Читать и слушать книги
– Полчаса. Но… никакого знакомства не будет, а именно: имен, обмена контактами.
– Значит, я был прав. Не Валентина, – кивает, смотрит на часы. – Как насчет ресторана на набережной? Он точно еще работает. Красивый вид, спокойно.
– Там людно. Не подходит. И я дала вам, всего полчаса, – кручу головой по сторонам в поисках заведения, но внезапно вспоминаю одно место, где до нас точно не будет никому дела. – на Владимировской автозаправка есть… Можно выпить по стаканчику кофе.
– Серьезно? АЗС-кафе? – ухмыляется он. – Ты удивительная женщина. Ну, хорошо, я не против. Так даже интереснее.
__________
Я жила самой обычной жизнью: муж, взрослая дочь, мечта открыть собственную творческую студию.
Но однажды появился он. В тот момент, когда я была уязвима.
Он был слишком близко. Слишком уверен в себе. Слишком “не мой”.
Эта история – не про сказочную любовь.
Она про выбор. Про падение. Про страсть, от которой сносит крышу…
– Значит, я был прав. Не Валентина, – кивает, смотрит на часы. – Как насчет ресторана на набережной? Он точно еще работает. Красивый вид, спокойно.
– Там людно. Не подходит. И я дала вам, всего полчаса, – кручу головой по сторонам в поисках заведения, но внезапно вспоминаю одно место, где до нас точно не будет никому дела. – на Владимировской автозаправка есть… Можно выпить по стаканчику кофе.
– Серьезно? АЗС-кафе? – ухмыляется он. – Ты удивительная женщина. Ну, хорошо, я не против. Так даже интереснее.
__________
Я жила самой обычной жизнью: муж, взрослая дочь, мечта открыть собственную творческую студию.
Но однажды появился он. В тот момент, когда я была уязвима.
Он был слишком близко. Слишком уверен в себе. Слишком “не мой”.
Эта история – не про сказочную любовь.
Она про выбор. Про падение. Про страсть, от которой сносит крышу…
— Виктория? — мое имя прогремело на всю парковку.
Медленно оборачиваюсь. Но уже знаю, кого увижу перед собой.
Мой бывший муж.. Собственной персоной.
Его холёная физиономия преследовала меня два года в страшных снах.
— Даже не поздороваешься? — бархатным голосом спрашивает Давыдов, а его губы расплываются в улыбке.
— Здравствуй! — снисходительно произношу и отворачиваюсь к своей машине. Пытаюсь открыть дверцу ключом. Но замок заело.
— Помочь? — от голоса бывшего побежали мурашки по затылку.
Вот как ему это удается? В 45 лет готов соблазнять всё, что видит в радиусе метра.
— Справлюсь! —не оборачиваюсь, надеюсь, что он свалит... сразу в преисподнюю
— Да ладно... Давай помогу, — Давыдов подходит ближе. — Я точно знаю, как ремонтировать "старушек"... — хохочет над собственным остроумием.
— Миш, ты наверняка куда-то спешил! — смотрю прямо в его наглые и очень красивые глаза.
— Я весь твой, Викуся, — тянет с улыбочкой бывший. — Ведь я развожусь!
Медленно оборачиваюсь. Но уже знаю, кого увижу перед собой.
Мой бывший муж.. Собственной персоной.
Его холёная физиономия преследовала меня два года в страшных снах.
— Даже не поздороваешься? — бархатным голосом спрашивает Давыдов, а его губы расплываются в улыбке.
— Здравствуй! — снисходительно произношу и отворачиваюсь к своей машине. Пытаюсь открыть дверцу ключом. Но замок заело.
— Помочь? — от голоса бывшего побежали мурашки по затылку.
Вот как ему это удается? В 45 лет готов соблазнять всё, что видит в радиусе метра.
— Справлюсь! —не оборачиваюсь, надеюсь, что он свалит... сразу в преисподнюю
— Да ладно... Давай помогу, — Давыдов подходит ближе. — Я точно знаю, как ремонтировать "старушек"... — хохочет над собственным остроумием.
