящего и на стороне отца.
Больно? Да. Но терпеть и прощать я не намерена.
– Интересно, – усмехаюсь, хотя нервы на пределе. – Ты в школе прогуливал биологию? Пол ребёнка зависит от мужчины. Может, ты вообще не можешь «сделать» мальчика?
– Ты теперь вообще никого не можешь «сделать»! – бьёт по больному муж. – У тебя было двадцать пять лет на это! Но она – может!
– То есть ты списал меня в утиль ещё два года назад?
Серебряная свадьба, три дочери, любимая работа. Стабильная жизнь, которая рухнула, когда я узнала, что муж завёл любовницу, заделал ей ребёнка и теперь предлагает мне «щедрые» отступные.
А моя средняя дочь в курсе происходящего и на стороне отца.
Больно? Да. Но терпеть и прощать я не намерена.
- Что… что ты наделала, клуша? – истерит любовница, оценивая беспорядок, который заслужили. – Кто это будет убирать?
- Ты! – обрадовала ее предстоящей перспективой. – Увела не моего мужа, а мою проблему. Вместе с Савелием прилагаются дети – две штуки, но плюс еще ваш, тогда получается три. Тот самый, которого я называла внуком, но ваша тайна раскрыта и нет смысла скрываться. Не забывай, Ритуль, что «замечательная» свекровь, идет в комплекте с моим почти уже бывшем мужем. Ее скоро привезет сиделка, как раз и расплатитесь за ее услуги.
- Бывшим? – прошипел Савелий.
- Да. Твои измены и любовницу терпеть не собираюсь. За меня не беспокойся, - поднимаю руку, демонстрируя кольцо с бриллиантом. – Горевать не буду. У меня конфетно-букетный период. Советую к моему возвращению собрать вещи. Адвоката я уже наняла. Уверяю, что отсюда съедет, кто угодно, но только не я.
- Ты! – обрадовала ее предстоящей перспективой. – Увела не моего мужа, а мою проблему. Вместе с Савелием прилагаются дети – две штуки, но плюс еще ваш, тогда получается три. Тот самый, которого я называла внуком, но ваша тайна раскрыта и нет смысла скрываться. Не забывай, Ритуль, что «замечательная» свекровь, идет в комплекте с моим почти уже бывшем мужем. Ее скоро привезет сиделка, как раз и расплатитесь за ее услуги.
- Бывшим? – прошипел Савелий.
- Да. Твои измены и любовницу терпеть не собираюсь. За меня не беспокойся, - поднимаю руку, демонстрируя кольцо с бриллиантом. – Горевать не буду. У меня конфетно-букетный период. Советую к моему возвращению собрать вещи. Адвоката я уже наняла. Уверяю, что отсюда съедет, кто угодно, но только не я.
— Я хочу, чтобы вы были моей фиктивной невестой.
— А с чего вы взяли, что я соглашусь?
— Вам изменил жених, вас не пускают в отель без возврата денег, да и просто вы меня заинтриговали.
Ага, заинтриговала. Расскажу как захомутать турка-миллионера в фиктивные женихи за три неловких момента, один полу-оргазм и один обморок. Соглашаться?
Первая часть дилогии
— А с чего вы взяли, что я соглашусь?
— Вам изменил жених, вас не пускают в отель без возврата денег, да и просто вы меня заинтриговали.
Ага, заинтриговала. Расскажу как захомутать турка-миллионера в фиктивные женихи за три неловких момента, один полу-оргазм и один обморок. Соглашаться?
Первая часть дилогии
Просыпаюсь от молодецкого храпа. Поворачиваю голову. Вижу незнакомое лицо.
Мажу взглядом по себе. На мне костюм - Евы! На нем - Адама!
- О, боги, - вопит голос разума и почему-то вслух. - Я падшая женщина.
- Тш-ш-ш…Спи, сладкий падший ангел! - раздается бархатистый баритон. - Не буди лихо, пока оно тихо…
На последнем слове на мою грудь падает огромная лапища.
И тут же память услужливо подкидывает едкие фразы мужа: “Я не дедушка, а муж бабушки! Дошел до ручки - живу с пенсионеркой! Сплю с бабусей! Да, Эмма, тебе пора тренировать мышцы таза. Тонус уже слабый. Хотя…Кому ты нужна в свои 50-т…”
Все это было вчера, а сегодня, глядя на богатыря рядом, в моей голове крутится лишь одна фраза: “Ну, какая я - бабуся…”
Мажу взглядом по себе. На мне костюм - Евы! На нем - Адама!
- О, боги, - вопит голос разума и почему-то вслух. - Я падшая женщина.
- Тш-ш-ш…Спи, сладкий падший ангел! - раздается бархатистый баритон. - Не буди лихо, пока оно тихо…
На последнем слове на мою грудь падает огромная лапища.
И тут же память услужливо подкидывает едкие фразы мужа: “Я не дедушка, а муж бабушки! Дошел до ручки - живу с пенсионеркой! Сплю с бабусей! Да, Эмма, тебе пора тренировать мышцы таза. Тонус уже слабый. Хотя…Кому ты нужна в свои 50-т…”
Все это было вчера, а сегодня, глядя на богатыря рядом, в моей голове крутится лишь одна фраза: “Ну, какая я - бабуся…”
— Кто она? — снова смотрю на Андрея. — С кем ты мне изменил?
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
— Ты считаешь, это сейчас важно? — муж приподнимает бровь. — Тебя именно это волнует? А не то, что ты потеряла нашего ребенка и оказалась больнице?
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу. — В один день я лишилась ребенка и мужа.
— Не утрируй, — перебивает Андрей. — Я стою перед тобой. А ребенок… ты могла его защитить.
— Не могла! — повышаю голос. — Не могла, — вспоминаю удары тяжелым ботинком, которые пришлись в мой живот, и холодок бежит по позвоночнику.
— Ну я пока не могу тебя поддержать. Это тяжело… — раздраженно цедит муж. — Вся эта ситуация пробуждает во мне ярость… ты пробуждаешь ярость. Не хочу тебя пока видеть, поговорим позже.
– Так любишь или нет? – кричу, – Скажи мне уже правду!
Молчит. Впрочем, мне и так понятно.
— Я подам на развод сама, – встаю и направляюсь на выход из этого проклятого дома, где муж меня предал с той, что является точной копией его первой любви. Или с ней, но это уже не важно.
—Никакого развода, Птичка.
Я прожила с Максимом двадцать лет. Двадцать лет любви, борьбы, побед и поражений. Я научилась быть сильной ради семьи, отдав всё, чтобы мы были счастливы. Он — человек, который привык побеждать. Всё в его жизни должно быть так, как он решил. Пока в нашем доме не появилась точная копия той, кто когда-то был его первой любовью, женщиной, которую он потерял навсегда.
Молчит. Впрочем, мне и так понятно.
— Я подам на развод сама, – встаю и направляюсь на выход из этого проклятого дома, где муж меня предал с той, что является точной копией его первой любви. Или с ней, но это уже не важно.
—Никакого развода, Птичка.
Я прожила с Максимом двадцать лет. Двадцать лет любви, борьбы, побед и поражений. Я научилась быть сильной ради семьи, отдав всё, чтобы мы были счастливы. Он — человек, который привык побеждать. Всё в его жизни должно быть так, как он решил. Пока в нашем доме не появилась точная копия той, кто когда-то был его первой любовью, женщиной, которую он потерял навсегда.
Выберите полку для книги