— Миш, ты наверняка куда-то спешил! — смотрю прямо в его наглые и очень красивые глаза.
— Я весь твой, Викуся, — тянет с улыбочкой бывший. — Ведь я развожусь!
- Я хочу развестись…- какие страшные слова…сижу и не могу понять, что он говорит…всё же было как всегда хорошо…или нет? – Наш брак превратился в обязаловку, двадцать пять лет вместе…мне надоело уже одно и то же…
Сижу и просто смотрю на своего мужа, в голове пустота, как будто это и не я вовсе, как будто смотрю фильм, словно вижу картину со стороны.
- Ты другую встретил?..- слова даются с трудом, губы мгновенно высохли, в горле ком…
- Это к делу не относится…Тань, пойми…я просто не могу уже на тебя смотреть: раньше стройненькая была, а сейчас разъелась аж до пятьдесят последнего размера…вечно уставшая, вечно не в духе.
- Пятьдесят четвёртый размер у меня…Саш, но я и правда очень устаю, ты же знаешь, - шепчу тихо, а самой даже противно от своего лебезящего шёпота, хочется вскочить, собрать все его шмотки и выкинуть за порог, пусть катится ко всем чертям, без него обойдёмся…но страшно, бабоньки…так страшно…остаться одной, с тремя детьми…
Сижу и просто смотрю на своего мужа, в голове пустота, как будто это и не я вовсе, как будто смотрю фильм, словно вижу картину со стороны.
- Ты другую встретил?..- слова даются с трудом, губы мгновенно высохли, в горле ком…
- Это к делу не относится…Тань, пойми…я просто не могу уже на тебя смотреть: раньше стройненькая была, а сейчас разъелась аж до пятьдесят последнего размера…вечно уставшая, вечно не в духе.
- Пятьдесят четвёртый размер у меня…Саш, но я и правда очень устаю, ты же знаешь, - шепчу тихо, а самой даже противно от своего лебезящего шёпота, хочется вскочить, собрать все его шмотки и выкинуть за порог, пусть катится ко всем чертям, без него обойдёмся…но страшно, бабоньки…так страшно…остаться одной, с тремя детьми…
— Нам с тобой ребёнок не нужен...
Не такой ответ я ожидала услышать от мужа.
Я ушла, беременная. Не слабая и слишком живая, чтобы позволить ему решать за меня.
С тех пор прошло два года. Я снова дышу.
Я верила, что никогда больше его не увижу.
А потом — он появился вновь.
Ростислав Артёмович Абрамов. Мой бывший муж. Отец моей дочери. Мужчина, который разрушил меня.
И теперь — новый владелец ресторана, в котором я работаю.
Он не знает, что у него есть дочь.
А я не знаю, зачем он вдруг смотрит на меня так, будто ничего не кончено. Будто он впервые видит меня. Не картинку. Не удобную женщину. А меня.
Я поклялась себе не пускать его в свою жизнь.
Но он пришёл за мной. И если раньше я боролась за себя, то теперь мне придётся бороться за то, что я успела построить без него.
Не такой ответ я ожидала услышать от мужа.
Я ушла, беременная. Не слабая и слишком живая, чтобы позволить ему решать за меня.
С тех пор прошло два года. Я снова дышу.
Я верила, что никогда больше его не увижу.
А потом — он появился вновь.
Ростислав Артёмович Абрамов. Мой бывший муж. Отец моей дочери. Мужчина, который разрушил меня.
И теперь — новый владелец ресторана, в котором я работаю.
Он не знает, что у него есть дочь.
А я не знаю, зачем он вдруг смотрит на меня так, будто ничего не кончено. Будто он впервые видит меня. Не картинку. Не удобную женщину. А меня.
Я поклялась себе не пускать его в свою жизнь.
Но он пришёл за мной. И если раньше я боролась за себя, то теперь мне придётся бороться за то, что я успела построить без него.
Он олигарх, успешный мужчина и тот, кто восемь лет назад разбил меня на осколки.
Воспользовался мной. Уехал. Женился на другой. И она родила ему дочь. А я осталась одна: напуганная, брошенная, беременная.
Но спустя годы мы снова сталкиваемся самым неожиданным образом. В школе, где учится мой семилетний сын…
Воспользовался мной. Уехал. Женился на другой. И она родила ему дочь. А я осталась одна: напуганная, брошенная, беременная.
Но спустя годы мы снова сталкиваемся самым неожиданным образом. В школе, где учится мой семилетний сын…
— Ты мне больше не нужна, Надя. Мы разводимся. Я полюбил другую.
Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар.
Просто отрезал, как хирург.
А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать.
— Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом.
— Великодушно, — выдохнула я. Но голос предал меня — он звучал, как у сломавшейся куклы.
А потом пришёл юрист. И я вспомнила про брачный договор, подписанный мной с глупой влюблённой улыбкой, перед браком много лет назад.
Он уже тогда был с состоянием. А я — с мечтой.
Теперь — он с новой женой и яхтой.
А я — в старой квартире, без будущего и с остатками иллюзий, которые не знаешь, куда деть.
После развода я думала, что всё — точка.
Но все изменила авария и мой приговор от врачей...
Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар.
Просто отрезал, как хирург.
А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать.
— Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом.
— Великодушно, — выдохнула я. Но голос предал меня — он звучал, как у сломавшейся куклы.
А потом пришёл юрист. И я вспомнила про брачный договор, подписанный мной с глупой влюблённой улыбкой, перед браком много лет назад.
Он уже тогда был с состоянием. А я — с мечтой.
Теперь — он с новой женой и яхтой.
А я — в старой квартире, без будущего и с остатками иллюзий, которые не знаешь, куда деть.
После развода я думала, что всё — точка.
Но все изменила авария и мой приговор от врачей...
10 лет брака — казалось бы, нерушимый союз. Но за месяц до венчания, я получаю доказательства измены мужа. Вместо слёз и отчаяния я выбираю путь мести, осознавая, что «большой грех» требует ответа.
Фотография.
Мой муж. В постели. Он спит, а к нему прижалась полуголая девица. У нее тонкая талия, прикрыта простыней. Ее рука лежит на его голой спине, властно, обладающе.
Лица этой мерзавки не видно, только темные, растрепанные волосы, рассыпанные по подушке рядом с его головой. Но тело молодое, наглое, уверенное в своем праве быть здесь.
И под фото текст, от которого сердце начинает бешено стучать.
«Он красиво вешает тебе лапшу на уши, пока спит со мной. А после называет любимой».
Что?!
Что за грязь?!
Кто это вообще?!
Еще одно сообщение. Видео. Тот же кадр. Камера чуть ближе. Она закидывает свою безупречно стройную ногу на него.
Мысли несутся вихрем, сталкиваясь, разбиваясь. Москва. Командировка. Важные переговоры. «Скучаю, родная». Лапша на уши. Любимая.
Любимая?!
Фотография.
Мой муж. В постели. Он спит, а к нему прижалась полуголая девица. У нее тонкая талия, прикрыта простыней. Ее рука лежит на его голой спине, властно, обладающе.
Лица этой мерзавки не видно, только темные, растрепанные волосы, рассыпанные по подушке рядом с его головой. Но тело молодое, наглое, уверенное в своем праве быть здесь.
И под фото текст, от которого сердце начинает бешено стучать.
«Он красиво вешает тебе лапшу на уши, пока спит со мной. А после называет любимой».
Что?!
Что за грязь?!
Кто это вообще?!
Еще одно сообщение. Видео. Тот же кадр. Камера чуть ближе. Она закидывает свою безупречно стройную ногу на него.
Мысли несутся вихрем, сталкиваясь, разбиваясь. Москва. Командировка. Важные переговоры. «Скучаю, родная». Лапша на уши. Любимая.
Любимая?!
— Я свой выбор сделал. Мы с Диной теперь вместе, — произнес муж холодно и расчетливо.
— Все двадцать лет нашего брака вы вместе? — тихо уточнила, глядя на лучшую подругу мужа, которая стояла в моем халате на голое тело.
— Лера… Прекрати тут глупости нести. Ты прекрасно знаешь, что я был верен тебе, а теперь…
— А теперь вы разрушили две семьи… — горько заметила. — Вы детей в это дело не вмешивайте. Дочери неприятно будет знать, что ее папа и ее крестная спят…
Развод был тихим.
Я забрала часть имущества и дочь.
Но спустя год муж появился на пороге и выдал:
— Я на операцию ложусь. Будешь хорошей бывшей женой, поухаживаешь за мной. Женский удел любить и терпеть. А ты ведь до сих пор любишь, Лер…
— Все двадцать лет нашего брака вы вместе? — тихо уточнила, глядя на лучшую подругу мужа, которая стояла в моем халате на голое тело.
— Лера… Прекрати тут глупости нести. Ты прекрасно знаешь, что я был верен тебе, а теперь…
— А теперь вы разрушили две семьи… — горько заметила. — Вы детей в это дело не вмешивайте. Дочери неприятно будет знать, что ее папа и ее крестная спят…
Развод был тихим.
Я забрала часть имущества и дочь.
Но спустя год муж появился на пороге и выдал:
— Я на операцию ложусь. Будешь хорошей бывшей женой, поухаживаешь за мной. Женский удел любить и терпеть. А ты ведь до сих пор любишь, Лер…
— Вторая жена между нами ничего не изменит! Смирись и прими мое решение, женщина! — предатель испепеляет меня взглядом.
— Я не согласна! — у меня сердце оборвалось. Любовь, что ещё недавно согревала душу, осыпалась пеплом к моим ногам.
— Никто не спрашивает у тебя! И ты будешь улыбаться на моей свадьбе с другой!
Мы любили друг друга… Я верила в эту ложь, пока его измена не уничтожила наше будущее. Мне пришлось бежать, скрывая тайну у себя под сердцем. Но спустя пять лет… Предатель потребовал дать ему второй шанс.
— Я не согласна! — у меня сердце оборвалось. Любовь, что ещё недавно согревала душу, осыпалась пеплом к моим ногам.
— Никто не спрашивает у тебя! И ты будешь улыбаться на моей свадьбе с другой!
Мы любили друг друга… Я верила в эту ложь, пока его измена не уничтожила наше будущее. Мне пришлось бежать, скрывая тайну у себя под сердцем. Но спустя пять лет… Предатель потребовал дать ему второй шанс.
Экран телефона слишком яркий, бьет прямо в глаза.
– Юль, посмотри, – Света протягивает мне видео настойчиво. – Мне очень жаль, но ты должна знать.
На записи машина мужа. Алексей за рулем. Рядом блондинка. А сзади мальчик лет пяти.
– Папа, ну пожалуйста...
Папа.
Ребенок называет моего мужа папой.
– У него другая семья, – слова застревают в горле. – Все эти годы.
Рука инстинктивно ложится на живот. Там тест с двумя полосками, который собиралась подарить Алексею. Сюрприз. Романтический ужин. Слова “ты будешь папой”.
Семь лет вместе. Пять лет брака. Один тест на беременность. Его ложь.
И теперь он никогда не узнает, что у него есть ещё один ребёнок. Потому что я исчезну из его жизни.
– Юль, посмотри, – Света протягивает мне видео настойчиво. – Мне очень жаль, но ты должна знать.
На записи машина мужа. Алексей за рулем. Рядом блондинка. А сзади мальчик лет пяти.
– Папа, ну пожалуйста...
Папа.
Ребенок называет моего мужа папой.
– У него другая семья, – слова застревают в горле. – Все эти годы.
Рука инстинктивно ложится на живот. Там тест с двумя полосками, который собиралась подарить Алексею. Сюрприз. Романтический ужин. Слова “ты будешь папой”.
Семь лет вместе. Пять лет брака. Один тест на беременность. Его ложь.
И теперь он никогда не узнает, что у него есть ещё один ребёнок. Потому что я исчезну из его жизни.
Выберите полку для книги